Тогда решено

После слов Хэ Чжичэня Линь Тянь внезапно ощутил необъяснимое волнение и даже инстинктивно отступил на шаг.

— Господин Хэ… нет, брат Чэнь, неужели и такое можно просчитать при помощи больших данных?

— Разумеется, — серьёзно ответил Хэ Чжичэнь. — Достаточно предоставить мне полную информацию, и я рассчитаю план признания с наивысшей вероятностью успеха специально для госпожи Гань. Её вкусы в еде, привычки, интересы — всё будет учтено. От выбора места до одежды и тем для разговора — я возьму это на себя.

— Настоящий мастер…

Линь Тянь схватил его за руки, на мгновение растрогавшись.

— Откуда вы узнали, что я как раз переживал об этом в последнее время?

В тот миг Хэ Чжичэнь в глазах Линь Тяня стал выше ростом.

Он больше не выглядел человеком, не расстающимся с планшетом, а казался идеальным менеджером — тем, кто действительно понимает самые сокровенные желания артистов.

— Я же говорил, — Хэ Чжичэнь развёл руки, словно ангел, спустившийся с небес, — мне куда интереснее говорить о мечтах, чем о сухих цифрах.

Именно таким сияющим Линь Тянь увидел его в тот короткий момент.

Но на самом деле, глядя на воодушевлённого Линь Тяня, Хэ Чжичэнь едва удержался от тяжёлого вздоха.

Все предыдущие разговоры о музыке, тренировках, студиях — ни одна деталь его по-настоящему не тронула.

А вот одно упоминание о романтике — и такой восторг.

Так что же на самом деле было мечтой Линь Тяня — музыка… или Гань Янюй?

Прежде чем Хэ Чжичэнь успел продолжить, Линь Тянь поднял руку, будто прося паузу, и перевёл взгляд на Гань Янюй.

Если он готов принять решение, то должен узнать и её мысли, верно?

— Госпожа Гань.

В этот момент Пу Идань мягко окликнула девушку и подошла ближе. Гань Янюй всё это время молчала, глядя через стекло на старательно репетирующих музыкантов.

С тех пор как они вошли в Юэюнь Развлечения, она почти ничего не говорила.

Пу Идань слегка наклонилась к ней, проследив за её взглядом.

— Ты ведь смотришь на себя, правда? — тихо спросила она.

Гань Янюй повернулась к ней, в её глазах мелькнуло недоумение.

— По твоему выражению видно, что ты ещё не нашла себя. Я была такой же… Что-то пошло не так? — мягко улыбнулась Пу Идань.

Гань Янюй медленно кивнула.

— Знаешь, как меня называют в компании?

Девушка покачала головой.

— Говорят, что я «всегда права» и «абсолютно уверена в себе». В их глазах я человек, который не ошибается и не терпит ошибок. Любой проект под моим руководством обречён на успех, в моей команде не бывает отстающих. За спиной меня зовут «Железной леди» или «Женским Цезарем». Забавно, правда? Эти прозвища — знак уважения.

· ─────── 𝄞 ─────── ·

Гань Янюй удивлённо расширила глаза. За то короткое время знакомства она не могла представить Пу Идань такой.

— Когда доходишь до моей позиции, неизбежно становишься тем, кто нужен другим, — усмехнулась Пу Идань. — Моей команде нужен такой руководитель, подчинённым — такой начальник. И я стала ею. Хотя до выхода на работу была настолько наивной, что искала в интернете советы, как строить отношения в коллективе.

Гань Янюй задумчиво крутила прядь волос. Она никогда не работала и не сталкивалась с подобными вещами, но смысл слов уловила.

Её удивляло лишь, как происходит такое превращение.

Это ведь не просто маска. Чтобы внушать доверие, нужно сначала стать достойной. Вера не появляется из воздуха — нужно преодолеть себя.

— Команде нужен лидер вроде меня, потому что это даёт им психологическую опору, — продолжала Пу Идань. — Когда они думают: «Работая с сестрой Дань, я должен быть внимательным и перфекционистом», — они начинают соответствовать этим ожиданиям. Со временем внешнее внушение становится внутренним убеждением. Они растут — и это заставляет расти меня.

Она снова улыбнулась.

— А теперь вернёмся к моему вопросу.

— Госпожа Гань, какой ты видишь ту себя, которую ищешь?

· ─────── 𝄞 ─────── ·

Зрачки девушки дрогнули. В её прозрачных глазах отразился образ — астматичный подросток с пустым взглядом, сидящий на крыше.

Та самая прежняя она.

Не произнеся ни слова, Гань Янюй развернулась и пошла к Линь Тяню.

— Что случилось? — спросил он, заметив её немного тревожное выражение лица, не зная об их разговоре.

— Мы уже всё посмотрели. Пойдём.

— А? Тебе здесь не понравилось?

— Нет, здесь замечательно. Госпожа Пу тоже очень милая.

— Тогда…

— Как ты решишь, так и будет, Линь Тянь.

Гань Янюй беззаботно улыбнулась и пошла вперёд.

· ─────── 𝄞 ─────── ·

Позади Пу Идань обняла Хэ Чжичэня за плечи, в её голосе звучала и шутка, и искреннее восхищение.

— Эта девочка такая милая. Если подпишем её, буду относиться к ней как к собственной дочери.

— Ты уже так говорила о семи новых артистах, — мрачно пробормотал Хэ Чжичэнь.

— Правда? Тогда Гань Янюй точно станет самой младшей и самой избалованной!

· ─────── 𝄞 ─────── ·

— Господин Линь!

Хэ Чжичэнь окликнул его, останавливая на полпути. Раз Гань Янюй согласна, теперь всё зависело от решения Линь Тяня.

— Господин Хэ.

Линь Тянь обернулся. Хэ Чжичэнь выпрямился, лицо стало серьёзным.

— Вы говорили, что если «Лунный Свет и Кот» подпишут контракт с лейблом и выпустят альбом, прогноз продаж в первый месяц составит… — Линь Тянь задумался, пытаясь вспомнить цифру.

— Сто десять тысяч копий.

— Точно, сто десять тысяч, — кивнул Линь Тянь, впечатлённый его памятью.

— А если добавить к альбому дебютный музыкальный клип, сколько, по вашему мнению, получится продать?

— Рост составит шестьдесят четыре процента. Не менее ста восьмидесяти тысяч копий. Без проблем.

— Хорошо.

Ни угроз, ни условий не требовалось. Если альбом провалится, Хэ Чжичэнь сам найдёт способ всё уладить.

Линь Тянь решительно поднял палец.

— Тогда наш дебютный альбом и клип — в ваших руках.