Надежда

Прогресс в переплавке ци остановился, но познания в Тайцзи росли стремительно. В свободное время он начал практиковать его формы. Сяо Цзин, увидев изящные движения, тоже захотел научиться.

Цюй Цзяньлэй заметил, что мальчик, при всей своей любознательности, ни разу не просил научить его медитировать. Он был уверен, что Сяо Цзин всё понимает. Любой бы заметил, что именно во время медитации он тратит больше всего энергии и использует драгоценные кристаллы. Основа его силы — в медитации. Но Сяо Цзин был умён и понимал, что в некоторые тайны лучше не лезть.

Но Цюй Цзяньлэй не торопился учить его Тайцзи. Во-первых, он и сам ещё не до конца во всём разобрался. А во-вторых…

— Кроме тренировок и уборки, у тебя есть ещё и обязанность следить за округой. Думаешь, раз похолодало, дроны перестанут летать?

Даже на Земле дроны были всепогодными. Технологии в Пустоши до апокалипсиса были куда совершеннее. Он был уверен, что даже в шестидесятиградусный мороз патрулирование не прекратится.

— Братец Хэйтянь, я знаю, что ты на свалке впервые… — Сяо Цзин посмотрел на него со странным выражением. — Но ты же должен знать, как тут всё устроено?

— Должен? — нахмурился Цюй Цзяньлэй. — А я вот не знаю… Расскажи-ка.

— Не может быть, — ужаснулся Сяо Цзин. — Ты же из поселения.

— Я не из поселения, — отрезал Цюй Цзяньлэй. — Если я делаю что-то, что заставляет тебя так думать, скажи, я исправлюсь.

— Невозможно, — покачал головой Сяо Цзин. — Твои знания и умения… ты не можешь быть дикарём.

Ни «Игры пяти зверей», ни «Восемь кусков парчи» не были доступны простым выжившим. Да и его привычки — кто из дикарей будет так заботиться о чистоте или пользе овощей? Явно выходец из знатной семьи.

— Расскажи про свалку, — усмехнулся Цюй Цзяньлэй, не став спорить.

— Ты же знаешь, что мусора на свалке постоянно прибавляется? — подумав, спросил Сяо Цзин.

— Знаю.

— А знаешь, откуда он берётся?

— Нет, — отрезал Цюй Цзяньлэй. Раньше ему было не до этого.

— Каждый раз после зимовки мусора становится больше. Знаешь, почему? — с видом знатока продолжал Сяо Цзин.

— Не знаю, — начал терять терпение Цюй Цзяньлэй.

— Потому что зимой кто-то выбрасывает мусор, — таинственно прошептал Сяо Цзин.

— Если тебе нечего сказать, я спать, — Цюй Цзяньлэю это надоело.

— Потому что мусор привозят извне, — сдался Сяо Цзин.

— Извне? — опешил Цюй Цзяньлэй. — Откуда извне?

Эта новость его ошеломила. Он всегда думал, что мусор свозят из окрестных поселений.

— Не знаю, — покачал головой Сяо Цзин. — Я просто слышал, как взрослые об этом говорили.

— Говорят, на этой свалке не так много ценного мусора… — подумав, добавил он. — Более ценный, похоже, отвозят в другое место.

— То есть, мусор предварительно сортируют? — заинтересовался Цюй Цзяньлэй.

Сяо Цзин снова покачал головой.

— А почему поселения называют «Рубежами»? — спросил Цюй Цзяньлэй. — Есть и другие?

— Не знаю, — ответил Сяо Цзин. — Но поселений с названием «Рубеж» и так много, разве нет?

— Ты просто не знаешь, что такое «много», — вздохнул Цюй Цзяньлэй.

Он взял одну из купленных книг. В основном это были рассказы и романы, научной литературы почти не было. Максимум — справочники по растениям и оружию. Зато было много книг по психологии и мотивации. Но даже в них имена героев были изменены — «из соображений конфиденциальности».

«Информационная монополия», — догадался Цюй Цзяньлэй. Он не верил, что в мире, где столько техники, нет ни одной книги по её ремонту. Знания скрывали, и выжившие в дикой местности были на самом дне этой иерархии.

«Несправедливо!» — возмутился он. Но тут же подумал: «А так ли это для меня важно? Я — совершенствующийся. Когда я стану достаточно силён, я смогу пробить любой потолок. Так что пусть будет несправедливо. Пока что».

Он успокоился и принялся за усовершенствование теплообменника…

Эта зима была самой комфортной в его жизни в Пустоши. Через шесть дней кристалл был полностью поглощён, и он систематизировал свои знания о Тайцзи. Кроме кулака, он получил техники меча и «Тринадцати клинков Тайцзи». Ему больше нравился клинок — он был грубее и яростнее, что больше соответствовало его характеру.

Он начал тренироваться с короткой палкой вместо клинка, но даже с ней в пещере было тесно.

— Нужно расширить помещение, — предложил он.

Зима была в самом разгаре.

— И воды бы пополнить, — добавил Сяо Цзин.

Воды, которую они запасли, уже не хватало. Они оба любили чистоту, а после тренировок, особенно у Цюй Цзяньлэя, из тела выходило столько грязи, что не мыться было невозможно.

Цюй Цзяньлэй поддержал эту идею и даже дал ему вибрационный клинок, чтобы рубить лёд.

На третий день Сяо Цзин притащил кого-то.

— Братец Хэйтянь, этот человек почти мёртв. Спасаем?