Добыча

Пёстрый Скорпион была уверена — битва выиграна.

Она задала свой вопрос лишь для того, чтобы отвлечь внимание от ослабшего Цюй Цзяньлэя.

Впрочем, обмануть бывалых выживальщиков было невозможно. Разве мог кто-то, сразивший двух вожаков, не заплатить за это свою цену?

Многие заметили, что с мужчиной что-то не так.

Однако жестокость, с которой он расправился с Одноглазым, прочно врезалась всем в память. Никто не решался проверить, хватит ли у него сил убить ещё одного.

Тот, кто способен зарубить вожака стаи, — настоящий головорез, не говоря уже о том, что другого он застрелил со снайперской дистанции.

Сухопарый опомнился первым.

— Всё кончено. Оба вожака мертвы, они больше не вернутся.

— Наш босс устал, — прямо заявила Пёстрый Скорпион. — Не беспокойте его. Если есть вопросы — говорите со мной.

Скрывать слабость Хэйтяня не было смысла, лучше было признать её открыто. «Пусть попробуют рискнуть, — думала она, — и проверят, сможет ли мой босс ещё кого-нибудь прикончить».

— Нужно… обсудить трофеи, — откровенно сказал сухопарый. — Особенно туши двух вожаков.

Неожиданное нападение стаи обернулось катастрофой, но в то же время сулило огромную добычу.

Риск и награда всегда шли рука об руку, и усеянное трупами поле было тому наглядным доказательством.

Мясо ледяных волков было съедобным, но имело неприятный кисловатый привкус и было жёстким, как подошва. Его покупали лишь потому, что это было мясо зверя-мутанта. Шкуры годились для изготовления простейшей брони и тоже стоили некоторых денег. Впрочем, если не брезговать, их тоже можно было сварить и съесть.

Как бы то ни было, даже самый скромный доход, помноженный на количество, превращался в сумму, которую нельзя было игнорировать.

На поле боя лежало около двух тысяч волчьих туш, и ещё почти тысяча была ранена. Это была, без сомнения, огромная добыча.

Почти пятую часть всех убитых волков подстрелили Цюй Цзяньлэй и Пёстрый Скорпион. И это не было преувеличением. Пусть они и потратили меньше патронов, их точность была на высочайшем уровне.

Но, как ни крути, самыми ценными трофеями были два вожака.

Первый — настоящий вожак стаи. Второй, по общему мнению, был его преемником.

Борьба за лидерство в волчьей стае жестока и хаотична, но иногда преемник назначается заранее. Вероятно, это был именно такой случай. Когда вожак погиб, преемник был обязан отомстить, иначе он не заслужил бы уважения стаи. А поскольку его статус был предопределён, после его смерти не нашлось никого, кто мог бы немедленно занять его место. Поэтому стая и обратилась в бегство.

Всё это были лишь догадки, рождённые после битвы. Так ли было на самом деле, никто не знал.

Главное — они победили. Теперь предстоял делёж добычи, и в этом вопросе уступать никто не собирался.

Перетаскивать туши было тяжёлой работой, а Цюй Цзяньлэй не хотел шевелить и пальцем. Пёстрый Скорпион, переговорив с ним, решила продать все их трофеи, оставив лишь тушу преемника.

На тушу главного вожака тут же нашлись покупатели из других отрядов.

Да, вожака застрелил Цюй Цзяньлэй, но это была заслуга всех. Кто-то одолжил снайперскую винтовку, кто-то помог определить его местоположение — каждый внёс свой вклад. Они надеялись выкупить тушу по «относительно разумной» цене.

Что до преемника, то его Цюй Цзяньлэй сразил в одиночку, и на эту тушу никто не смел претендовать.

Пёстрый Скорпион была не только отличным снайпером, но и умела торговаться — не зря же она была лидером их маленькой группы.

Цена, предложенная за вожака, показалась ей слишком низкой. Какие-то пять тысяч серебром — смешно! Она требовала не меньше десяти тысяч. По её мнению, одна только шкура вожака, как предмет роскоши, стоила целое состояние, не говоря уже о её практической ценности.

Покупатели же твердили, что шкура повреждена, и это сильно снижает цену. Вот если бы речь шла о преемнике, за которого не нужно было бы платить долю другим и чья шкура была почти цела, то за него можно было бы выручить и десять тысяч.

В конце концов, вмешалась Синди и объяснила, что в районе Поселения Эгида-Три такие цены — норма. И то, лишь потому, что этот вожак командовал огромной стаей и был очень силён, иначе цена была бы ещё ниже.

В итоге Пёстрый Скорпион уступила права на вожака за шесть тысяч.

В этой сделке Синди не смогла особо помочь, зато она отлично знала цены на обычных ледяных волков.

Обычно за одну тушу давали около десяти серебряных. Но на этот раз было убито слишком много волков, и цены, естественно, должны были рухнуть. Поэтому покупатели предложили всего по три серебряных за штуку, рассчитывая на то, что затраты Цюй Цзяньлэя и Пёстрого Скорпиона на охоту были гораздо ниже.

К счастью, Синди рассказала Пёстрому Скорпиону о реальных расценках. Но даже с этой информацией переговоры шли мучительно тяжело.

Покупатели утверждали, что, закупая оптом, они и продавать будут со скидкой.

Пёстрый Скорпион же парировала, что при оптовой продаже не стоит гнаться за сверхприбылью. Она даже заявила, что они могут сами отвезти туши в Поселение Эгиды и продать их там.

Неважно, смогла бы она попасть в Поселение или нет, одного статуса жителя у Синди было достаточно, чтобы провести с собой одного человека. А если учесть её дочь, то они оба могли бы войти в город.

В итоге сошлись на цене в шесть серебряных за тушу — вдвое выше первоначального предложения.

Пёстрый Скорпион и Цюй Цзяньлэй убили около шестисот волков, так что только на разнице в цене они заработали тысячу восемьсот серебряных. Без помощи Синди цена была бы куда менее приятной.

В общем, за эту битву они потратили около пятисот серебряных, в основном на патроны. Больше всего съел пулемёт в самом конце боя. А чистая прибыль составила около десяти тысяч серебряных — настоящий куш.

Однако покупатели туши вожака заявили, что у них нет с собой столько наличных, и расплатиться они смогут только в Поселении Эгида-Три.

Пёстрый Скорпион, заработав такую крупную сумму, не раздумывая, вручила Синди чек на сто серебряных в качестве вознаграждения.

Окружающие с удивлением наблюдали за ними. Когда это они успели так сдружиться?

На следующее утро все принялись за уборку поля боя.

Пёстрый Скорпион же сняла номер из двух комнат. Цюй Цзяньлэй спал в дальней, а она дремала в ближней, оставаясь начеку.

В целом, на заставе было относительно безопасно. Цюй Цзяньлэй проспал целые сутки.

Он проснулся на рассвете, чувствуя себя свежим и отдохнувшим. После плотного завтрака они были готовы отправляться в путь.

Синди уже отпросилась с работы на заставе. Хоть её заработок и был невелик, но благодаря покровительству боевого товарища её покойного мужа, она жила здесь относительно свободно.

Цюй Цзяньлэй ещё раз уточнил у неё:

— У тебя уже есть сто серебряных. Ты уверена, что хочешь и дальше рисковать с нами?

Но Синди смотрела на вещи трезво. Сто серебряных помогут им продержаться какое-то время, но разве этого хватит на всю жизнь? К тому же, она беспокоилась о воспитании дочери, с которой не могла проводить много времени.

Пёстрый Скорпион тихо шепнула Цюй Цзяньлэю:

— Здесь погиб её муж, а всё их имущество отняли… Вряд ли хоть одна женщина захочет оставаться в таком месте.

Только тогда Цюй Цзяньлэй официально принял Синди в их команду.

Спустя сутки пути они наконец добрались до Поселения Эгиды. За городскими стенами их ждала дочь Синди, Клэр.

Это была коренастая девочка лет двенадцати, ростом чуть выше метра сорока, но очень крепко сбитая. В её глазах горел дерзкий огонёк, выдавая независимый характер.

К матери она относилась хорошо, но на Цюй Цзяньлэя и Пёстрого Скорпиона смотрела с холодным безразличием.

Однако, увидев огромную тушу вожака, она резко изменила своё отношение к Цюй Цзяньлэю, да и к Пёстрому Скорпиону стала дружелюбнее. Искатель приключений, способный зарубить вожака, — такой герой воплощал все девичьи мечты о силе.

Статус жителей Поселения у матери и дочери сохранился, так что провести Цюй Цзяньлэя и Пёстрого Скорпиона в город не составило труда.

Однако у самых ворот два грузовика с тушами вожаков тут же окружили.

Это были представители местных сил, прознавшие о том, что позавчера ночью одна из застав была атакована стаей волков. Все знали, что сделка по большому вожаку уже заключена, но ведь… был ещё и второй, поменьше!

К счастью, Синди прожила в Поселении Эгида-Три достаточно долго. Она решительно заявила:

— Мы собираемся продать его в Поселении.

В Пустоши грубая сила — лучшая защита. Не будь рядом Цюй Цзяньлэя и Пёстрого Скорпиона, Синди не осмелилась бы так говорить.

Но сейчас все собравшиеся знали, что именно эти двое убили обоих вожаков и спасли людей на заставе. Кто осмелится им перечить?

Стражники у ворот даже не попросили их снять маски и не стали проверять документы, просто пропустив внутрь.

По их словам, это были герои, спасшие множество жизней, и их личности не имели значения. Если бы они не убили вожаков и не обратили стаю в бегство, окрестным диким лагерям тоже пришлось бы несладко. Без вожака стая распадётся на мелкие группы, и защищаться от них будет гораздо проще.

Жители Поселения хоть и смотрели на обитателей диких лагерей свысока, но в конце концов, все они были людьми. А без искателей приключений, добывающих ресурсы и обеспечивающих безопасность, Поселение не смогло бы выжить.

Поэтому отношение стражи было вполне понятным. Легкий грузовик, вооружённый и гружённый боеприпасами, мог въехать в город. Они даже с Синди были подчёркнуто вежливы.

В городе Синди отвела их в холодильные склады, где они арендовали отсек для туши вожака, а затем отправились получать деньги за второго.

Никаких неприятных сцен не произошло. Кто в здравом уме станет провоцировать человека, способного убить вожака ледяных волков?

Затем Синди нашла маклера и объявила, что завтра состоится аукцион по продаже второй туши — в Пустоши были свои правила, позволяющие получить максимальную выгоду.

После этого она повела их за покупками. К неудовольствию Цюй Цзяньлэя, энергоблоки здесь стоили очень дорого.

В Поселении Рубеж-Пять он покупал их по цене, эквивалентной семидесяти серебряным за штуку. Здесь же они стоили сто десять.

И даже при такой цене в магазине заявили:

— Это ещё со скидкой, в знак уважения за то, что вы убили вожака!