Глава 150.0

Когда Чэнь Ши добрался до Зала Алой Горы, луна уже скрылась, а на её место взошло солнце, окрасив небо в огненно-красный цвет. В облаках играли радужные отсветы — верный признак скорого дождя.

Стражники у ворот, увидев его с бездыханным телом Чжао Кайюня на руках, бросились навстречу.

— Брат Чжао убит людьми из Общества Небесной Праматери. Я разорил их Зал Живого Урожая, — устало бросил Чэнь Ши в ответ на их вопросы. — Я устал, мне нужно отдохнуть.

Стражники замерли в ужасе и изумлении. Один из них осторожно принял тело Чжао Кайюня, другой провёл Чэнь Ши в гостевые покои.

Чэнь Ши хотел было смыть с себя кровь, но раны сильно болели, а Великий закон усмирения демонов Маршала Тяньпэна высосал почти всю его кровь и ци. Он, не раздеваясь, рухнул на постель и тут же провалился в сон — или в беспамятство.

Стражники, видя его всего в крови, с рваными ранами от укусов, немедленно послали за лекарем и старшинами Лу и Сяо.

Старшина Лу всё ещё был в зале благовоний, охраняя старшину Сяо, который, используя силу масляных ламп, лечил свои раны с помощью Зарождающейся Души.

Один из стражников подбежал к ним и торопливо всё рассказал.

— Брат Чжао мёртв? — в ужасе вскочил старшина Лу. — А Чэнь Ши разорил зал Общества Небесной Праматери?

Старшина Сяо, полностью поглощённый лечением, от этих слов потерял сосредоточенность. Его раны едва не открылись вновь. Он с трудом взял себя в руки.

— Какой именно зал? — понизив голос, спросил старшина Лу.

— Говорят, Зал Живого Урожая.

— Зал Живого Урожая? — торопливо проговорил старшина Лу. — Да там полно мастеров, а Юй Даочжи — так вообще из лучших в Царстве Зарождающейся Души! Сколько он убил? Сильно ли ранен? Как он вообще ушёл от Юй Даочжи живым? Эх! Ты слишком медленно отвечаешь, я сам всё узнаю!

Он бросился к выходу. Старшина Сяо, услышав это, забыв о лечении, тоже вскочил и поспешил за ним, но старые раны дали о себе знать. Он споткнулся о порог и с грохотом упал.

— Куда ты со своими ранами? — подхватив его, упрекнул старшина Лу.

— Случилось такое, убит наш брат, как я могу спокойно лечиться? — ответил старшина Сяо.

Старшина Лу не стал спорить. Они быстро добрались до гостевых покоев, но Чэнь Ши спал без сознания. Его тело горело.

— На нём следы укусов, он потерял много крови. Не будем его будить, — сказал старшина Лу. — Лекарь уже здесь?

Вскоре прибыл лекарь, и старшины тут же попросили его осмотреть раненого.

— Крови потеряно много, но жизненная сила в нём всё ещё бурлит, — сказал лекарь. — Кровь и ци циркулируют, костный мозг работает. Он не умрёт. Просто истощён. Я выпишу укрепляющие отвары и мазь для заживления ран, и всё будет в порядке.

Старшины поблагодарили его и тут же отправили людей за лекарствами.

Затем они подошли к телу Чжао Кайюня. Увидев, в каком оно состоянии, оба пришли в ярость.

— Зал Живого Урожая давно пора было снести! — процедил сквозь зубы старшина Сяо. — Из-за этих тварей погиб брат Чжао! Интересно, скольких ублюдков прикончил наставник Чэнь? Я пойду и добью остальных!

— Постой, — остановил его старшина Лу. — Глава зала в отъезде. Не торопись. Ты и так ранен. Дождёмся его возвращения! Эй, кто-нибудь! Узнайте, скольких человек из Зала Живого Урожая убил наставник Чэнь! И созовите всех наших наставников!

Он нахмурился. Глава Юй в отъезде, старшина Сяо ранен. Из боеспособных остался только он один.

«Юй Даочжи понёс такой урон. Он наверняка приведёт сюда Хань Минъюя и Ху Ици с требованием ответа, — размышлял он, успокаивая старшину Сяо. — Юй Даочжи и его людей я не боюсь. Но боюсь, он позовёт на помощь других мастеров Общества Небесной Праматери. Если явится их глава боевого зала и два других старшины, нашему Залу Алой Горы придётся туго…»

Старшина Лу не находил себе места. Спустя полчаса вернулся посланный за новостями ученик.

— Я встретил дозорного инспектора из управы, — доложил он. — Они оцепили Зал Живого Урожая. Говорят, там завелась Скверна, много погибших. Я дал немного серебра одному стражнику, и он рассказал, что в Зале Живого Урожая все до единого мертвы.

Старшина Лу замер.

— А Юй Даочжи? Хань Минъюй и Ху Ици?

— Тоже мертвы, — ответил ученик. — Говорят, даже статую Небесной Праматери разбили, а её воплощение бесследно исчезло. Люди из Общества Небесной Праматери в ярости, их старшины и наставники съезжаются к Залу Живого Урожая.

У старшины Лу волосы на голове зашевелились. Он повернулся к стражнику:

— Что именно сказал брат Чэнь, прежде чем потерять сознание?

— Он сказал, что брат Чжао мёртв, и он разорил Зал Живого Урожая.

Старшина Лу втянул воздух.

— Так вот что он имел в виду под «разорил зал», — прошептал он.

Разорить зал. Всего два слова, но за ними стояла невероятная жестокость.

Разорение зала, как и уничтожение горного храма, было делом чрезвычайной важности. Во времена Истинного Короля на это требовалось разрешение двора и приказ из Небесной Обители Мастеров в Западной столице. Это был строгий ритуал. Зал благовоний — место поклонения божеству. Недостаточно было просто разрушить его. По правилам времён Истинного Короля, нужно было пересчитать всех, кто когда-либо возжигал благовония перед статуей, объявить их еретиками и обезглавить. Потушить масляные лампы, снести зал и уничтожить статую.

Вот что значило настоящее разорение зала!

Но после эпохи Истинного Короля это стало лишь фигурой речи. Редко кто доходил до полного истребления, включая уничтожение статуи.

Старшина Лу и представить не мог, что Чэнь Ши последует древним правилам. Сказал «разорю зал» — значит, пересчитает всех по головам и убьёт до последнего.

— Наставник Чэнь поступил замечательно! Но теперь месть Общества Небесной Праматери будет ужасна! — подумал старшина Лу. Он чувствовал злорадное удовлетворение, но теперь, в отсутствие главы Юя, как им было противостоять мести?

В этот момент раздался радостный крик:

— Глава зала вернулся!

Сердце старшины Лу забилось от радости. Камень с души свалился. Он поспешил навстречу.

«С главой зала мы справимся с любой местью Общества Небесной Праматери!»

…

Зал Живого Урожая Общества Небесной Праматери.

Старшины Сунь и Чжоу, а также глава боевого зала У Даочжэн и другие наставники с мрачными лицами смотрели на разбросанные по земле трупы.

— Тела вынесли, — сказал подошедший дозорный инспектор. — Три трупа в коридоре, двадцать семь на переднем дворе, двадцать восемь — на заднем.

Он помолчал и добавил:

— Кроме того, на улице Вечного Процветания неподалёку найдено ещё шестнадцать тел. Всего семьдесят четыре погибших. А что до этих… горшков…

Он многозначительно посмотрел на У Даочжэна.

— У Даочжэн, я сделаю вид, что ничего не видел.

— Благодарю вас, господин инспектор, — слегка поклонился У Даочжэн. — Примите нашу скромную благодарность.

Он махнул рукой, и один из учеников поднёс инспектору мешочек с серебром. Тот взвесил его на руке и удалился.

— Сколько всего было человек в Зале Живого Урожая? — повернувшись, спросил У Даочжэн.

— Вместе со старшиной Юй Даочжи, семьдесят четыре человека, господин.

У У Даочжэна задергался глаз. Ни одного не оставил!

— Кто это сделал?

— Души не призываются. Ни души учеников, ни душа старшины Юя. Чтобы узнать, кто убийца, придётся спрашивать Небесную Праматерь…

У Даочжэн гневно фыркнул и направился в главную обитель.

Вскоре новость дошла и до главы Братства Водных Путей, Цао Юньшэня. Он был поражён и немедленно приказал разузнать подробности.

— Ночной стражник говорит, что видел издалека, как из зала вышел человек, весь в крови, с трупом на руках. У ворот его ждала повозка с собакой. Он направился в сторону Зала Алой Горы.

— Люди из Зала Алой Горы разорили зал Общества Небесной Праматери? — с интересом усмехнулся Цао Юньшэнь. — Дело принимает серьёзный оборот.

Он был взбудоражен.

— Меня недавно тяжело ранила та девица с корабля из Синьсяна, да и Старуха с реки Минь пострадала. Я боялся, что другие залы воспользуются нашей слабостью, а они, оказывается, воюют ещё яростнее. Теперь можно будет посидеть на горе и понаблюдать за битвой тигров. Узнайте, кто из старшин Зала Алой Горы это сделал.

К полудню ученики Братства доложили:

— Выяснили. Это сделал не старшина Зала, а приезжий Просветлённый по имени Чэнь Ши. Он прибыл в Небесный Свод на экзамены. Только вчера вступил в Зал Алой Горы и стал их новым наставником.

Цао Юньшэнь остолбенел. Приезжий Просветлённый разорил зал Общества Небесной Праматери?

В другом конце города глава Соляного Братства получил те же известия и был не менее поражён.

Разорение зала — это было событие! Чэнь Ши в одиночку ворвался в Зал Живого Урожая, пересчитал всех по головам, убил до единого и уничтожил воплощение Небесной Праматери. Это было неслыханно!

— Не бывает дракона, что не переплыл бы реку. Этот Просветлённый Чэнь, прибыв из Синьсяна, пересёк Миньцзян и добрался до Небесного Свода. Действительно дерзкий парень, — злорадствовал глава Соляного Братства. — У нашего наместника теперь, должно быть, голова раскалывается.

…

В управе провинции наместник Фэй Тяньчжэн созвал всех высших чинов: главного воеводу, командующего гарнизоном, имперского цензора-ревизора, провинциального комиссара по делам управления, провинциального комиссара по судебным делам и евнуха-наместника.

— Достопочтенные братья, — любезно обратился он к собравшимся, — вы, конечно, уже слышали о том, что произошло. Как нам поступить? Есть ли у вас какие-либо соображения?

Все высшие чины в управе были представителями великих кланов: кто-то из Ся, кто-то из Янь, были и Ли, и Чжан, и Ян, и Сюй. Тринадцать великих кланов, почти все были представлены. Был даже евнух-наместник, ставленник главного дворцового евнуха. Власть была распределена равномерно.

— Всего лишь мелкие разборки в преступном мире, — усмехнулся командующий гарнизоном Ся Чули. — Несколько трупов — не повод для такой суеты.

Остальные согласно закивали.

— Господин Ся прав. Порядок в Небесном Своде все эти годы держался благодаря Братству Водных Путей, Соляному Братству, Залу Алой Горы и Обществу Небесной Праматери. Нам не стоит вмешиваться в их дела.

— Верно говорите, господин Сюй! Эти общества — так, мелкие стычки. Сколько там людей погибло? Зал Алой Горы каждый год уничтожает немало Скверны, Общество Небесной Праматери успокаивает народ. Они все необходимы. Пожурить их немного, и хватит.

Наместник Фэй Тяньчжэн с улыбкой слушал мнения чиновников, кивая, а про себя усмехался. Да, разборки были мелкими, но каждый год эти общества приносили им немалые деньги. Никто не хотел рубить свою дойную корову. Наместник Фэй Тяньчжэн прекрасно это понимал.

— А что делать с тем, кто всё это затеял? — с улыбкой спросил он. — Нужно же как-то ответить Обществу Небесной Праматери.

— Призвать виновного к ответу, — сказал командующий Ся. — Заставить Зал Алой Горы выплатить компенсацию, Юй Тяньчэн устроит пир в знак примирения для У Даочжэна, а мы выступим свидетелями. На этом и порешим. Имя виновного известно?

— Чэнь Ши, Просветлённый из Синьсяна.

Все замолчали, задумавшись. Имя казалось знакомым. Но Небесный Свод — не Синьсян. Чиновники провинции Синьсян обязаны были знать это имя, ведь Чэнь Иньду жил в Солнечных Горах, в уезде Синьсян. Но Небесный Свод был далеко, и местные чиновники не менялись десятилетиями. Даже если они и слышали это имя, они не связывали его с Юным Просветлённым десятилетней давности.

— Тогда пусть инспектор по делам учёности лишит этого Чэнь Ши звания Просветлённого, — сказал наместник Фэй Тяньчжэн. — А затем издайте указ о поимке и казни на месте.

Все согласно закивали.

…

После полудня на доске объявлений появился указ. Ведунья Ша протиснулась сквозь толпу, прочитала его и поспешила назад.

Бородатый великан Ху Сяолян и Цинъян тут же подбежали к ней.

— Неужели чиновники Небесного Свода не знают о Малыше Десятом? — недоумевала Ведунья Ша. — Они издали указ о его казни!

— Они что, настолько смелые? — испугался Цинъян.

— Я тоже удивляюсь их смелости, — сказала Ведунья Ша.

— А что он натворил? — поглаживая бороду, спросил Ху Сяолян.

— Разорил зал благовоний. Семьдесят четыре трупа.

Ху Сяолян и Цинъян замолчали.

— Мы опоздали всего на один день, — прошептала Ведунья Ша. — Всего на один день…

…

Родниковый край, поместье клана Ли.

Ли Тяньцин склонился над столом и выводил кистью:

«Дорогой друг Чэнь Ши, пишу тебе это письмо в надежде, что оно застанет тебя в добром здравии. Как твоё здоровье? Не беспокоит ли старая хворь? Я благополучно добрался до дома. Матушка в порядке, родичи приняли нас хорошо, так что не беспокойся. Я усердно занимаюсь, постигая науки и совершенствуя свои навыки. Недавно до меня дошли слухи: над Западной столицей появилось облако из мёртвой плоти, висящее на высоте тридцати километров. Подозреваю, это Творение-Пять».

Он закусил кончик кисти, задумался и продолжил:

«В скором времени я отправлюсь в Небесный Свод на экзамены. Надеюсь, мы вместе успешно сдадим осенние испытания и наши имена окажутся в списках лучших».

Подпись: Тяньцин.

Ли Тяньцин закончил, запечатал конверт и решил отправить письмо с гонцом.

«Знания и навыки Малыша Десятого не уступают моим. Он — мой главный соперник в борьбе за звание Первого Магистра. На этих осенних экзаменах первое место достанется либо ему, либо мне! Наши имена точно будут на первой и второй строчке!»

Его глаза горели огнём.

«Сейчас он, должно быть, тоже усердно занимается».

…

Зал Алой Горы в Небесном Своде. Чэнь Ши медленно очнулся. Его мучил голод, от которого кружилась голова. Он сел, и всё его тело пронзила боль. Во рту стоял привкус лекарств.

Он встал с кровати. Каждое движение отдавалось болью в ранах, он шипел и втягивал воздух сквозь зубы.

Держась за стену, он побрёл к выходу. Открыв дверь, он увидел стоявшего снаружи высокого мужчину. Услышав скрип двери, тот обернулся и с улыбкой посмотрел на него.

— Наставник Чэнь очнулся? Я Юй Тяньчэн, глава Зала Алой Горы. Рад познакомиться, наставник Чэнь.