ГЛАВА 39

Следующее утро было в необычной для изгнанников атмосфере. Лес Древесных Сердец был полон еды и свежей воды, солнце ласково пробивалось сквозь густые кроны, а воздух был напоен ароматами цветов и мха. Стадо Мощи, измотанное скитаниями и битвами, впервые за долгое время расслабилось. Зо беззаботно резвилась с другими оленями, а Заря впервые за долгое время выглядела умиротворённой.

Рог большую часть времени проводил рядом с Росой. Её глаза, яркие и любопытные, притягивали его взгляд. Они исследовали укромные полянки, пили воду из чистых родников и делились историями своих жизней. Роса рассказывала о тайнах Леса Древесных Сердец, о его древних дубах и шепчущих ручьях. Рог, в свою очередь, делился воспоминаниями о своем племени, о битвах и надеждах, стараясь не слишком сильно упоминать о жестокости Утёса. Он чувствовал, как его сердце расцветает рядом с ней. Он почти забыл о своих сомнениях.

Почти.

Ясенька по-прежнему держалась особняком. Её взгляд постоянно скользил по краям Леса, а уши чутко ловили каждый звук из глубины чащи. Она совсем не доверяла Рябинке, и это было видно.

Когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, окрашивая небо в пурпурные и оранжевые тона, Рог подошёл к Ясеньке. Она сидела у подножия дуба, её шерсть казалась тусклой в предзакатных сумерках. Ветвь был рядом, пытаясь её чем-то отвлечь, но Ясенька лишь воротила нос.

— Ясенька, — осторожно начал Рог. — Почему ты так… напряжена? Мы в безопасности. Рябинка так добра к нам.

Молодая олениха резко подняла голову.

— Ты слеп, Рог? — её голос звучал устало, но твердо. — Да, она добра. Она нежная. Но... разве она сможет заменить нам Мощь? Этот Лес... он будто слишком красив, чтобы быть правдой. В Лесу Утёса мы знали, где враг. Здесь... враг может быть везде, и никто не видит его.

Ветвь вздохнул.

— Но кого ты видишь врагом, Ясенька?

— Не знаю! — Ясенька сорвалась. Её тело задрожало. — Я... я чувствую себя как тот оленёнок, которого загнали в ловушку с приманкой! Я не могу расслабиться! Рябинка будто думает, что мы слабее, что мы изгои! Она приняла нас слишком быстро.

Она закрыла глаза, и Рог увидел, как по её щекам текут слезы.

— Я глупо выгляжу, да? — прошептала она. — Я не хочу никого обижать. Но это чувство... оно меня съедает. Я не могу лгать самой себе. Я боюсь, Рог.

Ветвь осторожно прижался к ней боком.

Её глаза открылись, и она удивленно посмотрела на Ветвя, а потом на Рога. В её взгляде Рог увидел растерянность, а затем... облегчение.

— Значит... я не одна так чувствую? — прошептала она, пытаясь утереть слёзы.

— Ты не глупо выглядишь, Ясенька. Ты просто так думаешь. — прошептал Ветвь, крепче прижимаясь к ней. — Ты была напугана, как все мы. Но этот Лес... он не причинил нам вреда.

Ясенька посмотрела на Ветвя, потом на Рога. Её плечи опустились, и она тяжело вздохнула.

— Вы правы. — её голос звучал тихо, почти шепотом. — Я была не права. Мой страх... он ослепил меня. Все эти месяцы в Лесу Утёса научили меня ждать подвоха, видеть врага в каждой тени. А здесь... здесь просто мир. Я не хотела верить в это.

Она снова посмотрела на Рябинку, которая беседовала с Мухомором в центре поляны. Теперь в её взгляде не было недоверия, только глубокое сожаление.

— Я... я пойду и извинюсь перед Королевой Рябинкой. Она не заслужила такой грубости.

Рог кивнул, чувствуя, как с его души спадает тяжелый камень. Ему было больно видеть Ясеньку такой, но теперь она снова стала собой. И он понял: Лес Древесных Сердец действительно был их спасением.

Ясенька поднялась. Её шаги были увереннее, чем раньше. Рог и Ветвь последовали за ней.

Рябинка увидела их приближение. Она дождалась, пока они подойдут.

— Королева Рябинка, — начала Ясенька, склонив голову, — я глубоко сожалею о своих словах. Мой страх перед неизвестностью и раны прошлого заставили меня несправедливо обвинить вас и ваш Лес. Простите меня.

Рябинка ласково коснулась носом лба Ясеньки.

— Я понимаю, дитя. — её голос был мягким и полным сочувствия. — Страх — сильный зверь. Здесь, в Лесу Древесных Сердец, мы учимся отпускать его. Мы рады, что ты нашла свой мир.

Ясенька подняла голову, и на её лице впервые за долгое время появилась легкая, робкая улыбка.

Она, наконец, смогла расслабиться и поверить, что всё будет хорошо.