Глава 133.0

Промокшие и жалкие, Чэнь Ши и остальные выбрались на берег. Пёс с силой отряхнулся, разбрызгивая воду во все стороны.

Чэнь Ши стёр воду с лица и посмотрел на удаляющийся корабль.

Корабль сокровищ Великой Мин двигался с поразительной скоростью. С такой скоростью он, вероятно, очень скоро достигнет устья Благодатной Реки и войдёт в безбрежную тьму неведомого моря.

Сможет ли этот корабль довезти тело Истинного Короля через бескрайнее Море Тьмы до земель предков, до Божественной Срединной Земли?

Справятся ли воины на борту со всеми опасностями, что таятся в морских глубинах?

Знают ли они путь домой?

Но ведь Великая Мин уже шесть тысяч лет не поддерживала связь с Западным Континентом.

Что же случилось с Великой Мин?

Существует ли она до сих пор?

Или, подобно другим династиям, описанным в исторических хрониках, она уже сгнила изнутри и обратилась в прах?

В голове Ли Тяньцина роились самые разные мысли. Растрогавшись, он пробормотал:

— Как бы я хотел бросить всё, вернуться на тот корабль и вместе с воинами Великой Мин отправиться на родину, чтобы увидеть величие земель предков. И, ступив на ту землю, я бы громко сказал её жителям: «Я — потомок Хуася, я с Западного Континента! Мои предки пересекли океан, прокладывая путь сквозь тернии, осваивали новые земли, сражались со скверной и основали там новый дом!»

Чэнь Ши внезапно прервал его мечтания:

— Тяньцин, твой четвёртый дядя и твой третий дядя всё ещё на корабле.

Весь пыл Ли Тяньцина мгновенно угас.

На корабле были не только Ли Сяочжэн и Ли Сяоци, но и мастера остальных двенадцати кланов.

Почему они не сошли на берег?

— Я понял! У них великие устремления, они совершают то, на что мы не осмеливаемся!

Ли Тяньцин исполнился благоговения. С серьёзным лицом он сказал:

— Они, должно быть, почувствовали необычное движение Корабля сокровищ Великой Мин и приняли решение последовать за ним, чтобы вернуться в Божественную Срединную Землю, на родину предков. Море Тьмы невероятно опасно, и в этом путешествии они могут в любой миг погибнуть от морских чудовищ или штормов. Но они готовы рискнуть! Сяо Ши, разве такие потомки благородных кланов не достойны твоего восхищения?

Чэнь Ши не поверил.

— О других не скажу, но твой четвёртый дядя, Ли Сяочжэн, не из тех, кто жертвует собой ради правого дела. С виду он благопристоен, но наедине с собой его одолевают демоны, и он, боюсь, страшнее любой скверны.

Ли Тяньцин улыбнулся:

— Сяо Ши, у тебя слишком много предубеждений против знатных кланов. Тринадцать кланов обладают неисчерпаемыми богатствами духа, среди них много благородных и отважных мужей. Третий и четвёртый дяди, вдохновлённые стремлением Истинного Короля вернуться домой, тоже решили отправиться на поиски родины, чтобы восстановить связь между Западным Континентом и Божественной Срединной Землёй. Даже если им не удастся, их преданность будет сиять в веках.

Чэнь Ши усмехнулся:

— Такой же благородной и отважной, как у Ли Цзюня?

Ли Тяньцин вспомнил, как Ли Цзюнь и его компания «благородно и отважно» предавались утехам в весёлом доме, и смутился.

— Третий и четвёртый дяди не такие.

Чэнь Ши рассмеялся:

— Когда-то и они были такими! А если сейчас нет, то лишь потому, что научились лучше притворяться.

Ли Тяньцину нечего было возразить.

Они вернулись в Деревню Жёлтого Склона. Одежда, которую Ли Тяньцин постирал ранее, уже высохла. Чэнь Ши взял один комплект, а другой бросил ему. Переодевшись в сухое, Ли Тяньцин снова принялся за стирку, заодно почистив и обувь Чэнь Ши.

— Куда проворнее этой девчонки Дин-Дин, — похвалил его Чэнь Ши.

Он отправился к дому Юйчжу.

— Юйчжу, скажи своей бабушке, что у меня сегодня гости, хочу приготовить яичницу с зелёным перцем, а утиных яиц не хватает, прошу одолжить.

— Тётушка Ван, у меня гости, хочу приготовить яичницу с перцем, а перца маловато.

— Дядюшка Тянь, дома гости, а масла, соли и соуса не хватает. Да что вы стесняетесь, все свои. Я пошёл, не провожайте!

— Дядя Ли, у меня сегодня на ужин свинина с тофу, а свинины не хватает… Дядя, зачем вы палку взяли? Хотите с племянником силой помериться? Положите, не пораньтесь. Все ж соседи.

…

Чэнь Ши занимал то у одних, то у других, и вскоре набрал продуктов на целый стол. Черныш пошёл промывать рис и готовить, а Ююба помогала разжигать огонь.

Малышка в красном передничке, покинув свой божественный алтарь, чувствовала себя не в своей тарелке, ей всё время хотелось найти какое-нибудь похожее место и усесться.

Черныш усадил её разжигать огонь.

Чэнь Ши увидел, как она собирается отломить одну из немногих веточек у себя на голове, чтобы бросить в огонь, и поспешно остановил её, указав на поленья, нарубленные Чернышем.

«У Ююбы, кажется, не всё в порядке с головой», — с беспокойством подумал Чэнь Ши, опасаясь, что, разжигая огонь, она и себя бросит в топку.

К счастью, ума у Ююбы хватило, чтобы себя не сжечь.

Чэнь Ши немного успокоился. Поскольку все дела были сделаны другими, просвещённому господину стало нечем заняться, и он достал Нефритовую печать Западного Короля.

Он вертел её в руках, но печать, казалось, ничем не отличалась от прежней. Надпись «Драгоценная Печать, Внемлющая Небесам, навеки усмиряющая Западные Пустоши» стала лишь немного чётче, но, возможно, это ему просто показалось.

«Эта печать поглотила карты всех пятидесяти провинций из гробницы Истинного Короля, как она может не отличаться?»

Чэнь Ши попытался активировать печать своей истинной ци, но та не отреагировала. Попробовал влить в неё кровь и ци — тот же результат.

Он прокусил палец и капнул кровью на печать. Та осталась неподвижной, лишь впитав его кровь.

Кровь с кончика пальца называют кровью сердца. Говорят, «десять пальцев связаны с сердцем», и капля такой крови на сокровище может снискать его признание.

Но печать оставалась непреклонной, и просвещённый господин был в растерянности.

Чэнь Ши сильно подышал на печать, собираясь где-нибудь поставить пару оттисков. Тут он заметил, что малышка в красном передничке, набив топку дровами, снова сидит без дела.

— Ююба, Ююба! Иди сюда! — с улыбкой позвал он.

Малышка в красном передничке ковыляя подбежала.

Ли Тяньцин, стиравший одежду, видел, как дрова сами собой летят к печи, и догадывался, что среди них есть кто-то невидимый. Теперь, услышав зов Чэнь Ши, он окончательно убедился в своей догадке. «Неудивительно, что я постоянно вижу, как пёс разговаривает с пустотой, и что-то теребит его уши, — подумал он. — Погодите, пёс разговаривает сам с собой?»

Он почувствовал, что что-то здесь не так, но не мог понять, что именно.

Ююба подбежала к Чэнь Ши и подняла на него голову.

— Попку выстави, — улыбнулся Чэнь Ши.

Ююба повернулась и выставила попу.

Чэнь Ши снова подышал на Нефритовую печать и шлёпнул ею по её белоснежной попке.

— Поставлю тебе клеймо, чтобы не потерялась! — засмеялся он.

Ююба выпрямилась, вывернувшись, чтобы посмотреть на свою попу. Увидев на ней золотой оттиск, она то ли удивилась, то ли обрадовалась, и принялась кланяться Чэнь Ши, совсем как маленький взрослый.

Чэнь Ши не понял её намерений.

— Ты чего кланяешься? Тяньцин, Тяньцин, я поставил Ююбе печать на попу, а она мне кланяется, что это значит?

— Что за Ююба? — спросил Ли Тяньцин.

— Безумная крёстная из Деревни Трёх Слияний, совсем кроха.

Чэнь Ши вкратце рассказал историю о дереве с человеческими головами.

— Можно сказать, очень сильный божественный облик. Я боялся, что она будет творить зло, поэтому приютил её, чтобы очистить от скверны.

Ли Тяньцин прекратил стирать, задумался на мгновение, а потом вспомнил, что читал о подобных случаях в древних книгах клана Ли.

— Ты поставил ей печать, и она просит у тебя сан, — улыбнулся он. — В древности печать, символизирующая власть, давала право жаловать титулы и земли. Она думает, что ты можешь дать ей новые владения, где она станет крёстной.

— Новые владения? — удивился Чэнь Ши. — И такое бывает?

Кто из мальчишек не мечтал стать императором?

Чэнь Ши мечтал об этом каждый день.

Он поспешно притащил стул, сел на него, раздвинув ноги, как заправский военачальник, и, держа в руке Нефритовую печать, с серьёзным видом произнёс:

— Ююба, сегодня я жалую тебе сан… сан…

Ююба с нетерпением смотрела на него. Чэнь Ши напряжённо думал. У всех окрестных деревень уже были свои крёстные. В Солнечных Горах тоже хватало диких крёстных, да ещё и Горный Владыка, а также змей Сюаньшань и Матушка Чжуан в качестве кандидатов на пост горных духов. У каждого городка тоже были свои покровители.

Внезапно глаза Чэнь Ши загорелись.

— Я жалую тебе сан Горной Владычицы Чёрной горы! Управляй всеми крёстными в радиусе ста ли, изгоняй скверну, защищай народ! Немедленно вступай в должность!

Ююба от восторга чуть не подпрыгнула. Она упала на колени и несколько раз с гулким стуком ударилась лбом о землю, а затем превратилась в струйку зелёного дыма и исчезла.

— Ююба!

Чэнь Ши вскочил со стула.

— Ты куда? Вернись! Ююба? Ююба? Плохо дело!

На лбу у него выступил холодный пот. «Я же просто так сказал, неужели эта дурочка и вправду отправилась на Чёрную гору вступать в должность? Эта малышка, теперь без своего истинного тела, будет убита скверной и другими крёстными! Тяньцин, Черныш, оставьте мне обед, я на Чёрную гору!»

— Гав! — отозвался Черныш.

Чэнь Ши выбежал из дома. Едва он покинул деревню, как увидел дюжину странно одетых людей, разбросанных по углам Деревни Жёлтого Склона. У каждого из них были огромные, с метр высотой, уши, распростёртые, словно веера, и все они были направлены в его сторону!

«Апостолы Истинного Бога, Слушатели!»

Сердце его дрогнуло. «Их так много! Все они пришли слушать меня?»

Ему стало не по себе. Если так, то в разговорах с Тяньцином придётся быть осторожнее и не болтать лишнего.

Он побежал вдоль Реки Нефритового Пояса к Благодатной Реке и, используя истинную ци, пересёк её по воде.

А вокруг него, в радиусе ста метров, уши Слушателей захлопали, как крылья, и подняли их в воздух.

Уши у них были огромные, прикреплённые к голове, а тело по сравнению с ними казалось маленьким и болталось внизу, словно горошина под двумя большими лопухами.

Они летели на ушах, но двигались при этом удивительно легко и проворно, умудряясь на лету доставать бумагу и кисть и что-то записывать.

«Прилипчивые твари! Когда же я наконец избавлюсь от подозрений?»

Чэнь Ши был раздосадован. «Интересно, то, что я в деревне играл в императора и пожаловал сан бездомному духу, эти ребята запишут как государственную измену и подготовку к мятежу?»

Ему стало любопытно, что же эти типы записывают в свои книжечки.

…

Чёрная гора.

С тех пор как Чэнь Ши покончил с Бабушкой с Чёрной горы, её храм был разрушен, а крысы-слуги перебиты. Те немногие, что уцелели, не представляли угрозы.

Раньше храм Бабушки с Чёрной горы властвовал над многими деревнями и городками в радиусе ста ли. Крёстные из каждой деревни и городка ежегодно должны были приносить ей дань и воскуривать благовония. После её смерти местные крёстные вздохнули с облегчением, а духи и скверна в окрестностях Чёрной горы тоже почувствовали себя свободнее, избавившись от гнёта.

В этот день над руинами храма Бабушки с Чёрной горы внезапно поднялась струйка зелёного дыма и превратилась в огромное, высотой в несколько десятков метров, дерево ююбы, накрывшее своей кроной половину горы.

Люди с изумлением смотрели на это чудо. Издалека казалось, что на дереве висят сотни больших красных плодов размером с таз, ярких и сочных.

Но подойдя ближе, они увидели, что на ветвях висят человеческие головы, все в крови, отчего и казались красными. Некоторые были размалёваны так, что выглядели неописуемо жутко!

— Нечисть!

Люди с криками бросились врассыпную.

Вскоре крёстные из всех деревень, городков и посёлков в радиусе ста ли, а также бродячие духи получили весть по благовонной связи и устремились к Чёрной горе, окружив дерево с человеческими головами.

Ююба сидела в алтаре, сложенном из камней и кирпичей, а вокруг неё стояли крёстные и духи всех мастей — мужчины, женщины, старики и дети, а также всевозможные уродцы. Все они смотрели на малышку с недобрым выражением на лицах.

— Это ты разослала весть, чтобы мы пришли поклониться тебе, новой Горной Владычице Чёрной горы?

Крёстная из деревни Гуанся, женщина со взрывным характером, шагнула вперёд.

— Какое ты имеешь право называть себя Владычицей Чёрной горы? — рявкнула она. — Пришлый сопляк, захотел стать владыкой, а с нами сперва померяться силой не желаешь?

Ююба встала со своего алтаря. Духи вздрогнули и отступили на шаг.

Пришлый дракон должен быть силён. Они долгое время были в рабстве у Бабушки с Чёрной горы и давно растеряли всю свою удаль, боясь нарываться на неприятности.

Ююба повернулась, выставила попку и, гордо показав золотой оттиск, заявила:

— А вот посмотрите!

Духи подошли ближе. Увидев содержание золотой печати, они все как один пали на колени и склонили головы.

— Приветствуем Горную Владычицу Чёрной горы!

Ююба повернулась, села в алтарь и сказала:

— Встаньте.

Все крёстные и духи поднялись. Один за другим они подходили и преподносили ей по щепотке своих благовоний. Дым благовоний летел к Ююбе, и она впитывала его в знак их верности.

…

Чэнь Ши прибыл на Чёрную гору. Стоя в отдалении, он наблюдал за этой сценой, и на его лице появилась довольная улыбка.

Он чувствовал себя отцом, чьё дитя выросло и стало самостоятельным. Не желая мешать, он развернулся и пошёл домой.

А вокруг него, в лесах, полях и над рекой, захлопали огромные уши, и Слушатели один за другим взмыли в воздух, следуя за Чэнь Ши.

«Нефритовая печать Западного Короля и вправду дарует право жаловать божественный сан?»

По пути домой Чэнь Ши вертел печать в руках. Добравшись до Деревни Жёлтого Склона, он, однако, не спешил домой на ужин, а поднялся на Склон Жёлтого Холма.

Он рассказал Чжу-просвещённому о том, что случилось с печатью. Тот, вися на дереве, долго молчал, а потом спросил:

— Ты видел Истинного Короля?

Чэнь Ши кивнул.

— Истинный Король забрал у тебя печать, — продолжал Чжу-просвещённый, — затем печать взлетела и поглотила карты гор и рек пятидесяти провинций. А потом ты подпрыгнул, схватил её, и Истинный Король не забрал её обратно?

Чэнь Ши снова кивнул.

Чжу-просвещённый всхлипнул и заплакал.

— Это должно было достаться тому неблагодарному отпрыску, Княжичу Сяо. Береги её как следует.

Он плакал всё сильнее, и слёзы перешли в рыдания. Он не мог сдержать эмоций.

Чэнь Ши стоял в растерянности, не зная, почему его первый учитель так расстроился и как его утешить.

Вокруг Склона Жёлтого Холма Слушатели строчили в своих блокнотах. Один из них собрал информацию от всех, взял кисть и написал: «Чэнь Ши, получив Нефритовую печать Западного Короля, жалует божественный сан». Затем он сложил записку в бумажного журавлика и легонько дунул на него.

Журавлик замахал крыльями и, взлетев, превратился в белоснежного бессмертного журавля. Набирая скорость, он устремился к столице провинции Синьсян.

В этот миг из ниоткуда вылетел алый язык, обвил журавля и со свистом втянулся обратно.

Высокий, красивый молодой человек вышел из-за деревьев. Он жевал, и из уголка его рта торчало несколько перьев.

— Слушатели?

Его взгляд упал на людей с огромными ушами.

— Вы напомнили мне один вкус из прошлого, — тихо усмехнулся он. — Незаметно пролетело десять лет. Какой ностальгический вкус.