Привыкание

Элизия никак не могла взять в толк, почему граф Кумаран — известный приверженец аристократического превосходства — решил породниться с герцогом, ближайшим советником короля Бруншии и первым министром при Его Величестве.

— Почему граф вообще захотел заключить брачный союз с семьёй герцога, если он так противится политике Его Величества? С точки зрения графа, разве герцог не является практически его противником? И, насколько я понимаю, герцогская семья всегда избегала браков, способных поколебать положение короля. Граф Кумаран не мог не знать об этом.

Аарон выглядел обеспокоенно.

— Хотя граф Кумаран действительно придерживался иной политической линии, он обращал особое внимание на то, что покойный герцог Айсар разделял идеи сторонников аристократического превосходства. Предыдущий герцог был консерватором, не терпящим смешения знати и простолюдинов. Более того, он очень положительно отзывался о проекте маркиза Орга по созданию торговой компании исключительно для дворян. Думаю, граф Кумаран решил, что, объединившись брачными узами с герцогом, они вместе смогут создать государство, полностью управляемое аристократией.

От одних этих объяснений у Элизии уже начинала болеть голова. Речь, оказывается, шла не просто о выгодной партии, а о глобальной перестройке всего общества — ради торжества знати над всеми остальными сословиями. Неудивительно, что этот союз казался графу столь желанным и столь важным. Но он сорвался. И теперь Элизия с тревогой думала, какие нападки придётся выдержать ей и герцогу на этом обеде.

«Это будет настоящая битва умов, замаскированная под светский обед. В прошлый раз достаточно было выдержать семью графа, но теперь здесь будут и другие, кому интересно посмотреть на меня…»

Не обращая внимания на её переживания, Аарон продолжал объяснения:

— Далее позвольте рассказать вам о министре иностранных дел, Карнелии Септимум…

Элизия почувствовала себя совсем обессиленной от этих бесконечных пояснений. Хотелось притвориться, что вот-вот потеряет сознание, и заснуть на месте.

***

Обед для делегатов административного совета и членов их семей, устроенный по приглашению короля Клуа, проводился в зале, залитом солнечным светом.

Здание напоминало королевский бальный зал, но имело особую конструкцию из стальных каркасов и усиленного стекла, благодаря чему огромные окна простирались от пола до потолка, открывая великолепный вид на сады снаружи. Это создавало впечатление, будто обед проходил прямо посреди живописного и ухоженного леса.

Гости, приглашённые на мероприятие, разместились за большим столом, дожидаясь прибытия короля.

Элизия тем временем украдкой оглядывала присутствующих. Маркиз Эмильяно ван Готтри — профессор Королевской Академии и друг герцога — присутствовал без сопровождения. Хоть он и числился лишь советником по научным вопросам, король настоял на его присутствии в наказание за постоянные прогулы собраний.

— Обычно вы избегаете заседаний, придумывая любые мыслимые отговорки, однако сегодня почему-то решили появиться, — заметил Кассий.

Эмильяно пожал плечами.

— Разве не будет полезнее и для страны, и для Его Величества, если я посвящу своё время исследованиям, а не бесконечным заседаниям? Но сегодня король был особенно настойчив в своём приглашении, и я, как верноподданный, не смог отказаться. Впрочем, сегодня здесь явно что-то будет иначе.

Когда взгляд Эмильяно остановился на Элизии, та внезапно поняла, что этим «чем-то иным» была она сама.

— В таком случае, вам стоило хотя бы из вежливости привести с собой спутницу, — сухо заметил Кассий.

Эмильяно преувеличенно изобразил удивление.

— Да вы всегда сами приходили один, а теперь, когда у вас есть с кем прийти, уже поучаете других? На Востоке есть хорошая пословица: «Лягушка не помнит, как была головастиком». Вам бы стоило её записать.

Элизия невольно вздрогнула от этой пословицы про лягушку — воспоминания из прошлой жизни порой были до неприятного близки. Тем временем граф Кумаран и его дочь Сера смотрели на Эмильяно с откровенным неодобрением, словно на человека, лишённого малейшего представления о приличиях.

Напротив сидела министр иностранных дел Карнелия Септимум с молодой женщиной, по слухам, приходившейся ей племянницей.

«Министр Септимум… Её мать унаследовала титул высшей знати с полуострова Сертлан, но отец был обычным безземельным рыцарем из Бруншии. Потому здесь её часто называют просто леди Карнелией».

Элизия мысленно перебирала уроки, полученные от Аарона.

«Материнская семья министра Карнелии Септимум традиционно вступала в браки с членами королевских и высших дворянских родов. Они располагают одной из крупнейших сетей информаторов на континенте. В народе эту семью неофициально называют „Фабрикой невест для королей“».

Когда Элизия впервые услышала об этом от Аарона, ей сразу показалось, что министр Септимум могла проявить немалый интерес к Кассию. Ранее сказанные слова Аарона подтвердили её подозрения:

— Министр рано потеряла мужа и осталась бездетной, но около года назад в столицу Бруншиат приехала её племянница по материнской линии. Она наверняка будет сопровождать министра… Хотя официального предложения не последовало, леди Карнелия уже не раз пыталась представить свою племянницу герцогу.

Теперь же, глядя на присутствующих за столом, Элизия с дурным предчувствием подумала, что этот обед, казалось бы, организованный лишь для делегатов совета, превратится в поле битвы между ней — невестой герцога — и теми, кто ранее пытался заполучить это место.

Племянница министра иностранных дел, Исис, имела смешанную кровь полуострова Сертлан и южной части Бруншии. У неё была вызывающе чувственная фигура и ярко-рыжие волосы, привлекавшие внимание повсюду, где бы она ни появилась. В девушке была совершенно иная притягательность, чем у Серы, дочери графа, олицетворявшей собой традиционную бруншийскую красоту — светловолосой, холодной и утончённо-надменной. Исис же держалась вызывающе свободно: она громко смеялась в ответ на чужие шутки и непринуждённо откидывала волосы назад, не заботясь о том, кто на неё смотрит.

«Сера… Не смотри на неё, будто она варварка. Даже если ты сидишь с таким благородным видом, в душе ты ещё большая дикарка…»

Элизия мысленно ругалась, глядя, как Сера с нескрываемой брезгливостью смотрит на Исис.

Напротив них сидел суровый министр обороны Георг Ланс вместе со своим сыном Бьёрном. Как и отец, Бьёрн унаследовал северную кровь, высокий рост и мужественную внешность с загорелым от тренировок лицом и выгоревшими пшеничными волосами.

«Он уже совсем взрослый, но выглядит таким напряжённым…»

Заметив, как застывший на стуле Бьёрн встретился с ней взглядом, Элизия мягко улыбнулась ему — как бы давая понять, что он может расслабиться. Однако это лишь заставило юношу ещё сильнее покраснеть — так, что даже уши стали алыми, а осанка — ещё жёстче.

«Ого, какой застенчивый… Как мило».

— Его Величество король Бруншии и принцесса Каринса! — объявил в этот момент служащий.

Король Клуа и принцесса Каринса вошли в обеденный зал. Пока все встали, чтобы выразить почтение, Кассий, воспользовавшись всеобщим замешательством, незаметно бросил в напиток Элизии таблетку. Эмильяно не пропустил этого движения.

Заняв своё место, король обратился к присутствующим:

— Королева Агнес занята встречей с иностранной делегацией, поэтому сегодня к нам присоединится принцесса Каринса. Благодарю всех за то, что приняли приглашение.

Действительно, иностранная делегация прибыла в королевство, однако королева вполне могла бы присутствовать на обеде, если бы немного сдвинула график. Но принцесса Каринса настойчиво попросила брата позволить ей появиться вместо королевы, и король, не сумев отказать сестре, уступил её просьбе.

Едва переступив порог, принцесса Каринса залилась румянцем и бросила полный восторга взгляд на герцога де Гренделя. Элизия смотрела на неё с сожалением. Она никак не могла понять, что такого притягательного в этом герцоге, что принцесса даже не пытается скрыть своего восхищения.

— Рад сегодня познакомиться с невестой герцога де Гренделя, — начал король. — Насколько я знаю, вы родом из дома Серенце. Вы, несомненно, прекрасная и достойная молодая леди.

— Благодарю за добрые слова, Ваше Величество.

Элизия вежливо ответила на комплимент короля, чувствуя, как к ней мгновенно устремились все взгляды за столом. Сера ван Кумаран выглядела особенно раздражённой, явно испытывая от всего происходящего сильнейшее недовольство. Принцесса Каринса, которая видела в Элизии соперницу, бросала в её сторону обиженные взгляды, а Исис Септимум явно была заинтригована происходящим. Элизия же подумала, что может заработать несварение, ещё даже не начав обедать.

— Должно быть, вам приходится непросто рядом с герцогом, чьё лицо всегда столь непроницаемо, — с улыбкой продолжил король.

Элизия дипломатично улыбнулась в ответ, не подтверждая и не отрицая.

<< Как верно подмечено, Ваше Величество! Герцог ничуть не меняется даже в вашем присутствии. Я совершенно не могу понять, о чём этот герцог думает. А вы сами можете понять его мысли, Ваше Величество? >>

Кассий невольно дёрнулся, когда голос Элизии внезапно прозвучал в его голове. Он быстро посмотрел на невесту, но та по-прежнему сохраняла элегантную и спокойную улыбку.

— Но Кассий… я хотела сказать, герцог де Грендель… тем и привлекателен, что столь последователен, — поспешила вставить принцесса Каринса. — Чтобы поддерживать Его Величество, ему, без сомнения, нужно сохранять холодный рассудок. Мне кажется, если рядом такой человек, то и жизнь кажется надёжнее и спокойнее.

Элизия испытывала лишь жалость к принцессе, бросившейся защищать герцога.

— Я много слышала о том, как прекрасна и величественна герцогская резиденция. Я бы с удовольствием когда-нибудь посетила её лично, — принцесса осторожно попыталась уговорить герцога.

— Герцогская резиденция ничтожна по сравнению с королевским дворцом и едва ли заслуживает визита принцессы королевства, — вежливо отказал Кассий.

<< Именно так, Ваше Высочество! Для вас, всю жизнь прожившей в светлом, роскошном королевском дворце, этот мрачный замок, больше напоминающий обитель демона, станет настоящим потрясением. Хорошей принцессе лучше держаться от таких мест подальше. Кыш-кыш! >>

Рука Кассия чуть не дрогнула, когда он поднёс бокал к губам. Несмотря на то, что это были лишь её мысли, она мысленно разговаривала с принцессой так, словно обращалась к маленькой девочке. К слову, принцесса Каринса была старше Элизии на целый год.

Эмильяно, наблюдавший за герцогом с момента, когда тот незаметно подсыпал таблетку в напиток Элизии, всё больше удивлялся.

«Никогда прежде я не видел его таким взволнованным. Интересно, какие невероятные вещи его невеста мысленно говорит, раз этот вечно сдержанный человек начал так заметно нервничать?»

Тем временем король Клуа почувствовал облегчение от того, что герцог отказал принцессе в визите. Он вдруг вспомнил единственный раз, когда в детстве посетил герцогскую резиденцию.

«Наверняка после смерти предыдущего герцога она мало изменилась и всё так же напоминает мрачную крепость. Даже в военной академии атмосфера кажется веселее, чем в поместье Гренделей. А дочь Серенце теперь будет вынуждена жить в таком месте? Судя по отчётам, хоть семья Серенце и не принадлежит к высокой знати, дети в ней росли весело и свободно. Но Кассию-то это совершенно безразлично. Эту девушку можно только пожалеть».