Глава 160.0

Я что, совсем с ума сошла от стресса?

Почему я, как загипнотизированная, закрыла глаза на его слова ‒ я и сама не понимала.

Не успела я погрузиться в темноту, как чужое дыхание вторглось в моё пространство.

Мягкое прикосновение, которое я ощутила на веках, коснулось и губ.

Тёплое, оно на мгновение замерло, не шевелясь.

«……?»

Я была слегка растеряна.

Он сказал "плата", и я ожидала чего-то серьёзного…

А это было похоже на детский поцелуй, украдкой, в игре.

Но это было невыносимо щекотно.

Я открыла глаза.

И тут же увидела лицо прямо перед собой.

Сам он, велев мне закрыть глаза, крепко зажмурился.

Его длинные ресницы красиво дрожали.

Прямая линия носа.

И почему-то покрасневшие кончики ушей.

«Почему?»

Мои мысли о нём были странными и нелепыми.

Почему этот наглый тип, который под видом платы просто домогается, вдруг ведёт себя так застенчиво, словно новобрачная?

Может, у меня уже глаза на лоб полезли?

Пока я думала эту глупость, его губы беззвучно отстранились.

Он, увидев, что мои глаза открыты, ничуть не удивился.

Только его зрачки были почему-то расфокусированы, когда он молча смотрел на меня.

Его горячие руки всё ещё сжимали мои щёки.

Мы были так близко, что стоило чуть пошевелиться, и наши губы снова бы встретились. Я невольно понизила голос до шёпота:

— …И это всё?

— …Нет.

Всего несколько секунд соприкосновения губ.

Мужчина, тяжело дыша, грубо стянул с шеи галстук.

— Можно ещё?

— Нет. Я не об этом… Мф!

Я ошиблась, открыв рот.

Руки, державшие мои щёки, переместились на затылок и сильно притянули меня, губы снова встретились.

Словно доказывая, что прошлый раз был просто шуткой, его язык властно вторгся в мой рот.

— М-м-ф…!

Я рефлекторно оттолкнула его.

Но большая ладонь, сжимавшая мой затылок, не двинулась с места.

Наоборот, он поймал мой отбивающийся язык и крепко сплёл с ним, не давая сопротивляться.

Мои невысказанные слова, выдохи ‒ всё было украдено и перемешано в беспорядке.

Чавк, чавк—

Влажные звуки сплетающейся плоти разносились по комнате, спутывая мои попытки прийти в себя.

Трясти головой было бесполезно.

Губы, которые я считала мягкими, упрямо липли ко мне, всасывая, облизывая, покусывая…

«Нечем дышать…!»

Я выдыхала, а он тут же вдыхал, так что задыхалась я быстро.

Это было слишком… для поцелуя.

— По, хы, дожди…!

Я уже колотила кулаками по его груди, когда мне показалось, что меня сейчас съедят.

Мои отчаянные попытки выжить наконец возымели действие?

Мужчина, тихо охнув, наконец оторвался.

И даже тогда, словно с сожалением, его язык, до последнего обводивший мои зубы, нехотя отстранился.

— Уф, фу….

Перекрытое дыхание вырвалось наружу.

Губы и кожа вокруг были влажными и саднили.

Я яростно тёрла их тыльной стороной ладони, сверля Сержио взглядом.

К счастью или к несчастью, он выглядел не лучше.

Опухшие, влажные от чужой слюны губы, покрасневшие глаза.

Видя, как он, такой, тем не менее, осматривает меня, словно выискивая возможность…

Я испугалась, что он сейчас снова набросится, и поспешно закричала:

— Зачем два раза?!

— …Что?

— Я ещё не согласилась на сделку, зачем два раза?!

— …Сделку?

Он сделал странное лицо, словно услышал незнакомое слово.

Я опешила.

— Ты же сам сказал: "Умоляй, цепляйся за подол, проси помочь"? Я ещё не решила, так что…!

Отойди!

Я раздражённо стряхнула его руку, всё ещё сжимавшую мой затылок.

— …Понятно.

Только тогда он, видимо, понял, и, к счастью, послушно отступил.

— Прошу прощения за бестактность, герцогиня.

И добавил, что было нехарактерно вежливо, так что я горько усмехнулась.

«Сделал всё, что хотел, а теперь извиняется».

Я недовольно смотрела на него, а он, отступив на шаг, спокойно сказал:

— Я выясню, что сейчас с Сефирот. Сегодня отдохни. Дворецкий покажет тебе комнату. Горничная тебе не нужна, я так понимаю?

Я растерялась от его тона, будто мое пребывание в доме герцога было само собой разумеющимся.

— Не надо. Уже поздно, я лучше вернусь…

— Нет.

Он нахмурился и резко оборвал меня.

— Теперь не отпущу.

— Что…

— Я получил плату, так что выполни мою просьбу. Мы же заключили сделку, правда?

— …...

— Отпустить тебя с пустыми руками ‒ я буду волноваться.

Пробормотав это вкрадчивым голосом, он вдруг пристально посмотрел на меня.

Я заметила, что его взгляд упал на мои припухшие губы, и поспешно ответила:

— Информацию можно и в письменном виде…

— Если ты вернёшься домой, не пробыв там и дня, это будет выглядеть глупо, не думаешь?

— …...

— Послушно останься. Это ненадолго.

Я не говорила, что вернусь в герцогский дом.

Не успела я ответить, как он развернулся.

И, в отличие от своей обычной ленивой манеры, довольно поспешно вышел из гостиной.

Щёлк, бух.

Дверь открылась и закрылась, и в гостиной, где только что бушевала буря, воцарилась тишина.

— …Что за?

Я озадаченно смотрела на след, по которому он исчез.

Поцелуй. Нет, плата?

Как ни назови, сделав это, он вполне нормально разговаривал.

Я не говорила, что согласна, но его требование было выполнено.

Но.

— …Что у него за лицо?

Словно он разочарован.

Меня задело выражение его лица в тот момент, когда я заговорила о сделке.

Первый поцелуй украли у меня, так с какой стати он так смотрит?

— Не может быть.

Я покачала головой.

Всё равно, если глубоко задуматься, себе дороже.

Сейчас.

Сейчас нужно беспокоиться о моём умирающем теле и о том, как вернуться.

— С этого момента попробуй найти здесь что-то, за что можно ухватиться.

Поэтому я старательно игнорировала голос, звучавший в ушах, и колотившееся сердце.

* * *

— Это…

Комната, которую показал мне дворецкий, была такой же большой и роскошной, как моя комната в герцогском доме.

Слишком щедро для гостя, который останавливается всего на пару дней.

— Другую комнату…

— Госпожа!

В этот момент, когда я уже собиралась попросить другую комнату, из комнаты выскочила фигура и крепко обняла меня.

— Нэнси.

— С вами всё в порядке? Почему так поздно? Я волновалась, вы выглядели так плохо…

— Тогда отдыхайте.

Не успела я и слова сказать, как дворецкий быстро скрылся.

Мне пришлось позволить Нэнси увести меня в комнату.

— Ты-то в порядке? Тебя никто не обижал?

Я не понимала, как Нэнси, которой я велела ждать в карете, оказалась здесь.

— Обижать? Нет! Господин дворецкий водил меня по всему дому, так что мне не было скучно.

— …Правда?

— Да! Это было потрясающе! Один зал был полон охотничьих трофеев Его Высочества, я думала, я в музее! А лабиринт из живой изгороди, а особняк, вся стена которого из драгоценных камней… Мы с вами потом тоже сходим!

Нэнси, глаза которой блестели, щебетала, как птичка.

Я была рада, что к ней не отнеслись плохо в отсутствие хозяина, но её восторг перед домом герцога вызывал у меня неловкость.

Я рассеянно кивала, как вдруг заметила, что в комнате не хватает кое-чего.

— Кстати, а где вещи?

— Вещи? Ах да, слуги всё забрали из кареты…

— Что? Неужели и ту коробку, что я привезла?

— Нет! Я сказала, что это ваше, и ни за что не отдам. Я отнесла её в кабинет, который примыкает к спальне.

Нэнси привычно повела меня в смежную комнату.

Я думала, что кабинет ‒ это так, для вида, просто стол и стул, чтобы гость мог поработать.

Но нет.

Меня встретили огромные книжные шкафы, похожие на те, что в герцогском доме, и множество книг на них.

Посредине стоял старинный письменный стол.

«Это… скорее похоже на комнату хозяина».

Я не знала, насколько величественен дом герцога, раз он предоставляет такие комнаты гостям, или это действительно его собственная комната.

Мне стало как-то не по себе, я покачала головой, но с облегчением увидела на столе знакомую коробку.

На этом экскурсия Нэнси не закончилась.

В другом проходе, примыкавшем к спальне, оказалась гардеробная, по размеру не уступавшая самой спальне.

— Посмотрите, госпожа! Изначально она была пуста, но меньше чем за час её заполнили! И всё точно под ваш размер. Видимо, поэтому и забрали ваши вещи.

— Нет, что за…

Глаза разбежались от бесчисленных платьев и нарядов, висевших на вешалках.

Их было не меньше, чем в герцогском доме.

Я понятия не имела, зачем они здесь, ведь я даже не сказала, что останусь.

«С ума сошли? Ради этого меня так долго держали в гостиной?!»

Не зная, что у меня душа в пятки ушла, Нэнси, словно во сне, пробормотала:

— Похоже, Его Высочество, в отличие от слухов, очень заботливый и внимательный…

С ума сошла?

Ещё раз назовёшь его заботливым ‒ я тебе язык вырву.

Мысленно ответив то, что не могла сказать вслух, я заметила, что взгляд Нэнси, смотревшей на меня, вдруг блеснул.

— …Кстати, госпожа, а что у вас с губой?