Новый дом

Условия для выживания в Поселении Рубеж-Один были куда лучше, чем на Рубеже-Четыре.

Поселение приютилось у подножия Бесконечного хребта, в горах которого не только рос низкий кустарник, но и находились небольшие участки земли, пригодной для возделывания.

Здесь даже били горные ключи с питьевой водой, хотя их было и немного.

«Что же там, за Бесконечным хребтом?» — задумался Цюй Цзяньлэй.

При этих словах лицо Разлома побелело.

— Ты хочешь пересечь Бесконечный хребет?

Цюй Цзяньлэй знал, что центральная часть горной цепи — запретная зона. Мало того, что там царил суровый климат, так она ещё и кишела могучими дикими зверями и мутантами.

Но одна лишь мысль о господине Сае вызывала у него неприятный озноб. Он чувствовал, что находится в смертельной опасности.

Его потребность в безопасности была болезненно острой.

— У тебя есть какие-нибудь сведения о той стороне гор? Если есть, будем считать, что мы в расчёте.

«Прокормить тебя зиму в обмен на толику информации — не слишком ли высокая цена?» — подумал он.

— Там… — Разлом помедлил, но всё же ответил. — Скорее всего, тоже Пустошь. И другие поселения.

Цюй Цзяньлэй нахмурился.

— А как там с порядком?

— А чего ты ждал? — Разлом развёл руками и медленно проговорил: — Если бы там было намного лучше, слухи бы уже разнеслись повсюду.

— Это не обязательно, — возразил ему Сяо Цзин. — А если кто-то намеренно создал информационную блокаду? Кто тогда узнает?

Слова «информационная блокада» он подхватил у Хэйтяня, но счёл их очень точными.

Разлом почти всегда был погружён в апатию, с его лица не сходило выражение смертельной тоски. Но, услышав слова Сяо Цзина, он на миг оживился, и в его глазах блеснул огонёк.

— Надо же, додумался до такого… Редкость. Впрочем, я всего лишь обычный искатель приключений. Просто знаю о Пустоши чуть больше других.

— Поселения там тоже из серии «Рубеж»? — снова спросил Цюй Цзяньлэй.

Разлом задумался и покачал головой.

— Вряд ли… Главное Поселение Рубежа находится на этой стороне.

— А ты бывал в Главном Поселении Рубежа? — не унимался Цюй Цзяньлэй.

— Не моего поля ягода, — Разлом снова погрузился в своё полумёртвое состояние. — Простым смертным туда вход воспрещён.

— Это правда, — кивнул Сяо Цзин. — Даже официальные жители обычных поселений не имеют права туда соваться.

Разлом взглянул на него и не удержался от вопроса:

— А ты, я смотрю, хорошо знаком с жизнью в поселениях?

Сам он за все годы своих скитаний попадал в поселение всего дважды, а этот мальчишка, похоже, знал о них не понаслышке…

— У нас в семье случилась беда, — равнодушно ответил Сяо Цзин. — В живых остался только я. Пришлось выживать снаружи.

Разлом, немного поразмыслив, спросил:

— Кому-то дорогу перешли?

Статус официального жителя поселения не могли аннулировать просто так, даже если человек оставался сиротой.

Сяо Цзин сохранял всё то же бесстрастное выражение.

— Кое-кто положил глаз на наше добро. Я не мог защитить имущество, но и умирать не хотел.

В Пустоши человеческая жизнь не стоила и ломаного гроша. Он говорил об этом так, будто пересказывал чужую историю.

Разлом подумал, а затем перевёл взгляд на Цюй Цзяньлэя.

— Ты тоже хочешь перебраться через Бесконечный хребет, потому что кому-то насолил?

— Тц, — Цюй Цзяньлэй досадливо цыкнул языком и глухо ответил: — Разве найдётся в Пустоши выживший, у которого нет врагов?

Взять хотя бы ту же Пёстрого Скорпиона. Пусть они и разрешили свой конфликт, кто знает, как обернётся их следующая встреча? Ни один выживший не мог перебить всех своих потенциальных недругов.

А такие, как господин Сай… они, вероятно, уже давно вышли за рамки категории «выживших».

Разлом не усомнился в его словах, лишь с любопытством уточнил:

— Ты ведь раньше не бывал в Поселении Рубеж-Один?

За прошедшую зиму он успел немного узнать о своих спутниках.

Цюй Цзяньлэй молча кивнул. Не мог же он объяснить, что навлёк на себя гнев человека из самого Главного Поселения.

Но Разлом был слишком опытён, чтобы не догадаться, что тот чего-то опасается.

— На Рубеже-Один порядок довольно строгий, — сказал он низким голосом. — Даже если кто-то и отыщет тебя здесь, ему придётся дважды подумать о последствиях.

Цюй Цзяньлэй смотрел на него с каменным лицом.

Разлом задумался, а потом добавил:

— Если хочешь пересечь Бесконечный хребет, придётся бросить и машину, и большую часть припасов.

Эти слова попали в самое больное место. Разве легко ему досталось всё это добро? Такая удача выпадает раз в жизни, не говоря уже о том, что он вырвался из кольца погони, в которой участвовало больше дюжины машин.

Он невесело усмехнулся. Проблема была в том, что чувство тревоги не отпускало его ни на миг.

— В крайнем случае продам всё.

Но сказать было проще, чем сделать. В машине хранилось множество жизненно необходимых вещей. Если он всё продаст, как ему пересечь Бесконечный хребет?

Разлом угадал его мысли.

— Может, поступим так: поживём здесь какое-то время…

Он имел в виду, что за это время можно не только израсходовать часть припасов, но и совершать вылазки в горы, чтобы осмотреться. Это будет своего рода акклиматизация, да и дичи какой-нибудь подстрелить можно. А если на Рубеже-Один станет неспокойно, они втроём просто тихо исчезнут.

Самое главное, зима только-только закончилась, и в Бесконечном хребте всё ещё было невыносимо холодно. Если уж и уходить, то лучше дождаться лета.

— …Я постараюсь разузнать, нельзя ли достать карту, — добавил Разлом. — А если найдётся караван контрабандистов, будет и того лучше.

Цюй Цзяньлэй наконец поддался на уговоры, но последняя фраза его ошеломила.

— Неужели здесь и правда есть контрабандисты?

Разлом с непроницаемым видом покачал головой.

— Кто знает?

— И то верно, — кивнул Цюй Цзяньлэй. — Что ж… тогда для начала найдём, где остановиться.

За стенами Поселения Рубеж-Один домов было гораздо больше, чем у Рубежа-Четыре. Навскидку — не меньше сотни тысяч. Да и народу здесь обитало куда больше.

Когда Разлом подъехал к окраинам, многие уже с любопытством разглядывали их чужацкий грузовичок.

— С этого момента зовите меня Хэйтянь, — внезапно произнёс Цюй Цзяньлэй.

Лицо Разлома осталось бесстрастным, он лишь едва заметно кивнул.

Сяо Цзин подумал и, подражая ему, заявил:

— А я теперь буду Сяо Цзин.

По мере приближения к поселению под колёсами появилась дорога. Пусть и отсыпанная гравием, но всё же это было уже кое-что, создающее иллюзию цивилизации.

Но даже здесь гружённый припасами лёгкий грузовик был редкостью.

Тут же к ним подкатил мотоциклист и спросил, не продают ли они свой товар.

Разлом с такими делами управлялся мастерски. Не говоря ни слова, он просто равнодушно отмахнулся.

Вскоре они добрались до жилых построек за стенами, где их тут же обступила новая толпа, предлагая арендовать лавку. Если бы не убогий вид этих лачуг, назойливость местных посредников могла бы сойти за признак развитой рыночной экономики.

Разлом снова проигнорировал их, припарковал машину на пустыре и прикрепил к лобовому стеклу табличку: «Сниму небольшой дом с двором для парковки. Посредников просьба не беспокоить».

Этот ход сработал. Вскоре к ним начали подходить с предложениями.

Примерно через два часа они договорились об аренде небольшого домика на самой окраине, с двориком и четырьмя комнатами.

Торговля здесь и впрямь процветала: хозяин даже согласился принять в качестве платы за аренду вещи. Но и цена была немалой: один автомат Гаусса за месяц проживания.

Разлом долго торговался и в итоге сошёлся на двух автоматах за три месяца.

После он с досадой пробормотал:

— Этот тип сейчас перепродаст их и снова наварится.

Цюй Цзяньлэй покачал головой и спокойно заметил:

— Нужно дать людям заработать, тогда и они пойдут тебе навстречу.

Разлом только этого и ждал.

— Мне ведь тоже понадобятся средства, чтобы разузнать новости, так?

Цюй Цзяньлэй удивлённо взглянул на него.

— А я думал, ты попросишь оружие.

— С этим спешить некуда, — без обиняков ответил Разлом. — Длинного клинка мне пока хватит. С оружием в руках легко потерять контроль.

«Истинный ветеран Пустоши!» — невольно восхитился Цюй Цзяньлэй. Он знал эту истину: когда в руке клинок, в сердце пробуждается жажда крови.

Но серебряных у него было немного. Он достал всего две монеты: одну с Рубежа-Четыре, другую — с Рубежа-Пять.

— Знаешь, как ими пользоваться?

— Понял, — кивнул Разлом, про себя удивляясь, что у этого парня и впрямь есть серебряные. — Сначала нужно будет незаметно обменять их где-нибудь подальше.

Так они втроём тихо и незаметно обосновались на новом месте.

В последующие дни Цюй Цзяньлэй полностью посвятил себя совершенствованию. Сяо Цзин тоже тренировал тело, но, будучи ещё мальчишкой, время от времени не мог усидеть на месте и уходил побродить по окрестностям. Жизнь у поселения имела свои плюсы: большинство товаров повседневного спроса можно было купить без труда.

Цюй Цзяньлэй не сидел сложа руки. У него был определённый талант к ремонту механизмов. За прошедшую зиму он отобрал немало полезного хлама и теперь, мастеря всякие безделушки, мог обменять их на кое-какие ценности.

Не прошло и полумесяца, как по округе разнеслась весть, что новый жилец — первоклассный механик. Некоторые даже стали приходить к нему с заказами.

Обычно Цюй Цзяньлэй от таких предложений отказывался — он не любил быть связанным обязательствами. Мастерить что-то по своему желанию — это одно. Каким получится изделие — решала его прихоть. Но ремонтировать или создавать вещи по чужому заказу было ему неприятно. К тому же многие требовали уложиться в определённые сроки, что раздражало его ещё больше.

Однако после того, как он отказал двоим подряд, Разлом высказал своё мнение:

— Твоё упрямство мешает мне собирать сведения.

Все вокруг знали, что они трое — одна команда. Разлом с трудом наладил кое-какие контакты, а теперь ему постоянно пеняли на несговорчивость его товарища.

Цюй Цзяньлэй подумал и согласился, что в этом есть резон. В незнакомом месте нельзя портить отношения со всеми подряд.

Поэтому он ответил:

— Простой ремонт я могу сделать. Но только если заказчик будет покладистым. И ещё одно, самое важное: никаких сроков.

Разлома такой ответ не слишком удовлетворил, но проблема была в том, что Хэйтяня эти гроши за ремонт совершенно не интересовали.

Ему оставалось лишь утешать себя: «Ладно, хоть что-то, чем совсем ничего».

Так и повелось: просить Хэйтяня о чём-то было бесполезно, а вот через Разлома иногда удавалось договориться. Впрочем, Разлом отлично разбирался в людях и брался только за те заказы, где платили хорошо, а хлопот было мало.

Незаметно пролетел месяц. Цюй Цзяньлэй обнаружил, что снова упёрся в предел своих возможностей.

«Четвёртый уровень переплавки ци… Кажется, это мой пик. Третий кристалл зверя-мутанта уже наполовину истрачен, а прогресс почти незаметен».

Он решил отправиться в Бесконечный хребет, чтобы своими глазами увидеть тамошних тварей и, если повезёт, столкнуться со зверем-мутантом.

Услышав об этом, Сяо Цзин тут же вызвался пойти с ним.

Цюй Цзяньлэй отрезал без обиняков:

— Если случится беда, мне будет не до тебя!

Кроме того, у Сяо Цзина была важная задача — присматривать за домом. За этот месяц Разлом отчасти влился в их небольшую группу, но… доверять ему полностью было ещё рано.

А главное, Разлом целыми днями где-то пропадал, собирая слухи. Кто-то же должен был оставаться на хозяйстве.