Давайте тоже попробуем (2)

Слова Гислена ошеломили всю группу.

Юлиан широко раскрыл глаза и спросил:

— Это выглядит чертовски сложным. Ты правда собираешься попробовать?

Гислен усмехнулся и ответил:

— Что тут сложного? Насколько я вижу, это не так уж трудно.

Все посмотрели на Гислена с сомнением. Тогда Кайл, с понимающим выражением лица, спросил:

— Ты рассчитываешь на Астиона, да?

При этих словах Юлиан и Денеб кивнули. Астион иногда мог казаться немного рассеянным, но он всё-таки был магом.

До появления Гислена именно Астион вёл группу благодаря своим знаниям.

Остальные наёмники тоже кивнули.

Бывали редкие моменты, когда Гислен тихо учился один по ночам. На самом деле именно тогда Астион брал контроль над телом, чтобы изучать магию.

Все наёмники считали, что это просто ещё одна личность Гислена.

Услышав их разговор, глаза Эренет слегка дёрнулись, и она мысленно пробормотала:

«П-Правда? У него и правда раздвоение личности?»

Конечно, у неё всё ещё оставались сомнения. Поэтому Эренет решила пока просто наблюдать, ничего не говоря.

И действительно, даже внутри сознания Гислена Астион уверенно воскликнул:

— Умный маг не может просто игнорировать подобное! Какой высокомерный дварф.

Астион говорил уверенно, но на лице Гислена читалась скука.

В этот момент Освальд внезапно высоко поднял руку.

— Босс! Освальд пойдёт первым!

— ……Ты?

— Что это за выражение лица?

— ……Ничего.

Освальд вежливо протянул обе руки.

— Просто дай мне 1 золотую монету.

Деньги по-прежнему находились у Гислена. Он с улыбкой достал одну золотую монету и передал её Освальду.

Дварф, с грубым лицом, осмотрел Освальда с ног до головы и спросил:

— Ты правда собираешься попробовать?

— Почему ты так говоришь? Великий вождь эльфов говорил — никогда не судить по внешности.

— Пф-ф-ф! Ты встречал Великого вождя эльфов?

— Вообще-то да.

— Ага, конечно. Ладно, держи. Вы люди мастера болтать.

Дварф усмехнулся и передал устройство Освальду. Тот, фыркнув, принял его.

Конечно, он вовсе не думал, что сможет решить задачу. С первого взгляда она казалась слишком сложной.

Но он всё равно уверенно вышел вперёд по одной причине.

«С такими штуками я справляюсь силой. Великий вождь эльфов говорил, что главное — то, что внутри».

Для него «внутри» означало силу.

Дварф предупреждал, но Освальд не верил ни единому слову. Как такое маленькое устройство может выдержать силу человека?

В каком-то смысле Освальд первым применил метод решения проблем Гислена — пусть и в искажённой форме.

Освальд схватил металлический стержень и с силой вогнал его в отверстие устройства.

Туд!

Разумеется, стержень дальше не пошёл. Но Освальд использовал ману и попытался продавить его.

СКРИП!

Любой мог понять — он давит, используя увеличенную маной силу. В месте соприкосновения металла посыпались искры.

Все наблюдали в напряжённой тишине. А дварф лишь спокойно усмехался.

«Глупец. Думаешь, грубой силой справишься? Почувствуй мощь дварфийского ремесла всем телом».

Освальд, напрягаясь изо всех сил, начал выглядеть всё более озадаченным.

«Ч-что за… Почему не входит? Что это за металл такой?»

Сколько бы силы он ни прикладывал, стержень едва продвигался, лишь выбивая искры. Было ясно — потребуется много времени, чтобы полностью вставить его.

Это не имело смысла. Если бы такой металл действительно существовал, его давно использовали бы по всему королевству для оружия и доспехов.

Гислен прищурился, с интересом наблюдая.

«Это, должно быть…»

Похоже, металл был слит с рунными камнями во время плавки.

Рунные камни обладают свойством поглощать ману. Этот механизм использовал именно это свойство, чтобы выдерживать силу Освальда.

Это была простая концепция, если её понять. Доспехи рыцарей Фенриса также использовали те же свойства рунных камней.

Встроенные в броню рунные камни могли поглощать ману носителя, активируя магию, а также рассеивать внешний удар, уменьшая воздействие.

Разумеется, реализовать столь сложную функцию в таком маленьком устройстве было невозможно без выдающегося мастерства. Это означало, что дварф, создавший его, был очень талантлив.

Наблюдая, как Освальд мучается, дварф вдруг закричал:

— Стой! Что ты творишь?! Оно сломается, если продолжишь!

— Ай! Ты сказал, у нас три попытки!

В отчаянии Освальд начал пихать стержень в случайные отверстия. Но и две оставшиеся попытки он провалил.

Он вернулся на место с мрачным лицом. Итог — минус одна золотая монета.

Остальные наёмники лишь цокнули языками, словно ожидали этого.

Гислен повернулся к Юлиану и спросил:

— Хочешь попробовать?

— Нет, это не по моей части.

Он спросил также Кайла, Денеб и Эренет, но все покачали головами. Остальные наёмники тоже отказались.

Это было слишком сложно для обычного человека.

И тут неожиданно вперёд вышел кто-то другой.

— Не то чтобы хвастаюсь, но… я окончил Имперскую академию первым в своём классе.

Лионель откинул волосы назад. Он явно хвастался.

Но он действительно был не только силён, но и умен. У него были основания для уверенности.

Он уверенно подошёл и взял устройство — но дварф поспешно закричал:

— Эй! Сначала заплати!

— ……

Лионель замер, затем протянул руку к Гислену:

— Одну золотую монету, пожалуйста.

— ……Ладно.

У Лионеля тоже не было денег. Став самым младшим, он отдал все свои средства корпусу наемников.

К тому же именно Гислен, а не Лионель, получал щедрые выплаты за дорожные расходы от Папы.

Как бы то ни было, заплатив, Лионель внимательно осмотрел устройство. Его глаза загорелись.

— Хм, понимаю.

Он заметил закономерность. В его голове структура устройства начала раскладываться, словно головоломка.

Его глаза на мгновение засияли, и он уверенно вставил стержень.

Щёлк.

Стержень идеально вошёл, и устройство издало приятный звук.

Лионель закрыл глаза и снова откинул волосы.

— Хмпф. Первая попытка — успех.

В этот момент вокруг раздались возгласы.

— Вау, вошло!

— Он правда решил это?

— Если он понял принцип, то сможет решить остальное?

Даже прохожие начали собираться, толпа росла и возбуждалась.

Лионель, переполненный уверенностью, начал говорить:

— Это решается через геометрическую симметрию. Я использовал вращательную симметрию и вычислил порядок вставки по золотому сечению, затем—

— Болтливый какой. И лицо такое серьёзное.

— ……

Губа Лионеля дёрнулась от замечания дварфа. Это задело, но он решил проигнорировать.

И это было правдой — с тех пор как он присоединился к Корпусу Юлиана, его одержимость внешним видом заметно ослабла.

Проглотив гордость, Лионель сосредоточился. Согласно своим расчётам, он вставил следующий стержень.

Туд.

— Один провал!

«.........Что? Мои расчёты должны были быть идеальными».

Лионель растерялся. Но быстро взял себя в руки и попробовал снова.

На этот раз осторожнее, усилив чувствительность в пальцах…

Туд.

— Второй провал!

Крик дварфа был громким и злорадным. Остальные дварфы рядом тоже не могли сдержать смех.

Холодный пот стекал по спине Лионеля. Его руки начали дрожать.

Видя это, дварф глубоко усмехнулся.

«Глупые люди. Это невозможно решить».

На самом деле это нельзя было решить лишь поиском числовых или символических закономерностей. Нужно было знать точный вес каждого металлического стержня.

Только тогда можно было определить правильный порядок.

Но здесь не было способа точно определить вес. Даже с острым чутьём можно было уловить лишь незначительные различия — не более.

«Как они вообще смогут вычислить порядок, не зная точного веса?»

В итоге это была почти мошенническая схема, устроенная дварфами.

Ведь точный вес знал только сам дварф.

Туд.

В конце концов Лионель провалил и третью попытку.

— Три провала! Конец!

Лионель повернулся с опущенными плечами.

Он так хвастался — и снова опозорился.

С каждой неудачей его самооценка падала всё ниже.

Дварф с самодовольным лицом громко объявил:

— Ещё кто-нибудь хочет попробовать? А? Слишком сложно для ваших жалких человеческих мозгов? Сложно?

Люди нахмурились от провокации, но никто не вышел вперёд. Задание было слишком трудным.

К тому же эльфы и дварфы традиционно не ладили.

Поэтому Эренет нервно дёргалась, словно собираясь выйти, с раздражением на лице.

Гислен заметил это и спросил:

— Ты тоже хочешь попробовать?

— ...Нет.

Духи движутся сердцем, а не расчётами.

Эренет упрямо оправдала себя этой мыслью и отвернулась.

Дварф, наблюдая за ними, снова усмехнулся:

— Если больше никто не хочет — жаль. На сегодня всё. Кто бы мог подумать, что вы все такие тупые.

— Остался ещё один.

Гислен шагнул вперёд. Дварф, всё ещё самодовольный, протянул устройство.

Затем он нарочно повысил голос, обращаясь к толпе:

— Этот будет последним на сегодня! Поняли, все? Хотите ещё шанс — приходите завтра в то же время! Расскажите всем!

Другой дварф рядом уже собирал деньги. Они явно были уверены, что Гислен тоже провалится.

Пока они суетились, Гислен просто внимательно смотрел на устройство.

Внутри его сознания Астион заговорил:

— Гислен, давай сначала проанализируем структуру и найдём закономерность. Раз дварф смог, значит есть скрытое условие. Так что давай медленно—

«Меня это не интересует».

— Что ты несёшь?! Тогда как ты собираешься—

— Вот так.

Гислен внезапно схватил металлический стержень — и силой вогнал его в устройство.

ТРЕСК!

— ………

Мгновенно повисла тишина, будто вся толпа замерла.

Область вокруг стержня была раздавлена чистой силой.

Дварф смотрел на это с открытым ртом.

— Ч-что… т-ты—

Гислен проигнорировал его и вставил второй стержень.

СКРИП!

На этот раз посыпались искры, края отверстия начали плавиться. Даже рунный камень не выдержал.

— ………

Все смотрели, раскрыв рты.

Без слов Гислен вставил ещё один стержень.

ТРЕСК!

Скрррип!

ТУД!

Один за другим стержни вгонялись внутрь — без порядка, без логики. Словно он забивал гвозди.

И чем дальше, тем сильнее устройство деформировалось, превращаясь в уродливую груду металла.

В отличие от аккуратного метода дварфов, способ Гислена был грубым и очевидно неправильным.

Но дварф говорил, что силой сделать это невозможно. Все видели, как Освальд провалился.

Также говорилось, что при силовом вмешательстве устройство взорвётся. Но этого не произошло.

Оно просто… разваливалось.

ТРЕСК! ХРУСТ!

В конце концов все семь стержней были вставлены.

Теперь это выглядело как изуродованная куча металлолома.

Гислен усмехнулся и поднял «устройство» перед лицом дварфа.

— Готово. Это успех.

— К-как? Кто… что ты вообще такое?!

Дварф не мог даже нормально говорить.

Эти оборванцы-люди казались ему смешными.

Он был уверен, что такие идиоты не смогут решить его головоломку.

Да, в этом была доля мошенничества.

Конечно, он предусмотрел попытки силового решения.

«Даже сверхчеловек не смог бы!»

Дварф не был глуп.

Он предполагал, что кто-то с невероятной силой попытается продавить стержни.

Поэтому он настроил устройство так, чтобы оно взрывалось при неправильной вставке. Без понимания точной внутренней структуры даже сверхчеловек не смог бы этого избежать.

Но…

«Почему?! Почему оно не взорвалось?!»

Устройство просто превращалось в металлолом. На его глазах происходило нечто абсурдное.

— Как ты вообще это сделал?! Нужно было решить головоломку правильно!

— Когда тело сильное, разум спокоен.

— ………

Эта странная фраза вновь погрузила всех в тишину.

Лишь Освальд воскликнул с искренней радостью:

— Точно! Проблема была не в мозгах, а в теле! Проклятое слабое тело!

Дварф поспешил выхватить устройство из рук Гислена. Но тот уклонился и сказал:

— Что, хочешь избавиться от улик? Просто признай уже.

— Я-я не могу это признать! Это не правильное решение!

— Нужно было вставить стержни, верно? Я вставил.

— Т-ты просто продавил!

— И что? Таково было условие. Ты сказал, что силой не получится и будет взрыв. Взрыва не было.

— Э-это правда, но…

Дварф сходил с ума.

Если он признает это — значит проиграл. Если нет — значит его техника несовершенна.

Он мог бы просто сказать, что Гислен провалился. Дварфы не идеальны.

Но сейчас всё было иначе.

— М-мы договорились! Сдержи слово!

— Если не даёшь приз — верни деньги!

— Ты мошенник! Мы тебя сдадим!

— Он сделал всё, как ты сказал! Почему не признаёшь?!

Толпа начала кричать.

Честно говоря, им было всё равно, каким способом Гислен победил. Им просто нравилось смотреть, как страдает высокомерный дварф.

Даже наёмники начали подшучивать, и людей становилось всё больше.

Дварф отступил, побледнев.

«Откуда вообще взялся этот псих…»

Обстановка становилась опасной. Если так продолжится, его действительно сочтут мошенником.

Что, по сути, было недалеко от правды.

Слишком много свидетелей. И этот безумец явно не собирался отступать.

С безумцами не спорят — их избегают. Умный дварф это понимал.

Решив как можно быстрее избавиться от Гислена, он запинаясь сказал:

— Х-хорошо. Ты не проиграл, так что… я признаю. Вот, держи 100 золотых.

Дварф натянул улыбку и передал мешок с монетами.

«Ничего страшного. Такие, как он, встречаются редко. Скоро отыграюсь на других идиотах».

Он только начал себя утешать, как Гислен покачал головой.

— Деньги мне не нужны.

— Что? Почему? Тогда чего ты хочешь? Просто решил показать свою силу?!

Гислен усмехнулся и указал на меч за стойкой.

— Я возьму тот меч.

Никто из толпы не знал, что это за меч. Все думали, что это очередной хлам.

Только Гислен видел истину.

Он узнал настоящую ценность Грамдира.