Просто потому что (3)

​— У меня остался друг в Павильоне Небесной Яшмы, с которым я так и не попрощалась.

Это произошло примерно через неделю после первой встречи Соль Тхэ Пхёна с Небесной девой А Хён.

Соль Тхэ Пхён, выглядевший как типичный нищий, испытал глубочайший шок, когда осознал, что подобранная им у подножия Бессмертной Белой Горы девица — бывшая Небесная дева, однако ему потребовалось меньше недели, чтобы привыкнуть к ее компании и начать общаться на равных.

— В Павильоне Небесной Яшмы?

— Да. И я горько жалею, что не успела попрощаться с ним перед тем, как меня с позором выставили из Зала Небесного Дракона.

У девицы, отрекомендовавшейся бывшей Небесной девой, напрочь отсутствовали какие-либо манеры.

Она принималась кричать по любому удобному поводу, а стоило Соль Тхэ Пхёну открыть рот, как тут же начинала его отчитывать. Она постоянно докапывалась до его поведения, придиралась к каждой мелочи и вспыхивала из-за любого пустяка, так что мечник уже едва сдерживался, чтобы не выставить ее за дверь.

И тем не менее, вопреки всему этому вздорному характеру, Соль Тхэ Пхён приютил ее, обеспечил кровом и едой в своем тайном убежище у реки на окраине имперской столицы. В самом прямом смысле слова он вел себя как святой великомученик.

Вот только эта наглая особа вместо элементарной благодарности продолжала требовать то одно, то другое… И как раз в тот момент, когда в голове парня окончательно укоренилась мысль, что он спас ее абсолютно зря, она вдруг заговорила совсем по-другому.

Сидя в его речном убежище и обхватив руками колени, девушка тихо произнесла:

— Если бы я только могла увидеть этого друга хотя бы еще один-единственный раз, у меня бы не осталось больше никаких сожалений в жизни…

— Павильон Небесной Яшмы — это самое сакральное место в глубоком тылу Зала Небесного Дракона… Туда по определению не может завалиться кто попало, проход открыт разве что самой Небесной деве. Как вообще какой-то твой знакомый умудрился туда проникнуть?

— Раз я говорю, что он там был, значит, так оно и есть. Какого черта ты вечно во всём сомневаешься? И вообще, почему ты последние несколько дней разговариваешь со мной так фамильярно? Я тебе что, какая-то простушка?

— Ты еще недавно валялась на сырой земле и покорно ждала смерти, а сейчас гонор из тебя так и прет… К тому же, разве тебя не лишили титула Небесной девы?

— Заткнись. Ты думаешь, я валялась там, потому что была беспомощна перед какими-то тварями? Мне просто было тошно жить, вот я и не двигалась. Захоти я — в два счета пересчитала бы ребра любому лесному хищнику…

— Ага, конечно, верю-верю.

От этого саркастичного ответа Соль Тхэ Пхёна лицо Небесной девы А Хён так и перекосило от жгучего раздражения.

Однако парень даже бровью не повел на ее недовольную мину и преспокойно продолжил переворачивать рыбу, жарившуюся на костре.

Соль Тхэ Пхён не просто одевался как оборванец — он им, по сути, и являлся.

Он был бродячим мечником, который кочевал по окрестностям имперской столицы, не имея за душой ничего, кроме верного клинка.

Его боевое мастерство было настолько выдающимся, что поступи он на службу во дворец и выбери карьеру военного офицера, наверняка оторвал бы себе теплое местечко и высокий пост.

Вот только у него не наблюдалось ни малейших амбиций касательно военной службы, так что он просто бессмысленно прожигал дни, ведя жизнь вольного бродяги.

— Тебе, наверное, будет трудно поверить, но моя старшая сестра вкалывает служанкой как раз в Зале Небесного Дракона. Думаю, ее удар хватит, если она застукает тебя здесь. Только представь: особа, перед которой она раньше ходила на цыпочках, теперь сидит в глуши, вовсю орет и ворует еду у ее младшего брата. Абсурд же чистой воды, ну?

— Сам ты до нормального человека явно недотягиваешь, а вот твоя сестра, судя по всему, особа весьма достойная. Кого попало на работу во дворец Зала Небесного Дракона не берут.

— Это точно, она у меня толковая. В общем, благодаря ей я более-менее представляю себе, как там у вас во дворце всё устроено. Видимся мы редко, но время от времени переписываемся.

Соль Тхэ Пхён подул на горячую рыбу, чтобы остудить, и с аппетитом откусил кусок. Перед ним над огнем аппетитно шкворчали еще несколько нанизанных на прутья рыбин.

Парочку из них он сдвинул ближе к Небесной деве А Хён, безмолвно предлагая ей разделить с ним трапезу.

— И всё-таки это дико странно — иметь друга в Павильоне Небесной Яшмы. Ведь там имеет право находиться исключительно Небесная дева.

— Не спорь со мной.

— .…..

「Определенно, у этой барышни напрочь отсутствует нормальное воспитание,」 — мысленно резюмировал Соль Тхэ Пхён.

— Каждую ночь, когда я в полном одиночестве сидела в Павильоне Небесной Яшмы, ко мне заглядывал один друг. И всякий раз, когда на меня накатывала тоска, он разделял со мной чарку вина.

— Да как вообще кто-то мог незамеченным пробираться в Павильон Небесной Яшмы каждую божью ночь при той драконовской охране, что выставлена в Зале Небесного Дракона? Это же бред собачий.

— Раз я говорю, что так было, значит, было.

— …И ты так и не успела с ним попрощаться?

Услышав вопрос Соль Тхэ Пхёна, Небесная дева А Хён молча кивнула.

— Так в чем проблема навести справки или просто прийти к нему домой?

— Наша встреча имеет смысл только в том случае, если она произойдет именно в Павильоне Небесной Яшмы.

— Что за глупости? Если вы действительно близки, то будете рады встретиться где угодно.

— Я могла бы увидеть его когда угодно, будь на то мое желание, но мы обязаны встретиться именно там…

Сказав это, Небесная дева А Хён замолчала, уставившись на пляшущие языки костра.

Она уже была сплошь покрыта дорожной пылью, а от ее былой величественной элегантности не осталось и следа, но по глазам было видно, насколько отчаянно она жаждет напоследок оказаться в Павильоне Небесной Яшмы.

Вот только статус Небесной девы остался в прошлом. Как, черт возьми, она собиралась проникнуть на территорию Зала Небесного Дракона?

Да ей бы даже к воротам императорского дворца Чхондо приблизиться не позволили, не говоря уже о чертогах Небесного Дракона. До конца своих дней эта девица больше никогда не смогла бы переступить порог дворцового комплекса.

​Выражение «мир перевернулся с ног на голову» в текущих реалиях перестало быть просто красивой метафорой.

Территория колоссального Внутреннего двора полностью перешла под контроль Белого Демонического Духа: мало того, что эта локация оказалась намертво отрезана от внешней реальности, так еще и сам ход времени здесь начал уродливо деформироваться.

Когда сморщенная рука Белого Демонического Духа лениво рассекла воздух, посреди просторного парадного двора перед дворцом Белого Тигра с оглушительным треском разверзлась гигантская пространственная расщелина.

Из этой сочащейся искаженной энергией бреши наружу пачками начали вываливаться жуткие твари, которые принялись стремительно расползаться по всему Внутреннему двору.

— Э-это… это же…! — Белая принцесса в немом ужасе округлила глаза.

Первым, что бросилось ей в глаза, стал силуэт исполинской птицы, стремительно взмывающей в почерневшее небо. Тварь была настолько монументальной, что одного ее крыла с лихвой хватило бы, дабы целиком накрыть взрослого человека.

Всё ее тело покрывали иссиня-голубые перья. Это была легендарная Птица Синих Облаков — мифическое создание, изредка встречающееся на страницах древних трактатов и старинных полотен.

Но на этом кошмар не закончился. Из разлома один за другим принялись выскакивать и другие гротескные чудовища: деформированный уродливый Цилинь, птица с человеческой головой и жуткий лев с семью мордами, которые с ревом ринулись в атаку.

— Кха-а-а-аргх!

— Ки-и-и-ик!

С самого сотворения мира Небесный Дракон, охранявший империю Чхондо, считался самым могущественным божественным зверем на земле. Ему была дарована прямая частица мощи Небесного Императора — демиурга, создавшего эту вселенную.

И мистический потенциал этой силы был настолько колоссален, что фактически являлся отражением абсолютной воли верховного божества. Он с легкостью ломал любые рамки здравого смысла.

Эта сила могла к чертям перерезать пространство, наглухо изолировать Внутренний двор от внешней реальности или вовсе повернуть вспять само время.

Или, как сейчас, материализовать в земном измерении легендарных мифических бестий, чье существование в принципе не предусматривалось законами природы.

Все эти порожденные чудовищной силой Небесного Дракона монстры теперь вовсю кружили в небе над Внутренним двором, словно открыто бравируя своим присутствием.

Вот только вырвавшиеся на волю легендарные создания были до мозга костей осквернены демонической скверной. Часть из них прямо на лету исходила гнилью и разлагалась, другие были уродливо деформированы. От их былой священной, таинственной ауры не осталось и следа — теперь они превратились в омерзительных исчадий ада.

— Ха-ах… — зрачки Белой принцессы испуганно задрожали при виде этой апокалиптической картины. Созерцание развернувшегося кошмара настолько парализовало ее волю, что она, казалось, напрочь забыла, как нужно дышать. Ее дыхание в конечном счете сорвалось на рваный хрип, а колени предательски подогнулись от накатившей слабости.

Если в мироздании и существовала преисподняя, то выглядеть она должна была именно так.

От одной этой панорамы к горлу подкатывала тошнота, однако ценой титанических, поистине сверхчеловеческих усилий воли принцессе всё же удалось взять себя в руки и вернуть самообладание:

— Так вот каково оно — истинное могущество особого демонического духа… Это действительно совершенно иной уровень.

Я поудобнее перехватил обломок своего меча и сделал уверенный шаг вперед, заслоняя собой Белую принцессу.

Бросив быстрый взгляд на ее лицо, я отчетливо увидел, как мелко дрожат ее зрачки. Женщину до глубины души заполонил первобытный страх.

В подобной критической обстановке любой нормальный человек уже давно бы свалился на землю из-за отказавших ног, и никто бы его за это не осудил.

Однако Белая принцесса лишь яростно стиснула зубы и мертвой хваткой вцепилась в широкий рукав моего халата:

— У тебя есть хоть какой-то рабочий план, как одолеть эту тварь?

— .…..

— Если нет, мы обязаны немедленно сделать ноги.

Я физически ощущал, как крупная дрожь бьет ее пальцы, сжимающие ткань. И тем не менее, даже посреди этого кромешного ужаса она продолжала стойко держаться на ногах, гордо выпрямив спину как полноправная хозяйка дворца Белого Тигра. Органы чувств подсказывали, что она полна решимости отыскать выход из этого тупика.

— Я до последнего закоулка знаю внутреннюю планировку дворца Белого Тигра. Если мы решим отступать, будет гораздо эффективнее, если я пойду впереди.

Ее голос дрожал подобно осиновому листу, пока она созерцала роившиеся в небе полчища мифических монстров. Скрывать собственный дикий испуг в текущих реалиях было абсолютно бессмысленно.

Однако именно в такие критические моменты и раскрывается истинная суть человеческого характера.

Белая принцесса всю свою сознательную жизнь провела, балансируя на самом краю бездонного обрыва. И даже сейчас, когда на кону стояло физическое выживание, а тело сотрясали судороги страха, она на автопилоте продолжала искать максимально прагматичное и верное решение.

Вот только мой собственный взгляд оставался намертво прикован к обломку клинка в руке. Заметив это, Белая принцесса шире распахнула глаза и заговорила вновь:

— Но если ты планируешь принять бой…

Она прекрасно понимала очевидные вещи. В текущих реалиях она сама превращалась в обычный балласт, обузу. Ее поверхностных, базовых познаний в даосских техниках было категорически недостаточно, дабы пережить столкновение с этим особым демоническим духом.

И если необходимость защищать ее свяжет мне руки, это лишь помешает уничтожению Белого Демонического Духа — первопричины всего этого безумия.

Крепко зажмурившись на секунду, она резко открыла глаза, после чего решительным движением сбросила с плеч длинную шелковую накидку, путавшуюся в широких рукавах. Подхватив подол длинного, волочившегося по полу платья, она ловко подвязала его повыше, а растрепавшиеся волосы наспех собрала сзади в тугой пучок. После чего твердо отчеканила:

— Я бросаю тебя здесь и бегу спасаться в одиночку.

Чрезвычайно характерное заявление для Белой принцессы. И пускай на словах она бросала меня ради собственного спасения, в действительности попытка разделиться в подобных условиях была равносильна чистейшему самоубийству.

Самым безопасным и логичным выбором для нее было бы как раз держаться ко мне как можно ближе. В охватившем резиденцию хаосе я оставался единственным, кто был физически способен гарантировать ей безопасность. И тем не менее, она сделала прагматичный выбор:

— Как я уже сказала, я досконально знаю внутреннее устройство дворца Белого Тигра и владею базовой даосской мистикой. Тот факт, что я останусь одна, вовсе не означает, что я сдохну в первую же секунду. Спрятаться-то мне сил точно хватит.

— Белая принцесса.

— Не забивай себе голову глупостями. Сдыхать на этой помойке я не планирую. У меня в планах еще пожить подольше.

Она прекрасно понимала, что скрывать свой страх уже поздно. Посему, даже полностью выставив наружу свою уязвимость, она не позволила себе выплюнуть ни единого слова слабости:

— Мои амбиции всё еще слишком высоки для могилы.

После чего выдавила из себя вымученную улыбку. Сам факт того, что она умудрялась скалиться в подобной обстановке, казался абсолютным сюрреализмом. Так что с моей стороны было бы просто свинством не улыбнуться ей в ответ.

Не успел я произнести ни слова, как Белая принцесса стремительной ланью метнулась прочь, скрывшись за средними воротами дворца Белого Тигра.

Искусственное ночное небо над Внутренним двором мерцало мириадами звезд и неоновым диском луны. Куда ни брось взгляд, архитектура дворцового комплекса Чхондо всегда отличалась запредельной эстетикой. Эта резиденция, под завязку забитая молодыми девушками неописуемой красоты, в любое время суток славилась своими романтическими, поэтичными пейзажами, куда бы ты ни повернулся.

Вот и сейчас, под этим фальшиво-романтичным куполом зрелище кружащих в воздухе легендарных бестий создавало полную иллюзию того, будто ты внезапно перенесся в чертоги бессмертных небожителей со страниц старинной поэмы или живописного свитка. Вот только эти твари материализовались в реальности с одной-единственной целью — убивать. Так что происходящее было бесконечно ближе к кромешному аду, нежели к райской обители.

— Ква-а-ак!

— Бум-м-м!!

— Гья-а-а-а-ах!

Внезапно обрушившийся на Внутренний двор хаос и без того переходил все мыслимые грани, но когда по территории принялись бесчинствовать невиданные ранее монстры, многочисленные фрейлины синхронно зашлись в истошном, массовом крике.

К несчастью, бежать им было абсолютно некуда. Пространство резиденции до краев заполнилось паническими воплями служанок, а первобытный ужас намертво въелся в каждый угол.

「Пожалуй, самым идеальным вариантом будет забиться в караульное помещение подле средних ворот дворца Белого Тигра…!」

Прямо на бегу Белая принцесса уже успела ювелирно разложить все оперативные мысли по полочкам.

Она понятия не имела, что это за чертовы твари, и решительно не понимала природы развернувшегося во Внутреннем дворе апокалипсиса, однако… где-то на подкорке сознания у нее сидела железобетонная уверенность в том, что Соль Тхэ Пхён со всем этим разберется.

Да, глупо было отрицать очевидное. Всё именно так. Я действительно безоговорочно верю этому мужчине.

Использовать окружающих втемную, скрупулезно просчитывать сиюминутную выгоду и убытки, без малейших колебаний выбрасывать отработанный человеческий материал на помойку и хладнокровно шагать по чужим головам, словно по ступеням лестницы, ради достижения вершины… Именно подобный стиль жизни всегда казался ей единственно верным и нормальным.

И лишь сейчас эта девушка впервые в жизни осознала истинный, пугающий вес слова «доверие».

Посреди царящего вокруг тотального безумия она ощущала абсолютную убежденность в том, что Соль Тхэ Пхён найдет способ разрулить эту катастрофу. У этой веры не было под собой ни единого логического обоснования, и тем не менее, она без малейших колебаний поставила на кон собственную жизнь.

И ровно в тот миг, когда она начала испытывать глухой внутренний дискомфорт от столь нерационального и глупого решения… Фьють. Перед ее глазами со стороны средних ворот дворца Белого Тигра соткались силуэты нескольких покачивающихся женских фигур.

Стоило ей узнать эти роскошные, церемониальные одеяния, как по позвоночнику ледяной волной прошел отчетливый сигнал скорой опасности.

— Тхэ Пхён-а… где же ты… Тхэ Пхён-а…

— Прости меня… Все твои несчастья… это вина клана Чжонсон…

— Тхэ Пхён-а… куда ты запропастился… нам ведь еще столько всего нужно обсудить…

По какому-то невероятному стечению обстоятельствами Белая принцесса оказалась единственной, кто сумел избежать попадания под ментальные чары Белого Демонического Духа. Отчасти это произошло потому, что тварь явилась по ее душу в самую последнюю очередь, отчасти — благодаря своевременному вмешательству Соль Тхэ Пхёна, прикрывшего ее в критический момент.

Однако остальным хозяйкам чертогов повезло значительно меньше. Другие правительницы дворцов оказались без остатка поглощены иллюзорным трансом Белого Демонического Духа. И теперь они на автопилоте плелись в направлении дворца Белого Тигра, двигаясь вяло и безвольно, словно ожившие мертвецы.

А там, далеко позади них… вся земля была буквально усеяна тушами бесчисленных поверженных мифических тварей.

Все эти высокопоставленные дамы кардинально отличались от Белой принцессы по уровню личной боевой мощи. Каждая из них обладала достаточными навыками и силой, дабы в два счета нашинковать любого сунувшегося монстра. Так что переживать о том, что беснующиеся бестии могут нанести им физический вред, не имело никакого смысла.

Вот только их ментальное состояние сейчас было бесконечно далеко от нормы.

С первого же взгляда становилось очевидно: если позволить им в таком невменяемом виде ввалиться на территорию дворца Белого Тигра, Белый Демонический Дух без труда использует их как живой щит или разменную монету против мечника. Подобный расклад гарантированно не принесет Соль Тхэ Пхёну ничего хорошего. Напротив, это лишь повесит на него тонну дополнительных проблем и свяжет по рукам и ногам в разгар финального боя.

Белая принцесса судорожно сглотнула сухим горлом. Раз уж ситуация сделала столь крутой пике, первоначальный план технично отсидеться в караулке у внешних ворот можно было смело выбрасывать на помойку.

Процедив сквозь зубы ругательство, Белая принцесса изо всех сил навалилась на засов внешних ворот. После чего с грохотом захлопнула тяжелые створки прямо перед носом приближающихся гостей. Бах!

И замерла, превратившись в единственного часового, преграждающего путь к дворцу Белого Тигра.

— Белая принцесса… Соль Тхэ Пхён ведь там, внутри…? — в глазах собравшихся у ворот правительниц чертогов вспыхнул неестественный, пугающе острый блеск.

Белая принцесса медленно обвела их тяжелым взглядом. Ни одна из стоявших перед ней женщин не была легким соперником. 「Я, конечно, прекрасно знала, что у этого парня отбоя нет от высокопоставленных поклонниц, но чтобы до такой степени… Ну что за проблемный мужчина.」

Решительно скрестив руки на груди, Белая принцесса мысленно затянула узлы своей решимости до предела. Принцесса Сузаку, Лазурная принцесса, Черная принцесса.

Каждая из них представляла собой колоссальную угрозу, и шутки с ними были плохи. И тем не менее, будучи единственной среди всей этой честной компании, кто умудрился сохранить остатки здравого ума, Белая принцесса была обязана наглухо заблокировать им проход, уповая исключительно на свое виртуозное владение словом и острый язык.

Вся эта мизансцена до безумия напоминала банальный отгон бродячих кошек от собственной законной добычи, что чертовски больно било по её аристократической гордости… однако если она позволит им прорваться к Соль Тхэ Пхёну, последствия окажутся поистине катастрофическими.

Собрав в кулак остатки мужества, Белая принцесса сделала шаг вперед и твердо произнесла:

— Ни одна из вас не переступит порог дворца Белого Тигра. И я говорю это с абсолютной непреклонностью как законная хозяйка этих чертогов.

Тонкая одинокая прядка, выбившаяся из наспех собранной прически, небрежно прилипла к ее щеке. От ее былой божественной, окутанной мистической тайной красоты не осталось и следа — сейчас перед закрытыми воротами стояла обычная, но предельно целеустремленная и упрямая девчонка.

— Даже не думайте тянуть свои руки к генералу Соль Тхэ Пхёну.

В ее глазах хищным огоньком вспыхнула настоящая, бьющая через край жизнь. Белая принцесса еще совсем недавно и в страшном сне не могла бы вообразить, что наступит день, когда подобные слова сорвутся с ее губ.