Достаточно ли я достоин
По предложению Гао Чжэньяна трое студентов тут же оживились.
Любопытство взяло верх, и упустить шанс увидеть, на что способны эти «старшеклассники-музыканты», они не могли.
Книги и сумки были отложены, взгляды устремлены вперёд.
Парень в очках не сводил глаз с Линь Тяня и Гань Янюй, пока те настраивали инструменты.
В его взгляде не было мелочной злости — лишь искреннее недоумение.
Как ни старался, он не мог принять мысль, что двое школьников стоят на одном уровне с его наставником.
Особенно его задело то, с каким уважением Гао Чжэньян обращался к Линь Тяню.
Такой тон обычно звучал только в адрес признанных профессионалов. От этого внутри становилось ещё тяжелее.
— Учитель… — одна из студенток нерешительно нарушила тишину. — Вы оставили нас, чтобы мы… учились у них?
В её голосе сквозило недовольство.
Эти трое не были случайными студентами. Они остались после занятий на дополнительный разбор, а значит, относились к делу серьёзно. И теперь им предстояло смотреть выступление старшеклассников?
Это казалось почти унижением.
— Учиться? — Гао Чжэньян усмехнулся. — Вы правда думаете, что способны чему-то у них научиться?
Он покачал головой.
— Их уровень находится на совершенно иной плоскости. Вы можете восхищаться, но повторить — это уже другой вопрос.
В комнате воцарилась неловкая тишина.
И в этот момент пальцы Линь Тяня опустились на клавиши.
Зал наполнился упругими, ясными аккордами.
Почти сразу вступила виолончель Гань Янюй — тёплая, глубокая, словно струя живого света. Зазвучала знакомая мелодия.
«Кан-кан».
Тот самый, что несколько дней назад разлетелся по сети.
Когда началась основная часть, темп ускорился. Диалог инструментов стал плотнее, напряжённее.
Руки Линь Тяня скользили по клавишам легко, без малейшей задержки.
Смычок Гань Янюй двигался уверенно, как будто музыка уже была вписана в её дыхание.
Ритм — безупречный.
Синхронность — пугающе точная.
Но сильнее всего поражало другое.
Не техника. Не скорость.
А эмоции.
Они чувствовали музыку одинаково. Там, где нужно было взлететь — взлетали вместе. Там, где следовало приглушить звук — замирали в едином дыхании. Никаких лишних движений, никаких сомнений.
Трое студентов слушали, не моргая.
— Песня вышла всего несколько дней назад… — прошептала девушка, не веря услышанному. — И уже так отточено? Даже автор, наверное, не смог бы сыграть лучше…
— Это правда школьники?.. — выдохнул один из парней.
Парень в очках, Гао Ли, молчал.
Среди троих он считался самым талантливым. Его часто хвалили, предрекали большое будущее.
Но сейчас внутри него что-то тихо треснуло.
Особенно его поразила Гань Янюй.
Её техника была безупречна. Ни единой шероховатости в штрихах, ни одного дрожания в интонации.
Казалось, будто играет не человек, а идеально настроенный инструмент с живым сердцем внутри.
В какой-то момент он понял, что больше не способен анализировать. Его собственный уровень не позволял разобрать всё до конца.
И в голове возник единственный вопрос:
«Достоин ли я вообще давать оценку?»
Гао Чжэньян наблюдал за учениками с лёгкой улыбкой. Он хорошо помнил это чувство.
Когда-то, впервые увидев их выступление в сети, он испытал то же самое — смесь восторга и смирения.
Гений всегда существует. Просто не каждый готов его принять.
Музыка закончилась.
Линь Тянь и Гань Янюй опустили руки и посмотрели на наставника.
— Ну как, учитель Гао?
Но тот вместо ответа повернулся к своим студентам.
— Гао Ли, как тебе?
Парень в очках сглотнул.
— Это… великолепно. — Его голос звучал искренне, хоть и с усилием. — Выступление было безупречным.
На самом деле он хотел сказать совсем другое.
«Имею ли я право вообще что-то говорить?»
Гао Чжэньян кивнул и повернулся к дуэту.
— Отлично. Технически — чисто. Но больше всего меня порадовала ваша эмоциональная синхронность. Если сохраните этот уровень, на следующей неделе проблем не будет.
Линь Тянь и Гань Янюй обменялись коротким взглядом. В груди стало легче.
— Однако расслабляться рано, — продолжил наставник. — Сегодня я услышал только одно произведение. Возможно, вы его долго отрабатывали.
Но сцена — это совсем другое. Там нужно сыграть три, а то и шесть пьес подряд. Это проверка выносливости, концентрации и психологической устойчивости.
Он достал из сумки стопку нот.
— Я подготовил для вас несколько произведений. Не слишком сложные. Для вас достаточно нескольких минут на просмотр, и можно играть с листа.
Линь Тянь быстро пересчитал — семь пьес.
Гао Чжэньян явно готовился серьёзно.
— Попробуйте сыграть все подряд. Если почувствуете, что не справляетесь — остановитесь.
В воздухе снова повисло напряжение.
Семь произведений подряд.
Это уже не просто проверка техники.
Это испытание сердца.