Змеиное логово
Первая поломка вызвала небольшой конфликт. У другой машины заканчивалось топливо, и её водитель хотел купить бензин у сломавшегося грузовика. Но тот яростно воспротивился: «Если я отдам вам топливо, что делать нам?» Пока они спорили, остальные продолжили погоню.
Вскоре сломалась ещё одна машина. Преследователей осталось девять.
Цюй Цзяньлэй заметил это не сразу — груз в кузове мешал обзору. Он установил зеркала заднего вида — стандарт для машин на Земле, но редкость в Пустоши. Но даже они не давали полной картины.
— Фары… их всего девять? — случайно обернувшись, заметил он.
Он не думал, что кто-то из них осмелится ехать ночью без света.
Сяо Цзин, сидевший у него на коленях, вытянул шею, чтобы посмотреть.
— Сиди смирно, — цыкнул Цюй Цзяньлэй. — Мешаешь.
— Ты с самого начала знал, что они сломаются? Это и был твой план? — спросил Сяо Цзин, сосчитав фары.
— Нет, — спокойно ответил Цюй Цзяньлэй. — Я никогда не полагаюсь на ошибки других.
Он не удивился, но и не рассчитывал на это.
— Жаль, что сломалось так мало, — с сожалением сказал Сяо Цзин.
— Сегодня ты был молодец, — помолчав, сказал Цюй Цзяньлэй. — Иначе мы бы до этого момента не дотянули.
— Сегодня было действительно захватывающе, — сказал Сяо Цзин, одновременно возбуждённый и напуганный. — Я уж думал, нам конец.
— Этот риск был необходим, — ответил Цюй Цзяньлэй. — К счастью, удача была на нашей стороне.
— Это ты называешь удачей? — не удержался Сяо Цзин. — Не думал, что на нас слетится столько стервятников…
— А какой у тебя был план? — спросил он.
— Он в действии, — ответил Цюй Цзяньлэй. — Могли бы и раньше, но и сейчас не поздно.
— Не понимаю.
— Я забыл, у тебя же топографический кретинизм, — усмехнулся Цюй Цзяньлэй. — Мы едем к Трёхцветному Болоту.
— Трёхцветное Болото… — Сяо Цзин задумался и похолодел. — То самое, что кишит ядовитыми змеями?
В первый же день в Рубеже-Пять ему рассказали о самых опасных местах в округе. Трёхцветное Болото было одним из них.
— У нас нет союзников, придётся просить помощи у зверей, — спокойно ответил Цюй Цзяньлэй.
Если бы не внезапная идея Сяо Цзина, он бы уже давно свернул в другое опасное место. В этом и заключался его план. Насколько он был успешен, он и сам не знал. Но в голове у него была одна мысль: «Кто бы ни пытался меня достать, я утащу его с собой в могилу».
Благодаря совету Сяо Цзина он трижды спрыгивал, чтобы атаковать, и заставил преследователей держаться на расстоянии. Это дало ему время выбрать самое подходящее место для ловушки.
— Плохо дело, — заметили преследователи. — Он что, едет к Трёхцветному Болоту?
В пылу погони легко было сбиться с пути, но среди них не было новичков. У них не было такого феноменального чувства направления, как у Цюй Цзяньлэя, но большинство из них жили в Рубеже-Пять и хорошо знали окрестности. Было бы странно, если бы никто не разгадал его замысел.
— Болото… а машина не застрянет? — спросил кто-то, кто был здесь не так давно.
— Трёхцветное Болото — это старое название, воды там давно нет, — усмехнулся кто-то. — Зато ядовитых змей полно.
— И что? У нас хорошая защита, и мы быстрые.
— Не всё так просто. Там водится Змея-Проволока. Она очень прочная и может намотаться на ось.
— У меня с собой есть немного репеллента. Могу продать. Кому-нибудь нужно?
У некоторых репеллент был, но у большинства — нет. Змеиное мясо в основном было несъедобным из-за мутаций, а их яд — слишком опасным. Охотиться на змей было невыгодно. Но иметь при себе немного репеллента было обычной практикой для искателей приключений.
Тут же кто-то в общем канале возмутился, что продавать репеллент в такой момент — не по-товарищески. Но тот не уступал: «Я его тоже покупал, а не на дороге нашёл. Что, должен был даром отдать?»
После недолгих препирательств они разделили репеллент и въехали в Трёхцветное Болото. Оно было фиолетово-зелёно-жёлтым, но ночью цвета были неразличимы. С другой стороны, близилась зима, и активность змей ночью была низкой.
Пикап Цюй Цзяньлэя с включёнными фарами нёсся вперёд, давя змей на своём пути. Погоня следовала за ним. Через десять минут кто-то закричал:
— Ублюдок… он бросил смесь из топлива, белого фосфора и серы!
Белый фосфор самовоспламеняется на воздухе. С топливом этот процесс происходит мгновенно. При горении он выделяет ядовитый белый дым. Но в открытом поле это было не так страшно. Однако добавление серы меняло всё. Сера не только усиливает горение, но и сводит змей с ума.
Смеси было немного, но как только она вспыхнула, Трёхцветное Болото взорвалось.
Пикап Цюй Цзяньлэя был уже далеко впереди. Разбуженные змеи, не найдя его, набросились на девять машин позади. Многие из них даже не почуяли запаха, а просто среагировали на панику сородичей. Змеи остро чувствуют вибрацию земли, и паническое бегство тысяч змей было для них сигналом опасности.
В одно мгновение бесчисленные змеи обрушились на преследователей. Они бились о броню и стёкла. Многие из них были мутантами, и их удары были не слабее пуль гауссовой винтовки. Бронестекло могло выдержать несколько попаданий, но не такой шквал.
И тут появилась Змея-Проволока. Её кожа и жилы были невероятно прочными и ценились на рынке. Но сейчас десятки таких змей опутывали колёса машин, замедляя их. А потом случилось самое страшное.
— Крылатый змей! Здесь есть Крылатый змей!
Крылатые змеи — не просто прыгающие, а по-настоящему летающие твари. Они были редкостью, и многие считали их легендой. Но сейчас в небе кружили четыре или пять тёмных силуэтов.
— Отступаем, быстро! — кто-то не выдержал. Деньги — это хорошо, но жизнь дороже.
— Но… мы почти стоим! — в отчаянии закричал кто-то. — Лучше прорываться вперёд!
Но прорваться было не так-то просто. Девять машин оказались в ловушке.
— Ты всё это предвидел? — с ужасом спросил Сяо Цзин, глядя назад.
— Нет, просто попробовал, — спокойно ответил Цюй Цзяньлэй. — Я был уверен, что это их задержит.
Он был скромнее, чем следовало. Он использовал не просто топливо, а смесь с малым энергоблоком, серой и феромонами. Он был уверен в этом рецепте. Но даже он не ожидал такой яростной реакции.
— Посмотри, кто вырвется первым, и стреляй по нему из пулемёта, — сказал он. — Неважно, попадёшь или нет. Главное — создать им проблемы.