Утром, примерно три недели спустя, у колодца возле юрты

Под лучами утреннего солнца я стоял у каменного колодца с деревянной крышей. Вращая рычаг, я поднял полное ведро воды и перелил его в другое. Взял второе ведро за ручку, мысленно пообещав себе, что сегодня не пролью ни капли.

Первые дни после постройки колодца давались мне тяжело. Я не имел понятия, как им правильно пользоваться: то дёргал верёвку слишком резко, ломая его подъёмный механизм, то слишком сильно сбрасывал ведро вниз, нескольо раз ломая его. Если же вода всё-таки добиралась наверх, я тут же расплёскивал её при переливании или ронял ведро по пути. Да, конечно, я всё испортил.

Прошло около недели, прежде чем я привык к этому и перестал совершать ошибки, а также научился осторожнее носить с собой воду. Теперь я двигался медленно, боясь испачкать одежду, которую сшила мне Аруна: рубашку из шерсти баара, жилет и штаны из кожи чёрного гхи. На вид — точь-в-точь как у знати в королевстве. Мне они очень сильно понравились.

Вообще, когда Аруна предложила сшить мне одежду, я сам попросил именно такой фасон, и она справилась блестяще — её навыки шитья были на высшем уровне, а одежда получилась гораздо более удобной, чем я мог представить. Если честно, её мастерство не уступало столичным портнихам.

Именно поэтому я старался всеми силами беречь её подарок. Я осторожно отнёс ведро и оставил его у стены юрты, где стояли кувшины для питьевой воды, и наполнил несколько. Затем я вернулся к колодцу, повторил процесс.

Занимаясь этим, я осматривался по сторонам: бескрайние травянистые равнины, колодец, юрта... Я вздохнул. Мужчины из племени Они начали строить колодец на следующий день после того, как мы с Аруной... поженились — точнее, обручились — и закончили за две с лишним недели. С тех пор прошло чуть больше недели, так что с момента нашей помолвки прошло уже около месяца.

Уже прошёл целый месяц, а в моих владениях по-прежнему были только я, Аруна и два баара. Ни одного подданного. Мы построили уборную и огромный колодец в расчёте на будущих жителей, но пока всё это мы использовали вдвоём. Материалов для изготовления юрт, добытых с помощью охоты, хватило бы на целое поселение, но они пылились на складе. Однажды я захотел попробовать соорудить одну юрту ради практики, и сейчас она как раз пустовала.

Теперь Аруна стала моей семьёй, и, мы жили вместе, поэтому она называла себя «жителем моих владений». Технически, её можно было считать подданной, но для меня она была скорее родным человеком, чем подчинённой.

Чтобы эти равнины хоть отдалённо напоминали оживлённую деревню Они, мне нужны люди. Проблема была в том, что я не знал, как их найти, и у меня не было совершенно никаких идей. Каждый день я ломал голову, а она всё оставалось пустой, как та недавно сооружённая мной юрта.

Тяжело вздохнув, я поник плечами. В голове мелькнула совершенно абсурдная мысль

«Вот бы мои подданные свалились с неба...»

И тут я заметил, что ко мне бежит Аруна, сияя ярче утреннего солнца.

«Случилось что-то хорошее?»

— Диас! Получилось! Малыши! Наконец-то у нас появятся дети!

Её слова словно пронзили меня. Сначала недоверие, затем — волна радости. Я так обрадовался, что выронил ведро, облив свои любимые штаны. Но какая разница? Я вскинул руки к небу, смеясь и чуть не подхватив Аруну в пляс.

— Да? Правда?! Ты уверена? — спросил я. — Кто бы мог подумать, что у нас так скоро появятся дети! Это чудесная новость!

Я погладил её по голове и потрепал по спине, но... признаться, немного боялся прикасаться к её животу, поэтому воздержался.

Франсуаза была беременна. Её глаза сузились от удовольствия, и она толкнула меня, требуя, чтобы я ещё её погладил. Мы были в загоне для домашнего скота, где всё внутри было устлано соломой, и я не мог перестать гладить её и хвалить. В этот момент Фрэнсис, выглядевший немного беспокойным, начал кружить вокруг нас. Я не смог сдержать смеха.

— Что это за кислая мина? Ревнуешь, Фрэнсис? Иди сюда, иди! Тоже получишь свою порцию ласки!

Фрэнсис выглядел немного недовольным после моих слов, но всё равно подошёл ближе, чтобы я смог его погладить. Баары были невероятно умными животными. Они прекрасно понимали человеческую речь: слушали указания, не делали, то, что было запрещено, и выполняли простые команды вроде «иди сюда» или «жди».

По словам Аруны, ум был их главным оружием. В дикой природе баары избегали опасностей и обманывали хищников благодаря своей сообразительности. Когда я спросил, почему такие умные создания стали домашним скотом, она объяснила, что они сами выбрали такую жизнь. Поняли, что сильные люди смогут защитить и позаботиться о них. Вот и предложили себя в обмен на уход.

Дикому баару хватало недели, чтобы выучить человеческий язык. Вот насколько они были умны. Но пока я радостно гладил Франсуазу и Фрэнсиса, Аруна стояла рядом с озабоченным видом.

— Вообще, мне нужно тебе кое-что сказать, Диас, — предупредила она. — Беременность бааров — не всегда только благо. Их интеллект — палка о двух концах. Они очень чувствительны к страху и душевной боли, особенно, когда находятся в положении. В таком состоянии они могут даже умереть от ужаса.

Аруна продолжила:

— Беременные баары ищут защиты у сильнейшего в группе — то есть у тебя. Твоя задача — сделать так, чтобы они чувствовали себя в полной безопасности. Это значит, что их нужно держать рядом с собой... даже во сне.

Она говорила неохотно, видимо, испытывая неловкость. Я предположил, что это из-за того, что она плохо себя чувствовала. Из её слов следовало, что мне предстоит спать в загоне. Но мне было всё равно, и я не хотел, чтобы она переживала. Я с радостью останусь с ними в загоне, если так будет лучше для наших двух бааров и их будущего потомства. Я сказал об этом Аруне, но та покачала головой:

— Нет, ты не понял. Мы приведём Фрэнсиса и Франсуазу к нам в юрту. Разлучать пару после спаривания нельзя, но... — Она замялась, — Некоторые мужчины из моего племени ненавидят этот период. Он часто становится причиной ссор. Баары пачкают юрту, появляется неприятный запах... Да и их взгляды некоторых смущают.

— А-а, понятно, — рассмеялся я. — Я не против, чтобы мы жили все вместе. В конце концов, Фрэнсис и Франсуаза ведь одна семья. А насчёт грязи и вони... На войне я ютился в вонючих бараках со множеством солдат. Проживание под одной крышей с Фрэнсисом и Франсуазой — просто рай по сравнению с этим!

— Ха! Вот как? — Аруна рассмеялась, и её лицо вновь засияло. — Значит, ты не только мужественный, но ещё и добрый! Как же мне всё-таки повезло с мужем!

Фрэнсис и Франсуаза, наблюдавшие за нашим разговором, заблеяли. Для непосвящённых все звуки бааров казались одинаковыми, но на самом деле их «речь» не была примитивной. Аруна утверждала, что по тональности блеяния можно было понять их эмоции и мысли.

Я всё еще не мог разобрать ни слова из того, что они говорили, но Аруна понимала по-баарски — я даже видел, как она разговаривала с Франсуазой на равнинах и в загоне. Даже сейчас казалось, что Фрэнсис и Франсуаза пытаются что-то сказать, потому что Аруна услышав их, вдруг покраснела, будто ей уловила что-то неприличное.

— О чём вы болтаете?! — вскрикнула она, подпрыгнув. — Мы с Диасом ещё...... ничего такого не делали! Фрэнсис, хватит пошлостей!

Два баара ответили протяжным блеянием.

— Нет ничего плохого в том, чтобы не спешить и укреплять наши отношения! — парировала Аруна, покраснев ещё сильнее. — И вообще, Диас сказал не беспокоиться! Это наше личное дело! Отстаньте уже!

Баары продолжили блеять, явно подначивая её.

Я почувствовал, что разговор зашёл не в то русло, и тихо улизнул из загона. Хотя я и должен был оставаться рядом с Франсуазой, но она была слишком увлечена «беседой» с Аруной, поэтому я решил, что пока с ней всё будет в порядке. Да и к тому же, нужно было набрать воды, раз я пролил предыдущее ведро. Баарам требовалось пополнить поилку.

«Я вовсе не сбегал от неловкого разговора. Нет, только не я. Просто уже почти завтрак, а без воды никуда. Точно.»

Закончив с колодцем, я подготовил в юрте лежанку для Фрэнсиса и Франсуазы: вытащил со склада огромную деревянную лохань и набил её свежей соломой. Вместе с Аруной мы аккуратно перевели бааров внутрь, после чего наконец сели за поздний завтрак. Аруна, как всегда, приготовила нечто восхитительное — на этот раз пряную похлёбку с кореньями. Я уплетал её за обе щёки, а после помог убрать посуду и приготовился к предстоящему дню, размышляя о планах на день.

Я всё ещё не знал, где мне найти подданных, а деревня Они была завалена шкурами чёрных гхи и материалами, полученными с дракона, так что Молл попросила меня на некоторое время отложить охоту. Да и с Фрэнсисом и Франсуазой под боком охота стала небезопасным занятием.

Оставалось помогать Аруне по хозяйству или тренироваться в установке юрт. Или и то, и другое сразу. Пока я размышлял, сидя в юрте, рог Аруны сменил синее свечение на зелёное. Она замерла, закрыв глаза, а я лишь недоумённо наклонил голову.

«Что означает этот свет?»

— Я установила магические метки на равнинах, и что-то их активировало, — сказала Аруна, не открывая глаз. — Кто-то движется сюда... с востока. Люди на лошадях. Думаю, человек десять.

Я потянулся за топором, лежащим на кровати, и крепко сжал его в руке.

«Значит, зелёный — сигнал тревоги. Полезная всё-таки магия у Они.»

Но сейчас важнее было понять, кто эти люди. На востоке находилась королевская столица, но я не мог представить никого, кто бы мог оттуда заявиться сюда. Возможно, это была группа бандитов, которые что-то замышляли.

— Аруна, я пойду проверю, что там, — сказал я. — Спрячь себя и бааров магией. Если сможешь скрыть юрту и колодец — спрячь их тоже. Оставь только пустующую юрту — если это ко мне, то мы переговорим там.

Как только я закончил говорить, Фрэнсис и Франсуаза вразвалочку подошли ко мне с обеспокоенным выражением на своих мордочках.

— Я ненадолго уйду, ребята, — успокоил я. — Да ладно вам, не бойтесь так! Я скоро вернусь. Там всего десять человек. Это ничто по сравнению с драконом, верно?

Аруна спокойно кивнула, но баары понуро опустили головы.

«Одних слов иногда бывает недостаточно. В таком случае, мне просто придется отправиться туда, чтобы выяснить, что происходит, а затем быстро вернуться обратно домой.»

Но один вопрос оставался открытым: кто эти люди?