«Хорватская рапсодия»

Когда Яо Хань не удержался и громко воскликнул, многие пианисты вокруг тоже замерли, не сводя глаз со сцены.

И европейцы, и азиаты смотрели на выступление с одинаковым потрясением.

Что это вообще за выплеск эмоций?

Словно вулкан, копивший жар слишком долго, наконец прорвался наружу.

После череды напряжённых, почти режущих слух интервалов всё внезапно перевернулось.

Тишина обернулась вспышкой.

Печаль превратилась в ярость.

Всё, что до этого сдерживалось, хлынуло разом.

Взлёты и падения.

Перекаты и удары.

Оглушающе.

Кроме слова «потрясающе», подобрать что-то ещё было трудно.

· ─────── 𝄞 ─────── ·

Линь Тянь продолжал играть, полностью отдавая себя музыке.

«Хорватская рапсодия» была написана хорватским композитором Максимом.

Её основой стала война, вспыхнувшая после того, как Хорватия объявила о выходе из Югославии.

В то время Максим был ещё подростком.

Даже среди дыма, сирен и страха он вместе со своей преподавательницей продолжал заниматься музыкой.

Для него пианино стало убежищем.

Стало причиной продолжать жить.

Позже ему пришлось провести восемь дней в подвале.

А когда его наконец спасли, он первым делом снова сел за инструмент.

Потом отправился в Загреб на конкурс.

На том конкурсе он сыграл музыку, в которой были руины Хорватии после войны.

Разрушенные стены среди пепла.

Закат, отражённый в слезах и пыли.

Живой ритм на фоне скорби.

И тогда он стал победителем.

Да.

У этой композиции, полной страсти, силы и завораживающего ритма, на самом деле были корни из крови и слёз.

· ─────── 𝄞 ─────── ·

— Красиво… слишком красиво…

В зале зрители не могли не перешёптываться.

— Это правда написал музыкант из Тяньчао?

— Совсем не хуже предыдущих выступлений…

— Даже сильнее…

· ─────── 𝄞 ─────── ·

Среди них были и те, кто совсем не знал этого молодого пианиста.

И те, кто уже успел прочитать о нём все скандалы в интернете.

Но сейчас это уже никого не волновало.

Перед этой мелодией всё остальное словно потеряло значение.

Все были погружены в саму музыку.

· ─────── 𝄞 ─────── ·

Кульминация подступила вновь.

Линь Тянь больше не оставлял ничего про запас.

Он никогда не был человеком, который просто полагается на систему.

Его пианизм не появился из воздуха.

Чтобы дойти до нынешнего уровня, он прошёл через бесчисленные дни и ночи практики рядом с госпожой Гань.

Каждое их совместное выступление заставляло его изо всех сил тянуться вперёд.

Он старался не отставать от неё.

Старался догнать.

И именно так снова и снова ломал собственные пределы.

Пусть у него и были способности, дарованные системой, времени за инструментом он провёл не меньше, чем любой профессиональный пианист.

Он играл дальше.

Играл без остановки.

Вкладывал в клавиши все свои эмоции.

Идеально передавая это произведение людям, которые сейчас сидели перед ним.

· ─────── 𝄞 ─────── ·

— Мисс, почему вы плачете?..

Один светловолосый мужчина в зрительном зале с удивлением повернул голову и увидел, что у сидящей рядом красивой девушки по щекам текут слёзы.

— Ничего…

Госпожа Гань вытерла глаза.

— Просто… не смогла сдержаться…

Она всё так же смотрела на сцену.

Сколько боли должно было быть в этой истории, чтобы из неё родилась такая музыка?

И не только она одна.

По мере того как произведение развивалось, зрители тоже постепенно переходили от восторга к более глубокому чувству.

В чередовании света и тьмы скрытые в музыке гнев и скорбь начали медленно проникать в сердце каждого.

И от этого сердца невольно дрожали.

· ─────── 𝄞 ─────── ·

— Смешение классического фортепиано и современных популярных элементов…

— Эти повторяющиеся трезвучия создают ощущение напряжения прямо посреди боя…

— А после вспышки остаётся будто запах дыма…

— Браво, Линь Тянь!

В углу комнаты отдыха Ду Бяньу, прикурив сигарету, медленно выдохнул дым и не скрывал восхищения.

— Столько разных чувств…

— Такие сильные контрасты и переходы…

— Вот из чего состоит по-настоящему выдающаяся рапсодия.

— Господин Яо был прав… ты действительно грозный соперник…

Он снова выпустил дым.

Теперь вопрос выхода дальше уже не вызывал сомнений.

· ─────── 𝄞 ─────── ·

Музыка приближалась к финалу.

Но накал не спадал.

Быстрые ноты и плотные гармонии снова и снова подталкивали время вперёд.

И в игре Линь Тяня тоже не чувствовалось ни малейшего ослабления.

— Он правда… сам это написал?

Кто-то в комнате отдыха тихо произнёс это вслух.

На несколько секунд вокруг стало тихо.

На самом деле, если судить только по технике исполнения, это ещё не был абсолютный пик.

До такого уровня, как у Нисикавы Юбэя, всё же оставалось расстояние.

Но это сравнение было уже с вершиной.

В рамках всего конкурса назвать такую игру выше среднего было более чем справедливо.

И кроме того…

Исполнительское мастерство и способность сочинять музыку — это всё же не одно и то же.

К этому моменту почти у каждого уже появился собственный ответ.

· ─────── 𝄞 ─────── ·

— Даже если это и его вещь…

— Всё равно она не лучше «Ночного плача на рассвете» господина Нисикавы…

Кто-то рядом с Нисикавой не удержался и сказал это вслух.

Но в тот же миг был остановлен его рукой.

Тот удивлённо повернулся.

Нисикава Юбэй, чьи брови ещё недавно были нахмурены, теперь смотрел на сцену уже спокойно.

И даже слегка улыбнулся.

— Музыка, конечно, субъективна.

— Но если говорить честно, в этот раз я действительно уступил.

Он тихо вздохнул.

— А раз на нашей, японской, сцене столь выдающегося музыканта встречают одними нападками…

— Тогда и на нас, местных музыкантах, лежит ответственность.

· ─────── 𝄞 ─────── ·

Музыка достигла последней кульминации.

Сильный, решительный аккорд прозвучал как точка.

И всё вдруг остановилось.

Эмоции в этот миг словно были возвращены обратно внутрь.

Закончилось.

Линь Тянь убрал руки с клавиш.

Поднялся.

И вышел к краю сцены.

Лоб был покрыт потом.

На губах появилась чуть горькая улыбка.

Он уже решил отбросить всё лишнее и играть, не думая ни о чём.

Но то, что он сейчас выдал, явно превосходило его обычный уровень.

Дошло ли это до них?

Смогла ли музыка передать всё, что он хотел вложить?

· ─────── 𝄞 ─────── ·

Линь Тянь поклонился.

И в следующее мгновение весь зал взорвался аплодисментами.

Сразу множество людей поднялись со своих мест.

Лица.

Страны.

Цвет кожи.

Всё было разным.

Но выражение на лицах оказалось одинаковым.

Радость.

Восхищение.

Одобрение.

И среди первого ряда сидела девушка с лицом, почти ангельски прекрасным.

Она улыбалась особенно ярко.

И хлопала сильнее всех.

Так сильно, что ладони у неё покраснели.