«Венгерский танец номер пять соль минор»

— Я шучу~

Бай Си понизила голос, нарочно растянув слова.

Затем подняла голову, и, проходя мимо, тихо рассмеялась у самого уха Линь Тяня:

— Но то, что я сказала до этого — не шутка.

— Буду ждать вас на Кубке Драконьей скрипки.

С этими словами она ушла.

В воздухе остался лишь насыщенный аромат духов.

· ─────── 𝄞 ───────

Она и правда всегда такая.

Абсолютно уверенная в себе.

Линь Тянь не мог понять, искренни ли были её слова или нет.

Она уже была чемпионкой Кубка Звезды.

Даже если проиграет сейчас, её всё равно пригласят на следующий уровень.

Поэтому она могла позволить себе такое спокойствие.

Но сказать, что ей совсем не важен этот конкурс…

невозможно.

Он вдруг захотел увидеть, как она потеряет самообладание.

Только победа покажет, насколько её слова были настоящими.

В любом случае — пора выходить на сцену.

· ─────── 𝄞 ───────

Свет софитов осветил выход.

Последнее настоящее выступление Кубка Инцинь — началось!

Под взглядами зрителей, полными ожидания, они вышли на сцену.

Гань Янюй — в фиолетовом платье.

Линь Тянь — в тёмно-синем костюме.

Она шла впереди, лёгкой походкой.

Он шёл следом, поправляя галстук.

— Какие красивые!!

Зал сразу оживился.

— Прямо как принцесса и рыцарь!

— Самая эффектная пара!

— Ещё недавно смотрели их трансляцию… а теперь они на сцене… это так странно!

· ─────── 𝄞 ───────

Под шум голосов они заняли свои места.

Теперь напряжение почувствовали не только зрители, но и судьи.

Особенно те, кто видел их «Канон».

Все задавались одним вопросом:

что нужно сыграть, чтобы превзойти выступление Бай Си?

На этом этапе ошибок уже не будет.

Победа решится тем, чьё выступление окажется сильнее.

Начали.

· ─────── 𝄞 ───────

Звук виолончели разлился по залу.

Гань Янюй коснулась струн.

Мелодия была лёгкой, свободной, с необычным оттенком чужой культуры.

Судьи переглянулись.

— Не совсем то, чего ожидали…

— Для финала — неожиданно.

— Настоящий венгерский стиль…

Они переговаривались.

Это было не столько впечатляюще, сколько… неожиданно.

В их понимании, её сила — в глубокой эмоциональности.

Не то чтобы такой выбор был ошибкой.

Но танцевальная музыка имеет свои ограничения.

Даже при идеальном исполнении она остаётся музыкой для танца.

Трудно передать нечто более глубокое.

Особенно ясно это понимал Хэ Шуомо.

Как на конкурсе танцев.

Можно сделать сложные движения.

Можно удивить техникой.

Но предел есть.

Не потому, что танцевальная музыка хуже.

И не потому, что финал требует только сложных произведений.

Но—

на таком уровне ожидалось нечто иное.

А они выбрали именно это.

Когда вступило фортепиано — произошёл перелом.

Музыка резко пошла вверх.

· ─────── 𝄞 ───────

Темп ускорился.

Как будто американские горки.

То вверх, то вниз, резко и стремительно.

Ритм виолончели слился с аккомпанементом, создавая насыщенное звучание.

— Ого…

Хэ Шуомо скрестил руки:

— Это не простое произведение.

По одной только мелодии можно было понять, насколько оно сложно.

Это точно не то, что можно выучить за несколько дней.

Постоянные изменения,

ускорения — как атаки в сложной игре.

Особенно в ансамбле.

Чтобы добиться такой согласованности, нужно долгое время репетиций.

— У неё отличная база.

Он невольно вздохнул.

Сейчас о ней часто говорили как о человеке с особой атмосферой.

Но на самом деле её техника — исключительная.

Ошибки?

Практически отсутствуют.

Любое произведение она доводит до высокого уровня за короткое время.

А за этим — огромное количество труда.

И всё это на плечах восемнадцатилетней девушки.

Только за это её уже стоит уважать.

Даже здесь она демонстрировала мощную основу.

— «Венгерский танец номер пять соль минор…» — тихо произнёс он.

— Отличная вещь.

Сидящий рядом профессор закрыл глаза:

— Настоящий венгерский вкус… не ожидал такого от композитора из Тяньчао.

— Это же Линь Тянь…

Хэ Шуомо вздохнул.

В его голосе звучало сложное чувство.

— Он может, не выходя из дома, написать испанскую музыку… а теперь ещё и венгерскую. Иногда хочется заглянуть ему в голову — откуда это всё берётся?

Уже неделю в музыкальной среде знали:

многие произведения на этом конкурсе написаны именно этим юношей.

Хотя композиция формально не учитывается, все уже обратили на него внимание.

— Но почему номер пять… где первые четыре?

Профессор нахмурился.

— Об этом вы, возможно, не знаете.

Яо Хань пояснил:

— У него есть привычка не публиковать всё сразу. Иногда он сначала показывает одну часть, а остальные — позже.

— Если это номер пять, значит, первые четыре уже написаны. Просто ещё не выпущены.

— Понятно…

Профессор кивнул.

Яо Хань снова посмотрел на сцену.

Произведение — отличное.

Но…

если только на этом уровне—

этого недостаточно, чтобы победить Бай Си.

Линь Тянь.

Что ты ещё скрываешь?