Генерал Соль (3)

Меч был вогнан в землю.

Это был меч 「Неба и Земли」. Оружие, которым когда-то владел 「Повелитель меча」 Соль Ли Мун.

Острая кромка, сочетавшая в себе гармонию черного железа и белой стали, разила врагов лишь во благо Чхондо.

Перед взором предстал силуэт 「Повелителя меча」, который в далеком прошлом едва не предал Чхондо огню.

Его тело было истерзано.

Он сидел, скрестив ноги и опустив голову. Из многочисленных ран ручьями лилась кровь.

И все же в смехе, вырывавшемся из его груди с каждым хриплым вздохом, сквозило глубокое удовлетворение.

Напротив него, по другую сторону меча, восседал король демонических духов. Жуткое и гротескное создание.

Оно вроде бы принимало человеческий облик, но в то же время казалось искаженной, уродливой сущностью. Один взгляд на нее вызывал тошноту.

Тело чудовища походило на людское лишь потому, что оно еще не вернуло себе былую мощь целиком.

На самом деле 「Демонический дух чумы」, владыка всех демонических духов, был настолько огромным существом, что своими исполинскими размерами мог запросто накрыть половину бескрайнего дворца Чхондо.

То, что оно возжелало завладеть телом Соль Ли Муна, в каком-то смысле было неизбежно.

Ведь тот являлся величайшим 「Мастером меча」 своей эпохи. Человеком настолько почитаемым, что никто в Чхондо не осмелился бы усомниться в его верности.

Если бы удалось захватить тело такого мастера и подчинить его себе, 「Демонический дух чумы」 сумел бы вернуть былую силу в полном объеме.

Так началась битва, бушевавшая на протяжении десятилетий в самых потаенных глубинах внутреннего мира Соль Ли Муна.

Он сражался за право распоряжаться собственным телом, в то время как 「Демонический дух чумы」 пытался это тело у него отобрать.

Их противостояние длилось бесчисленные годы. Бесконечная дуэль крови и стали.

В реальности все это заняло не более мимолетного мгновения, но в царстве разума они сошлись в схватке, которая казалась длиннее половины человеческой жизни.

И в конечном итоге победителем из этой битвы вышел 「Демонический дух чумы」.

Существо, лишенное дара речи и ведомое исключительно инстинктом бойни — не более чем сгусток первобытной жажды убийства.

Опустив голову, Соль Ли Мун, величайший мечник в истории Чхондо, произнес свои последние слова.

— Ты силен.

Величайший мастер меча, когда-либо существовавший в истории Чхондо, в конце концов столкнулся с испытанием, которое не смог преодолеть даже он.

Из-за даосской магии, подтачивавшей человеческий разум, сокрушительной мощи, способной дробить валуны вопреки неполному восстановлению сил, и проницательности, позволявшей видеть саму ткань мироздания —

Он понимал, что не сможет одолеть 「Демонического духа чумы」.

В итоге его поглотит страшнейшее бедствие в истории, превратив в безмозглую тварь, без разбору истребляющую всё живое на своем пути.

Он терпел. Снова и снова он стойко держал удар.

Всякий раз, когда этот проклятый шепот проникал в сознание и пожирал его мысли, он стискивал зубы и сопротивлялся изо всех сил.

Но наконец и его возможностям пришел предел.

Но даже так Соль Ли Мун улыбался.

Кап. Кап.

Кровь капала на скрещенные колени, стекая по ним и впитываясь в землю.

И вместе с тем, как она уходила вглубь, казалось, будто тяжесть всех прожитых им в борьбе лет опускалась в почву вместе с ней.

Соль Ли Мун поднял голову и разразился звонким, непоколебимым смехом, от которого по спине пробегали мурашки.

— И ты думаешь, что победил?

В его глазах вспыхнул яростный огонек.

Теперь становилось ясно, чью именно жажду убийства унаследовал Соль Тхэ Пхён.

— Пусть ты и сильнее, тебе никогда меня не одолеть.

「Демонический дух чумы」 ничего не ответил. Он оставался лишь воплощением чистого стремления уничтожать — силой, рожденной ради убийства.

И все же Соль Ли Мун прямо перед ним провозгласил свою победу.

— Твоя роковая ошибка в том, что ты недооценил мою человеческую природу.

Истекающий кровью 「Повелитель меча」 продолжал.

Прежде чем стать воином Чхондо, он был человеком.

Прежде чем стать величайшим мастером меча в истории, он был человеком.

Прежде чем стать воином, встречающим свои последние мгновения, он был человеком.

Прежде чем стать Соль Ли Муном, он был человеком.

— Вам, безмозглым тварям, способным лишь убивать и крушить, никогда не понять. Люди на своем жизненном пути сажают семена.

Даже в финальной схватке против 「Демонического духа чумы」 он так и не лишился рассудка. Эти долгие годы борьбы не прошли даром.

— Эта девочка вверена торговой гильдии 「Анпхён」. Однажды она сыграет великую роль. Оберегайте её и позаботьтесь, чтобы она заняла свое законное место во дворце.

Соль Ли Мун сам дал этой девочке имя. А Хён.

Настанет день, и она станет 「Небесной девой」. Она убережет нового 「Мастера меча」 и поможет ему занять причитающееся место в Чхондо.

— Нашу дочь следует назвать Соль Ран. Это будет прекрасное имя.

Вместе с женщиной, которую любил всем сердцем — торговкой Сон Хёль Хвой, он выбрал имя для их дочери.

Подобно расцветающей посреди зимы орхидее, это имя идеально подходило той, кому суждено стойко выдерживать любые бури бушующего мира.

В один прекрасный день она вернется во дворец и станет ключом к восстановлению порядка на неспокойной политической арене Чхондо.

А также духовной опорой для следующего 「Мастера меча」, который явится миру после Соль Ли Муна.

Пока люди идут по долгой жизненной тропе, за их спинами волей-неволей прорастают семена — желают они того или нет.

На пути, который 「Повелитель меча」 Соль Ли Мун преодолевал изо всех сил, бесчисленные ростки уже пробивались сквозь землю, независимо от его воли.

Соль Ли Мун так и не сумел уничтожить 「Демонического духа чумы」.

Жестокая правда оставалась неизменной, и все же залитый кровью 「Повелитель меча」 оскалился в широкой улыбке, обнажая белые зубы.

— Сперва я проложу дорогу в загробный мир, так что мы еще свидимся.

Лязг! Сквозь клубящийся туман меч Соль Тхэ Пхёна с легкостью рассек морозный зимний воздух.

— ……! — глаза великого генерала Сон Са Ука округлились, стоило ему заблокировать этот выпад.

Тяжесть, стоявшая за этим ударом, в корне отличалась от всего, чем они обменивались до сих пор.

И это было вполне естественно.

До этого момента вице-генерал Соль Тхэ Пхён лишь пытался подавить его.

Всё, что он делал, являлось не более чем представлением. Грандиозным спектаклем ради того, чтобы выманить 「Демонического духа чумы」.

Именно по этой причине он ни разу не пытался по-настоящему убить великого генерала.

Но теперь сам характер его ударов изменился до неузнаваемости.

Отныне они несли в себе отчетливое намерение убить.

Исчезли любые колебания насчет нанесения вреда противнику. Всякая нерешительность перед дальнейшим обострением ситуации испарилась без следа.

Его глаза лихорадочно блестели леденящим светом.

「Неужели он действительно… верит, что я и есть Демонический дух чумы?」

Сон Са Ук яростно стиснул зубы.

Ведь он лично сразил того самого 「Демонического духа чумы」, поглотившего Соль Ли Муна.

В этом факте не приходилось сомневаться.

И все же стоящий перед ним вице-генерал ни капли не верил в окончательную гибель монстра.

「Не знаю, что вселило в этого юного генерала столь глубокие подозрения, но…!」

Лязг!

Скрестив клинки, Сон Са Ук сжал челюсти.

「Я не могу безучастно смотреть, как столь многообещающий воин сбивается с праведного пути…!」

Скрежеща зубами, он перенес вес тела и нанес удар ногой по левой руке Соль Тхэ Пхёна.

Пользуясь открывшейся брешью, он попытался вонзить клинок прямо в грудь Соль Тхэ Пхёна.

Однако вице-генерал отпрянул ровно на длину лезвия, после чего мгновенно бросился вперед, целясь Сон Са Уку в горло.

Жажда крови.

Отчетливое и неоспоримое намерение оборвать жизнь оппонента.

Пройдя через бесчисленные поля сражений, Сон Са Ук привык к чужой жажде убийства, но к сокрушительной тяжести намерения Соль Тхэ Пхёна он адаптироваться так и не сумел.

Тот был истинным воином, благословленным небесной лихорадкой.

Сон Са Ук и сам когда-то преодолел 「Небесные испытания」 небесной лихорадки.

Он до мозга костей знал, насколько огромна эта сила.

А потому прекрасно понимал: просчитайся он хоть на малую долю, его ждет настоящая смерть.

Лязг!

Но при следующем же столкновении меч Сон Са Ука отлетел далеко вверх.

「Неужели я… только что уступил в чистой силе?..」

Прямо перед ним глаза Соль Тхэ Пхёна вновь зловеще блеснули.

Вжух!

Не успел он прийти в себя, как на его груди уже зияла глубокая рана.

Удар оказался слишком быстрым, чтобы уловить его взором. Не только по скорости, но и по вложенной мощи. Подобный выпад невозможно было заблокировать без собственного оружия.

От правого плеча до левого бока.

Глубокий порез рассек его тело, и брызги крови взметнулись в воздух.

Будь он в свои лучшие годы, он бы мгновенно разорвал дистанцию.

Но лишившись одной руки и растеряв былую ловкость, он пропустил удар.

Соль Тхэ Пхён с силой впечатал подошву в живот Сон Са Ука, отправляя его в полет.

Бам! Хрусь!

Сон Са Ук пролетел по воздуху и рухнул в лесную чащу позади павильона 「Тхэхва」. Его тело кубарем покатилось вниз по склону.

Высокая трава застилала глаза, а в нос ударил резкий запах хлещущей из раны крови.

Плеск!

Однако Соль Тхэ Пхён и не думал прекращать преследование.

Он скользил сквозь заросли с пугающей быстротой.

Вжух!

Лязг! Хрусь!

Настигая катящегося по склону Сон Са Ука, Соль Тхэ Пхён наносил удар за ударом прямо из густой листвы.

Раны покрывали измученное тело Сон Са Ука. Его искалеченная фигура теперь вся была испещрена порезами, из которых бурным потоком изливалась свежая кровь.

Кровь разлеталась во все стороны, перепугав прятавшихся на ветвях ворон. С резким карканьем они взмыли в небо.

Хлысь! Хрусь! Чирк!

Посреди этого безумия Сон Са Ук из последних сил умудрился заблокировать финальный выпад.

Он был превращен в лохмотья.

— Ха-а… ха-а…

Щёлк.

Звук намертво сомкнувшихся пальцев.

Он перехватил финальный удар голой ладонью.

Зрелище, в котором генерал Сон Са Ук сжимал лезвие меча пустой рукой, не поддавалось описанию.

Судорожно хватая ртом воздух в своем полуживом состоянии, он с трудом выдавил:

— Что… ради всего святого… движет тобой?..

— ……

— Разве можно заходить… так далеко…

Невзирая ни на что, его взор по-прежнему сохранял свирепую решимость.

Это был тот самый генерал, который и бровью не повел, когда ему отрубили руку. Потеря крови превышала всякие разумные пределы, но его взгляд оставался острым, словно подобное испытание все еще оставалось для него вполне сносным.

— Я ведь уже говорил… я не Демонический дух чумы… и выразился предельно ясно…

— Вам следует взглянуть на ситуацию с точки зрения самого Демонического духа чумы.

Соль Тхэ Пхён слегка опустил голову и неторопливо произнес:

— Этот мир скован бесконечным циклом реинкарнаций. Враг наш — противник на редкость назойливый, способный отматывать время вспять столько раз, сколько его душе угодно.

— Что… за бред ты несешь…

— И если его истинная сущность раскроется до того, как он вернет былую мощь, его наверняка уничтожат еще до начала активных действий. А потому он посылает своих прихвостней тянуть время, пока сам тщательно скрывает собственное существование вплоть до момента окончательного воскрешения.

Глаза Сон Са Ука, по-прежнему крепко державшегося за лезвие, дрогнули.

По его лицу казалось, будто он совершенно не понимает, о чем толкует Соль Тхэ Пхён.

Однако Соль Тхэ Пхён продолжал говорить, словно его это вовсе не волновало.

— Но разве можно обмануть взор Небесной девы, что созерцала этот мир на протяжении бесчисленных циклов перерождений?

Той самой девчонки, которая прямо сейчас наверняка бездельничает в поместье района 「Хвальсон」 и лениво уплетает мясные тефтели.

Даже перед лицом вселенского кризиса она лишь тихонько посмеивалась бы, наблюдая за происходящим так, словно это её абсолютно не касается.

Прошлая 「Небесная дева」, способная оставаться безучастной, созерцая судьбы мира.

Она и сама обладала внушительной духовной силой, неизменно пребывала подле 「Мастера меча」 и раз за разом перезапускала мировой цикл, превращая повторные воскрешения 「Демонического духа чумы」 в пустую трату сил.

Для 「Демонического духа чумы」 она, должно быть, являлась самым грозным противником.

Каким бы безупречным ни было его подражание поглощенному телу, 「Демонический дух чумы」 никогда бы не смог провести взор девчонки, прожившей десятилетия в череде реинкарнаций.

А потому оставался лишь один единственный способ обмануть 「Небесную деву」 А Хён.

「Демонический дух чумы」 не мог сразу захватить контроль над разумом носителя. Вместо этого ему приходилось таиться в самых сокровенных глубинах тела, дожидаясь идеального момента.

Изгони он душу неосмотрительно и притворись изначальным хозяином плоти, это лишь ускорило бы его разоблачение.

Ему требовалось действовать коварно, изощренно и следить за тем, чтобы привычный ход вещей ничем не нарушался.

До тех пор, пока энергия 「Небесной девы」 окончательно не иссякнет и она потеряет способность поддерживать колесо перерождений, 「Демонический дух чумы」 был обязан затаиться в тенях и ждать целую вечность.

Таков был единственный путь, оставшийся у истока всех этих бедствий — у 「Демонического духа чумы」.

— Чтобы выкурить чудовище, решившее спрятаться подобным образом… у меня в конечном счете нет иного выбора, кроме как самому полностью обезуметь.

Кончики его пальцев неистово подрагивали.

Силы Сон Са Ука, сжимавшего лезвие, были практически на исходе.

Стоящий прямо перед ним Соль Тхэ Пхён с горящим взором произнес:

— Покажешь ли ты свое истинное обличье, явившись миру, или безмолвно примешь смерть… я в любом случае прикончу великого генерала Сон Са Ука здесь и сейчас.

— ……

Но что, если он убьет Сон Са Ука, а тот окажется вовсе не 「Демоническим духом чумы」?

В таком случае тем, кого заклеймят предателем и кто сгинет как взбунтовавшийся против всего света мятежник, станет не кто иной, как сам Соль Тхэ Пхён.

И все же он не сомневался.

Это был последний цикл реинкарнации.

Он ничего не ведал наверняка о планах 「Демонического духа чумы」, но иных шансов судьба больше не предоставит. Сила 「Небесной девы」 А Хён исчерпана без остатка.

На финальной стадии этой жестокой азартной игры ему оставалось лишь поставить на кон абсолютно всё.

Выйдет ли он из-за стола с прибылью или потеряет последнее — не имело значения.

Он обязан был победить.

И Соль Тхэ Пхён ни секунды в этом не сомневался.

Он крепко зажмурился и стиснул зубы.

Он до сих пор отчетливо помнил взгляд великого генерала Сон Са Ука, безмолвно наблюдавшего за ним сквозь пелену падающего снега.

— ……

Казалось, 「Мастер меча」, склонивший голову перед вогнанным в землю клинком 「Неба и Земли」, беззвучно шевелил губами.

Из-за обагренных багровой кровью зубов вырвался хриплый, леденящий душу хохот.

Бум!

Всё произошло в мгновение ока.

Только что Соль Тхэ Пхён опускал клинок, намереваясь отсечь Сон Са Уку руку, как вдруг его собственное тело отлетело назад и с грохотом врезалось в ближайшее дерево.

Даже будучи при смерти, Сон Са Ук умудрился отбросить его мощнейшим ударом.

Соль Тхэ Пхён резко сгруппировался при падении, восстанавливая равновесие, но отголоски сокрушительного удара все еще отдавались во всем теле.

С трудом поднявшись на ноги, он вновь воззрел на старого великого генерала.

— …Вот как. Значит, дело обернулось так… Ты подобрался совсем близко к разгадке…

В его голосе сквозил замогильный холод.

Словно вспомнив нечто важное, Сон Са Ук неестественно, гротескно выгнул спину и начал медленно подниматься.

Из обрубка на месте некогда отсеченной руки начала стремительно разрастаться омерзительная плоть… И это багровое месиво прямо на глазах приняло очертания новой конечности.