Я! ЕСТЬ! БОГ!

Белый свет прямым столбом ударил в небеса — обширный и величественный, расходящийся волнами, озаряя небосвод. Под этой яростной волной силы академия была полностью разрушена: каждая последняя плита кварца раздробилась в пыль.

Люди в королевской столице, казалось, что-то почувствовали в своих сердцах. Инстинктивно они подняли головы в сторону академии. Тот поразительный столп света пронзил облака, словно солнечный луч, пробивший само небо. Ударная волна, подобная ядерному взрыву, оставила магов, ставших её свидетелями, в полном оцепенении.

Хотя Виктор заранее запечатал академию магическими кристаллами, просочившаяся энергия всё равно мгновенно обрушилась на всё вокруг. К счастью, радиус был сдержан. Иначе все в академии погибли бы. Если бы барьер сломался и взрыв распространился, то даже половина столицы могла быть уничтожена. И всё же нашлись те, кто оказался слишком близко к магии и получил серьёзные ранения.

Когда свет наконец угас, на земле остался ужасающе глубокий кратер. Он был несколько десятков метров в глубину и огромен в охвате. Окружающие здания ничем больше не напоминали себя прежних. Вся академия исчезла из королевской столицы. Демон — тоже исчез.

Маги, волоча измученные тела, дрожали, глядя на открывшуюся картину.

— Ч-что за чёрт…
— А где школа?!
— Школу разнесло в щепки?!

Они были совершенно ошеломлены. Но опустошённость в телах — эта вытянутая, полая слабость — снова и снова напоминала им: то, что они видят, реально. В итоге Виктор вытянул магическую силу из всех магов вокруг, чтобы высвободить заклинание такой мощи, что оно угрожало всей столице. Ходячее оружие войны… В их сердцах имя Виктора обрело ещё один титул.

Виктор стоял в центре кратера, держа на руках потерявшую сознание Хенни. На ней был капюшон, никто не видел её лица. Многие заметили Виктора, стоящего там, и всех охватило недоумение. «Виктор, почему он держит другую женщину?!»

Все взгляды были прикованы к нему. Никто не заметил, как в яме прыгала, сантиметр за сантиметром, отвратительная жаба. Её тело было покрыто маслянистыми чернилами, и она мучительно ползла по земле, пока не добралась до обугленного трупа. Это был Девон. Под такой чудовищной магией Девон выжил. В последние мгновения Йерм заглотил Девона в свою пасть. Весь урон демон принял на себя. Потому что Йерм знал: если он хочет продолжать существовать, Девон не должен умереть.

Жаба взобралась на тело Девона, растекаясь слоем чёрных чернил, которые плотно обвили его. Девон поднялся с земли, точно утопленник, возвращённый к жизни. Все кости его тела скрипели и трещали, вправляясь обратно. Его глаза засияли алым, впиваясь в стоящих перед ним студентов. Изо рта капала слюна, смешанная с кровью, — зловонная и гнилая. Он наклонил голову и зарычал, словно зверь, потерявший рассудок.

— Это же профессор Девон! Он жив!
— Да! Это профессор Девон!
— Нет, что-то не так! Он выглядит странно!

Один из них, заметив безумное выражение Девона, высказал своё недоумение вслух. Вскоре все осознали: что-то неладно.

— У Девона и впрямь проблемы!
— Его внешность… он одержим демоном?!

Как только титул «профессор» был сорван с их губ, Девон естественным образом стал злодеем — тем, кто был одержим и использован демоном. Правда всего заговора начинала всплывать. Девон и был той грязной тварью.

Маги медленно подняли руки, готовясь обрушить на Девона остатки своей магии. Но, ко всеобщему удивлению, Девон лишь злобно сверкнул глазами в ответ, вывернул голову и выплюнул проклятие:

— Я запомню вас всех.

Затем из-под его ног растеклась чёрная рябь, поглощая его во тьму, — он исчез.

Маги содрогнулись от этих слов. Быть запомненным демоном — словно длинное железное копьё пронзило их сердца. Все обратили взоры к Виктору. В конце концов, именно Виктор одолел демона. Кому и заканчивать дело, как не ему. Но прямо сейчас никто не смел ему приказывать.

Герцог Леви осторожно перешагивал через обломки, приближаясь к Виктору. Он глянул вниз, на лежащую без сознания Хенни в его руках.

— Это…
— Моя ассистентка, — произнёс Виктор. — Девон украл её знания, чтобы создать барьерную формацию.

В глазах герцога мелькнуло удивление. Он не был внутри формации, но, разумеется, слышал о ней. Половина всех магов Третьего Ранга в столице прибыла на помощь, и никто не мог понять сложность того массива, не говоря уж о том, чтобы сломать его. И именно Виктор провёл нескольких магов изнутри и разрушил его.

— Ваша ассистентка, — тихо произнёс герцог Леви, — необычайный гений.

Виктор отвернулся, игнорируя комплименты герцога. После этой битвы с демоном враждебность герцога Леви к Виктору сильно уменьшилась. Что бы там ни говорили, Виктор снова защитил столицу. Во время извержения вулкана никто не знал, что он сделал. Большинство магов тогда сомневались в нём. Но на этот раз они видели всё собственными глазами. Теперь каждый маг в столице взирал на Виктора с трепетом. Никто больше не смел сомневаться в силе мага Четвёртого Ранга. Виктор был пугающе силён. И при этом всё ещё так молод.

Герцог Леви вздохнул. Если бы не Эрика, возможно, его отношения с Виктором можно было бы уладить лучше. При этой мысли герцог покачал головой. Он не хотел зацикливаться на этом. Его дочь была его границей.

Поэтому он сказал вместо этого:

— После этого инцидента преступления Девона будут официально подтверждены, даже несмотря на то, что он племянник Его Величества.

Смысл был ясен: Виктору не нужно беспокоиться о наказании за нанесение вреда королевскому родственнику. Даже если академия уничтожена, он всё равно герой. Если бы того демона не остановили, потери были бы куда хуже, чем одна академия.

— Однако, — добавил герцог, — Его Величество не станет выступать против семьи Лессер.

Виктор ничуть не удивился. Семья Лессер была денежной машиной королевской семьи, и родная сестра Императора была их матриархом. Пока они готовы отречься от Девона, семья не понесёт настоящих последствий. В худшем случае их обвинят в «недостаточном надзоре». Виктор хорошо знал, что это предупреждение герцога. Как бы то ни было, теперь он враг Лессеров.

— Герцог, у меня и так полно врагов, — ровно произнёс Виктор.

Одним больше, одним меньше — разницы нет.

Прижимая Хенни к себе, он развернулся, чтобы уйти. Увидев, что Виктор уходит, герцог Леви поднял руку, останавливая его.

— Подождите, Виктор. Демон не умер — он сбежал. Вы думаете…

Он заколебался, опасаясь, что демон может вернуться однажды. Но Виктор лишь успокоил его:

— Он не умрёт. Он — часть этого мира.

Герцог застыл, словно что-то осознав, но ничего не сказал.

— Звучит знакомо, не так ли? — мягко произнёс Виктор. — Бедствия тоже часть стихий мира. Поэтому они никогда не умирают по-настоящему.

Выражение лица герцога Леви помрачнело.

— Бедствия? Я не понимаю, что вы имеете в виду.

Его реакция порадовала Виктора. Кое-что, кажется, подтвердилось. Виктор слабо улыбнулся ему, и его голос эхом зазвучал в ушах герцога:

— Я могу сказать вам лишь одно: этот демон — не такой, как обычные, которых вы видели прежде. Он — воплощение алчности. Пока существуют разумные существа, пока у них есть алчность, эта тварь не умрёт. Даже если одного уничтожить, другой родится вскоре.

Герцога пробрала дрожь по всему телу.

— Вам следовало бы быть благодарным, — сказал Виктор, уходя, — что он не мёртв, а искалечен.

С этими словами он унёс Хенни и телепортировался из кратера.

Герцог Леви стоял ошеломлённый, глядя, как фигура Виктора исчезает. Внезапно он осознал: «Где ворон, что обычно сидел на плече Виктора?»

---

Далеко в лесу Девон отчаянно бежал. Он уже покинул столицу и удалялся всё дальше и дальше. Он должен был бежать, потому что не хотел «исчезнуть». Алчность и впрямь не могла исчезнуть. Но после смерти Йерма новый Йерм просто восстанет, чтобы заменить его. Однако его воспоминания, его сила — всё — не будет прежним.

— Чёрт! Чёрт! Чёрт! Этот маг — кто он вообще такой?! Как он мог узнать моё имя?!

Овладев телом Девона, Йерм теперь и говорил, и двигался как Девон. Если бы не выживание, он никогда не вселился бы в такого бесполезного носителя. И всё же теперь он почти чувствовал благодарность — благодарность, что не сожрал этого жирного борова. Этот жирный боров тоже носил глубокую, ненасытную алчность. И эта алчность теперь была его пищей, позволяя ему едва двигаться.

Внезапно Девон замер. Волна ледяного холода поднялась от его ног до самой головы, пригвоздив его к месту. В лесу стояла мёртвая тишина, слышался лишь шелест листьев. Одно-единственное чёрное перо спланировало перед ним. Девон резко поднял взгляд. Маленький чёрный ворон стоял прямо перед ним. У него был лишь один глаз — посреди лба.

Девон застыл. По какой-то причине всё его тело начало дрожать. Ему было страшно. Он — демон. Он — сам источник страха. Так почему же он боится ворона? Крошечного ворона?

— Приветик, — произнёс ворон, и его голос раздался прямо у уха Девона. — И куда же это ты собрался?

Тело Девона сильно содрогнулось.

— К-кто ты?!

— Я?

Ворон внезапно улыбнулся — изогнутой, зловещей усмешкой. Его резкий, каркающий смех заполнил весь лес. Сама тьма, казалось, поглотила Девона целиком.

Он моргнул. И в это мгновение когти ворона стали огромными и острыми как бритва. Его перья засияли темнее и твёрже стали. Густые струи чёрного дыма хлынули из его тела. В глазах демона он теперь был необъятной тенью, заслонившей небеса, и смотрел на него сверху вниз. Его голос больше не был пронзительным, но стал глубоким, гулким — точно эхо со дна бездны. Звук сотряс деревья, срывая с них листья и разбрасывая птиц во все стороны. Лишь этот надменный, громоподобный голос остался и эхом прокатился по лесу.

— Я! ЕСТЬ! БОГ!