Жертва и победа
Воевода ледяных гигантов, отдавая воинские почести, ринулся вперёд во всю силу.
Чтобы остановить его, Кримсон поднял даже последнюю горсть ауры.
С его телом, полным внутренних повреждений, подобное означало верную смерть, но он вышел перед воеводой, готовый сжечь всё до конца.
Куууун!
Шторм ауры столкнулся с ледяным штормом и породил мощную волну.
Столкновение уровня мастеров было настолько сильным, что даже ледяным гигантам было трудно приблизиться, а ударная волна обладала колоссальной мощью.
И сквозь эту ударную волну прорвалась одна нить света.
— Не вмешивайся в поединок воинов!
Воевода в ярости отбил атаку Ариэль, в которую она вложила все силы.
Но Ариэль упрямо бросалась снова.
Если оставить их сражаться так, Кримсон, казалось, погибнет.
Но в итоге и её задержал другой ледяной воин.
Остальные ледяные гиганты тоже преградили ей путь.
Они словно не могли позволить никому вмешаться в поединок воеводы, и снова был создан круг боя только для Кримсона и воеводы.
— Командующий!
Даже на отчаянный зов Ариэль Кримсон лишь широко улыбнулся и посмотрел на воеводу.
— Иди.
После слов Кримсона воевода коротко кивнул и атаковал во всю силу.
Чтобы сохранить гордость благородного воина, готового к смерти, воевода тоже поднял всю свою силу и ударил.
Кримсон, едва державшийся, начал отступать, больше не в силах выдерживать.
Его сильнейший штормовой меч был разорван, по мечу пошли трещины, но он до конца стоял на ногах и принимал атаки воеводы.
— Ты выдержал этот удар таким телом?
Воевода, обращаясь к Кримсону с восхищением, поднял ещё больше боевого духа.
За долгие века, пережив бесчисленные битвы, он видел, что те, кто до самого конца храбро сражается перед лицом смерти, встречаются не так уж часто.
И потому этот возвышенный поединок был особенно важен.
Бах! Бах! Бах!
Кримсон едва блокировал атаки воеводы, яростно бросавшегося вперёд, своим штормовым мечом.
Каждое отражение удара рождало мощную ударную волну — настолько велико было их столкновение.
Но и этому пришёл предел.
— Кха-а!
Кримсон в конце концов не выдержал, его отбросило назад, и он выплюнул кровь.
Аура уже иссякла, а тело больше не могло сражаться.
Плоть была настолько изломана, что куда легче было бы просто лечь на землю и встретить конец.
И всё же Кримсон стиснул зубы и поднялся.
— Преклоняюсь перед твоей силой духа.
Кримсон, весь израненный, вонзил меч в землю и едва сумел подняться.
Глядя на него, воевода собрал всю силу для последнего удара.
Кримсон дрожащей рукой поднял меч.
Он уже потратил даже последнюю горсть ауры, так что поднимать клинок не имело смысла.
И всё же Кримсон поднял его, показывая свою волю.
— По крайней мере, пока я жив, я буду помнить тебя.
С этими словами воевода, отдавая последние почести, собрал всю силу в кулаке.
Чтобы убить Кримсона, хватило бы простого удара, но из уважения к воину он вложил в него всё.
Собрав силу до предела, воевода ринулся на Кримсона.
Кууун!
Кулак воеводы остановился прямо перед лицом Кримсона.
Меч был ничтожен по сравнению с гигантом, но огромный кулак не мог сдвинуться ни на волос.
Юноша с белым мечом остановил кулак воеводы.
Айрон, которого Кримсон защищал ценой жизни, встал перед ним, держа в руках полностью завершённый белый меч.
Увидев это, Кримсон с трудом поднял голову и посмотрел на спину Айрона.
— Завершил...?
— ...Да.
Айрон с трудом ответил на вопрос Кримсона.
С того момента, как он остановил кулак воеводы, он вливал исцеляющую силу в Кримсона, который едва стоял на дрожащих ногах, но она совсем не действовала.
Из-за тяжелейших внутренних повреждений и силы, выжатой до последнего предела, тело Кримсона потеряло даже минимальную способность к восстановлению.
И потому начали проявляться признаки старения тела, которое до сих пор подавлялись аурой.
— Покажи мне, что моя жизнь... стоила этого...
— ...Да.
На слова Кримсона Айрон едва сумел ответить, глаза его дрожали от слёз.
Горло сжимала подступившая печаль, и ему было трудно произнести хоть слово. Айрон серьёзно посмотрел на воеводу.
— Благодарю, что ждал.
— Он был воином, которого я признал. Его последний миг достоин уважения.
Айрон кивнул словам воеводы.
Как тот и сказал, Кримсон, всю жизнь посвятивший Империи, был достоин уважения.
И хотя бы ради того, чтобы показать, что его жертва имела смысл, Айрон должен был продемонстрировать подавляющую силу.
— ...В итоге я всё же не остановил тебя?
Воевода посмотрел на белый меч Айрона, и его лицо помрачнело.
Меч не был огромным, как во время сражения с Хримром, и вокруг него не бушевала колоссальная энергия, но инстинктом воевода чувствовал, какая мощь заключена внутри.
Единственный среди людей, кто мог стать угрозой Хримру.
Он хотел помешать пробуждению такого существа любой ценой, но в конце концов потерпел неудачу.
Пробуждение Айрона, которое воевода, ценивший честь, пытался остановить даже ценой любых позоров, было завершено идеально.
Кууун!
Белый меч и синий кулак, сотканный из огромного боевого духа, столкнулись в воздухе.
— Кхек!
Он лишь остановил один удар, но кулак был рассечён, а тело получило внутренние повреждения.
Гигантский боевой дух великана был рассечён маленьким белым мечом, и кулак, в несколько раз больше человека, раскололся — зрелище было невероятным.
Но эта невероятность повторялась снова и снова.
Айрон безжалостно рубил воеводу, который, не сдаваясь, бросался на него снова и снова.
Через несколько минут воевода был изранен с ног до головы и уже готовил последний удар ценой жизни.
И тут с оглушительным грохотом два главы, сдерживавшие Хримра, разлетелись в разные стороны.
— Ариэль, сможешь его сдержать?
— Обязательно сдержу.
Ариэль уже стояла рядом с Айроном.
Всё её тело было запятнано синей кровью, а за её спиной лежали ледяные гиганты и один воин с отсечённой головой.
— Верю тебе и иду.
— Есть!
После слов Айрона Ариэль коротко склонила голову и посмотрела на воеводу.
— С этого момента... ты не продвинешься ни на шаг.
Сказала Ариэль, глядя на воеводу пылающими глазами.
Ради приказа Айрона и ради достойного последнего мгновения командующего, которого она уважала, Ариэль собрала всю силу.
Глядя на неё, израненный воевода молча поднял боевой дух.
Он тоже хотел ради своего короля сломить молодого гения перед собой.
«Если оставить её дольше, станет опасно».
Во время боя он видел, как безумный талант этой женщины продолжает развиваться, и понял: её нужно сломить здесь.
— Я обязательно... прорвусь.
В ответ Ариэль не сказала ни слова и взмахнула мечом.
Вокруг неё уже сгущался звёздный свет, прижимая пространство вокруг воеводы.
Воевода, в свою очередь, создал огромного гиганта из боевого духа и бросился вперёд.
Когда Ариэль и воевода ледяных гигантов начали настоящую схватку, Айрон встал перед королём ледяных гигантов Хримром.
— Неожиданно. Ты действительно преодолел стену?
Хримр смотрел на Айрона, который не впал в отчаяние, а перешагнул стену, и выглядел удивлённым.
Место, где отчаялся гений ледяных гигантов, находилось выше того уровня, которого достиг Айрон. Но жажда света, к которому невозможно прикоснуться, и великая стена были одинаковыми.
Поэтому Хримр думал, что этот печальный гений тоже рухнет в отчаяние.
Но человек перед ним преодолел его.
Он сумел найти новый путь, даже отбросив часть того, что имел.
— Хватит болтовни.
Айрон поднял белый меч, глядя на Хримра.
— Куда спешить?
На вопрос Хримра Айрон поднял ауру и ответил:
— Я должен доказать это, пока мой герой не закрыл глаза. Что его усилия были не напрасны... что они стоили его жизни.
После этих слов Хримр посмотрел вдаль, на старика, стоявшего с мечом, вонзённым в землю.
Он видел, как старик, чья жизнь угасала, смотрит на него и на молодого гения.
Воин, который до самого конца верил, что Айрон преодолеет стену, и поставил на это всё.
Хримр, проживший долгие века, поднял топор ради человека чести, подобных которому за жизнь встречал крайне редко.
— ...Хорошо. Ради него я отвечу тебе.
С этими словами Хримр взмахнул огромным топором.
На его голове уже сияла синяя корона изо льда.
Раз Айрон выкладывался полностью, Хримр тоже собирался сражаться во всю силу.
В тот же миг Айрон взмахнул белым мечом и бросился к гиганту.
Хотя топор и меч ещё не столкнулись, в воздухе раздался грохот и разошлась ударная волна.
В обычных условиях такое невозможно.
Не было ни гигантского клинка ауры, ни топора из боевого духа, но два потока силы сталкивались в пустоте — зрелище было странным.
Однако два отброшенных главы понимали, что это за явление.
«Пространство искривилось!»
Ещё до столкновения оружия Айрона и Хримра пространство уже искажалось, и борьба двух сил начиналась заранее.
На самой траектории, по которой они должны были замахнуться, силы уже сталкивались, стремясь захватить область.
Почему происходит такое явление, они не знали, но сразу поняли: это область гранд-мастера.
— Вот оно...
— Истинная следующая ступень?
До того как оружие коснулось, пространство искривлялось, и две силы сталкивались.
Даже мана вокруг разделилась на сторону Айрона и сторону Хримра и боролась между собой.
Теперь они поняли, почему, несмотря на атаки силой, близкой к Хримру, сами оказались так жалко разыграны.
Внешне сила могла казаться схожей, но в контроле окружающей маны и эффективности между ними уже лежала огромная пропасть. Поэтому они не могли справиться с Хримром.
То же самое касалось и Айрона, когда тот впервые бросился на Хримра.
Но теперь всё было иначе.
Это была битва такого уровня, что даже два главы не могли не восхищаться.
И остальные видели то же самое.
Глядя на бой Хримра и Айрона, каждый начал сражаться ещё отчаяннее.
— Прорвёмся! Ради короля!
— Держать! Ради Империи!
И люди, и гиганты всё яростнее вступали в бой ради выживания и победы.
Среди сражения людей и гигантов за победу один старик, потерявший всю силу, растерянно смотрел на бой короля гигантов и величайшего героя человечества.
— ...Я не ошибся.
Глядя на Айрона, который доказывал, что выбор, на который Кримсон поставил жизнь, не был ошибкой, старик мягко улыбнулся.
— Жаль.
Ему хотелось ещё немного идти рядом с молодым героем, пишущим легенду.
Ему хотелось идти рядом по шагам героя, с которым он наконец оказался вместе спустя столько времени.
Но судьба словно сказала, что его дело закончено, и заставила остановиться.
Он рассеянно посмотрел на небо.
— Достаточно... достойная... жизнь...
Кримсон с удовлетворённым выражением поднял взгляд к небу.
Холод бушевал, всевозможная магия кипела вокруг, но сегодня небо казалось особенно тёплым.
И в тот миг, когда ветер, сопровождавший его долгие годы, показался необычайно мягким... глаза Кримсона начали понемногу закрываться.
Его воля, сражавшаяся далеко за пределом, теперь словно говорила, что пришло время отдохнуть, и тянула сознание вниз, под гладь сна.
Последним, что он увидел перед тем, как окончательно закрыть глаза, был юный герой, пишущий великую легенду.