Глава 143.0
Глаза Чэнь Ши могли видеть в темноте, хоть и не очень далеко. С трудом сфокусировав зрение, он разглядел, что тёмный силуэт принадлежал чёрному медведю, облачённому в человеческую одежду — даосский халат учёного. Голова зверя была уложена в пучок и скреплена шпилькой.
Просторный халат скрывал его тучное тело.
— Ношение учёными даосских халатов, по преданию, пошло от императора Цзяцзин. Он был последователем Дао, носил титулы «Император Вечной Жизни» и «Бессмертный Пурпурного Предела» и жаловал даосские облачения своим гражданским и военным чинам. С тех пор для учёных мужей стало честью носить такие одеяния.
Столкнись кто с этим медведем ночью, наверняка принял бы его за тучную учёную даму. И лишь подойдя вплотную, понял бы свою ошибку.
Но тогда было бы уже поздно — медведь тут же бросился бы и сожрал свою жертву!
Пожирая ногу несчастного, зверь настороженно озирался. Он ел очень тихо, очевидно, боясь разбудить остальных.
Внезапно, словно что-то почуяв, он резко повернул голову в сторону Чэнь Ши.
Взгляд Чэнь Ши сверкнул. Он уже собирался применить заклинание и уничтожить медведя, как вдруг в комнате вспыхнул божественный свет. За спиной Чжао Кайюня возникли Божественный Алтарь и Зародыш, и с гулом из них вырвался луч энергии меча!
Медведь оказался немыслимо проворным. На таком близком расстоянии он умудрился увернуться от Меча Полуденного Рассечения Скверны, схватил наполовину съеденного им учёного и, с грохотом проломив стену, выскочил из комнаты!
— Скверна, не уйдёшь!
Чжао Кайюнь, не ожидавший, что тварь увернётся от его клинка ци, тут же вскочил и бросился в погоню. Внезапно мимо него пронёсся порыв ветра, чуть не сбив с ног.
Он изумлённо замер, но тут же увидел, как невысокая фигура, выскочившая из пролома, устремилась прямо к медведю. Это был Чэнь Ши!
— Не подходи вплотную! — в ужасе крикнул Чжао Кайюнь.
Но было поздно. Фигура Чэнь Ши настигла прыгающего, как мяч, медведя. В момент их соприкосновения огромная тёмная тень, словно поражённая молнией, отлетела в сторону и, с оглушительным грохотом проломив несколько стен подряд, замерла.
Остальные учёные тут же проснулись и высыпали наружу посмотреть, что случилось.
Все они были Просветлёнными, получившими Божественный Зародыш от небес. В тот же миг десятки Божественных Алтарей вспыхнули, и свет их Зародышей озарил гостиницу, сделав её светлой как днём.
— Что происходит?
Вокруг поднялся шум, со всех сторон слышались вопросы.
Чжао Кайюнь подбежал и увидел, что кости медведя-демона были полностью раздроблены. Он лежал у стены бесформенной грудой, не подавая признаков жизни.
Чжао Кайюнь в изумлении подбежал к Чэнь Ши. Тот стоял, окутанный испарениями бурлящей крови, которые образовывали кровавое облако, поддерживающее в воздухе раненого учёного с отгрызенной ногой.
— Он под действием Одурманивающего талисмана, его душа блуждает между мирами Инь и Ян, потому он и не просыпается, — быстро проговорил Чэнь Ши, удерживая тело своей ци. Его правая рука сложилась в печать меча. — Я призову его душу Талисманом призыва души и верну её в тело!
Едва он договорил, как его пальцы, словно кисть, начертали в воздухе Талисман призыва души. Кровавая ци, сгустившись в руны, вспыхнула ярким светом. Искривлённые, таинственные письмена засияли, и Чэнь Ши лёгким толчком направил их в тело раненого.
— Больно!
Учёный очнулся и, схватившись за обрубок ноги, издал душераздирающий крик.
Чэнь Ши, не обращая на него внимания, подошёл к мёртвому медведю и принялся что-то нащупывать.
Чжао Кайюнь, видя это, поспешил к нему, исполненный восхищения.
— Брат Чэнь, с таким искусством владения талисманами ты в Зале Алой Горы мог бы получать тридцать лянов в месяц, не меньше! Стал бы наставником! Эта скверна осмелилась пробраться в гостиницу и пожирать людей, какая наглость!
— Это не скверна, — покачал головой Чэнь Ши.
— Не скверна? — опешил Чжао Кайюнь.
Чэнь Ши пошарил на затылке медведя, вдруг схватил жёсткий волос и с силой выдернул его. Тело зверя начало искажаться и меняться, и вскоре вместо медведя на земле лежала женщина!
— Это Искусство превращения в скот, — предположил Чэнь Ши. — Эта женщина, должно быть, практиковала его. Она может превращать других в животных, а может и сама обращаться в дикого зверя. Она стала медведем и не смогла совладать со звериной натурой, потому и вышла на охоту.
Чжао Кайюнь увидел на поясе женщины деревянный жетон и, вскрикнув от ужаса, прошептал:
— Это ученица Общества Небесной Праматери! Беда! Брат Чэнь, нам нужно бежать!
Он сорвал жетон и бросился прочь.
Чэнь Ши поспешил за ним.
— Что ещё за Общество Небесной Праматери? Брат Чжао, в этот раз их ученица потеряла контроль и ела людей в гостинице. Мы правы. Зачем уходить?
— Правоту тут не докажешь! — жестом велел ему молчать Чжао Кайюнь. Они выбежали из гостиницы, и лишь тогда он продолжил: — Власти Небесного Свода в такие дела не вмешиваются, где тут искать справедливости? Я — мастер из Зала Алой Горы. Пойдём туда, положим этот жетон за курильницу и прикроем его аурой благовоний Зала. Небесная Праматерь не посмеет связываться с Госпожой с Алой Горы!
Сердце Чэнь Ши тревожно сжалось. Днём он видел, каким могущественным сквернам поклоняются Братство Водных Путей, Соляное Братство и Зал Алой Горы. Эти сущности были подобны злым богам. Попасться им на глаза — не сулило ничего хорошего!
— Брат Чжао, дай мне Жетон Небесной Праматери, чтобы не впутывать тебя, — сказал Чэнь Ши.
Чжао Кайюнь помедлил, но отдал жетон.
— Не повреди его. Если он сломается, Небесная Праматерь почувствует тебя. Если она узнает, что ты убил её ученицу, она схватит тебя, и будешь ты молить о смерти!
Чэнь Ши поблагодарил его.
Они были едва знакомы, обменялись всего парой фраз, но Чжао Кайюнь оказался очень отзывчивым. Хотя проблема была целиком Чэнь Ши, он взял её на себя и теперь помогал найти выход.
«С таким человеком стоит дружить», — подумал Чэнь Ши.
Несмотря на жестокость мира, он всё ещё встречал людей, полных надежды: таких, как Чжугэ Цзянь, Ли Тяньцин, Дин-Дин и вот теперь Чжао Кайюнь.
Штаб-квартира Зала Алой Горы была не так далеко от гостиницы, всего в километре. Когда они подошли, у ворот стояло несколько силачей из Зала и два каменных льва ростом выше человека.
Заметив их, львы шевельнулись. Один спрыгнул с постамента и, подняв огромную переднюю лапу, преградил им путь.
— Стойте! — приказал один из силачей.
Чжао Кайюнь показал знак принадлежности к Залу, и только тогда лев пропустил их. Силачи тоже не стали их останавливать.
— Братья, глава на месте? — быстро спросил Чжао Кайюнь.
— Главы нет, — покачал головой один из силачей. — В Крепости Пэн появилась Погибель, несколько наших братьев погибли. Старшина Сяо не смог с ней справиться и был тяжело ранен, так что глава сам отправился туда.
— А кто-нибудь из старшин в штабе?
— Старшина Лу в зале благовоний.
Чжао Кайюнь поспешно повёл Чэнь Ши внутрь. Тот огляделся: особняк был богато украшен, с резными балками и расписными стропилами. Через каждые два-три шага стояла курильница, из которой поднимался дым благовоний, через каждые десять — висел красный фонарь.
Путь внутри был извилист. Они прошли по длинному коридору под высоким зданием, миновали несколько ворот, идущих вдоль стены, и наконец добрались до зала благовоний.
В зале горело девяносто девять масляных лампад, но света от них было немного.
На циновках перед лампадами сидело несколько человек. Один из них отделил свою Зарождающуюся Душу, и та порхала между огнями, то влетая в пламя, то вылетая из него.
Этот человек, должно быть, был мастером талисманов. Вокруг его циновки аура крови и ци образовывала структуру Талисмана Золотого Света. Вероятно, он был ранен; Талисман Золотого Света, также известный как Талисман Золотой Защиты, мог укреплять сердце Дао и защищать от внешнего зла.
Его Зарождающаяся Душа была крошечной, не больше пальца. Она перемещалась между язычками пламени, впитывая чистую янскую ци из огня лампад, чтобы исцелить свои раны.
Пламя, сквозь которое она проходила, быстро тускнело и лишь через некоторое время разгоралось вновь.
Чэнь Ши не был членом Зала, поэтому остался снаружи. Чжао Кайюнь вошёл, поочерёдно поклонился сидящим на циновках, затем подошёл к одному из них и, склонившись, что-то тихо сказал.
Стоя снаружи, Чэнь Ши посмотрел за зал. Лунный свет, словно лепестки груши, опадал с неба, устремляясь куда-то за здание.
А там лежала гора плоти, не источавшая никакого запаха.
Это и был Кровавый Тайсуй.
Он впитывал лунный свет, отчего и возникала эта картина!
«Кровавый Тайсуй так силён!» — Чэнь Ши был потрясён, но в то же время озадачен. — «Он добровольно поглощает лунный свет, неужели не боится стать злом?»
Поглощение лунного света превращало в скверну — это было общеизвестно.
Дед Чэнь Ши, Чэнь Иньду, исчерпав свой жизненный срок, инсценировал похороны, чтобы обмануть посланников загробного мира и избежать смерти. Однако он не смог укрыться от лунного света, из-за чего его рассудок помутился, и он то приходил в себя, то терял его, одержимый желанием съесть собственного внука.
Позже, в битве со злой бодхисаттвой, он не смог сдержать свою демоническую натуру и добровольно ушёл в мир мёртвых. Но и эта демоническая сущность пробудилась из-за лунного света.
То, что Кровавый Тайсуй добровольно поглощал лунный свет и при этом не впадал в безумие, казалось Чэнь Ши очень странным.
В этот момент старшина Лу из зала благовоний повернул голову и посмотрел на Чэнь Ши.
— Раз это праведный поступок, наш Зал Алой Горы не может не помочь, — тихо сказал он.
Он продолжал сидеть.
— Брат Чэнь, входи.
Чэнь Ши уже было шагнул в зал, как Чжао Кайюнь остановил его:
— Иди медленнее, не поднимай ветер. Зарождающаяся Душа старшины Сяо повреждена, он сейчас лечится, ему нельзя на сквозняк.
Чэнь Ши замедлил шаг и вошёл.
— Брат Чэнь, — распорядился старшина Лу, — повесь Жетон Небесной Праматери за ту курильницу и возложи три благовония Журавлиному послушнику. Если он примет подношение и доложит Госпоже, то всё будет в порядке. Если не примет, три свечи упадут, и тогда наш Зал не сможет тебе помочь.
Чэнь Ши поблагодарил и пошёл в указанном направлении. Там он увидел треногую курильницу, похожую на большую жабу, что припала к подставке.
Вокруг неё вился дымок благовоний, устремляясь к стоявшему позади журавлю.
Журавль был с красным хохолком, белым оперением и чёрными кончиками крыльев. Судя по всему, это была фарфоровая статуэтка, стоявшая на одной ноге.
Чэнь Ши повесил жетон на лапу журавля и зажёг три благовония.
Он постоял немного перед курильницей. Свечи не падали.
Пока он ждал, в его голове раздался ясный детский голосок:
— Госпожа говорит, что ученица Общества Небесной Праматери творила зло, а господин поступил по совести, он не плохой человек. Госпожа берёт это дело на себя, Небесная Праматерь тебя не тронет.
Чэнь Ши с облегчением вздохнул и поклонился.
— Не стоит, — прозвучал голос Журавлиного послушника. — Госпожа говорит, что у господина великая удача, а она лишь немного помогает.
Чэнь Ши был крайне удивлён.
— Госпожа говорит, что люди из Общества уже знают о смерти ученицы и доложили Небесной Праматери. Они придут убить тебя, так что оставайся сегодня ночью в зале благовоний.
— После этой ночи всё будет спокойно, завтра сможешь уйти, — продолжил Журавлиный послушник.
Чэнь Ши поблагодарил и отошёл от курильницы.
— Раз Журавлиный послушник принял твои благовония, оставайся здесь, — сказал старшина Лу. — У старшины Сяо повреждена Зарождающаяся Душа, он тоже останется. Садись рядом с ним и не выходи. Если выйдешь, боюсь, Госпожа не сможет тебя защитить.
Чэнь Ши поблагодарил и сел рядом со старшиной Сяо.
Лицо старшины Сяо было бледным, губы бескровными. Он слабо кивнул Чэнь Ши.
Тот кивнул в ответ.
— Брат Чжао сказал, что ты искусен в искусстве талисманов и можешь чертить их прямо в воздухе. Не мог бы ты продемонстрировать? — спросил старшина Лу.
Чэнь Ши тут же начертал пальцами в воздухе Талисман спокойствия.
Глаза старшины Лу загорелись.
— Брат Чэнь, ты хоть и молод, но твоё мастерство в талисманах поразительно. В нашем Зале тех, кто превосходит тебя, найдётся меньше десятка, и все они — старшины или сам глава. Не хочешь присоединиться к нам? Можем предложить тебе должность наставника с жалованием в тридцать лянов серебра в месяц.
— Мне нужно много денег, — ответил Чэнь Ши. — Тридцати лянов мне хватит дня на три.
— Десять лянов в день! — поразился старшина Лу. — Ты что, на серебре вырос? — он подумал и добавил: — Даже мы, старшины, получаем всего пятьдесят лянов в месяц. Если не хватает, приходится выходить на охоту за скверной и сдавать её властям за вознаграждение. Вообще-то, избавление от скверны — обязанность властей, но они считают это хлопотным, к тому же много их стражников погибло, вот и переложили это на нас. Если у тебя хватит сноровки, можешь дополнительно заработать. Убьёшь достаточно скверны — станешь старшиной, будешь получать пятьдесят лянов.
Он добавил:
— Не думай, что наш Зал — это место поклонения злому богу. На самом деле, все мы были бедняками. Ты ведь видел, что в Небесном Своде без поддержки не выжить. Вот мы, мастера талисманов, и объединились. Полное название нашего Зала — «Зал Алой Горы, общество взаимопомощи мастеров талисманов». Мы занимаемся помощью людям, а не разбоем.
Изначально Зал Алой Горы показался Чэнь Ши зловещим местом, но после этих слов он немного успокоился.
— Я приехал в Небесный Свод только на экзамены, после них вернусь в Синьсян. Это не станет проблемой?
— Зал Алой Горы — организация вольная, — улыбнулся старшина Лу. — Хочешь уйти — уходи. Но как только покинешь провинцию, жалование получать перестанешь.
Чэнь Ши тут же согласился.
В этот момент снаружи поднялся ветер. Его порывы, завывая, словно призраки, становились всё ближе и ближе.
В зале благовоний пламя лампад заметалось, а затем внезапно взметнулось вверх, окрасившись в зелёный цвет, и достигло полутораметровой высоты!
Зарождающаяся Душа старшины Сяо, лечившаяся в пламени, от этого ледяного ветра ощутила боль, словно её резали ножами. Она издала жалобный крик и покатилась по полу.
— Быстрее, Талисман усмирения ветра! — вскрикнул он.
Старшина Лу поспешно направил свою ци, чтобы остановить ветер, но не успел он этого сделать, как вокруг вспыхнул яркий свет. Это Чэнь Ши уже активировал свою ци, создав Талисман усмирения ветра, который мгновенно усмирил зловещий порыв.
Зелёное пламя вернуло свой обычный цвет и начало опадать.
«Его искусство талисманов превосходит моё!» — с ужасом подумал старшина Лу, глядя на Чэнь Ши. — «Большинство мастеров нашего Зала ему не ровня. Боюсь, только глава сможет его превзойти!»
— Алая Гора, твои люди убили мою ученицу, и ты ещё смеешь его укрывать? — раздался снаружи старческий женский голос. — Выдай его, или я сегодня же утоплю твой Зал в крови!
Едва она договорила, как раздался оглушительный рёв. Оконные рамы и двери зала разлетелись вдребезги, и в помещение ворвался ураганный ветер, погасив все девяносто девять лампад!
При свете луны Чэнь Ши выглянул во двор и увидел, что тот был полностью заслонён гигантской старушечьей головой. Её лицо заполнило всё поле зрения. Разинув огромный рот, она продолжала реветь!
— Небесная Праматерь, ты переходишь все границы, — раздался приятный женский голос. По нему невозможно было догадаться, что его обладательница — гора плоти за залом благовоний. Казалось, говорила юная девушка!
— Братья, середина месяца, проверьте, пожалуйста, не завалялся ли у вас месячный билет. Прошу один билет для продвижения в рейтинге!!