Тонкий лед (3)
Состояние Небесной девы было из рук вон плохим.
Едва выслушав сбивчивый доклад, верховная старшая служанка Ли Рён уже почувствовала, как у неё кругом идет голова. Неужели с Джин Чхон Лан, которая буквально только что официально взошла на священный престол и готовилась со всем усердием приступить к исполнению своих сакральных обязанностей, стряслась какая-то беда? Безусловно, для самой Джин Чхон Лан это был кризис планетарного масштаба, но и для старшей служанки данный инцидент являлся делом, которое она ни при каких обстоятельствах не могла спустить на тормозах. Как-никак, именно на её плечи ложилась обязанность неотлучно находиться подле Небесной девы и ассистировать ей во всех делах с максимальной точностью.
— Ее Высочество Небесная дева… в её нынешнем состоянии категорически нельзя показывать широкой публике… Вы сами всё поймете, едва переступите порог и узрите эту картину собственными глазами…
С этими словами Соль Ран быстрым шагом увлекла за собой ошеломленную Ли Рён в глубину внутренних покоев. Оказавшись внутри, верховная служанка замерла как вкопанная: её взгляду предстала Небесная дева, которая, уютно угнездившись на руках у Соль Тхэ Пхёна, блаженно улыбалась во весь рот, словно все заботы этого бренного мира в одночасье перестали для неё существовать. Глядя на то, как она лучезарно сияет, полностью абстрагировавшись от суровой реальности, было решительно невозможно разглядеть в ней ту самую величавую и неприступную жрицу. В этот конкретный миг она выглядела как самая обычная, по уши влюбленная девчонка своего возраста.
— …Ваше Высочество?
— А, Ли Рён пришла. Знаешь, сегодня мне что-то совсем не хочется никуда идти, я планирую весь оставшийся день вот так нежиться в теплых объятиях генерала Соля. Так что давай, отменяй или переноси на неопределенный срок все эти дурацкие официальные церемонии, хорошо?
— Как… как же докатился дворец до такого непотребства…?
Старшая служанка Ли Рён верой и правдой прослужила в стенах Зала Небесного Дракона практически всю свою сознательную жизнь. Во всем Внутреннем дворе физически не нашлось бы фрейлины, превосходящей её по уровню опыта и искушенности в дворцовых интригах. И хотя она уже давно достигла почтенного возраста, когда женщину начинают всерьез беспокоить новые морщины и обильная седина в волосах, из-за чего многие недальновидные глупцы списывали её со счетов, считая обычной дряхлой старухой, доживающей свой век на задворках павильонов, это было фатальным заблуждением. Даже под грузом прожитых лет бритвенная острота ума Ли Рён ни на йоту не притупилась. В критических и экстренных ситуациях она по-прежнему демонстрировала феноменальную скорость мышления, мгновенно схватывая самую суть происходящего хаоса.
「Очевидно же, что Ее Высочество сейчас пребывает в состоянии глубочайшего ментального расстройства…!」
Этот её туманный, расфокусированный взгляд и то, как её губы то и дело расплывались в глуповатой, блаженной улыбке, превращали её в образ дикого зверька, действующего исключительно на поводу у первобытных инстинктов. Ведь абсолютно каждый человек, вне зависимости от своего происхождения и статуса, всю жизнь вынужден держать собственные потаенные порывы в ежовых рукавицах жесткого самоконтроля. Но стоит лишь сорвать эту защитную вуаль благоразумия и вековых приличий — и любой, даже самый благородный муж в мгновение ока превратится в жалкое, позорное зрелище.
Неужели… неужели это и есть истинная, тщательно подавляемая натура Джин Чхон Лан? Один только вид столь непотребного поведения со стороны своей высокопоставленной госпожи заставил Ли Рён почувствовать глубочайшее душевное смятение, однако времени на пустые рефлексии и растерянность у неё не было от слова совсем. Старшая служанка твердо решила, что её первоочередной задачей является немедленный возврат контроля над катящейся в тартарары ситуацией.
— Ваше Высочество. Господину вице-генералу сейчас крайне неудобно удерживать вас. Посему… для начала вам необходимо отступить на подобающее расстояние, дабы в спокойной обстановке обдумать дальнейшие шаги…
— Не хочу и не буду. В этом проклятом дворце развелось слишком много воришек…
Джин Чхон Лан, чья фигура была буквально окутана плотным шлейфом закипающей мистической энергии даосских искусств, заговорила прерывистым, дрожащим голосом, словно была готова вот-вот разрыдаться от переполнявших её обид:
— Абсолютно все вокруг, и эта женщина, и та девица — они все так и норовят нагло вырвать вице-генерала из моих рук. Но ведь я была самой первой, кто связал с ним свою судьбу, так с какого перепугу эти воровки с таким остервенением пытаются увести у меня генерала Соля, которого я так крепко держу в своих объятиях? Ли Рён, отвечай, ты ведь тоже спишь и видишь, как бы похитить моего Тхэ Пхёна, да?!
У Соль Тхэ Пхёна от одного взгляда на то, с какой неистовой силой Джин Чхон Лан сжимает его в объятиях, подпитывая свой захват бурлящей духовной энергией, в глазах начало явственно темнеть. Было очевидно, что вся эта вакханалия окончательно и бесповоротно выходит из-под какого-либо контроля. Интересно, когда к ней наконец вернется рассудок и она осознает, сколько дров успела наломать в этом угаре, что она вообще собирается делать дальше? Впрочем, прямо сейчас, когда девица начисто лишилась остатков здравого смысла, подобные думы были абсолютно лишены практического значения. Глядя на то, как Небесная дева судорожно всхлипывает, продолжая сжимать парня мертвой хваткой, словно перед ней было величайшее сокровище вселенной, даже видавшая виды старшая служанка почувствовала, что её хваленая уверенность дает трещину, и она решительно не понимает, как разрулить этот узел.
Поскольку Джин Чхон Лан была признанным гением даосизма, любая попытка применить к ней грубую физическую силу и разнять их против воли могла спровоцировать непредсказуемый магический выброс с самыми плачевными последствиями для павильона. Но как бы там ни было, они были обязаны кровь из носу предотвратить дальнейшую эскалацию этого безумия. В конечном счете, Ли Рён не оставалось ничего иного, кроме как уповать на содействие со стороны самого вице-генерала.
— Хорошо, я… я беру на себя ответственность и немедленно аннулирую все запланированные на сегодня официальные мероприятия, как вы и приказали. Однако в стенах Зала Небесного Дракона сейчас находится слишком много посторонних глаз… Не соизволите ли вы в таком случае вместе с господином вице-генералом временно переместиться в тихую обитель дворца Лазурного Дракона?
Зал Небесного Дракона по праву считался одним из самых статусных, охраняемых и публичных архитектурных комплексов во всем Чхондо. И обеспечить безопасность Джин Чхон Лан, которая к настоящему моменту окончательно лишилась рассудка, в месте, находящемся под столь пристальным и непрерывным наблюдением со стороны всех кланов, было задачей из разряда невыполнимых. Посему её немедленная эвакуация под своды дворца Лазурного Дракона, где львиную долю прислуги и стражи составляли её преданные люди, являлась единственно верным и стратегически оправданным решением. Это был максимум того, что можно было выжать в качестве здравого суждения в текущей ситуации.
— Все эти Четыре Дворца — не более чем змеиное логово, до краев наполненное воровками, спящими и видящими, как бы прибрать к рукам вице-генерала…! Генерал Соль, ты обязан остаться здесь, подле меня, в Зале Небесного Дракона…! Только здесь… только тут эти проклятые хозяйки дворцов не смогут дотянуться до нас своими грязными руками….
— Ну что вы, это совсем не так. Давайте для начала всё же проследуем во дворец Лазурного Дракона, там нам никто не помешает…
Моментально уловив стратегический замысел старшей служанки, Соль Тхэ Пхён поспешил технично ухватиться за предоставленный шанс. В сложившихся обстоятельствах он оставался единственным человеком, чьи слова имели хоть какой-то вес для затуманенного разума Джин Чхон Лан, и только ему было под силу направить её действия в нужное русло.
— К тому же… Зал Небесного Дракона сейчас буквально кишит скрытыми недоброжелателями. А ведь старшая служанка Хви Ин и фрейлины дворца Лазурного Дракона находились подле вас с самого раннего детства; разве вам не будет стократ спокойнее и уютнее в окружении преданных людей, проверенных временем?
— Ну… если так…
— Посему… давайте без лишнего шума покинем Зал Небесного Дракона….
Стоило Соль Тхэ Пхёну произнести эти слова максимально мягким, вкрадчивым и успокаивающим тоном, как Джин Чхон Лан с робким видом послушно закивала головой в знак согласия. Перехватив его красноречивый мимолетный взгляд, старшая служанка и Соль Ран принялись на повышенных тонах раздавать фрейлинам приказы экстренно готовить закрытый паланкин для транспортировки жрицы. Оставшиеся организационные хвосты и отмену протокольных встреч Ли Рён пообещала утрясти на высшем уровне. Сейчас самым главным и критически важным было вернуть Небесную деву в нормальное, адекватное состояние до того, как гнойник этой тайны прорвется наружу.
Шагая в плотном кольце дворцовых фрейлин, обеспечивавших охрану паланкина с беснующейся Джин Чхон Лан, я ловил себя на том, что мне с каждым шагом становится всё труднее удерживать на лице маску абсолютного, железобетонного безразличия. Если беспристрастно сопоставить все имеющиеся факты, становилось очевидно: Белый Демонический Дух уже вовсю развернул свою подрывную деятельность и успел как-то технично приложить руку к помутнению рассудка Небесной девы. И пусть цепочка событий, приведшая к тому, что Джин Чхон Лан столь стремительно слетела с катушек, пока оставалась для меня загадкой, правильный алгоритм дальнейших действий прослеживался предельно четко — необходимо было в кратчайшие сроки вычислить местонахождение Белого Демонического Духа и помножить его на ноль, пока ситуация не переросла в тотальный необратимый коллапс.
「Надо же, эта тварь просчитала идеальный, бьющий без промаха алгоритм моей ликвидации….」
От осознания ювелирной точности нанесенного удара у меня по коже невольно побежали ледяные мурашки. Неужели за всем этим действительно стоит та самая Ён Ри, которую я знал в прошлых циклах? В груди шевельнулся странный, причудливый коктейль из искреннего восхищения её стратегическим гением и глубинного, первобытного ужаса перед этой силой. Как ни крути, если я в итоге бесславно закончу свои дни на плахе под улюлюканье толпы — ключевая стратегическая цель Белого Демонического Духа будет выполнена на все сто процентов. Ей для этого не нужно было устраивать внезапные ночные засады, как это делала Лунный Демонический Дух Ёран, или с пеной у рта махать тяжелым мечом, подражая Солнечному Демоническому Духу Пхён Ряну.
Если законная Небесная дева, задействовав весь свой колоссальный авторитет и безграничную власть, пойдет на меня напролом и прикажет скрутить — у меня физически не найдется легальных способов отразить этот натиск. Не зря ведь в народе говорят, что самый страшный вид оружия — это власть социальная. Жизнь забирает не уличный гопник с заточкой в подворотне, а твой непосредственный начальник на работе, выжимающий из тебя все соки. Эта мысль была настолько пугающе приземленной и реалистичной, что от неё в моей черепушке парадоксальным образом воцарилась звенящая, кристальная ясность.
Дзинь! Дзинь!
По обе стороны от паланкина Небесной девы две высокопоставленные фрейлины ритмично ударяли ритуальными кинжалами по хрустальным жезлам, извлекая чистый, мелодичный и далеко разносившийся в воздухе звон. Этот ритуал служил официальным предупреждением для всей округи: Ее Высочество изволит шествовать по территории, а значит, всем надлежит немедленно проявить максимальное почтение. И действительно — дворцовые чиновники и министерские служащие, до этого судорожно сновавшие по своим неотложным делам, тут же замирали как вкопанные и низко склоняли головы, стоило им лишь завидеть приближающийся паланкин жрицы. Каждый из них из кожи вон лез, дабы продемонстрировать лояльность высшего порядка, свято веря, что из-за плотных шелковых штор за их действиями может пристально наблюдать сама Небесная дева.
Пробираясь сквозь эту живую стену коленопреклоненной толпы, я судорожно пытался структурировать мысли и составить четкий план действий. Прямо сейчас, пока мы находились в пути, девица вроде бы затихла и мирно сидела внутри паланкина, но стоило нам пересечь порог дворца Лазурного Дракона, как Джин Чхон Лан гарантированно сорвется с тормозов и с новой силой ринется в атаку на мою скромную персону. Если события и дальше будут развиваться в таком ключе, я мало того что не смогу сдвинуться с места ради поисков Белого Демонического Духа, так еще и окажусь заперт в стенах Лазурного дворца на положении комнатной собачки без шанса на выход.
「Если я хочу вырваться за пределы дворца Лазурного Дракона, мне нужен железобетонный, официальный повод. Пока Лазурная принцесса будет приходить в себя под присмотром фрейлин, я обязан перевернуть вверх дном весь Внутренний двор, вычислить и уничтожить Белого Демонического Духа, который наверняка где-то притаился в этих павильонах.」
Джин Чхон Лан в её нынешнем состоянии не спустила бы с меня глаз ни на долю секунды, а значит, добровольно она меня никуда не отпустит. Соответственно, действовать нужно было прямо сейчас, пока у меня оставалось хоть какое-то пространство для маневра. Пока она заперта в паланкине, у меня есть уникальный шанс технично раствориться в тумане, отыскать эту тварь и помножить её на ноль.
Вот только в одиночку мне этот груз точно не вывезти, потребуется весомая посторонняя помощь. Самостоятельно прочесывать исполинские территории Внутреннего двора — это не просто адски изнурительный труд, это еще и гарантированный способ привлечь к себе кучу ненужного внимания со стороны дворцовой стражи. Мне кровь из носу необходим влиятельный союзник внутри этих стен, обладающий легальным правом оперативно поднять на ноги и мобилизовать крупные человеческие ресурсы…
В голове тут же один за другим всплыли образы хозяек Четырех Дворцов. Однако, беря во внимание ментальную нестабильность Джин Чхон Лан, а также тот факт, что за спинами принцессы Сузаку и Белой принцессы высились монолитные фигуры их могущественных кланов, влезать к ним в долги и становиться обязанным было делом крайне недальновидным. Последствия такого шага могли оказаться слишком тяжелыми для моей дальнейшей карьеры. В сухом остатке у меня оставался лишь один-единственный жизнеспособный вариант. Женщина, прослывшая самой открытой, прямолинейной и не забивающей себе голову дурацким этикетом среди всех четырех хозяек. Если мне удастся грамотно задействовать авторитет и властные полномочия Черной принцессы, я смогу руками её многочисленных служанок организовать тотальную, перекрестную зачистку всех глухих углов Внутреннего двора. При таком раскладе мне даже не придется самолично соваться на закрытые женские территории и наводить там шороху; достаточно будет просто обрисовать ей общую суть проблемы и совместными усилиями ликвидировать демонического духа.
В конце концов, иметь прочные связи на самых вершинах власти — это штука полезная во всех отношениях. Наличие большого количества высокопоставленных знакомых всегда дает солидные козыри в рукаве, глупо было бы отрицать очевидное.
Укрепившись в своей решимости, я дождался, пока паланкин повернет на финишную прямую в сторону дворца Лазурного Дракона, после чего резко развернулся и размашистым, быстрым шагом направился в сторону дворца Черной Черепахи. Если Джин Чхон Лан обнаружит мое внезапное исчезновение, ситуация может в мгновение ока спиралью ухнуть в кромешный ад, так что мне жизненно необходимо было провернуть это дельце на максимальной скорости и вернуться обратно до того, как она забьет тревогу.
— Ну конечно, Тхэ Пхён-а, я с радостью помогу тебе во всем разобраться. Как я могу отказать, когда ты сам приходишь ко мне с личной просьбой?
— Премного благодарен вам за содействие, Ваше Высочество. Я обязательно найду способ сполна отплатить вам за эту услугу в будущем.
Когда я на одном дыхании преодолел половину пути до дворца Черной Черепахи, местная старшая служанка от моего внезапного появления едва дар речи не потеряла. Она поспешно, суетливо проводила меня внутрь уютной чайной комнаты — благо визиты вице-генерала в эти чертоги без единого сопровождающего лица и какого-либо предварительного уведомления случались, мягко говоря, нечасто. Едва я озвучил, что дело не терпит ни секунды отлагательств, внутри меня разлилась волна искреннего облегчения: Черная принцесса По Хва Рён оказалась на месте. Я до последнего момента дико переживал, что она могла в очередной раз сорваться с места и уйти на свою излюбленную долгую прогулку за пределы дворцовых стен, но, к моему величайшему счастью, удача в этот раз оказалась на моей стороне.
— Я приношу свои самые искренние извинения за столь вопиющее нарушение протокола и визит без соблюдения надлежащих церемоний. Как только эта кризисная ситуация будет благополучно разрешена, я незамедлительно пришлю к вам человека с подобающими дарами в знак моей глубочайшей признательности.
— Да брось ты эти глупости, к чему эти церемонии, Тхэ Пхён-а? Зачем ты разводишь этот официальный официоз, будто мы с тобой чужие люди?
— Ну… Ваше Высочество Черная принцесса… правила приличия обязывают…
Черная принцесса сделала один неспешный, грациозный глоток из своей пиалы, удерживая на губах расслабленную, безмятежную улыбку. Её роскошные волосы редкого светло-зеленого оттенка, обильно украшенные множеством искусных заколок в виде распускающихся цветов, превращали её облик в подобие цветущего весеннего сада. Это её элегантное, но в то же время удивительно простое и лишенное всякого пафоса поведение могло бы показаться кому-то со стороны совершенно неподобающим для особы, наделенной колоссальной властью хозяйки одного из Четырех Дворцов. Однако благодаря её врожденному, лучащемуся теплу и искренности, даже эта кажущаяся простота выглядела как её уникальный, неповторимый шарм.
Вот только сегодня во всем её облике явственно ощущалось нечто глубоко неправильное.
Я максимально понизил голос и заговорил едва различимым, осторожным шепотом:
— Вокруг нас… слишком много лишних ушей.
— Хм? Да брось ты, о чем ты переживаешь? Старшая служанка Ан Рим — человек проверенный и надежный как скала. Да и фрейлины рангом пониже тоже не станут болтать лишнего.
— И всё же, осторожность не повредит…
— Ах, ну надо же, Тхэ Пхён-а, ты как всегда в своем репертуаре — вечно из мухи слона раздуваешь и переживаешь по пустякам. Расслабься, всё под контролем. Неужели это такое преступление, что мы с тобой просто по-дружески беседуем? Ты ведь уже давно перерос статус зеленого оруженосца и официально утвержден в звании целого вице-генерала, забыл?
— Вне зависимости от моего звания, существуют незыблемые рамки этикета, которые мы обязаны чтить…
— Ой, да ладно тебе. Ты ведь прекрасно знаешь, что мне на все эти дурацкие условности плевать с высокой колокольни, Тхэ Пхён-а.
И пусть Черная принцесса в приватных беседах всегда отдавала явное предпочтение близким, неформальным отношениям без оглядки на титулы, на людях она обычно со всем тщанием удерживала подобающий статус и дистанцию. Но сегодня она вела себя так, словно мнение окружающих и косые взгляды прислуги перестали волновать её от слова совсем. А то липкое, гнетущее предчувствие беды, что с самого начала визита скреблось у меня на душе… подобные звоночки в моей жизни, как правило, всегда оказывались чистой правдой.
— Абсолютно весь дворец и так прекрасно осведомлен о том, насколько мы с тобой близки, так к чему эти пустые метания? Если кто-то из придворных смеет смотреть на нас с осуждением или пытается вставлять палки в колеса — они просто-напросто лопаются от банальной человеческой зависти. Посему не забивай себе голову этой чушью.
— Ха?
— Вот именно. Что вообще представляет собой этот проклятый дворец Чхондо? Змеиное кубло, до краев наполненное грязными политическими интригами, фальшивыми улыбками и тотальным лицемерием. И на фоне всего этого беспредела суметь выстроить между нами по-настоящему искренние, чистые отношения… разве это не высшая степень романтики? Иметь такую душевную близость, какая есть у нас с тобой — это ведь величайшая редкость в наших краях. Я свято верю, что мой Тхэ Пхён никогда в жизни не посмеет предать меня, ну и я, само собой, костью лягу, но останусь верна тебе до самого конца… Так что это абсолютно естественный процесс, что мы в итоге становимся главным объектом зависти для любого, кто втайне мечтает о подобной связи, разве я не права, м-м-м?
Я медленно поднял голову и еще раз пристально вгляделся в черты лица Черной принцессы. Внешне она выглядела точь-в-точь как обычно — её безупречная, ослепительная красота была общим фамильным признаком для всех хозяек Четырех Дворцов, но вот то, что по-настоящему выделяло её на общем фоне, так это её удивительное, солнечное тепло и легкий нрав, способный с легкостью очаровать любого собеседника. На первый взгляд, абсолютно ничего не изменилось.
И тем не менее, за этой её дежурной, лучезарной улыбкой, с которой она плавно подносила чайную пиалу к губам, сквозило нечто неуловимо, но в то же время пугающе чужеродное. Мне и раньше доводилось слышать, что подобные ментальные деформации сознания могут проявляться в самых причудливых и неожиданных формах. Бывают пограничные случаи вроде Джин Чхон Лан, когда тебе достаточно одного беглого взгляда, дабы с потрохами раскусить, что у человека напрочь сорвало крышу. А бывают ситуации, когда личность начинает медленно, незаметно подгнивать и рассыпаться изнутри, из-за чего на начальных этапах зафиксировать грядущую катастрофу практически невозможно.
— Я так искренне горжусь и безмерно счастлива, что в моей судьбе появился столь близкий и надежный человек, как ты, Тхэ Пхён-а. Давай же оставаться такими друг для друга еще очень-очень долго, договорились?
— …Черная принцесса?
Окончательно удостоверившись, что дело принимает крайне скверный оборот, я осторожно скосил взгляд в сторону застывшей у стены старшей служанки Ан Рим. И судя по тому, как на её лице начала медленно проступать глубокая, искренняя тревога, она тоже успела почуять неладное.
— Или ты сейчас так сильно переживаешь исключительно из-за того, что между мужчиной и женщиной всегда должна оставаться незыблемая дистанция? Да брось ты, я ведь изначально не рассматриваю тебя в подобном ключе, так что выкинь эти глупые мысли из головы… Ах, ну какой же ты все-таки неисправимый паникер. Впрочем, учитывая весь тот хаос, что творится во дворце в последнее время, твоя излишняя подозрительность вполне объяснима.
— Нет, дело вовсе не в этом…
— Но если вдуматься, где именно пролегает та самая невидимая черта, отделяющая искреннюю, крепкую дружбу от банального притяжения между мужчиной и женщиной? По каким критериям нам надлежит выстраивать эти границы? Хм… задачка, прямо скажем, не из легких. Безусловно, переступать определенные рамки дозволенного никому не следует, но вот, к примеру… как нам относиться к обычным дружеским объятиям? Можно ли считать их нарушением табу? А если мы просто возьмемся за руки? Или скрестим взгляды в тишине комнаты? Стандарты всех этих вещей настолько размыты и двусмысленны, тебе не кажется?
— Ваше Высочество Черная принцесса… подобные речи… вам категорически не следует развивать эту тему…
Неужели она и раньше была настолько разговорчивой и словоохотливой?
Ровно в тот миг, когда до моего заторможенного разума наконец-то дошел весь масштаб нависшей угрозы, Черная принцесса плавным, текучим движением подалась всем телом вперед. Её лицо теперь находилось буквально в паре дюймов от моего.
— И даже если абстрагироваться от того факта, что я сама не воспринимаю тебя как мужчину… что нам делать, если в твоей собственной голове вдруг начнут зарождаться подобные греховные мысли на мой счет? Должна ли я буду в таком случае экстренно придумывать, как реагировать на этот вызов? Или, быть может, нам стоит прямо сейчас на берегу четко обозначить эти туманные границы, дабы избежать недопонимания в будущем?
— ……
— Если тебе от всех этих мыслей так неспокойно на душе, как насчет того, чтобы просто попробовать взяться за руки? Или мы можем пойти дальше и устроить короткий тест с дружескими объятиями? Если твое сердце от этого контакта вдруг пустится вскачь — что ж, тогда мы и подумаем, как быть дальше. Но ведь эта маленькая проверка определенно стоит того, чтобы её провести, верно?
— Черная принцесса, мне кажется, ход ваших мыслей сейчас сворачивает в какую-то крайне опасную и противоестественную степь.
— И что же в этом странного? Ну же, смелее… давай сюда свою руку.
С этими словами Черная принцесса резким, молниеносным движением намертво вцепилась в мою ладонь, после чего с лучезарной улыбкой на лице единым рывком увлекла меня за собой, намертво зажимая в тисках своих объятий.
— Надо же, сколько у тебя застарелых мозолей на коже. Тебе воистину пришлось пройти через суровые испытания. Что ж, видимо, звание генерала в нашей империи действительно не дают кому попало.
— Черная принцесса, пустите.
— Оу, надо же… а мое собственное сердечко в итоге всё-таки сделало лишний удар… Ты ведь и правда самый настоящий, сильный мужчина, Тхэ Пхён-а. Но разве подобная мелочь может стать преградой для нашей крепкой дружбы? Быть может, нам стоит углубить наш эксперимент, дабы рассеять все сомнения? Не хочешь обнять меня еще разок, покрепче?
— Ваше Высочество Черная принцесса, умоляю вас, вспомните о своем высоком статусе и сохраняйте подобающее достоинство.
Не в силах больше выносить это позорное зрелище, старшая служанка Ан Рим решительным шагом вмешалась в ситуацию, быстрым взглядом оценивая масштаб бедствия. Почуяв, что дело пахнет керосином, она еще пару минут назад предусмотрительно выставила за дверь всю дежурившую в павильоне младшую прислугу, и это её стратегическое решение сейчас было единственным светлым пятном во всем этом кошмаре.
— Хм? Ан Рим, ты чего так всполошилась?
— Ваше Высочество… незыблемые правила приличия между мужчиной и женщиной гласят…
— Ой, да прекрати ты причитать и разводить эту пустую демагогию. Я ведь уже русским языком тебе сказала: я не рассматриваю Тхэ Пхёна в подобном ключе. Но провести невинный дружеский тест нам ведь никто не может запретить, верно? Если эта пресловутая дистанция между полами так критически важна для соблюдения протокола, то почему бы нам на практике не проверить её прочность? Разве это не логично? Ну же, Тхэ Пхён-а, обними меня. Давай, смелее, иди ко мне.
Да. Вот теперь общая картина грядущего апокалипсиса окончательно прояснилась в моей голове. Выследить и обезвредить Белого Демонического Духа, вольготно разгуливающего по территории Внутреннего двора — это, конечно, задача первостепенной важности, но прямо сейчас моей главной целью было банально вырваться из этого павильона живым и невредимым.
Я резким движением взвился на ноги, разрывая контакт, и, тяжело дыша, процедил сквозь зубы:
— Ваше Высочество Черная принцесса. Пожалуй, мне лучше уйти и вернуться лишь после того, как вы придете в себя и сможете полностью восстановить душевное равновесие.
— Оу, Тхэ Пхён-а, ну что за внезапные капризы? От чего мне, спрашивается, приходить в себя? Ну же, не глупи, просто обними меня на прощание. На одну твою широкую, могучую грудь приятно даже просто посмотреть со стороны, от этого зрелища на душе сразу так спокойно становится. Ты воистину мой самый лучший, самый близкий друг на всем белом свете.
Я бросил отчаянный, ищущий поддержки взгляд в сторону старшей служанки Ан Рим, и та, правильно поняв мой немой призыв, лихорадочно принялась спешно убирать со стола чайный сервиз, пытаясь создать видимость бурной деятельности. Однако не успела она сделать и пары движений, как Черная принцесса пружинисто вскочила со своего места и в мгновение ока выросла прямо передо мной, уткнувшись лицом чуть ли не в мой подбородок.
И только в этот краткий миг, встретившись с ней глазами, я впервые ощутил, как по моей спине вверх пополз липкий, пронизывающий до костей ужас. Фокусировался ли её взгляд на мне в эту секунду? На её лице по-прежнему играла та самая теплая, привычная и безумно родная улыбка, но сами глаза оставались абсолютно стеклянными, отрешенными и устремленными куда-то далеко сквозь меня, словно она созерцала бескрайнюю, леденящую пустоту небытия. На первый взгляд — перед тобой была всё та же привычная, эксцентричная По Хва Рён, во всем её облике не было ни единой видимой странности. Но именно это идеальное, пугающее несоответствие формы и содержания заставило мои внутренние инстинкты взвыть от смертельного ужаса.
— Да о чем ты вообще говоришь, Тхэ Пхён-а? Со мной всё в полном, абсолютном порядке.
Пока эти ласковые слова срывались с её губ, её изящная ладонь медленно, скользящим движением опустилась мне на грудь, плавно двигаясь вниз, отчего у меня в легких на мгновение намертво перекрыло кислород.
Дворец Черной Черепахи тоже пал.
Если уж эта ментальная зараза умудрилась столь молниеносно пустить корни и сожрать разум даже здесь, то у меня не было абсолютно никаких гарантий, что дворцы Сузаку или Бьякко к настоящему моменту не превратились в точно такие же филиалы безумия.
「Бежать. Нужно немедленно, без оглядки покинуть территорию Внутреннего двора. Вместо того чтобы вслепую метаться по этим коридорам, рискуя в любую секунду окончательно угодить в расставленный капкан, будет в тысячу раз разумнее и безопаснее экстренно отступить на территорию округа Хвальсон. Там мои люди, там моя земля… это пространство никогда не было моим полем боя.」
Останься я в этих стенах еще хотя бы на пару часов — и этот проклятый Внутренний двор гарантированно станет моей братской могилой.
— Не нужно так спешить, Тхэ Пхён-а. Присядь обратно за стол, нам ведь еще столько всего нужно обсудить.
— Ваше Высочество Черная принцесса, мне действительно необходимо срочно идти, меня ждут неотложные государственные дела в округе Хвальсон…
— Ну подождут твои дела, неужели они настолько срочные? М-м-м? Просто позволь мне обнять тебя хотя бы разочек. Ну же… или, если хочешь, можешь сам крепко-крепко прижать меня к себе, я не обижусь.
— Я ухожу.
— Не пущу.
И в тот самый миг, когда пальцы Черной принцессы с железной силой сомкнулись на моем предплечье, сквозь её хваленую мягкость наружу наконец-то явственно пробилась чужеродная, пугающая мистическая энергетика. Та теплая, лучезарная улыбка, что еще мгновение назад озаряла её лицо, бесследно испарилась, словно её и не было вовсе.
— Не пущу.
При виде Черной принцессы, которая сжимала мою руку мертвой хваткой, уставившись на меня своими абсолютно холодными, безжизненными глазами… и я, и старшая служанка Ан Рим одновременно застыли на месте, скованные по рукам и ногам волной первобытного, леденящего душу ужаса.