Становление королевским наставником

— Что случилось?

Виктору было немного любопытно. Лия так ждала этого банкета. Будь это мелкой проблемой, она бы не стала говорить об этом в таком тоне.

Недовольно прикусив губу, Лия сказала:

— Кое-какие неприятности с бизнесом на территории. Можешь взглянуть сам.

С этими словами она достала финансовый отчёт территории за этот месяц и протянула его Виктору.

Виктор взял бумаги и слушал, как Лия продолжала:

— Изначально я собиралась найти тебя в кабинете, чтобы ты подписал, но тебя там не оказалось. Расспросила прислугу и узнала, что ты на тренировочном дворе практикуешься в фехтовании.

Хотя Лия и занималась большинством дел территории, Виктор как глава семьи всё ещё должен был номинально всё подписывать.

Виктор бегло просмотрел отчёт, уже готовый подписать его, пока не заметил кое-что странное в разделе о доходах с зерна. Эта часть прибыли была до смешного низкой, почти как если бы отчёт неприкрыто кричал слово «хищение». Он взглянул на имя справа: Чур.

— Теперь ты понимаешь, почему я должна вернуться?

Хмурый взгляд Лии ничуть не смягчился.

Виктор задумался над именем, затем спросил:

— Кто этот человек? Имя не похоже на имперское.

— Верно. Он — зерновой торговец из соседнего королевства. Прежний торговец зерном ушёл на покой растить детей, и именно его рекомендовали на это место. Последние несколько месяцев проблем не было, но я не знаю, откуда вдруг возникли эти неприятности.

Виктор на мгновение задумался. Чур… Это имя звучало отдалённо знакомо. Но он не был уверен, тот ли это самый человек, имена ведь часто повторяются. В игре не было NPC с одинаковыми именами, но теперь он не мог смотреть на вещи исключительно с точки зрения игры. В конце концов, Хенни даже не существовало в основной сюжетной линии. Он не мог гарантировать, что этот «Чур» — тот самый Чур из игры. В его памяти Чур принадлежал к наёмному корпусу Королевства Кантор. Его классом был Воин, он был боссом уровня малого лорда. И единственная причина, по которой Виктор знал его, заключалась в том, что, выполняя побочные квесты, игроки время от времени могли на него наткнуться. Поначалу он притворялся павшим солдатом и просил игроков помочь ему вернуть оружие и доспехи. Чур выглядел как наивный, праведный солдат. Но после того как игрок помогал ему вернуть серебряный меч и броню и следовал за ним на указанный остров, его истинная натура раскрывалась: он убивал игрока и использовал его сердце для практики чёрной магии.

Виктор постучал пальцем по гроссбуху, сильнее надавив на имя этого человека.

— Мы можем выследить его?

— Я уже приказала нашим людям на территории арестовать его. Надеюсь, он ещё не сбежал.

Виктор кивнул на это. Как босс уровня малого лорда, на нём застревало немало игроков. Как бустер, Виктор выполнял множество заказов, связанных с этим боссом. Он сражался с ним столько раз, что сбился со счёта. Самым запоминающимся был тот кусок добычи, который Чур всегда ронял после смерти: «Злой Рыцарь». Это был угольно-чёрный щит, и выгравированные на нём руны были искажены магией. Хотя выглядел он зловеще, среди игроков он был знаменит своей полезностью из-за своего навыка: Парирование. Эта способность позволяла отклонить вражескую атаку и ударить в ответ по открытой стороне, нанося огромный урон, а также ломая стойку противника и вводя его в состояние оглушения. Многие игроки фармили этого босса исключительно ради щита. Навык был настолько силён, особенно в PvP-матчах, что когда оба игрока экипировали его, часто возникала нелепая сцена: оба стояли с поднятыми щитами, ожидая, кто же первым проведёт парирование. В конце концов, разработчикам пришлось ослабить его, и щит вышел из моды.

И всё же, если это был тот самый тип, зачем ему вдруг приходить в Империю сейчас, да ещё не только пробираться на их территорию, но и столь нагло похищать деньги, словно сам напрашиваясь на арест?

— Определённо намеренно, — пробормотал Виктор, качая головой. Он не мог разгадать мотивы Чура. Но если не мог, значит, надо просто поймать его и допросить как следует. К тому же, ему было любопытно взглянуть на его снаряжение.

Поэтому, подписав бумаги и вернув отчёт Лие, он буднично сказал:

— Одевайся. Карета готова. Сначала поедем во дворец.

Лия приняла гроссбух и нахмурилась в замешательстве.

— Ты вообще слушал? Я сказала, мне нужно вернуться на территорию!

Виктор потрепал её по плечу.

— После того как вернёмся из дворца, я поеду с тобой.

— А?

Пока Виктор шёл впереди, Лия смотрела ему в спину и бормотала себе под нос: «И что это на него нашло?» Она не думала, что Виктор беспокоится о её безопасности, да и не считала, что ей вообще что-то угрожает. Она не была глупа; всё, что видел Виктор, видела и она.

«Кто-то целится в семью Клавенна».

Пожав плечами, она вспомнила, как разгромили их лавку. Леон уже вернулась на территорию, чтобы подготовиться. Но теперь ей придётся сообщить, что планы изменились.

Вскоре Лия переоделась в своё официальное платье, и они вместе сели в карету, направляясь во дворец. Поскольку они должны были встретиться с императором заранее, у дворцовых ворот их уже ждал сопровождающий. Королевский посланник провёл обоих в боковой зал дворца, где они увидели Императора Обри. Старик сидел там уже долгое время, казалось, ожидая Виктора. Он выглядел таким сонным, что вот-вот готов был уронить голову. Виктор заметил рядом с императором девочку — она выглядела даже младше Эрики, лет пятнадцати-шестнадцати.

— Ваше Величество, прибыли Виктор с сестрой.

Обри открыл глаза. Когда он увидел Виктора, муть в его взгляде немного прояснилась. Он жестом подозвал их.

— Ваше Величество.

Виктор и Лия оба почтительно поклонились — обязательный жест перед императором. Старый император махнул рукой; он был слишком стар, чтобы придавать значение таким формальностям. Он вывел вперёд девочку, стоявшую рядом. Она была очень красива, и её юное лицо ещё хранило каплю детской мягкости.

— Это моя младшая дочь, Орелиан Сол.

У императора было мало детей, всего трое. Двое принцев и эта девочка перед ними — принцесса.

Виктор и Лия приложили правые руки к груди и поклонились снова.

— Честь для нас встретиться с Вашим Высочеством, Принцессой.

Принцесса казалась робкой и застенчиво снова спряталась за отца.

Император улыбнулся.

— Этот ребёнок всю жизнь прожил во дворце и редко встречается с посторонними. Из-за этого, хотя у неё огромный талант, она слишком боится людей и никогда не ходила в школу. Я приглашал нескольких магов обучать её магии, но без особого успеха. Через несколько дней все они говорили, что больше ничему не могут её научить.

Лия покосилась на маленькую принцессу, и в её голове закрутились мысли. Было ли это потому, что её талант слишком высок, или потому, что маги не могли её учить? В конце концов, у ребёнка императора, естественно, был «великий талант». Даже если бы она ничему не научилась, Обри просто предположил бы, что это учителя виноваты.

— Я даже просил Леви учить Орелиан, — с усмешкой произнёс император, — но он всё твердил, что не пригоден для преподавания, и отказывался.

Услышав это, император хмыкнул и покачал головой. Разумеется, он не верил отговоркам Леви.

Но в этот миг Виктор уловил скрытый смысл в словах императора, и даже Лия удивлённо подняла на него взгляд. «Император и впрямь не пожалеет ничего, чтобы расположить к себе Виктора». Сказать, что он не может найти подходящего наставника, вероятно, было лишь предлогом. Сообразительная Лия мгновенно поняла, что задумал старик.

И точно, следующими словами императора были:

— Виктор, могу ли я просить вас стать частным наставником этого ребёнка?

При этих словах Лия тут же принялась подмигивать Виктору, мысленно желая оторвать ему рот и ответить за него самой. Она не знала, чего именно император хотел от Виктора, но если это привяжет их семью к королевскому дому, то семья Клавенна вознесётся в одночасье. Другие дворяне возненавидят их? Да пусть их.

Но ответ Виктора едва не заставил её зубы скрежетать.

— Ваше Величество, простите мою дерзость, но мне нужно время, чтобы подумать.

Император Обри умолк. Он не мог понять колебаний Виктора. Для королевской семьи предложить добрую волю дворянину было немыслимой возможностью — даже для мага четвёртого ранга.

Разумеется, Виктор никогда так не считал. Любой, кто верил, что достижение Четвёртого Ранга делает его достаточно могущественным, чтобы смотреть на Империю свысока, глубоко заблуждался. Связать себя с Империей действительно дало бы бесчисленные преимущества, даже для него. Но проблема заключалась в том… Взгляд Виктора скользнул по юной принцессе.

Орелиан Сол. Нет, её следовало бы называть Сол IX. Вечная Ведьма. Таким будет её будущий титул. Если мага Четвёртого Ранга можно было назвать Магом Бедствия, то её сила была далеко за пределами даже этого — истинное воплощение катастрофы. Никто не знал, почему она была так сильна. Но два года спустя, после смерти императора, семнадцатилетняя Орелиан сметёт всю оппозицию и взойдёт как новая правительница Империи. Она станет первой Императрицей в истории Каленсии и единственной правительницей с иностранной кровью. Мать Орелиан была дочерью герцога Королевства Кантор, а сама она — продуктом политического брака.

Но сейчас Виктор думал не о политике. В пятнадцать лет Орелиан выглядела совершенно безобидной — мягкой, нежной девочкой. Она, казалось, была немного опечалена отказом Виктора, и её глаза блестели от непролитых слёз. Но кто бы мог знать, что всё это было притворством? Чем глубже Виктор понимал сюжет, тем настороженнее относился к этой будущей Императрице. Её собственничество было ужасающим. Стоило ей решить, что что-то принадлежит ей, она скорее уничтожила бы это, чем позволила кому-то другому завладеть.

По этой причине Виктор искренне восхищался своим будущим «я», которое каким-то образом сумело обуздать этого монстра и почти перевернуло Империю вместе с ней.

И всё же не соглашаться тоже было не в характере Виктора. Его гордость профессионального геймера, как и глубокое понимание игровых систем, никогда не позволили бы ему пресмыкаться перед кем-либо в этом мире. К тому же, у него ещё было два года.

Поэтому он обратился к императору:

— Два с половиной года.

Обри слегка нахмурился в замешательстве.

— Я буду служить частным магическим наставником Её Высочества, но только на два с половиной года. После этого я добровольно уйду в отставку.