Глава 104.0
— Бабушка, дядюшка Цинъян, дядюшка Ху, божественный образ Горного Владыки ещё не обрёл окончательную форму, — произнёс Чэнь Ши, призывая свой внутренний храм, чтобы явить его состояние всем присутствующим. — Ему ещё рано переезжать в новое святилище.
По правде говоря, ему совсем не хотелось расставаться с Горным Владыкой.
У него не было собственного Божественного Зародыша, и Горный Владыка стал для него всем — его силой, его сутью. А обладать такой мощью было невероятно соблазнительно.
В бою стоило ему призвать жёлтого тигра, как даже мастер уровня Зарождающейся Души, подобный господину Цзэну, не мог устоять перед его ударом. А если бы он смог направить силу самого Горного Владыки, мощь была бы и вовсе невообразимой!
Но ещё больше пользы это приносило в совершенствовании.
Чэнь Ши чувствовал, как во время практики Праведной Ци Трёх Светил его истинная ци, проходя через тигра, очищалась и становилась многократно сильнее, отчего скорость его развития взмывала до небес.
Как и говорил учёный Чжу, Божественный Зародыш подобен изначальному духу заклинателя, позволяя ему на ранних этапах ощутить все преимущества этого состояния. Он помогает в совершенствовании, удваивая и утраивая плоды усилий. В бою же он дарует мощь, недостижимую на столь низком уровне.
Если бы Горный Владыка остался в его малом храме, Чэнь Ши был уверен, что смог бы достичь второго, а то и третьего оборота Золотого Ядра в кратчайшие сроки!
Ведунья Ша внимательно осмотрела храм и убедилась, что божественный образ Владыки и впрямь всё ещё сгущается, хотя до завершения оставалось совсем немного.
— Если Владыка будет собирать себя сам, это займёт ещё дней десять, а то и полмесяца, — промолвила она. — Но оставлять его у Сяо Ши… небезопасно…
Она на мгновение задумалась и вынесла решение:
— Сяо Ши, ближайшие дни оставайся в Солнечных Горах, никуда не отлучайся. Старина Ху, Цинъян, нам нужно кое-что обсудить.
Троица отошла в сторону и, сбившись в тесный кружок, принялась что-то таинственно обсуждать шёпотом. Чэнь Ши напряг слух, но не смог разобрать ни слова. Он кивнул Чернышу, чтобы тот подобрался поближе и подслушал, но пёс лишь испуганно замотал головой.
Спустя некоторое время Ведунья Ша вернулась и строго-настрого наказала:
— Запомни, в эти дни ни ногой за пределы Солнечных Гор.
Чэнь Ши подумал и спросил:
— А в другие деревни можно?
— В деревни — можно. Главное — не покидай Солнечные Горы. — Ведунья Ша говорила с необычайной серьёзностью. — И ещё одно. Ни в коем случае не призывай скакуна Горного Владыки в ясный день. Только в пасмурную погоду или под дождём, когда ни солнца, ни луны не видать. Понял?
Чэнь Ши похолодел и поспешно кивнул.
Он давно подозревал, что истинный бог из-за небесного свода наблюдает за миром: днём его глаза становятся солнцами, а ночью — луной, и ничто не может укрыться от его всевидящего взора.
Именно поэтому заброшенный храм в горах, куда проник солнечный луч, был уничтожен небесным камнем.
Именно поэтому храм Горного Владыки, из которого выглянула гигантская тигриная голова, постигла та же участь.
Именно из-за этих догадок он дождался дождя, прежде чем призвать жёлтого тигра и сокрушить господина Цзэна. И именно поэтому, призвав тигра через свой внутренний храм, он избежал кары с небес.
«Ведунья Ша, дядюшка Цинъян и остальные точно что-то знают!» — пронеслось в его голове.
— Они не зря шептались, — тихо сказал он Фу Лэйшэну и Чернышу. — Их запрет на использование скакуна Владыки в ясный день означает одно: они боятся, что истинный бог заметит его и немедленно нанесёт удар!
Черныш с серьёзной мордой решительно кивнул:
— Гав-гав-гав!
Фу Лэйшэн собачьего языка не понял, но от слов Чэнь Ши его бросило в дрожь.
— Черныш прав, — продолжил Чэнь Ши. — Дедушка был с ними близок. Скорее всего, они, как и он, состоят в какой-то тайной общине. И знают они куда больше меня! Возможно, им даже известно, почему истинный бог уничтожает любое проявление божеств нашей прародины, стоит ему его заметить.
Сердце Фу Лэйшэна заколотилось от ужаса. За всю свою жизнь он не испытывал такого страха, какой внушили ему эти несколько фраз Чэнь Ши.
А мальчик, погружённый в свои мысли, продолжал:
— Шесть тысяч лет назад связь между Божественным континентом и Западным Континентом прервалась, Истинные Короли погибли, а первые храмы, привезённые адмиралом и его людьми, пришли в упадок… Может ли всё это быть связано с богом из-за небес?
Фу Лэйшэн, пока ещё не лишившись остатков разума, пролепетал:
— Чэнь Ши, Черныш, благодарю за гостеприимство, но я что-то соскучился по жене и детям. Пойду-ка я проведаю родные края!
— Господин Фу, — с недоумением спросил Чэнь Ши, — неужели вам неинтересно, какая вражда лежит между богами наших предков и этим чужим богом?
— Неинтересно!
Фу Лэйшэн пустился наутёк, охваченный паникой. Лишь оказавшись на безопасном расстоянии от Деревни Жёлтого Склона, он начал осознавать, насколько странными были тот пёс и лазурный козёл.
«Эта собака… она умеет стоять на задних лапах, жарить еду, варить суп и даже готовить целебные отвары! Она может влиять на мои мысли! И этот козёл тоже совершенно ненормальное создание, точно какая-то Скверна!»
Мысли в его голове путались, но стоило ему вспомнить слова Чэнь Ши, как пёс и двуногий козёл показались ему не такими уж и жуткими.
Настоящая Скверна — это Просветлённый Чэнь!
Он осмелился усомниться в истинном боге!
Он посмел предположить, что гибель Истинных Королей и разрыв связи с прародиной связаны с этим богом!
Нечестивец! Великий нечестивец!
«Если я останусь с ним, он исказит и мои мысли! Я и сам превращусь в Скверну!»
Чэнь Ши с сожалением проводил взглядом убегающего Фу Лэйшэна. Дом опустел, остались только он да пёс, и в какой бы комнате он ни находился, на душе было тоскливо.
Лишь в эти дни, когда дедушки не было рядом, он по-настоящему понял, как важна семья.
«Теперь у меня и деньжата водятся, — подумал он, вспомнив Цзинь Хунъин. — Интересно, согласится ли Сяо Цзинь выйти за меня? Как только сдам уездные экзамены, мне исполнится двенадцать, а значит, можно будет и жену себе взять».
Конечно, если не считать те восемь лет, что он провёл в мире мёртвых.
«Но если я женюсь на Сяо Цзинь, Тяньцин точно будет недоволен. Он мой лучший друг, и тоже парень видный, хоть и не такой богатый, как я. Наверное, Сяо Цзинь будет очень трудно выбирать между двумя такими выдающимися юношами, как мы…»
Но мальчишеская натура взяла своё, и Чэнь Ши быстро отбросил эти мысли, предоставив Сяо Цзинь самой ломать над этим голову. А сам вместе с псом отправился за деревню — оттачивать меткость Меча Полуденного Рассечения Скверны.
На этот раз он не просто бездумно метал потоки ци. Он активировал Праведную Ци Трёх Светил и, совершая Поступь Семи Звёзд, высвобождал энергию меча.
Направляя истинную ци через жёлтого тигра во внутреннем храме, он использовал его как собственный Божественный Зародыш. Эффект был поразительным — его сила росла на глазах!
Его Золотое Ядро тоже воспарило и, неведомым образом оказавшись внутри храма, начало закаляться с невероятной скоростью!
Чэнь Ши был одновременно потрясён и восхищён. «Так вот почему чем лучше Божественный Зародыш, тем выше скорость совершенствования и могущество! Какая же в нём заключена сила!»
Он невольно задумался: а каков он, Изначальный Зародыш Дао, что превосходит все первоклассные зародыши? Насколько он силён? Может ли он сравниться с мощью жёлтого тигра?
«Даже без Изначального Зародыша Дао я стал намного сильнее, чем прежде!»
Чэнь Ши успокоил разум и полностью сосредоточился на тренировке.
Меткость его Меча Полуденного Рассечения Скверны была уже неплоха, да и дальность впечатляла. Но теперь он хотел научиться управлять потоком ци, заставить его изгибаться по своей воле.
Он двигался без остановки, его шаги были неуловимы, словно танец призрака. Он то скользил параллельно земле, то нёсся по воздуху вниз головой, а невидимые потоки ци с пронзительным свистом рассекали воздух.
Теперь он стремился не к дальности, а к близости.
Чэнь Ши сражался с мастерами этого искусства бесчисленное количество раз и прекрасно знал его главный недостаток: в ближнем бою оно было неповоротливым. Выпущенный поток ци уже невозможно было перенаправить, и велик был риск задеть своих же.
Поэтому он пытался сделать свою ци гибкой и послушной.
После долгих попыток Чэнь Ши столкнулся с неразрешимой задачей: мощь Меча Полуденного Рассечения Скверны была так велика, что контролировать его траекторию вблизи было практически невозможно. А чтобы получить контроль, пришлось бы пожертвовать силой.
Проще было выучить новую технику.
Он упражнялся ещё долго. Ему удалось научиться выпускать ци под любым углом и даже заставлять её огибать деревья, но превратить её в послушный шёлковый шнур, обвивающий пальцы, так и не вышло.
«Всё же придётся освоить другие искусства. Интересно, есть ли что-то подходящее в Гробнице Истинного Короля?»
В этот миг он замер, ощутив свет солнца и луны своей прародины.
Чэнь Ши со всех ног бросился домой, схватил зеркало и посмотрел в него. В малом храме за его затылком и впрямь сиял солнечный луч, пробивавшийся сквозь крышу!
Он был вне себя от волнения. Снова и снова он вглядывался, не веря своим глазам, — да, это был настоящий солнечный свет, льющийся с потолка его внутреннего храма!
А маленький жёлтый тигр нежился в этом луче, свернувшись калачиком, и выглядел совершенно довольным.
«Если бы я только мог войти в храм…»
Едва он об этом подумал, как мир вокруг померк. А когда свет вернулся, Чэнь Ши обнаружил, что стоит у входа в свой малый храм.
Святилище выглядело почти так же, как и прежде, разве что песок, из которого оно было сложено, стал плотнее, а пространство вокруг — устойчивее. Уже не казалось, что случайный порыв ветра может развеять его в пыль. Видимо, его усердные тренировки последних дней укрепили храм.
Не теряя времени на разглядывание, Чэнь Ши в два шага вошёл внутрь.
Снаружи жёлтый тигр казался крошечным, но оказавшись рядом, Чэнь Ши осознал его истинные размеры.
Тигр медленно поднялся. Он был поджарым, его лопатки высокими буграми выпирали под шкурой. В холке он был на две головы выше самого Чэнь Ши!
Наклонив голову, зверь всё равно смотрел на мальчика сверху вниз. Он издал короткий, предостерегающий рык, словно приказывая не делать глупостей.
Но Чэнь Ши не почувствовал в нём ни злобы, ни жажды крови. Напротив, казалось, тигр испытывает к нему какую-то привязанность.
Чэнь Ши замер в недоумении. Этот тигр — скакун Горного Владыки, так почему он так к нему относится?
«Может, потому что его божественный образ сгущался в моём храме, он и проникся ко мне симпатией?»
С этой мыслью он осмелел и протянул руку, чтобы коснуться головы тигра.
Зверь оскалился, обнажив клыки длиннее его ладони, словно угрожая.
Но Чэнь Ши без страха подошёл ближе. Тигр порычал ещё немного, но, видя, что это не производит впечатления, прекратил угрозы и позволил руке мальчика опуститься на свою голову.
Ощутив приятное поглаживание, он и вовсе улёгся обратно, чтобы продолжить дремать в солнечном луче.
Чэнь Ши попытался почесать тигра за ухом, как кота, но его голова была слишком огромной, и ничего не вышло. Тогда он обошёл зверя сзади и увидел между его мощных задних лап два больших пушистых колокольчика. Он с любопытством протянул к ним руку.
Тигр недовольно дёрнулся, но всё же сдержался и лишь мягко оттолкнул любопытного хозяина храма своим хвостом.
«Гостю под чужой крышей всегда приходится чем-то платить, — подумал тигр, — но последним достоинством поступаться нельзя».
Чэнь Ши оставил эту затею и повернулся к божественному образу Горного Владыки — человеческой фигуре с бычьими рогами. Со всех сторон в храм непрерывным потоком вливалась сила благовоний. Похоже, на полное формирование образа уйдёт ещё несколько дней.
«Интересно, когда Горный Владыка покинет мой храм, останется ли здесь проход на прародину? Не исчезнет ли этот солнечный свет?»
Он терзался этими мыслями, как вдруг поток силы благовоний резко усилился. То, что мгновение назад было тонким ручейком, превратилось в бурную реку. Лазурная дымка хлынула в храм, стремительно преображаясь в невиданную мощь!
Скорость формирования образа Горного Владыки возросла многократно!
Чэнь Ши замер в изумлении. С такой скоростью ждать несколько дней не придётся — образ может завершиться уже сегодня!
«Что происходит?»
В этот самый миг во всех шестидесяти трёх деревнях и пяти городах Солнечных Гор местные божества-крёстные зажгли по благовонной палочке и принялись беззвучно возносить молитвы.
А глубоко в горах, в дупле гигантского дерева, Матушка Чжуан зажгла три палочки и прошептала истинное имя Горного Владыки.
Перед Тёмным Змеем Сюаньшанем в воздухе парила курильница, испуская тонкие струйки ароматного дыма.
В лесной чаще перед духами Солнечных Гор и пухлыми, похожими на тигрят, младенцами-женьшенями тоже вспыхнули огоньки благовоний, и их дым устремился в одном направлении.
А на окраине великих гор бесчисленные лисы-оборотни, покрыв склоны живым ковром, встали на задние лапы, воздели по три благовонные палочки и низко поклонились.
В малый храм за затылком Чэнь Ши хлынул такой поток силы, что он ощутил, как из алтаря поднимается могучая, благословляющая всё живое аура. Она пронеслась по его телу, даруя невыразимое блаженство.
А на его глазах божественная фигура на алтаре медленно поднялась, шагнула вперёд и сошла со своего престола.
Божество прародины, спаситель всего живого, повелитель громового пламени девяти ян, Великий Мудрец, Небесный Врачеватель и Царь-Целитель Трёх Миров, изобретатель пороха, великий Сунь Сымяо — спустя шесть тысяч лет его воплощение, Горный Владыка Солнечных Гор, наконец, вновь ступило на земли Западного Континента!