В бой

Худощавый командир заметил, что у мужчины и женщины на грузовике было целых три винтовки. Ситуация была критической, и он, не раздумывая, бросился к ним.

На самом деле у Цюй Цзяньлэя и Пёстрого Скорпиона оружия было куда больше. Когда они шли по Пустоши, у каждого было по две длинноствольных винтовки и пистолету, причём две из них были пулемётами. На купленной машине тоже был пулемёт, который Цюй Цзяньлэй решил оставить. А в рюкзаках у них лежало ещё по автомату Гаусса. У Цюй Цзяньлэя был даже обрез и дробовик. У него было шесть единиц оружия, у Пёстрого Скорпиона — четыре. И это не считая того, что они оставили в горах.

— У вас много оружия, а там его не хватает. Временно реквизирую… твою мать, сколько у вас стволов?! — он остолбенел, увидев арсенал в кузове. — Вас сколько человек?

Слово «реквизирую» неприятно резануло слух Цюй Цзяньлэя. Он посмотрел на Пёстрого Скорпиона, предоставляя ей разбираться. Она привыкла к его роли «серого кардинала». Она уважала командира и понимала серьёзность положения.

— Два пулемёта и обрез можете взять, — сказала она.

— Мне не только пулемёты нужны, — отрезал тот. — Оставьте себе две длинноствольных винтовки и пулемёт на машине, этого хватит.

Он предпочитал автоматы Гаусса — они экономили патроны. А те, у кого не было оружия, всё равно не умели обращаться с пулемётами.

— Лазерные пистолеты нам нужны для самообороны, — возразила она.

— Пистолеты оставьте, — махнул он рукой. — И дробовик тоже. Но два автомата Гаусса отдайте.

— Невозможно, — отрезала она. — Максимум один.

— Тогда ещё одну лазерную винтовку, — нахмурился он. — Если мы все погибнем, вы двое не выживете.

— Держи! — Цюй Цзяньлэй бросил ему свою лазерную винтовку. — Но энергоблоков у нас нет!

В винтовке оставалось энергии на тридцать с лишним выстрелов. Хоть его тон и был резким, но он помог. Командир, схватив оружие, ушёл.

Кто-то, наблюдавший за этой сценой, подумал, что это логично: перед лицом смерти лучше пожертвовать имуществом. Другие же удивились: «Неужели в их рюкзаках только оружие и патроны?».

Да, Цюй Цзяньлэй был параноиком. Но в рюкзаках были ещё и жу-сун, и энергоблоки.

— Ты серьёзно будешь стрелять только из автомата Гаусса? — спросила Пёстрый Скорпион.

— Если волки прорвутся, я возьму пулемёт. Автомат отдам тебе.

— Это разумно, — кивнула она. — Вблизи я тоже предпочитаю автомат Гаусса, дешевле обходится.

На заставе воцарился порядок. Волков было уже тысяч пять-шесть. Они прекратили атаки и просто кружили в отдалении. Командиры совещались, остальные готовились к бою. Женщина, торговавшая топливом, разливала его по бутылкам — для зажигательной смеси.

Цюй Цзяньлэй и Пёстрый Скорпион были чужаками, с ними никто не советовался.

— Так вот почему она не продала мне топливо, — покачал головой он.

— Да сколько его на этой заставе? — усмехнулась она. — Против шести тысяч волков…

— Звери боятся огня, — небрежно бросил он. — А огонь побеждает лёд, разве нет?

— Огонь побеждает лёд? — она задумалась. — Кажется, я слышала об этом. Это связано с какой-то древней войной.

В Пустоши были лишь стычки. Войнами называли только события до конца света.

— Не бери в голову, — отмахнулся он. — Ледяные волки не обязательно рождаются во льдах. А топливом с одной заставы большую стаю не испугаешь.

— Нет, в этом что-то есть, — покачала она головой. — В словах «огонь побеждает лёд» есть глубокий смысл.

В языке Пустоши слово «побеждает» имело мистический оттенок предопределённости. Цюй Цзяньлэй собирал такую информацию, но сейчас было не до этого.

— Я просто так сказал. Лучше бы узнать повадки этих волков.

Они не знали даже, мутанты ли это.

— Они хотят нас измотать, — сказал кто-то неподалёку. — Будут атаковать днём и ночью.

— Может, мне пойти разузнать? — предложила Пёстрый Скорпион.

— Осторожнее, не будь как тот идиот Разлом, — сказал он.

— В сборе информации он был слаб, — хмыкнула она. — Может, найдём здесь напарника?

— Здесь? Надёжного?

— А я для тебя вначале была надёжной? — её слова попали в точку.

Он на мгновение задумался, не пытается ли она создать свою фракцию. Но тут же отбросил эту мысль. Они оба были здесь чужаками. Даже если она найдёт кого-то, потребуется время, чтобы наладить доверие. К тому же, сможет ли она так легко найти надёжных людей?

— Тогда придётся тебе за этим проследить, — кивнул он. — Ты хороший боец, но сидеть за рулём — не твоё.

Она улыбнулась. «Наконец-то он признал мои снайперские способности».

Через час она вернулась.

— Нашла…

Её новой напарницей стала та самая женщина, торговавшая топливом. Её звали Синди, она была жительницей Поселения Эгида-Три. Её муж, командир отряда городской стражи, погиб в бою. На него списали все неудачи. Вдове выплатили мизерную компенсацию, отобрали дом. Имущество растащили братья мужа.

Она осталась на улице с дочерью. Товарищи мужа помогли ей устроиться на эту заставу, принадлежавшую поселению. Зарплата была стабильной, но небольшой. Дочь жила в съёмной комнате за стенами Эгиды-Три, и Синди видела её лишь два дня в месяц.

Она согласилась присоединиться к ним с одним условием: они возьмут с собой её дочь. Пёстрый Скорпион согласилась. Раз Хэйтянь заботился о Сяо Цзине, то и девочку не бросит.

А главное, Синди призналась: за время работы на заставе она припрятала немного топлива.