Глава 111.0
— Беременных, на сносях?
Работник чайной опешил, но предложенная сумма была слишком велика. Он спрятал ассигнацию под чайник и прошептал:
— Когда они нужны господину? Дюжину будет нелегко найти.
Чэнь Ши подумал и ответил:
— Послезавтра утром.
Работник поразмыслил.
— Послезавтра утром, на заднем дворе нашей лавки. Приходите и забирайте.
Чэнь Ши пил чай, чтобы протрезветь. Он действительно был пьян. В своей жизни он почти не пил, а столько — и вовсе впервые.
«Янь Цзинсы — человек с двойным дном. На пиру он ни разу не попытался меня проверить. Янь Жун так же хитёр. Они на меня не нападут, но что насчёт остальных?» — размышлял он, глядя на улицу. — «Остальные упустят такой удобный случай?»
Сколько людей, столько и мнений. Если бы все были так же хладнокровны, как Янь Цзинсы, мир был бы скучен. В клане Янь столько народу, наверняка найдётся кто-то, кто не выдержит и нападёт.
Чэнь Ши отвёл взгляд. Только после выпитого он распробовал чай. Напиток приятно освежал горло, и через некоторое время привкус вина исчез, оставив лишь тонкий аромат и сладкое послевкусие.
«Чай и вправду хорошо отрезвляет».
Выпив достаточно, он почувствовал, что голова прояснилась. Он расплатился и, пошатываясь, спустился вниз. Сознание было ясным, но тело всё ещё оставалось пьяным, руки и ноги его не слушались. Ему даже понравилось это ощущение. Кликнув Черныша, он, покачиваясь, побрёл прочь.
Прохожие на улице хмурились.
— Чей это ребёнок? Напился в стельку! Куда только родители смотрят!
— В таком возрасте уже так пьёт, что же будет дальше? Вырастет пропойцей, будет жить в пьяном угаре.
Чэнь Ши не обращал на них внимания и шёл вперёд. Незаметно он миновал шумный рынок.
— Точу ножи, ножницы! — донёсся крик.
И тут же его оглушил гул голосов. Толпа стала плотнее, люди шли плечом к плечу, и Чэнь Ши утонул в ней.
— Горячие жареные палочки, острый суп!
— Свежеиспечённые мантоу, горячие баоцзы!
— Талисманы! Продаю талисманы! Лучшие талисманы, написанные кровью чёрной собаки! Любовный талисман привлечёт удачу в любви, талисман призыва души вернёт старого отца! Без талисмана никуда!
— Эй, прохожие, подходи, посмотри! Грудная клетка ломает камни! Сяо Лян, давай! Покажи им представление!
…
После полудня на этой улице было особенно людно. Старатели, разбогатев, приходили сюда за товарами и вкусной едой. Крестьяне, проделавшие долгий путь из деревень, уже распродали свои товары и теперь покупали городские диковинки, чтобы порадовать жён и детей.
Послеобеденное время было самым оживлённым, но длилось это всего час, а потом улица пустела.
Чэнь Ши вошёл в толпу. Хмель ещё не выветрился, но ему нестерпимо захотелось в туалет. Вместе с Чернышом он пробирался сквозь толпу. Несколько пьяниц справляли нужду в переулке у стены. Он никогда не делал такого в городе, поэтому, скрепя сердце, пошёл дальше.
На улице торговали всем на свете: рыбой, черепахами, мясом. У лотка с воздушными змеями толпились дети, другие гнались за коробейником. Торговец тканями разворачивал шёлк, зазывая покупателей. Продавец фонарей демонстрировал яркие краски и ручную роспись. Кто-то продавал цыплят из корзины. Чэнь Ши увидел торговца утками и гусями, остановился, посмотрел на них несколько секунд, убедился, что это не люди, и пошёл дальше.
На улице было всякое. Несколько старателей пялились на женщину в углу. Та, не обращая внимания, бросила:
— Что уставились, похотливые козлы! Нет денег — идите золото мыть. Будут деньги — тогда и приходите ко мне!
Чэнь Ши прошёл мимо, чувствуя, что мочевой пузырь вот-вот лопнет.
За его спиной, в паре шагов, старатель в короткой куртке, улыбаясь, перебирал в руке мешочек с золотым песком. Он смотрел на женщину в углу, но в то же время незаметно активировал свой Божественный Алтарь. Появился Божественный Зародыш, и в воздухе затрепетал тонкий, как леска, поток ци в форме меча.
Поток ци, словно юркая рыбка, скользил сквозь толпу. Он ловко огибал прохожих, то замирая, то устремляясь вперёд, то вверх, то вниз, никого не задевая. Он уже почти достиг затылка Чэнь Ши, как вдруг красная лента, стягивавшая его волосы, словно от порыва ветра, взметнулась и коснулась потока ци.
Щёлк!
Поток ци с лёгким треском взорвался, рассеявшись без следа и не причинив Чэнь Ши никакого вреда.
Старатель побледнел. Не обращая внимания на зазывания уличной девки, он нырнул в толпу в поисках Чэнь Ши. Но на улице было слишком много народу, и найти его было невозможно.
Внезапно он увидел, что Чэнь Ши идёт ему навстречу. Старатель обрадовался и уже было приготовился сотворить заклинание, но Чэнь Ши, качнувшись, оказался прямо перед ним, не оставив ему ни секунды на подготовку!
Чэнь Ши сжал кулак, но не полностью: мизинец и безымянный палец были прижаты к ладони, а указательный и средний — полусогнуты. В последнее мгновение он вложил в них силу и молниеносно ударил старателя в солнечное сплетение.
Тот, казалось, ничего не почувствовал, но на спине его куртка с треском лопнула, образовав дыру размером с чашу. Удар пришёлся в грудь, но сзади сломались рёбра, выпирая из-под бронзовой кожи.
Он пошатнулся и поплёлся в сторону уличной девки, но, не дойдя, рухнул на землю.
«Какая скорость!» — пронеслось у него в голове, пока он лежал на земле. Его сердце было разорвано в клочья.
Уличная девка побледнела. Растолкав пялившихся на неё мужиков, она затерялась в толпе, не сводя глаз с уходящего Чэнь Ши.
В то же мгновение толпа, казалось, стала ещё плотнее. Несколько фигур, будто невзначай, начали приближаться к Чэнь Ши.
— Змей! Берегись моего змея!
Несколько детей с гиканьем пробежали мимо, пытаясь запустить воздушного змея прямо на рынке.
Одновременно с этим в толпе зазмеились несколько почти невидимых нитей — это было другое заклинание.
Кроме того, по земле, между ног прохожих, ковыляли несколько деревянных кукол высотой в ладонь. Они двигались неуклюже, но быстро, сжимая в руках крошечные мечи и сабли. Свирепого вида, они приближались к Чэнь Ши.
Черныш побежал, лавируя в толпе.
Невидимый клинок ци устремился в спину Чэнь Ши. Он согнулся, уклоняясь от удара, и выхватил у пробегавшей мимо девочки надкусанный леденец на палочке. Последний шарик он отправил себе в рот.
Уличная девка, увидев, что её удар промахнулся, и боясь задеть прохожих, остановила клинок ци. Она уже хотела напасть на согнувшегося Чэнь Ши, как вдруг бамбуковая палочка от леденца вонзилась ей в грудь.
Чэнь Ши выдернул палочку и пронзил её левый висок насквозь, после чего скрылся в толпе.
Глаза уличной девки расширились, но мир перед ней расплылся. Толпа двигалась, её тело качнулось, готовое упасть.
Маленькие куклы на земле пытались пронзить ноги Чэнь Ши, но раз за разом промахивались, упорно преследуя его.
— Уа-а-а! — закричала девочка, у которой отняли леденец, и, показывая на уходящего Чэнь Ши, пожаловалась матери. — Большой братик отнял мой леденец!
На углу улицы старик с весёлым видом давал кукольное представление. В каждой руке он держал по дощечке, к которой были привязаны нити. Несколько детей сидели на корточках, заворожённо глядя на движущихся кукол.
Увидев, что Чэнь Ши идёт в его сторону, старик побледнел. Он растопырил пальцы, и десять нитей взлетели, увлекая за собой кукол. Те мгновенно развернулись, их лица стали свирепыми. Они выхватили мечи, оттолкнулись от голов сидевших детей и прыгнули на Чэнь Ши.
Сзади с яростью приближалась стая маленьких кукол.
Чэнь Ши, продолжая идти, сжал пальцы правой руки в особый жест, оставив выпрямленными указательный и средний. Он слегка встряхнул рукой, и за его спиной на мгновение возникла маленькая пагода, из которой вылетела тончайшая, как волос, нить ци.
Свист!
Нить ци перерезала верёвочки, и куклы посыпались на землю. Сама же нить пронзила лоб старика.
Тело его откинуло назад, к стене. Стена слегка содрогнулась, а с другой стороны с треском взорвалась, образовав большую дыру, из которой хлынула кровь. Куклы упали и замерли.
— Слишком много показухи. Если бы ты потратил это время на тренировку меча, давно бы меня убил, — тихо сказал Чэнь Ши.
Но старик уже не мог его услышать.
Чэнь Ши затерялся в толпе. Он щёлкнул пальцами, и невидимая нить ци перерезала верёвку воздушного змея в руках бегущего ребёнка. Змей взмыл в небо, но верёвка, управляемая ци Чэнь Ши, со свистом пронзила грудь бежавшего за ребёнком мужчины.
Мужчина, улыбаясь, выглядел как отец ребёнка. Он уже почти догнал Чэнь Ши, когда нить пронзила его сердце. Скрытый в рукаве клинок ци тут же рассеялся.
— Технику колющего удара можно использовать и так? — изумлённо пробормотал он.
Чэнь Ши держал одну руку за спиной, пальцами формируя жест меча. Он слегка пошевелил ими, и верёвка от змея, словно ведомая невидимой иглой, начала быстро оплетать его сердце, создавая вокруг него клетку.
— Если твоё сердце сделает хоть один сильный удар, нити разрежут его на куски, — сказал Чэнь Ши.
Он указал пальцами назад, и нить полетела прочь. Ребёнок, заметив пропажу змея, обернулся как раз в тот момент, когда нить обмоталась вокруг его шеи.
— Меч Полуденного Рассечения Скверны, техника облачного меча? — ребёнок замер. Невидимые нити у его ног, тоже созданные из ци, уже достигли ног Чэнь Ши.
Из уст ребёнка раздался грубый мужской голос:
— Твой Меч Полуденного Рассечения Скверны — это просто фокусы, низшая магия! Посмотрим, чей меч быстрее!
Он направил нити ци, как вдруг его шею стянуло, и голова взлетела в воздух.
— Не надо! — крикнул мужчина, но его сердце тут же разорвалось на куски. Изо рта хлынула кровь, и он рухнул на землю.
— Убийство!
В толпе началась паника. В этот момент упало и тело уличной девки, что вызвало ещё больший хаос. Люди в ужасе бросились врассыпную, толкая друг друга.
Чэнь Ши, уклоняясь от обезумевшей толпы, внезапно сжал кулак, выставив большой палец, и вонзил его в висок человека слева. Пройдя ещё несколько шагов, он пригнулся и ударил в женщину впереди. Увернувшись от удара кинжалом сзади, он развернулся и ребром ладони нанёс удар по шее нападавшего. С хрустом кости его шеи сломались.
Впереди на него нёсся гигант ростом метра четыре, окутанный золотым сиянием. Он бежал всё быстрее, становясь всё больше. Талисманы Силача один за другим взрывались на его теле, окутывая его золотым светом и наделяя силой, способной двигать горы.
Бум!
Он столкнулся с Чэнь Ши. Гигант отлетел назад метров на тридцать, врезался в крышу дома и с хрустом сломался пополам. Его тело бездыханно повисло на коньке крыши.
Чэнь Ши вышел с улицы. У её начала торговец леденцами испуганно заглядывал в толпу, не понимая, что происходит.
— Сколько стоят леденцы?
— Пять вэней за палочку.
Торговец, вытягивая шею, прошептал:
— Убивают! Там убивают! Парень, там что, убивают?
— Убивают. Дайте одну.
Чэнь Ши отдал пять вэней.
Торговец снял с соломенной палки леденец и протянул ему, продолжая оглядываться.
— Убийство средь бела дня! Какая жестокость! Это опять те хулиганы из дома начальника уезда?.. Парень, а ты почему не бежишь? Такой спокойный…
Чэнь Ши взял леденец и протянул его женщине, пробегавшей мимо с девочкой на руках. Девочка, увидев леденец, схватила его, и её слёзы сменились улыбкой.
— Мама! Большой братик вернул мне леденец! Он такой хороший!
Чэнь Ши достал пол-ляна серебра и бросил торговцу.
— Я покупаю все твои леденцы. И эту соломенную палку тоже дай мне.
Торговец, удивлённый и обрадованный, поймал серебро и рассыпался в благодарностях.
Чэнь Ши взвалил палку с леденцами на плечо, схватил один и, с аппетитом уплетая его, догнал женщину. Девочка на её руках радостно ела свой леденец, но, увидев целую палку у Чэнь Ши, надулась так, что на губах можно было повесить кувшин.
Чэнь Ши дразнил её, пока она чуть не заплакала, а потом сорвал с палки несколько леденцов с другими вкусами и отдал ей. Рассмеявшись, он вместе с Чернышом покинул город.
«Клан Янь… слишком труслив. Сами боятся руки марать, нанимают каких-то головорезов. Но разве такими можно проверить мою истинную силу?»
Неподалёку Янь Цин и Янь Шо с посиневшими лицами провожали Чэнь Ши взглядом, не решаясь напасть. Их целью было создать опасную ситуацию. Если дед Чэнь Ши был жив, он бы непременно пришёл на помощь внуку. Если же он мёртв, то можно было бы просто убить Чэнь Ши в толпе.
Но они не ожидали, что все наёмники, устроившие засаду на этой улице, будут убиты Чэнь Ши до единого. И что самое страшное — он не задел ни одного невинного прохожего.
Его точность и жестокость были не свойственны одиннадцатилетнему ребёнку. Эти закалённые в боях убийцы были лучшими в провинции Синьсян. Пусть их уровень и был невысок, но даже опытные заклинатели гибли от их рук. А тут — одна улица, одна стычка, и все они мертвы.
— Он столько лет был мёртв. Неужели он в преисподней оттачивал искусство убивать? — пробормотал Янь Цин, потирая распухшее лицо.