Это действительно странное существо (2)

Причина его раздражения была совсем незначительной.

«Ах, надо было проявить искренность помягче».

Он всего лишь хотел выглядеть как можно более круто. Поэтому, возможно, он немного переборщил с воображением.

Однако для духов это, по-видимому, выглядело как нечто пугающее и шокирующее.

Гислен с лёгким сожалением спросил:

— Можно ли попробовать ещё раз, всего один раз? На самом деле я гораздо более добрый человек, чем кажусь.

Ираниэль мягко, но твёрдо покачала головой.

— Духи уже сильно вас боятся. Они говорят, что от вас исходит сильный запах крови.

Гислен поднял руку и понюхал её.

Одежда, которую ему предоставили эльфы, источала едва уловимый цветочный аромат.

— Я не пахну кровью.

— …Это то, что они почувствовали от той искренности, которую вы показали. Духи всё ещё молоды и не сформированы, поэтому для них естественно испытывать страх.

— Тц…

Гислен тихо цокнул языком. Он понимал, о чём она говорит. Он провёл всю свою жизнь на поле боя, и если он показывал свою истинную сущность, эта аура неизбежно проявлялась.

Тем не менее, испытывая сожаление, Гислен попытался надавить ещё немного:

— У духов совсем нет никаких амбиций?

— Нет.

— Я не могу понять, почему они отказываются после того, как увидели нечто столь грандиозное и впечатляющее.

— Они сказали, что это вовсе не впечатляет.

— Если духи сражаются вместе с эльфами, почему они не хотят сражаться вместе со мной?

Ираниэль мягко улыбнулась и дала ему новый урок:

— Мы стали друзьями не для того, чтобы сражаться. Мы сражаемся вместе потому, что мы друзья.

— …………

На этот раз даже обычное упрямство и извращённая логика Гислена не помогли ему одержать верх.

Подружиться с духами было слишком трудно для такого человека, как он.

— Угх……

В конце концов Гислен почесал затылок и отказался от попыток подружиться с духами.

Он не был настолько жалким, чтобы цепляться за тех, кто не хотел становиться его другом.

Тем не менее в его душе всё же осталось лёгкое сожаление.

Как и Гислен, остальные наёмники также потерпели неудачу в попытках подружиться с духами.

И это было неудивительно. Никто из них на самом деле не собирался становиться искренним другом духов — они лишь хотели использовать их.

«Если я только освою магию духов, я наконец-то выбьюсь в люди!»

«Да если я покажу это где угодно, я заработаю кучу денег. Я стану невероятно популярным!»

«Пожалуйста, стань моим другом! Я просто хочу хотя бы раз пожить крутой жизнью! Изменить свою судьбу!»

«Я Освальд, настоящий мужчина! Если у меня появится дух, я заполучу эльфийку и навсегда покину это место!»

Все они думали лишь о том, что получат после того, как обзаведутся духом. Даже благочестивый святой рыцарь Лионель не был исключением.

«Я потерял свою божественную силу, но если я освою магию духов, я снова смогу стать сильным. Пожалуйста, присоединись ко мне! Давай вместе принесём славу Империи и Святому Престолу!»

Даже Кайл кричал вслед уходящим духам:

— Эй! Почему! Куда вы уходите! Дарк сказал, что со мной всё в порядке! Давайте станем дворянами вместе!

С подобными словами духи никак не могли стать их друзьями.

Духи ясно видели всю эту жадность и поспешили убежать.

Лишь несколько духов задержались рядом с Денеб, но то ли её божественная сила мешала, то ли просто не было совместимости — они не приближались ближе.

Все наёмники остались стоять с мрачными выражениями лиц.

Они были глубоко разочарованы тем, что не смогли освоить магию духов — силу, которую можно получить без особых усилий.

Они начали ворчать и жаловаться:

— Угх, да ладно. Духи такие привередливые. Ведут себя так, будто выше всех остальных.

— Они вообще могут выбирать своих друзей? Разве нельзя просто согласиться?

— Значит, магия духов такая же, как и божественная сила — только для избранных? Это слишком несправедливо.

Ираниэль несколько раз подчёркивала, что самое важное — это чистота сердца, но никто по-настоящему не принял эти слова близко к сердцу.

И в тот момент, когда казалось, что все потерпели неудачу, глаза наблюдавших эльфов широко раскрылись.

Все одновременно повернулись к одному человеку. Наёмники также прекратили ворчать и обернулись.

Вскоре отовсюду послышались изумлённые вздохи:

— Вооооооооу………

Бесчисленные частицы света парили вокруг Юлиана. Казалось, они отчаянно стремились остаться рядом с ним.

Крошечные огоньки собирались вместе, словно притягиваемые друг к другу, и в конце концов образовали несколько крупных скоплений.

И даже тогда они не покидали Юлиана, продолжая медленно приближаться к нему.

Юлиан мягко улыбнулся, глядя на это зрелище.

Когда он поднял руку, огоньки устремились к ней. Когда он повернул голову, они последовали за его взглядом.

Словно дыша в унисон, между Юлианом и духами текла тихая гармония.

Даже Ираниэль, наблюдавшая за этим, не смогла скрыть своего удивления. Юлиан демонстрировал совместимость с духами, значительно превосходящую даже эльфийскую.

Она тихо подошла к нему и спросила:

— О чём вы думали, когда тянулись к ним?

Юлиан на мгновение замялся, затем осторожно ответил:

— Я просто… смотрел на них.

У него не было никаких требований, никаких желаний.

Он просто наблюдал за духами из чистого любопытства.

И всё же духи сами приблизились к нему.

Словно игривые дети, они пытались прижаться к его руке, наклоняя свои тела навстречу его пальцам.

Ираниэль мягко улыбнулась и сказала:

— Духи по-настоящему вас обожают.

— Почему… меня?

— Я не могу сказать наверняка. Но я знаю, что ваша душа чище, чем у кого-либо другого.

Ираниэль мягко взмахнула рукой. Масса света медленно поплыла к Юлиану.

— Примите их. Если вы действительно этого желаете, эти дети станут вашими друзьями на всю жизнь.

Юлиан медленно протянул руку.

Свет словно впитался в его ладонь, и мягкое сияние распространилось по его телу, прежде чем исчезнуть.

— Ах………

Невольный вздох сорвался с его губ. Он понял, что установил связь с духами.

Он естественным образом понял, как общаться с ними и как призывать их.

Это было инстинктивное, знакомое ощущение — словно дыхание.

Когда Юлиан раскрыл ладонь, из неё поднялась маленькая капля воды.

Вскоре она приняла форму ребёнка и радостно закружилась вокруг него.

Затем появился лёгкий ветерок, вспыхнул огонёк, земля слегка задрожала, и дух земли ласково потёрся о ноги Юлиана.

Вскоре вокруг него танцевали духи всех стихий. Они выглядели радостными и ласковыми.

Юлиан посмотрел на каждого духа и снова улыбнулся.

В этот момент он стал ближе к природе, чем кто-либо другой.

Наёмники смотрели на это в полном оцепенении.

— Ничего себе… капитан действительно освоил магию духов.

— Как же завидно… почему у него так много духов? Он забрал их всех себе.

— Что происходит… чем он отличается от нас?

Все высказывали свои поражённые и сбитые с толку мысли.

Ираниэль смотрела на Юлиана тёплым взглядом.

— Теперь духи стали вашими друзьями. Их развитие будет отражать ваше собственное, и они будут разделять с вами и печаль, и радость. Поэтому берегите их. Они будут дорожить вами больше, чем кто-либо другой в этом мире.

— Да. Я буду.

Юлиан глубоко поклонился, и на его лице сияла светлая улыбка.

Его сердце было переполнено эмоциями — от связи с духами и глубокой благодарности Ираниэль, которая сделала это возможным.

И когда церемония уже подходила к тёплому завершению, Освальд внезапно закричал:

— Этот прогнивший мир!

— …..?

Все повернулись к Освальду. Он снова закричал, возмущённо:

— Я понял! Почему духи любят только капитана! В чём его отличие от нас!

Он указал пальцем на Юлиана.

— В чём разница? В его лице!

— ………

— Вы правда не понимаете? Духам он нравится только из-за своей внешности! Этот грязный мир, помешанный на внешнем виде! Нам нужна революция! Необходимо перераспределение красоты!

При этих словах Кайл и Лионель, которые тоже не смогли подружиться с духами, вспылили:

— Раньше я был вторым по красоте парнем в своём районе!

— Я не хвастаюсь, но я отвечал за официальные церемонии в Святом Престоле. Туда не берут людей без опрятного внешнего вида.

Освальд фыркнул в ответ:

— Капитан просто безумно красив! Одним своим лицом он ранит сердца окружающих! Вот какой уровень нужен, чтобы привлекать духов!

— ………

Все были ошеломлены, но Освальд пошёл ещё дальше и повернулся к Ираниэль, требуя ответа:

— Великий вождь! Вы сказали нам не судить по внешности, а по внутреннему содержанию!

— Э-это так…

— Тогда почему духи обращают внимание только на внешность! А?!

Ираниэль тихо вздохнула, перевела взгляд с Юлиана на Освальда и мягко сказала:

— Духи не обращают внимания на подобные вещи. Как и мы, эльфы. Внешность подобна туману, который со временем рассеивается. Красота — лишь мимолётная иллюзия. Только свет истинной души продолжает сиять, даже сквозь морщинистое лицо.

— Что? У моей души морщины, и… что?

Для Освальда это было слишком глубокое наставление. Он совершенно не понял его.

Будучи мудрой и по-настоящему зрелой, Ираниэль опустилась до уровня Освальда и мягко сказала:

— В моих глазах нет существенной разницы во внешности между вами и этим ребёнком. Поэтому не цепляйтесь за то, что видите. Важно лишь то, каким человеком вы являетесь.

Челюсть Освальда отвисла от шока.

Юлиан был объективно красив. В то время как Освальд имел небритую, растрёпанную бороду и грубое, пугающее лицо.

«И всё же… она говорит, что разницы нет?»

Как бы он ни размышлял, это не имело смысла. Однако Великий вождь не стала бы лгать о такой пустяковой вещи.

Поэтому он осторожно спросил:

— Великий вождь… вы выглядите молодой, но вы прожили очень долгую жизнь, верно?

— Это так.

— Тогда… эм… возможно… у вас ухудшилось зрение с возрастом? Не стало ли оно хуже, чем раньше?

— ……………

В этот момент остальные члены Корпуса наёмников Юлиана больше не смогли терпеть его грубость и бросились закрывать Освальду рот.

— Мммф! Почему вы меня останавливаете! Вы же знаете, что я прав!

— Пожалуйста, просто заткнись, Освальд!

— Мммф мммф! Этот грязный мир! Революция!

— ЗАТКНИСЬ!

Освальда утащили прочь, полностью обезвредив.

Пока Освальда где-то сзади били, Гислен посмотрел на Юлиана и тихо усмехнулся.

Он вспомнил то, что когда-то упустил. Образ героя, которого он видел во сне.

Разве Эренет тоже не говорила об этом? Герой — это тот, кого любит сам мир.

Если Святая — это та, кого любят богини, то Герой — это тот, кого любят все сущности мира.

Юлиан явно обладал чем-то особенным.

Его выдающаяся внешность была лишь приятной чертой среди людей.

По-настоящему важным было другое —

Точно так же, как и во сне, воля мира шла рядом с Юлианом.

«Значит… духи, которых он получил сейчас, должны быть теми самыми, которых я видел во сне».

Он мельком видел, как Юлиан сражался вместе с духами в своём сне.

Но тогда они не были такими милыми. Тогда они были практически самим миром, предоставляя свою силу Юлиану.

Это был неожиданный результат. Гислен сделал эту просьбу, потому что хотел сам освоить магию духов, но в итоге эту силу получил Юлиан.

«Нет, вероятно, эта сила изначально предназначалась Юлиану».

Он не знал, как герой получил духов в прошлом, но, скорее всего, это было через эльфов — так же, как Денеб получила своё ожерелье.

Пока Гислен погружался в размышления, церемония полностью завершилась.

Хотя все сожалели о том, что ничего не получили, они всё же искренне поздравили Юлиана.

Гислен также отпустил своё сожаление. Вместо этого он решил спросить Ираниэль о том, что давно его беспокоило:

— Не могли бы вы взглянуть на этого парня?

Гислен призвал Дарка. Дарк спрятался ещё до окончания боя.

— Эльфы неприятные. Просто… всё кажется неприятным.

Проворчав это, он спрятался в сознании Гислена и отказывался выходить наружу.

Обычно он с радостью пользовался любой возможностью, чтобы покрасоваться перед людьми.

Но если Гислен заставлял его выйти, он не мог сопротивляться. Появившись неохотно, Дарк выглядел недовольным.

Увидев духа — круглого и пухлого, как воробей — Ираниэль заинтересованно произнесла:

— Это… действительно странное существо.

— Я Король Духов!

Дарк с достоинством заявил это, уставившись на Ираниэль. Он явно пытался спровоцировать её.

— …………

Наступила короткая тишина.

Ираниэль выглядела совершенно ошеломлённой.