Глава 87.0

«Тот, кто снаружи, — это новый уездный начальник Синьсяна, Гэн Чунь? Он хочет купить гусей? И всех сразу?» — Чэнь Ши почувствовал неладное.

Это был Восточный рынок. С тех пор как луна стала появляться днём и поползли слухи о Скверне, сюда мало кто заходил — и торговать, и покупать. Старик-гусятник превращает учеников в гусей именно здесь, и тут же, в этом безлюдном месте, появляется уездный начальник Гэн Чунь и скупает всю партию.

Всё это было очень странно.

Из мешка доносилось гоготание. Чэнь Ши обернулся и увидел, как несколько гусей набросились на одного, щипая его и упрекая в неверном решении. Той, кого они клевали, судя по всему, была Ху Фэйфэй.

Как ни странно, хоть все они и превратились в гусей и издавали лишь гогот, они прекрасно понимали друг друга, словно овладели гусиным языком.

В этот момент снаружи послышалось новое гоготание — похоже, кто-то переставлял клетки. Мешок, в котором они сидели, кто-то взвалил на спину, и пространство внутри закачалось.

Их несли в город.

Гуси снаружи плакали и кричали. Судя по голосам, это были другие пропавшие ученики, которых тоже постигла та же участь.

«Неужели уездный начальник и гусятник заодно? Они и вправду собираются съесть учеников, превращённых в гусей? Но ведь это людоедство!»

Чэнь Ши почувствовал, как по спине пробежал холодок, а в мешке тем временем ученики-гуси всё ещё осыпали упрёками Ху Фэйфэй.

Чэнь Ши покачал головой. «Детский сад… хотя постойте, я ведь и сам ещё ребёнок».

И он, захлопав крыльями и гогоча, подбежал к остальным, присоединился к кругу и тоже принялся щипать Ху Фэйфэй, выдирая у неё перья.

Ху Фэйфэй жалобно гоготала под их градом ударов.

Устав, Чэнь Ши и остальные отошли передохнуть, собираясь продолжить чуть позже.

«Что это за мешок, способный превращать нас в гусей? Похоже на призрачный домен», — размышлял Чэнь Ши, переваливаясь на коротких ножках и привычно виляя хвостом. Он осматривал внутреннее пространство мешка. Тьма была кромешная, но места внутри было как в небольшой комнате, где легко поместилась бы сотня гусей.

— Чэнь Ши, Чэнь Ши, не бегай! — крикнули ему другие гуси.

Чэнь Ши не обратил на них внимания и продолжил осмотр. Гусиные глаза обладали удивительной способностью видеть в темноте, так что даже в непроглядном мраке мешка им всё было видно как днём.

Он обнаружил, что может, стоя на месте, повернуть шею на полный оборот и увидеть, что происходит за спиной. Это было так ловко и ново, что он пришёл в восторг.

В этот момент гусь, в которого превратился Шэнь Юйшэн, подошёл и поравнялся с ним.

— Это точно не призрачный домен, — сказал он. — У домена область воздействия гораздо шире, он может изменять структуру объектов, виды существ. А я чувствую, что мои меридианы остались на месте, кровь и ци циркулируют по человеческому телу, а не птичьему. Думаю, это какое-то искусство сотворения, оно меняет лишь нашу внешнюю оболочку, но не внутреннюю структуру.

Чэнь Ши пристально посмотрел на него. Этот Шэнь Юйшэн был очень умён, чем вызвал его уважение.

— Если бы наш уровень совершенствования был чуть выше, мы бы смогли прорвать подавление мешка и снова стать людьми, — с сожалением добавил Шэнь Юйшэн. — К сожалению, я застрял на уровне Божественного Алтаря и не получил Зародыш, иначе бы попробовал. Думаю, этот гусятник ловит именно учеников и не трогает Просветлённых, потому что его мешок способен сдерживать только тех, кто на уровне Божественного Алтаря.

Чэнь Ши вытянул шею и огляделся.

— Мешок тоже можно считать своего рода призрачным доменом, только очень маленьким. И чтобы его разрушить, Божественный Зародыш не нужен. Это всего лишь особое пространство, созданное с помощью талисманов.

Он попробовал направить энергию Золотого Ядра в правую ногу. Гусиная лапа на его глазах превратилась в человеческую ступню.

Чэнь Ши, не подавая вида, вернул энергию, и ступня снова стала лапой. Он поднял её и легонько топнул. Из-под лапы вырвался поток истинной ци, который заставил проявиться скрытые в ткани мешка чёрные нити.

Под воздействием ци нити засветились, складываясь в один за другим узоры талисманов. Эти узоры окружали их, образуя пространство размером с комнату.

Другие гуси уже отдохнули и готовились ко второму раунду избиения Ху Фэйфэй, но при виде этого зрелища застыли на месте.

Чэнь Ши убрал лапу, и узоры талисманов постепенно померкли и исчезли.

Шэнь Юйшэн с изумлением посмотрел на него и прошептал:

— Чэнь Ши, у тебя такая мощная истинная ци! Ты получил Божественный Зародыш?

Чэнь Ши покачал головой. «У меня нет Зародыша, — подумал он, — но я уже сформировал Золотое Ядро».

С его нынешним уровнем развития прорвать подавление мешка было несложно. Узоры талисманов на нём были талисманами преображения. Дед учил его таким, и он даже заметил несколько изъянов в начертании рун. Справиться с ними было проще простого.

В этот момент снаружи послышались голоса.

— Сколько гусей! Госпожа будет в восторге! — воскликнул женский голос.

— Госпожа в последнее время только о гусятине и мечтает! Всё жалуется, что во рту пресно, — подхватил другой.

Затем раздался голос начальника Гэна:

— Отнесите клетки на задний двор и повесьте. Приготовьте посуду, ножи и топоры. Вечером мы с госпожой будем ужинать, ваша помощь не потребуется. И чтобы никто из вас туда не входил.

Служанки согласились и понесли клетки на задний двор.

— Господин, в этом мешке ещё несколько гусей, свежайшие, — сказал гусятник.

— Будь добр, отнеси их на задний двор и посади в клетки.

Вскоре мешок открылся, и Чэнь Ши с остальными ослепил яркий свет. Несколько учеников тут же принялись отчаянно гоготать.

В этот миг из мешка выскочил Черныш.

— Собака! Собака! Сюда пробралась большая чёрная собака! — закричали служанки.

В усадьбе начальника поднялся переполох. Служанки в панике метались, а начальник Гэн приказал стражникам ловить пса.

Костлявая, но сильная рука просунулась в клетку, схватила Чэнь Ши за шею и вытащила наружу.

Гусь, в которого он превратился, не сопротивлялся. Рука принадлежала старику-гусятнику. Его морщинистое лицо с белой бородой и волосами приблизилось к Чэнь Ши.

— Ну вот и жирный гусь попался, — усмехнулся он. — Не вини меня, уж больно господин с госпожой любят такое.

Он засунул Чэнь Ши в клетку из бамбуковых прутьев и, подцепив её шестом, повесил на дерево на заднем дворе. Прутья клетки были расположены так, что гусь мог высунуть голову, но не мог пролезть целиком.

Вскоре на большом дереве уже висело восемнадцать клеток, похожих на круглые фонари. Белые гуси внутри тревожно метались.

Для обычного уха это было простое гоготание, но для учеников, превращённых в гусей, это были крики о помощи.

— Что происходит? Собаку ещё не поймали? Чем вы тут вообще занимаетесь, дармоеды? — доносились из управы крики.

На задний двор высыпали служанки. Они расставляли ножи, посуду, даже топоры, а также лук, имбирь, чеснок, кинзу, масло, соль, соус и прочие приправы.

Ученики в клетках закричали ещё громче, умоляя их о спасении, но никто их не понимал.

Служанки ушли, но гусятник остался на заднем дворе.

Незаметно наступил вечер. Старик зажёг дюжину фонарей, развешанных по двору. Их свет был кроваво-красным.

Гусятник стоял, согнувшись в поклоне.

— Госпожа, идите помедленнее, осторожно, скользко, — послышался голос.

— Ладно, ладно, — ответил одышливый голос. — Возвращайтесь. Мы с господином будем ужинать, чтобы ни одна душа на заднем дворе не появлялась.

— Слушаемся.

Шаги служанок удалились.

Чэнь Ши, стоя в клетке, заметил, что гусятник напрягся. Он не сводил глаз с лунных ворот, ведущих во двор, и казалось, чего-то боится.

Чэнь Ши тоже посмотрел туда и увидел, как в свете луны и фонарей во двор вплывает круглая, тучная фигура супруги начальника. Она с трудом передвигала ноги и бормотала:

— Давно не ела… давно не ела такого свежего… Старина У, а где господин?

Гусятник поспешно поклонился.

— Господин ещё не вернулся.

Его голос дрожал от страха.

— Г-госпожа, если вы голодны, можете начинать…

Толстая, неповоротливая супруга начальника, ковыляя, двинулась к столу.

— Не к спеху, не к спеху, — улыбнулась она. — Подождём его, поедим вместе. Он только вступил в должность, стал отцом и матерью для всего Синьсяна, дел у него невпроворот, устаёт, бедняга. Надо его подкрепить.

Она сделала ещё один шаг, и вдруг из-под её платья донёсся глухой стук. Тело под одеждой словно удлинилось.

Она шагнула снова — и снова стук. Тело вытягивалось, платье становилось ей тесно.

Она продолжала идти к столу, и с каждым шагом раздавался стук. Её тело становилось всё длиннее, но при этом легче. Из-под платья появлялись всё новые и новые сегменты, из которых вырастали толстые ноги, упиравшиеся в землю и поддерживавшие её вытянутое тело.

Фигура её постепенно худела, и говорить ей стало легче.

— Вот так-то лучше, — улыбнулась она.

Её тело за спиной вытянулось уже на десять-двенадцать метров и продолжало расти, сегмент за сегментом.

Туловище было кроваво-красным, а ноги — молочно-белыми, полупрозрачными, толстыми у основания и тонкими на конце, с острыми, как сталь, когтями.

Она походила на гигантскую сороконожку длиной в пятнадцать метров, покрытую толстым панцирем. Но передняя часть её тела оставалась человеческой. И чем длиннее становилось её туловище, тем стройнее и красивее она становилась, превращаясь в обворожительную и соблазнительную женщину.

Её неуклюжее тело обрело невероятную гибкость.

Гуси в клетках на дереве перестали кричать и застыли, в ужасе глядя на это превращение.

Чэнь Ши тоже остолбенел. «Говорили, в уездном городе никогда не бывает Скверны. А теперь она не просто здесь — она стала супругой начальника! И держит в рабстве заклинателя, чтобы он поставлял ей на съедение юношей и девушек!»

Это казалось немыслимым.

Он всегда завидовал городским детям, считая их жизнь счастливой и беззаботной. А оказалось, что им грозит опасность куда страшнее, чем деревенским.

Внезапно кто-то из учеников не выдержал и закричал. Остальные гуси подхватили, и задний двор наполнился отчаянным гоготом.

Супруга начальника взмыла вверх. Её многочисленные ноги оттолкнулись от земли, и она оказалась прямо перед клетками, возвышаясь над ними.

Гибкое тело обвило дерево.

— Замолчать! — прошипела она. — Кто будет шуметь, того съем первым!

Воцарилась гробовая тишина. Гуси забились в углы клеток, боясь пошевелиться.

Довольная произведённым эффектом, супруга начальника сняла одну из клеток, развернулась и, подлетев к столу, поставила её на столешницу. Её глаза блеснули.

— Гусиное сердце, печень, кишки, лапки, мозги… мои любимые лакомства.

Она рассмеялась, и её тело затряслось в такт смеху, а ноги задрожали.

— Не бойтесь. Если будете бояться, станете невкусными. Я сначала использовала кровь юношей и девушек только для создания Золотого Ядра, но потом распробовала и пристрастилась. Ждать ли господина, или начать прямо сейчас…

В этот момент со двора донёсся голос начальника Гэна:

— …Учитель Фу, вы пришли в столь поздний час. У вас какое-то важное дело?

— Господин уездный начальник, я пришёл за гусями, — ответил голос Фу Лэйшэна. — Я договорился со стариком-гусятником, чтобы он оставил мне несколько штук. Слышал, он зашёл к вам в усадьбу и до сих пор не вышел, вот я и осмелился потревожить ваш покой. Заберу гусей и сразу уйду!

— Этих гусей я уже купил, — недовольно ответил начальник Гэн. — Всех до единого. И деньги заплатил. С какой стати я должен их вам отдавать? Учитель Фу, вы человек учёный, не будьте так назойливы.

— Я тоже заплатил, — возразил Фу Лэйшэн, — причём заплатил первым. Господин уездный начальник, вы хоть и чиновник, но должны быть справедливы. Позовите сюда старика-гусятника, я поговорю с ним! Эй, гусятник, выходи!

Его голос становился всё ближе, похоже, он собирался ворваться на задний двор.

В глазах супруги начальника сверкнул хищный огонёк.

— Господин, пусти его, — кокетливо пропела она. — Всего лишь лишняя пара палочек для еды.

Её взгляд упал на топор, и тело её начало сжиматься, возвращаясь в прежнюю тучную форму.

Фу Лэйшэн и начальник Гэн вошли во двор. Увидев клетки на дереве, Фу Лэйшэн улыбнулся:

— Точно! Это мои гуси, я за них заплатил! Господин Гэн, эти гуси мои, я их забираю!

Старик-гусятник возник за его спиной.

— Учитель Фу, вы, должно быть, что-то путаете, — ледяным тоном произнёс он. — Вы за этих гусей не заплатили ни гроша.

Фу Лэйшэн с улыбкой обернулся к нему.

— Разве за гусей нужно платить? Вы взяли деньги с господина Гэна? Если нет, то почему должны брать с меня?

В этот миг он, мужчина средних лет, обычно выглядевший как простой, падкий на деньги старый книжник, преобразился. Его фигура выпрямилась, глаза засияли.

— Продав гусей, вы не ушли, а остались в усадьбе начальника. Неужели ждёте, что он пригласит вас на ужин?

Начальник Гэн расхохотался.

— Учитель Фу, вы любите пошутить. Раз уж пришли, поужинайте с нами. Прошу к столу.

Фу Лэйшэн подошёл к столу.

— Господин уездный начальник, прошу.

Начальник Гэн сел.

— Старина У, выбери для учителя Фу самого жирного гуся.

— Позвольте, я сам выберу, — улыбнулся Фу Лэйшэн.

Он выхватил у старика бамбуковый шест, снял одну из клеток и поставил её на стол.

— Господин, гусь, которого я выбрал, умеет говорить по-человечески.

Фу Лэйшэн поставил клетку на стол и улыбнулся.

— А ещё он умеет показывать фокусы — превращаться из гуся в человека.

— Вот как? — начальник Гэн и его супруга проявили интерес.

— Пусть покажет, — улыбнулась супруга начальника.

Фу Лэйшэн, улыбнувшись, обратился к гусю в клетке:

— Ху Фэйфэй, скажи пару слов господину уездному начальнику и его супруге.

В клетке и впрямь была Ху Фэйфэй. Она посмотрела на супругу начальника и рассмеялась:

— Госпожа, вы такая жирная, на свинью похожи, а всё едите.

Супруга начальника затряслась от ярости и уже хотела было наброситься на неё, но начальник Гэн остановил её, взяв за руку.

— Учитель Фу, каковы ваши намерения? — спросил он.

Фу Лэйшэн посерьёзнел.

— Я всего лишь скромный учёный, изменить ничего не могу. Я лишь хочу забрать своих учеников.

— Учеников из Академии Просвещённых Талантов можете забрать, — сказал начальник Гэн.

— Ученики учатся у Конфуция. А раз все они учатся у одного учителя, значит, они все однокашники. Я заберу всех, — улыбнулся Фу Лэйшэн.

— Мечтай!

Супруга начальника с силой ударила по столу. Её жирная голова качнулась, и с глухим стуком её тело начало стремительно расти, принимая свой истинный облик.

— Останетесь здесь все!