Стучится в дверь к жене посреди ночи
Виктор сидел в карете, ожидая уведомления от слуги. Рядом с ухом раздавался низкий, тарахтящий голос Веги.
— Тебя интересует этот мёртвый вулкан?
Одноглазый ворон снова чистил свои блестящие перья. Возможно, он слишком растолстел, потому что клюв уже не дотягивался до перьев на спине.
Виктор покосился на Вегу.
— Как ты узнал?
Вега гордо задрал голову и с уверенностью произнёс:
— Иначе ты бы не стал искать эту свою невесту.
Виктор не ответил, что было равносильно признанию.
Спустя некоторое время терпение сохранял ещё именно Виктор, а вот Вега больше не мог сдерживаться.
— Почему нас до сих пор никто не позвал внутрь?
Мягкий шелест перелистываемых страниц стих. Виктор закрыл магическую книгу и спокойно заговорил:
— Представь. Ты очень красивая женщина, одна дома, и поздно ночью кто-то хочет тебя видеть, и этот кто-то — твой жених. Что бы ты сделала?
Вега склонил голову набок, подумал и проскрипел:
— Нарядиться как следует и встретить его во всей красе?
— Я понял: она увидела, что ты пришёл, и теперь наводит красоту! А ты терпеливо ждёшь её.
— Ошибка. Она просто решит, что такой мужчина — больной, и он будет ей противен.
Выражение лица Виктора не изменилось, пока он возражал, и Вега явно не убедился.
— Почему? В книжках всегда так пишут. Может, ты просто не понимаешь женщин?
— Это ты не понимаешь Гвен.
Виктор перевёл взгляд на ворота поместья Делин.
Эта святая рыцарь никогда в жизни не смотрела на себя как на женщину.
Ну, по правде говоря, Виктор и сам не до конца понимал нынешнюю Гвен. Но он верил, что на данном этапе Гвен его, скорее всего, ненавидит. В конце концов, какая женщина полюбит мужчину с вечно мрачным лицом, мелочного до мозга костей и натворившего кучу зла? Их помолвка, этот ярлык «невеста», была, скорее всего, лишь пятном на послужном списке рыцаря Гвен. Вот почему после смерти Виктора она так и не вышла замуж.
— Готовься. Мы заходим.
Он опустил голову и предупредил ворона на плече. Ворон быстро выпрямился, приняв свой лучший вид «я всего лишь питомец», и лениво замер.
Через некоторое время к карете подошла служанка и почтительно сообщила, что госпожа Гвен готова и приглашает его внутрь.
Виктор спустился из кареты, проследовал за служанкой через ворота и был проведён в зал для приёмов.
Войдя, он сразу увидел Гвен.
Она сидела на мягком диване, ничуть не наряженная, плотно закутанная в банный халат, не выставляющий ни миллиметра кожи. Похоже, она только что закончила купание.
Хотя, впрочем, ей и не нужно было наряжаться. Для Виктора даже без косметики её тонкое, совершенное лицо могло пленить сердце любого мужчины.
— Так поздно. Зачем ты здесь?
Тон Гвен был ни тёплым, ни холодным, с оттенком отстранённости.
Виктор без церемоний сел напротив. Его голос звучал столь же ровно, когда он сразу перешёл к делу:
— Я слышал, ты берёшь задание и уезжаешь на полмесяца.
Гвен не стала спрашивать, откуда он знает. Она просто честно кивнула.
— Мм. Отбываю через неделю.
— Можешь взять меня с собой?
Гвен замерла. «…»
Её реакция на эту фразу была… тонкой. Сначала — тень замешательства. Затем она нахмурилась, будто перепроверяя услышанное. Наконец откинулась назад, и на лице её расползлось неверие. Гвен прижала ладонь ко лбу, опустила голову и переспросила:
— Повтори, что ты только что сказал.
— Можешь взять меня с собой.
Виктор повторил без малейшего колебания.
— Ха-а…
Гвен тихо выдохнула. Ей и впрямь казалось, что его мозги повредились.
— Причина? Без веской причины я не могу тебя взять.
Виктор произнёс:
— Я прекрасно знаю топографию окрестных гор, включая уязвимые места тамошних монстров. Если возьмёшь меня, с учётом пути туда и обратно можно управиться за семь дней.
Слушая его, Гвен даже не подняла глаз. Кто знает, взвешивала ли она его полезность или просто игнорировала.
Виктор хотел добавить ещё, чтобы поднять свою ценность в её глазах, но Гвен оборвала его первой:
— Я хочу правду.
Глаза Виктора стали холоднее; он посмотрел на неё и медленно произнёс:
— …Ты применила ко мне свою способность.
Будучи святым рыцарем справедливости, Гвен Делин с детства проявляла уникальный дар — Сердце Справедливости. Стоило ей пожелать, и она могла безошибочно определить, лжёт ли стоящий перед ней человек. Она свободно управляла этой способностью и в обычных обстоятельствах не использовала. Но сейчас она не доверилась себе.
Виктор не разозлился. Напротив, это было более-менее ожидаемо. Потому что сам этот факт доказывал, как сильно Гвен его недолюбливает. В разговорах с ним Гвен даже прибегала к Сердцу Справедливости, чтобы судить, лжёт он или нет.
— Я тебе не доверяю.
Гвен произнесла это прямо, без дальнейших объяснений.
И вдруг Виктор издал лёгкую усмешку. Подумав мгновение, он заговорил снова:
— В горе Везувий водится один вид монстров, из которых добывают редкий кристалл. Он нужен мне для создания магического инструмента.
Когда он закончил, в глазах Виктора зажёгся сильный огонь желания.
[Магия Первого Ранга: Самовнушение]
Эффект: Накладывает гипнотическое внушение на самого себя, временно повышая одну случайную характеристику на один уровень.
Справиться с Сердцем Справедливости Гвен было просто. Достаточно говорить правду. Даже если «правда» была выдумана на месте — пока сам Виктор в неё верил, она становилась истиной.
У магов были свои методы: гибкая мораль и изворотливый ум.
Гвен наконец подняла глаза на Виктора.
— Похоже, ты действительно знаешь этот вулкан. Иначе не сказал бы такого. Чтобы добиться своего, ты умудрился сделать Королевских Рыцарей своим эскортом. В твоём стиле, эгоистичный Виктор.
Впервые за долгое время Виктор не стал носить привычную каменную маску: он улыбнулся и кивнул.
— Приму это как комплимент.
Гвен никогда не сомневалась в эгоистичных мотивах Виктора, потому что именно таким человеком он и был. И она знала: чтобы достичь своей цели, Виктор лишь крепче в неё вцепится. Раз так, проще согласиться.
— Я внесу запрос на сопровождающего мага. В назначенный день будь у меня.
Видя, что Гвен согласилась, Виктор вежливо улыбнулся и сказал:
— Благодарю. Даже такому эгоисту, как я, ты всё ещё готова помогать, Гвен. В таком случае я всё устрою в течение недели. Не буду тебя больше затруднять.
С этими словами Виктор поднялся и ушёл.
Гвен кивнула и проводила его взглядом. Но в голове задержался образ улыбающегося, льстивого лица Виктора.
«Виктор… когда-нибудь раньше так улыбался?»
В карете Виктор тихо откинулся на сиденье. Его чёрные, как смоль, глаза пусто глядели вдаль.
— Ты злишься?
Ворон с любопытством спросил.
— С чего ты взял?
— Просто чутьё. После стольких-то дней, глядя на твою каменную физиономию. Если бы ты не чувствовал чего-то сильного, ты бы не расцвёл улыбкой, как хризантема.
«Злиться?»
Виктор на мгновение задумался.
Может, та глубоко запрятанная часть его самого и хотела бы быть хорошим человеком, но она, с её праведностью, назвала его «эгоистом». И единственный способ заслужить её одобрение — притвориться именно таким, каким она его считала.
Злость? Пожалуй, нет. Просто стало… немного тошно.
В последующие дни Виктор днём преподавал в Академии, а по ночам запирался в подземной лаборатории, изучая магические зелья. Пока хватало материалов, он мог производить около сотни склянок в день, и все они уходили Лие на продажу.
Лия говорила, что, как только ремонт лавки закончится, зелья поступят в продажу и пока будут единственным товаром. Сперва нужно создать имя лавке, а уж потом вводить другие магические товары. Разумеется, Виктор понимал: такой расходный материал, едва попав на прилавок, будет раскуплен мгновенно. Поэтому он велел Лие не продавать всё разом, а ограничиться пятьюдесятью склянками в день. Маркетинг дефицита. Лия, как торговец, поняла моментально.
Что до Академии, Виктор тоже не сидел без дела. Он уделял время планированию лекционных тем и принял новое решение: отныне на каждом занятии Хенни будет сидеть и наблюдать. Официально — «набираться опыта».
Эрика, тем временем, каждый вечер приходила в его кабинет, всегда полная вопросов, и в последнее время их становилось всё больше. Виктора это раздражало, но Вега терпеливо отвечал на каждый. Чтобы Вега не тарахтел без конца в голове, Виктор просто пересказывал всё Эрике, заодно сам понемногу осваивая магическую теорию. После тайного обучения у Веги он осознал: Эрика поистине гений. Те сложные, абстрактные концепции, что объяснял Вега, он сам не понимал вовсе, а Эрика схватывала мгновенно. И даже тогда у неё, казалось, оставался бесконечный запас вопросов. Виктор не мог не вздохнуть. С таким талантом и усердием, как у Эрики, если уж она не займёт первое место на экзаменах, то кто?
Всё шло гладко до шестого дня после его разговора с Гвен.
Хенни тихо следовала за Виктором. Сегодня, как обычно, она будет присутствовать на его лекции в качестве наблюдателя. Она всё ещё не совсем понимала, зачем профессору Виктору нужно, чтобы она сидела на занятиях, ведь это был её собственный курс.
Но когда они подошли к дверям аудитории, она наконец осознала, что профессор Виктор замышлял все эти дни.
— Сегодня, — произнёс Виктор, — ты войдёшь туда сама и, используя свои знания, проведёшь этот урок.
Хенни застыла. «???»