Тонкий лед (2)
Я уже давно потеряла счет времени и не взялась бы измерить, сколько именно его утекло с момента нашей первой встречи. После того как стрелки часов бесчисленное множество раз принудительно отматывались назад, воспоминания о той далекой поре, когда этот бесконечный, порочный круг реинкарнаций еще даже не начался, окончательно поблекли, превратившись в едва различимый, туманный пейзаж где-то на задворках сознания. Житие, целиком и полностью состоящее из вечной погони и планомерного истребления демонических духов, сожрало и подмяло под себя львиную долю моего естества. От прежней меня, от того, как и чем я жила до начала этого кошмара, остались лишь куцые, едва различимые обрывки.
Говорят, человеческая жизнь — это просто сумма накопленных воспоминаний. Но какой вообще сакральный смысл может нести в себе существование, которое раз за разом аккумулирует внутри одни и те же статичные образы, заставляя изо дня в день тупо выживать, продираясь сквозь бесконечную череду идентичных испытаний? Можно ли бытие, где все твои титанические усилия уходят исключительно на то, чтобы банально не склеить ласты, с чистой совестью назвать 「жизнью」?
…Каждый, кому волею судеб выпадает сомнительная честь влачить существование в циклично перерождающемся мире, рано или поздно неизбежно упирается лбом в эту ментальную дилемму. Сохранить рассудок в первозданной чистоте и уберечь свое сердце от гниения, когда ты заперт в лабиринте испытаний без намека на финишную черту — задача запредельной, практически нечеловеческой сложности.
Впрочем, старшая фрейлина Ён Ри этот переломный внутренний кризис благополучно миновала уже очень и очень давно.
— Какая же сегодня благодать… Идеальная погода, чтобы затеять большую стирку и хорошенько просушить белье.
Ён Ри, лениво сощурившись, уставилась взглядом в бескрайний небосвод, до краев наполненный прозрачной прохладой ранней осени, после чего с видимым удовольствием плашмя растянулась на деревянном настиле веранды.
— Ваше Высочество, ровно через час вы обязаны при полном параде возглавить торжественную церемонию омовения священной водой подле павильона Небесной Яшмы. Вам необходимо прямо сейчас приступить к сборам. Фрейлины из свиты вот-вот прибудут в ваши покои, дабы помочь с облачением в ритуальные одежды.
— Не хочу. И никуда я не пойду. Я хочу вот так и дальше сидеть на ручках у Тхэ Пхёна.
— Ваше Высочество Небесная дева… ну нельзя же так… умоляю вас…
Соль Ран озвучивала свои мольбы с таким надрывом в голосе, что казалось, она вот-вот разрыдается от бессилия прямо посреди комнаты. Однако Джин Чхон Лан, которая к этому моменту уже окончательно и бесповоротно угнездилась в объятиях Соль Тхэ Пхёна, лишь упрямо мотнула головой, наотрез отказываясь слушать доводы разума. Она вцепилась в талию парня мертвой хваткой, словно перед ней было величайшее, бесценное сокровище всей её жизни, и не выказывала ни малейшего желания ослаблять захват.
Разумеется, если оценивать чисто физические параметры, Соль Тхэ Пхёну со своей чудовищной силой не составило бы ровным счетом никакого труда аккуратно, но твердо отлепить девицу от себя и зафиксировать на расстоянии. Вот только стоило ему сделать хотя бы малейшее, едва уловимое движение в эту сторону, как на лице Небесной девы мгновенно проступала такая вселенская скорбь, будто её прямо сейчас собираются резать заживо. Видя это, он лишь беспомощно замирал, не зная, как поступить. К тому же, Джин Чхон Лан была из той породы людей, которые при желании могли легким щелчком пальцев сотворить локальный апокалипсис в масштабах отдельно взятого дворца — благо её феноменальное мастерство во всех мыслимых даосских техниках позволяло творить истинные чудеса. Собственно, наглядную демонстрацию этих мистических талантов мы все имели сомнительное удовольствие созерцать буквально четверть часа назад.
Раздувать этот тлеющий конфликт дальше и доводить ситуацию до критического абсурда не имело абсолютно никакого резона. Как-никак, они сейчас находились в самом охраняемом эпицентре Зала Небесного Дракона, где у стен в буквальном смысле имелись уши.
— Ран-нуним… если мы позволим ей выйти к придворным на официальное мероприятие в таком, с позволения сказать, разобранном виде — масштаб грядущей катастрофы будет просто невозможно спрогнозировать.
— Господи, да если честно… уж лучше прямо сейчас пойти и официально объявить всем, что Ее Высочество внезапно занемогла и слегла в лихорадке…
— Тоже сомнительный вариант. Слухи о том, что новая Небесная дева умудрилась тяжело заболеть в первый же день после своего официального восхождения на престол, нанесут колоссальный, непоправимый удар по её авторитету и позициям в совете кланов…
Соль Тхэ Пхён с глубокой, неизбывной тоской в глазах воззрился сверху вниз на Джин Чхон Лан. Стоило их взглядам пересечься, как глаза девицы мгновенно зажглись таким благоговейным, искрящимся светом, словно перед ней материализовался её единственный, предначертанный самой судьбой возлюбленный.
— …Впрочем, это в любом случае будет стократ лучше, нежели… если мы прямо сейчас огребем проблемы куда более чудовищного масштаба…
— Тхэ Пхён-а, решено. Я сама пойду и лично введу в курс дела старшую служанку Ли Рён. В конце концов, утаить от неё шило в мешке у нас всё равно не выйдет при всем желании.
— Ввести в курс дела…? Ты сейчас серьезно предлагаешь пойти и вывалить на неё всю подноготную этого цирка без купюр?
— Раз уж нам всё равно не под силу технично обвести её вокруг пальца, будет куда разумнее и дальновиднее сыграть на опережение и честно обрисовать текущий расклад. Старшая служанка Ли Рён прекрасно знает тебя еще со времен правления прежней Небесной девы А Хён. Стоит ей лишь краем глаза взглянуть на то, что сейчас вытворяет Джин Чхон Лан, как она в ту же секунду поймет, что ментальное здоровье Ее Высочества дало жесткий сбой. К тому же, она из той редкой породы преданных людей, которым можно доверять на все сто — она костьми ляжет, но не вынесет этот сор из избы.
Ли Рён, верховная старшая служанка Зала Небесного Дракона. Эта женщина, чей колоссальный жизненный опыт и мудрость давно стали притчей во языцех среди дворцовой челяди, в своих действиях всегда руководствовалась исключительно соображениями блага и процветания Зала Небесного Дракона. И кто бы что ни замышлял за её спиной, этот вектор оставался для неё абсолютной догмой. Начиная от Небесной девы Соль Хвы, правившей два поколения назад, продолжая А Хён в недавнем прошлом и заканчивая нынешней хозяйкой павильона Джин Чхон Лан… во всей империи не нашлось бы человека, способного столь же филигранно, чутко и безупречно ассистировать верховным жрицам. И если им не удастся прямо сейчас склонить её на свою сторону и заполучить в качестве союзника — пиши пропало, из этого крутого пике живыми им уже не выбраться.
— Я беру всю ответственность на себя и сделаю всё возможное, чтобы убедить Ли Рён войти в наше положение. Тхэ Пхён-а, ты пока ни при каких обстоятельствах не покидай внутренних покоев, понял?
— М-мне… мне предлагаешь оставаться сидеть здесь в обнимку с ней?
— Ну а ты сам посмотри на то, в каком состоянии сейчас пребывает Небесная дева. Одному богу известно, какую глупость она выкинет или какие разрушения учинит, стоит тебе отлучиться хотя бы на пару минут.
Джин Чхон Лан тем временем лишь сильнее замкнула кольцо рук на талии Соль Тхэ Пхёна и принялась с удвоенным рвением утыкаться носом в его мундир, тихонько урча от удовольствия. Казалось, разорви они этот контакт хотя бы на секунду, и она, не раздумывая, перевернет вверх дном весь огромный дворцовый комплекс, лишь бы снова отыскать своего ненаглядного.
— …Судя по всему, твое решение перевестись на службу в Зал Небесного Дракона в итоге оказалось невероятным, благословенным даром фортуны.
— И то правда… не будь у тебя этой официальной должности личного адъютанта, твои постоянные визиты во внутреннее крыло Зала выглядели бы со стороны максимально подозрительно и неестественно…
Соль Ран и Соль Тхэ Пхён обменялись быстрыми, понимающими взглядами, после чего оба синхронно и шумно сглотнули подступивший к горлу ком. Этим брату и сестре за свою жизнь довелось плечом к плечу пройти через такое количество смертельно опасных переделок, что обычным людям хватило бы на десяток биографий. Начиная с той кошмарной ночи, когда они, крепко держась за руки, судорожно бежали прочь из объятого пламенем родового поместья в момент тотального уничтожения благородного клана Хваёнсоль, и вплоть до сегодняшнего дня — кризисов, где их жизни висели на волоске, они успели пережить столько, что пальцев на обеих руках точно не хватит для подсчета. Так что умение действовать на чистых рефлексах в режиме идеального синхрона перед лицом нависшей угрозы давно стало их второй натурой.
— Если судить по специфическим симптомам и поведению Небесной девы, она определенно пала жертвой чужой, крайне изощренной техники ментального морока.
Окончательно вернув себе былую ментальную концентрацию, Соль Тхэ Пхён озвучил этот вердикт, стараясь говорить максимально ровно и сдерживая дыхание. Когда его ладонь осторожно, с долей опаски опустилась на макушку Джин Чхон Лан, та, вместо того чтобы возмутиться, лишь с выражением абсолютного, детского счастья на лице еще сильнее ввинтилась в его грудь. Наблюдая за тем, как она тихонько и блаженно хихикает от этих поглаживаний, было решительно невозможно разглядеть в ней ту привычную, вечно холодную, отрешенную и окутанную ореолом мистической тайны могущественную даоску, коей её знал весь мир.
— Иллюзорный морок? Да помилуй, Тхэ Пхён-а, из всех людей в этой империи Небесная дева — последняя, кто в теории мог бы поддаться на подобный дешевый трюк. Разве не она по праву считается непревзойденным, абсолютным гением в вопросах выстраивания ментальных барьеров среди всех практикующих мастеров? Во всем белом свете ведь физически нет никого, кто превосходил бы её в этом искусстве, разве я не права?
Соль Тхэ Пхён был внутренне абсолютно согласен с доводами сестры. Когда дело заходило о техниках иллюзий и манипуляциях с сознанием, Джин Чхон Лан действительно не имела себе равных под этим солнцем. Однако текущая реальность, в которой девица начисто растеряла базовые навыки самоконтроля и вела себя точь-в-точь как одержимая бесами, не поддавалась никакому иному логическому объяснению, кроме прямого и агрессивного воздействия извне с помощью ментальной магии.
И единственным жизнеспособным вариантом, который в эту секунду со свистом пронесся в голове Соль Тхэ Пхёна, было имя Белого Демонического Духа.
В эпоху пика своего былого могущества Белый Демонический Дух А Хён, по слухам, обладала поистине феноменальным, филигранным навыком контроля над мистическими потоками энергии Небесного Дракона и щелкала сложнейшие даосские таинства как орехи. Но даже если сделать на это скидку… неужели её сил могло хватить для того, чтобы играючи взломать ментальные щиты Джин Чхон Лан — девушки, которая мало того что успешно перенесла божественную лихорадку, так еще и лично удостоилась прямых благословений от самого Небесного Императора? От всей этой ситуации за версту несло присутствием какой-то иной, чужеродной и зловещей силы, чья природа кардинально отличалась от привычной энергетики Небесного Дракона.
— Я постараюсь со своей стороны провентилировать этот вопрос глубже и докопаться до сути. Как только введешь в курс дела старшую служанку Ли Рён, немедленно отправь весточку моей подчиненной Ха Си Хве в округ Хвальсон. И Ван Хана к этому делу тоже подключи, его навыки сейчас могут прийтись как нельзя кстати.
— Угу, хорошо, Тхэ Пхён-а, я всё сделаю. Но пока… я имею в виду, несмотря на весь этот творящийся вокруг сюрреализм…
Соль Ран с силой положила ладонь на плечо брата, и выражение её лица в одночасье сделалось пугающе серьезным:
— Ты обязан кровь из носу защитить её девичью честь, Тхэ Пхён-а… Если ты ненароком переступишь эту черту и позволишь себе лишнего — плахи нам обоим не избежать при любом раскладе, никакие прошлые заслуги не спасут….
В этот миг Соль Тхэ Пхён кожей ощутил, как у него за затылком явственно свистнуло холодное, наточенное лезвие палаческого топора.
— Да… нуним, я прекрасно всё понимаю….
Сейчас первоочередной задачей было стабилизировать ситуацию на месте, после чего выследить и намертво спеленать этого проклятого Белого Демонического Духа.
— В последнее время во Внутреннем дворе то и дело вспыхивают какие-то сомнительные слухи и подспудная возня, однако с того самого момента, как Лазурная принцесса официально приняла на себя бразды правления павильоном Небесной Яшмы, ситуация, кажется, мало-мальски стабилизировалась. Искренне жаль, Ха Ён-а, что тебе в свое время так и не удалось занять это священное место.
— Ну что вы, отец, не стоит об этом. Я лишь искренне надеюсь, что текущий мир и покой в стенах дворца продлятся как можно дольше.
Будучи официальным главой могущественного благородного клана Чонсон и государственным мужем, обремененным колоссальным количеством министерских обязанностей, Ин Сон Рок крайне редко мог выкроить в своем плотном графике свободные часы для личной встречи с родной дочерью Ин Ха Ён. Тем не менее, оставаясь в первую очередь любящим отцом, он никогда не переставал заботиться о её благополучии. Именно по этой причине главный советник императорского совета неизменно держал дела Ин Ха Ён в фокусе своего пристального внимания.
Ин Ха Ён сумела блистательно взойти на вершину иерархии Внутреннего двора, занять почетный статус официальной наложницы государя и стать полноправной хозяйкой дворца Сузаку исключительно благодаря тому, что с юных лет являла собой эталон идеальной, благородной и безупречно воспитанной женщины. Однако Ин Сон Рок слишком хорошо знал истинный характер своей дочери и был абсолютно уверен: сама по себе она никогда в жизни не возжелала бы для себя подобной участи, поскольку Ин Ха Ён от природы органически не переваривала участие в грязных политических интригах и подковерных играх за власть. Получив от клана Чонсон блестящее образование и прекрасно отдавая себе отчет в своем исключительном, высоком статусе, она безропотно приняла эту ношу лишь для того, чтобы в полной мере оправдать возложенные на неё колоссальные ожидания семьи.
「Клан Чонсон явил миру блистательную хозяйку дворца Сузаку.」
Один этот неоспоримый факт колоссально множил и без того взлетевший до небес престиж их рода. Именно по этой причине главный советник разбивался в лепешку, лишь бы сделать пребывание своей дочери в стенах Чхондо максимально комфортным и безопасным. Вот и в этот раз, стоило ей внезапно изъявить желание прибрать к рукам и взять под личный контроль округ Хвальсон, как он незамедлительно задействовал все рычаги своего колоссального влияния, дабы максимально поспособствовать успеху этого предприятия. Более того, когда старшая служанка дворца Сузаку внезапно занемогла, он счел необходимым самолично нанести визит вежливости, дабы удостовериться в её скорейшем выздоровлении.
И пусть за глаза его частенько именовали без ума любящим родителем, который потакает любому капризу своей ненаглядной дочери, Ин Сон Рок просто-напросто стремился дать Ин Ха Ён максимум возможной заботы и опеки. И поскольку сама Ин Ха Ён прекрасно видела и ценила эти отцовские порывы, она никогда не позволяла себе просить у него чего-то сверх меры или злоупотреблять его положением.
— Как бы там ни было, судя по поступающим отчетам, дела вокруг округа Хвальсон продвигаются на редкость успешно и гладко, так что, думаю, в обозримом будущем мы вправе рассчитывать на весьма солидные дивиденды.
— Да, отец…
— …Ха Ён-а, тебя что-то гложет? У тебя какое-то неспокойное выражение лица.
Многолетний опыт государственного мужа позволил главному советнику моментально зафиксировать, что с принцессой Сузаку происходит нечто странное, тщательно ею скрываемое.
Ин Ха Ён от этого вопроса невольно вздрогнула. Она поспешно опустила фарфоровую пиалу обратно на лакированный столик и судорожно мотнула головой, пытаясь вернуть лицу маску безразличия.
— В-Вовсе нет. Простите, если своими глупыми мыслями заставила вас попусту волноваться.
— Ха Ён-а, я всю жизнь несу в своей душе глубокое чувство вины перед тобой. Как законный глава клана Чонсон и главный советник императорского совета, я сполна исполнил свой долг перед государством и родом. Но вот как отец… я слишком часто ловлю себя на мысли, что дал тебе прискорбно мало.
Дождавшись, пока взмахом руки Ин Ха Ён отпустит всю дежурившую в комнате прислугу, главный советник заговорил предельно откровенно и без обиняков:
— Дело ведь в вице-генерале, верно?
— ……
— Ну надо же, я так и знал. Ты ведь с самой первой вашей встречи выказывала ему исключительное, повышенное уважение. Ты без конца твердила мне в личных беседах, что мы обязаны костью лечь, но перетянуть его на сторону клана Чонсон… Вот только, к моему величайшему сожалению, этот парень явно не из тех, кого можно легко поманить золотом или чинами и заставить сменить вектор лояльности.
Главный советник Ин Сон Рок обладал поистине феноменальным, звериным чутьем на людей и умел читать чужие души как открытую книгу. Сумев без потерь пережить несколько десятилетий в змеином логове дворца Чхондо и всё это время бессменно удерживать за собой ключевой пост главного советника, он являлся непревзойденным экспертом в вопросах человеческой психологии. Ему хватило одной короткой, поверхностной оценки действий Соль Тхэ Пхёна, чтобы раз и навсегда уяснить: вице-генерал ни при каких обстоятельствах не станет слепо присягать на верность клану Чонсон ради сиюминутной выгоды.
— Я слишком хорошо знаю твою натуру, Ха Ён-а. Ты всегда в первую очередь печешься об интересах и процветании нашего рода, а потому я могу в красках представить, насколько сильно тебя уязвил тот факт, что мы в итоге упустили вице-генерала. Но запомни одну вещь: для того чтобы заполучить в свои руки по-настоящему ценного человека, нужно уметь терпеливо выжидать идеального, предначертанного момента.
— Отец, в таком случае… могу ли я задать вам один вопрос с максимальной прямотой и без купюр?
Принцесса Сузаку Ин Ха Ён по натуре своей всегда была женщиной волевой, решительной и уверенной в собственных силах. Тем сильнее в последнее время её странная апатия и упадок сил внушали главному советнику серьезные опасения. Ин Сон Рок втайне гадал: уж не связано ли это гнетущее состояние Ин Ха Ён с тем, что текущие политические расклады в совете дворца Чхондо начали развиваться вопреки её изначальным стратегическим расчетам и планам?
Однако истинная подоплека её тревог оказалась бесконечно далека от его министерских выкладок.
— В этом году нашему клану Чонсон ведь официально доверили возглавить и курировать проведение грандиозного фестиваля Небесного Дракона, я права?
— Да, всё так. В этот раз мы обязаны провести его с невиданным доселе размахом — куда масштабнее, нежели во времена, когда Залом Небесного Дракона управляла вечно болевшая А Хён. Нынешняя хозяйка павильона, Небесная дева Джин Чхон Лан, только-только взошла на престол, она молода, полна сил и фонтанирует энергией.
— Так вот… касательно организационных моментов фестиваля Небесного Дракона. Нам необходимо доставить во дворец колоссальное количество редких ритуальных товаров, ввиду чего мне пришлось провести серию довольно длительных переговоров с главой купеческой гильдии Анпхён в столице. И в процессе этих конфиденциальных бесед до моего слуха дошла весьма любопытная информация.
Купеческая гильдия Анпхён. Одно из самых могущественных и авторитетных торговых объединений, полностью державшее под собой всю логистику и снабжение имперской столицы. Название этой гильдии, обладавшей многовековой историей, было на слуху у каждого высокопоставленного чиновника в государственном аппарате.
— ……
На лице принцессы Сузаку явственно проступил след глубокого, тщательно скрываемого душевного смятения, когда она с максимальной осторожностью озвучила свой главный вопрос:
— Скажите, отец… известно ли вам что-нибудь о бродячей торговке по имени Сон Хёль Хва, чье безжизненное тело было обнаружено в одном из дальних переулков этого самого дворца несколько лет назад?
При звуках этого имени благодушное выражение лица Ин Сон Рока начало стремительно, на глазах каменеть. Облик любящего, заботливого отца, снисходительно внимающего речам дочери, в мгновение ока испарился, уступив место суровому и безжалостному лику главного советника императорского совета.
Сон Хёль Хва, бродячая торговка. Обычная шустрая бабёнка из купеческого сословия, вечно курсировавшая между западными рубежами империи и столицей, сбывая с рук всевозможный заморский ширпотреб. Её имя определенно не относилось к числу тех, которые верховный советник государства был обязан держать в своей памяти. И тем не менее, главный советник Ин Сон Рок это имя помнил прекрасно.
— С какого… с какого перепугу ты вдруг решила вытащить на свет божий это имя?
Эта женщина в свое время была единственной и бесконечно ценимой спутницей жизни самого культового, самого кровавого и одиозного предателя за всю многовековую историю дворца Чхондо. Она была родной матерью Соль Тхэ Пхена и Соль Ран.
Грандиозный мятеж под предводительством Соль И Муна, законного главы благородного клана Хваёнсоль. Принцесса Сузаку Ин Ха Ён практически всю свою сознательную жизнь провела с чувством глубочайшей, испепеляющей ненависти к этому изменнику, который безжалостно оборвал жизнь её самого любимого и уважаемого дяди Ин Чхан Сока. Однако стоило ей лишь воочию столкнуться с прямым потомком этого проклятого рода — Соль Тхэ Пхёном, как в её душе начали зарождаться непреодолимые сомнения. С какой стати тот образцовый, кристально честный воин, который до последнего вздоха верой и правдой служил на благо отечества, в одночасье поднял кровавое знамя бунта против венценосного Чхондо? Истинные мотивы и первопричины этого страшного шага не были зафиксированы ни в одном официальном историческом трактате империи.
— ………
Лицо главного советника Ин Сон Рока окончательно помрачнело от нахлынувших тяжелых дум. Сделав один крохотный, машинальный глоток из пиалы, он аккуратно опустил её на стол и, низко склонив голову, заговорил глухим, надтреснутым шепотом. И по мере того, как эти страшные слова срывались с его губ… глаза принцессы Сузаку постепенно округлялись от подступающего к горлу дикого, неописуемого шока.
「Раз уж эти хаотичные и кровавые времена наконец-то остались позади, интересно, можно ли считать нашу нынешнюю жизнь более благополучной…?」
Уютно устроившись в одном из самых тихих и уединенных уголков Черного дворца, Черная принцесса в гордом одиночестве не спеша наслаждалась изысканным чаем и свежими сладостями. Как вдруг её душе спонтанно захотелось глотнуть свежего осеннего воздуха, и она, не долго думая, легким тренированным движением взлетела прямо на скат черепичной крыши.
Её старшая служанка до этого чуть ли не на коленях умоляла Ее Высочество ограничиться банальной, чинной прогулкой по ухоженным дорожкам регулярного сада, если ей так уж приспичило насладиться прохладным ветерком. Вот только Черная принцесса, которая в свое время исходила вдоль и поперек бескрайние дикие просторы Бессмертной Горы Белого Камня, подобные робкие мещанские прошения никогда в грош не ставила.
Сидя на самом гребне крыши и лениво созерцая раскинувшуюся далеко внизу величественную панораму дворца Чхондо, Черная принцесса с видимым удовольствием впитывала в себя чарующие, яркие краски ранней осени.
「Да, вот это я понимаю — истинный мир и покой. Вот бы эта благословенная атмосфера продлилась целую вечность.」
Она уже до дрожи в коленях устала быть без вины виноватой участницей этих безумных, запутанных любовных многоугольников Внутреннего двора, от одного взгляда на которые у неё начинала раскалываться голова.
И ровно в тот миг, когда эти благодушные мысли лениво текли в её голове—
Вжух!
По её позвоночнику вверх внезапно взвился леденящий душу, потусторонний сквозняк. Моментально почуяв, что ситуация пахнет смертельной опасностью, Черная принцесса пружинистым движением вскочила на ноги и резко развернулась на сто восемьдесят градусов. И в ту же секунду её взгляд наткнулся на знакомый силуэт, застывший в паре шагов прямо у неё за спиной.
— Что… что за чертовщина…?!
Черная принцесса на чистых боевых рефлексах единым мощным прыжком отмахнула назад, судорожно разрывая дистанцию. Но стоило ей прицельно вглядеться в черты лица незваного гостя, как её тело сковал иррациональный, первобытный ужас, от которого конечности затряслись крупной дрожью. Перед ней, как ни в чем не бывало, стояла молодая женщина, которая до мельчайшего изгиба бровей, до единого волоска выглядела точь-в-точь как А Хён — прежняя Небесная дева, которая уже очень давно была со скандалом лишена своего сакрального статуса и изгнана. Даже её одеяние было идентичным — она была облачена в традиционные, расшитые золотом ритуальные одежды Небесной девы.
Черная принцесса на долю секунды буквально остолбенела от этого зрелища, напрочь выпав из реальности. И эта крохотная заминка оказалась роковой. Коварная, соткавшаяся прямо из воздуха черная, зловещая мистическая энергия лавиной обрушилась на неё, скручивая тело по рукам и ногам в считанные мгновения. Всё произошло настолько молниеносно, что она даже пикнуть не успела.
Каким образом можно гарантированно и без лишнего шума нейтрализовать Мастера Клинка Соль Тхэ Пхёна? О, Белый Демонический Дух А Хён знала самый быстрый, самый эффективный и бьющий без промаха способ. Знала настолько безупречно, что от этой её осведомленности веяло истинным, леденящим душу ужасом.