Перемены

На второй день великого преображения в доме Гренделей с самого утра царило настоящее оживление. Элизия мечтала хотя бы сегодня позволить себе неспешный поздний завтрак в комнате — герцог уехал ещё на заре, — но Милли, переполненная энтузиазмом, подняла хозяйку ранним утром.

Когда Милли с таким усердием готовила для неё платье, уверяя, что не смеет лениться, пока госпожа занята обустройством дома, Элизия даже не могла на неё сердиться.

После лёгкого завтрака Элизия провела всё утро, обходя с инспекцией приёмные, столовые и коридоры, составляя список того, что нуждается в замене, и передавая распоряжения дворецкому Педро и горничной Грейс.

— На первом этаже всё осмотрено. С чего желаете начать наверху? — поинтересовался Педро.

Оставались ещё верхние этажи главного корпуса, западное и восточное крыло. Заходить в кабинет герцога в отсутствие хозяина Элизия не решилась, решив отложить это на потом.

— Давайте осмотрим только коридор, ведущий к спальне герцога, а потом устроим обед, — предложила она.

Элизия поднялась по главной лестнице. Вслед за ней чинно двигались дворецкий, горничная и Милли.

«Бедные мои ноженьки… Стоит ли надеяться, что выпадет хотя бы короткая передышка? Судя по всему, даже на прогулку времени не останется», — уныло думала она.

Коридор к спальне герцога не имел окон, а только двери, ведущие в смежные комнаты. Пространство между дверьми занимали гобелены, картины и скульптуры.

Элизия подошла к особенно тёмной портьере у самой спальни, которую она ещё во время первой экскурсии с Педро отметила как неуместно мрачную.

— Эту тоже надо заменить. Скажите, её трудно снять, если здесь есть алхимическая защита?

Прежде чем дворецкий успел её остановить, Элизия дотронулась до ткани.

Треск!

— А-а!

— Миледи!

Яркое синее пламя, подобно удару молнии, взвилось вдоль её руки, пронзив до самых кончиков пальцев, словно током. Элизия вскрикнула и резко отдёрнула руку. Как только она отпустила ткань, боль исчезла, но пальцы всё ещё подрагивали.

Милли тут же бросилась к ней растирать руку, а горничная поддержала Элизию, которая едва не пошатнулась. Дворецкий выглядел крайне смущённым.

— Простите меня, я должен был предупредить. Это предмет, к которому нельзя прикасаться. Его установил покойный герцог для защиты наследника, и, хотя нынешний герцог велел избавиться от него, никому это не удалось, так что портьера до сих пор на месте.

— С помощью инструментов — щипцов или ножниц — её не снять? — спросила Элизия, массируя пальцы.

Дворецкий покачал головой:

— Пытались жечь, резать, ломать — всё тщетно. Даже маркиз ван Готтри, близкий друг герцога, приезжал лично, но и он не смог к ней прикоснуться. Сказал: чтобы понять, как снять чары, нужен хотя бы кусочек на пробу. Видимо, это изделие какого-то алхимика, работавшего на уровне высших академий.

— Понятно… Значит, пока оставим как есть. Пойдёмте дальше.

— Миледи, вы в порядке? Лучше немного отдохнуть, — тревожно сказала Грейс.

Элизия попыталась заверить, что всё хорошо, и сделать шаг, но ноги не послушались, и лишь благодаря поддержке горничной она не упала.

— Тогда сделаем перерыв и продолжим после обеда, — кивнула она.

Милли и Грейс бережно поддержали Элизию, помогая ей вернуться в комнату.

***

Аарон, отправившийся на службу во Дворец Управления, искренне надеялся, что этот день пройдёт спокойно. Обычно он обедал с герцогом только если возникало нечто срочное, в остальные дни предпочитал компанию коллег из других отделов.

Сегодня ничто не предвещало особых событий: получив свою порцию в столовой, Аарон присоединился к знакомым и, едва присел рядом с помахавшим ему сотрудником, тут же заметил, что все с нетерпением ждут новостей.

— Говорят, вчера Принцесса приходила к герцогу Гренделю?

— Спрашиваешь, будто сам не знаешь, — отмахнулся Аарон и зачерпнул большой кусок тушёного мяса из своей миски. Прожевав, он вдруг замер.

— Вкус сегодня какой-то другой…

— Слышал, несколько поваров, включая главного, слегли с острыми болями в животе. Пришлось срочно искать замену.

— Правда? Почему вдруг… Ах! — тут Аарон вспомнил, как вчера повар дрожал, готовя королевское блюдо для общей столовой, и понял, отчего все неожиданно разболелись.

Впрочем, еда была не плохая, просто отличалась по вкусу, и Аарон продолжил трапезу, болтая о мелочах. Вдруг он заметил в самом конце стола несколько незнакомых лиц — некоторые явно были стражниками, но их гербы были скрыты.

— Кто это? Не похоже, что новички из штата.

— А, это слуги и охрана маркиза Орга. Кажется, сегодня он приехал во Дворец управления.

— Маркиз Орга? У него ведь даже нет официальной должности, зачем он здесь? Это граф Кумаран его позвал?

— Я тоже так думал, но встреча с графом длилась меньше получаса, а маркиз всё ещё не уехал.

Заинтересовавшись, что замышляет Орга, Аарон поспешил доесть, чтобы скорее доложить об этом герцогу.

---

После обеда он живо вернулся в кабинет герцога. Кассий сидел за письменным столом, погружённый в бумаги, как и тогда, когда Аарон уходил.

«Интересно, поел ли герцог?» — мелькнуло у Аарона, и, бросив взгляд на корзину рядом с письменным столом, он заметил скомканную бумагу, в которую, похоже, было завёрнуто что-то съестное.

«Видно, приказал слуге принести что-нибудь из уличной лавки…» — вздохнул он с явным облегчением и перешёл к отчёту.

— Сегодня во Дворец приезжал маркиз Орга. Привёз с собой пятерых слуг и охрану. Встреча с графом Кумараном была короткой, но, судя по всему, маркиз так и не уехал — возможно, бродит по дворцу и встречается с разными людьми. Странно, что человек без официального положения так свободно разгуливает здесь с охраной.

— Сам его визит не преступление. Формально он советник при короле, однако не занимает поста, так что по правилам свободно здесь появляться не должен. Думаю, граф Кумаран нашёл для него какой-нибудь предлог — вроде «консультации».

— Стоит ли выяснить его настоящие намерения?

Кассий отрицательно покачал головой:

— Я уже в курсе его планов. Он приходил ко мне во время обеда.

— Что?!

Аарон прекрасно знал, что отношения между маркизом Орга и герцогом Гренделем были далеки от дружеских. Вне придворных заседаний они не общались, и уж тем более маркиз не был из тех, кто навещает лично.

— Видимо, он рассчитывал, что я буду на обеде, и в кабинете окажутся лишь слуги, — спокойно пояснил Кассий. — Представившись титулом и положением советника короля, он не встретил препятствий: слуга на дверях не мог ему возразить. Маркиз был немало удивлён, увидев меня.

Аарон сжал кулак: любой чиновник мог бы попытаться преградить путь, но для простого слуги, чей статус неизмеримо ниже, противостоять знатному вельможе было немыслимо.

— Что он пытался узнать здесь? Неужели граф Кумаран не рассказывает ему всего, что происходит на собраниях или во дворце?

— На советах он лишь консультирует по финансам, и далеко не всегда слышит всё. Да и сам Кумаран не в курсе всех деталей, особенно того, что обсуждается между Его Величеством и мной с глазу на глаз. Для такого рода сведений нужны документы.

— Похоже, его сильно тревожит то, что он так и не стал министром финансов, — подытожил Аарон.

— Быть может, не только это. Скоро состоится закрытая встреча у графа — тогда и узнаем больше, — ответил Кассий.

Не успел герцог договорить, как в дверь постучали. Получив разрешение, в кабинет вошёл королевский камердинер, держа в руках письмо с печатью Клуа.

— Его Величество прислал письмо и просит немедленного ответа.

Ознакомившись с содержимым, Кассий коротко велел:

— Передайте Его Величеству: распоряжения будут исполнены.

Слуга почтительно поклонился и вышел.

— Аарон, сегодня уходи из дворца как обычно, как только закончишь дела. Сообщи в поместье, что я вернусь поздно. Его Величество поручил мне особое задание, которое нужно выполнить перед уходом.

— Да, сейчас же передам в резиденцию, — ответил Аарон и поспешил исполнить приказ.

Обычно, если герцог задерживался во дворце и отправлял Аарона домой, это означало, что его ждёт секретная беседа с королём Клуа. Скорее всего, дело было в настораживающих действиях маркиза Орга, графа Кумарана и сторонников аристократического превосходства.

С этими мыслями Аарон отправился на поиски слуги, чтобы переслать весточку в дом Гренделей.