Эскалация

Зависть выпустил в направлении своего младшего братца-недотёпы сразу шесть кинжалов. Гордыня еще не мог с уверенностью сказать, какая маска, из им увиденных, за что отвечала, так как узоры на каждой хоть и были причудливыми и выделяющимися, да только из-за множества деталей в голове у нашего юного греха они перемешались. Он отвёл правую руку назад, накапливая на ней манну для удара, в то время как левой попытался прикрыть всё свое тело, облачив в обширную магическую оболочку. Рванув вперёд он рассчитывал, что ножи Зависти застрянут в плотной оболочке левой, в связи с чем у него появиться возможность нанести удар правой.

Да только не успели клинки старшего достичь уже прущего на него подобно поезду, наряженному в молниеносный костюм, младшего, как тут же взорвались еще на полпути, накрывая Гордыню потоком гари и жара. Ему пришлось на миг остановиться, а ноги плотно впились в каменную плитку под ногами. Когда дым от взрыва разошелся, оказалось, что Зависть уже успел сместиться назад и теперь готовился к очередной атаке. На этот раз подолы капюшона скрывали его лицо, что явно было не спроста.

— «Сменил маску», — тут же догадался Гордыня, готовясь к новой стихийной атаке.

Прежде чем новая волна клинков успела достигнуть его, маг реактивного передвижения уже успел набрать скорость и пробежаться по хлипким наклонным стенам бедных зданий на этой улице, оставив на каждой пару отпечатков собственных туфлей. Золотой змей зигзагом нёсся за ним, а еще один вновь обвился вокруг правого кулака, свидетельствуя о готовящейся атаке.

Зависть никак не мог поспевать за такой невероятной скоростью своего глупого братца, хоть и использовал все доступные ему трюки, чтобы быть на равных, исчезая из-под удара в последний момент. Сейчас он как раз готовился нырнуть в соседний переулок, дабы избежать того выпада, что готов был нанести Гордыня, в подготовке почти насквозь пронзив своими ногами серокаменную кладку жилого дома слева от Зависти. Его руки нырнули в многочисленные карманы полушубка, скрытые под серым плащом, а уже в следующий момент в сторону сорвавшегося с места юного греха мчались семь хладным лезвий.

Разрезая воздух, они оставляли за собой шлейф из инея, чётко давая понять, каким заклинанием были заряжены. Снова не имея нужды касаться мощной защитной оболочки Гордыни, ножи выпустили наружу сокрытые внутри них заклинания, разрастаясь ледяными шипами и разнося повсюду снежинки. Серьёзно зацепить данной атакой старший младшего и не надеялся. Однако её хватило, чтобы снизить скорость его атаки и охладить её пыл.

Гордыня быстро обнаружил, что хоть серия ледяных взрывов и не нанесла ему никакого урона, его правая рука застыла прямо посреди удара, чего хватило Зависти, дабы нырнув во тьму переулка бросить еще залп стали, прежде чем рвануть вверх на крыши. Юный грех в ответ на это мгновенным всплеском манны сбросил оковы внезапной зимы со своего тела и впервые решил ответить ударом на удар. Снова прыгнув прямиком на амбразуру, Гордыня за секунду оказался в паре сантиметров от готовящихся выпустить новое заклинание клинков и смёл их ударом левой. Громовой залп пробил стену и забросил жалкие куски стали туда. Но Зависть словно предугадал подобный ход своего младшего братца, а потому даже унесённые прочь ножи после активации сделали своё дело. Мощный поток дыма окутал переулок, полностью накрыв его через дыру в стене.

И хоть у Гордыни не более пары секунд заняло унести дымовую завесу прочь новым ударом и скакнуть за братом на крышу того же здания, что и продырявил до этого, но Зависти нужна была каждая такая задержка, если он надеялся победить. Умело использовав её, он уже успел расставить ловушку способному сократить между ними расстояние в миг братцу, оставив пару клинков воткнутыми в месте его вознесения. Ножи снова рванули и наполнили округу пламенем. Гордыня хоть и попался прямо под удар, но даже не подал виду, что это хоть как-то его побеспокоило. А потому Зависть выпустил целый рой стали в его сторону.

На этот раз в сторону юного греха летело уже не менее десяти ножей, в то время как краешек маски, что выступал из-под серого плаща выглядел не так, как прежде. Не смотря на это, Гордыня вновь решил плюнуть на все эти заморочки и бросился вперёд. И ровно в этот момент ножи не выпустили очередное заклинание, а стали больше. Значительно больше. Каждый стал походить по размерам на якорь имперского линкора. Да и по весу тоже. Плотной блестящей стеной им вновь удалось скрыть от Гордыни, куда ускользнул Зависть, а проскочил он меж ними уже не без потерь. На правой щеке осталась ссадина, а правая штанина оторвалась. Те клинки, что он не отбросил прочь своими кулаками, через секунду подобно пушечным ядрам обрушились на крыши домов позади. Зависть снова был в десяти метрах от него, заготавливая очередную партию стали.

— «И снова маска уже другая», — заметил Гордыня.

— «На этот раз я тебя остановлю!» — подумал Зависть, напитывая маной ножи в руках.

Ситуация, в которой оказались два брата через секунду, по первой ничем не отличалась от тех, что им уже удалось пройти до этого. Гордыня снова пытается прорваться сквозь стальную угрозу Зависти, а тот… А тот напряженно стоит на месте! Причем руки его застыли в том же положении, при котором он выбросил стальные лезвия из них. Пытливый взгляд Гордыни впился в своего старшего. Из-за чего он не заметил, что в этот раз клинки словно бы пропустили его сквозь себя, окружив его. Переведя всё свое внимание на изменение в поведении брата, юный грех в последний момент успел заметить крошечные блестящие нити, тянущиеся от пальцев Зависти к его клинкам. Тому оставалось лишь потянуть их на себя и перекрутить, чтобы заточить Гордыню в своей новой ловушке!

— Попался! — довольно вскрикнул Зависть впервые за всё то время, что они с Гордыней были знакомы.

Плотная стальная сетка впилась в тело Гордыни и стянула его по всем фронтам, заставив застыть в небе на секунду. Резким расширением своей оболочки он планировал сбросить эти оковы, но прежде чем у него это получилось, Зависть потянул его в сторону, а после впечатал в единственную каменную крышу из всех тех, что попали под его теневой купол. Намотав сети на левую руку, старший теперь готовился обстреливать Гордыню правой, крепко держа на одном месте, пока тот не сдастся. Маны ему вложить в нити пришлось не мало, отчего они стали почти продолжением его собственным путей. Это так же позволило ему четко следить за изменением манны в теле младшего. И заметить почти невозможный внезапный всплеск!

— Хорошо! Разминка закончилась! — и услышать оглушительный возглас Гордыни.

Новая брошенная партия огненных клинков взорвалась, соприкоснувшись с вырвавшимся из оков Гордыней, исполинские руки которого, разорвавшие их прежде, ныне покрылись будто двумя покрывалами из искрящейся молниеносной шерсти. Зависти ничего не оставалось, как спрыгнуть вниз, обратно на улицу, уйдя вниз из-под удара. Но плотный поток воздуха, что унёс вперёд прогремевший выпад Гордыни, сумел вонзиться в Зависть и тряхнуть его об мостовую. Столкновение пришлось на правое плечо и левое колено, отчего он сумел подняться вновь, лишь придерживая их обеими руками.

— Надеюсь, ты еще не намерен сдаваться, а, старший? — ухмыльнулся в следующий момент Гордыня, уже успевший соскочить вниз за ним.

На нём визуально не было и царапины, а грозный наряд его был словно только что сшит. В то время как Зависть был весь в поту и пыли, в районе повреждённых плеча и колена и вовсе будучи покрытым каменной крошкой. Однако сдаваться он и правда до сих пор не собирался. Из левой ладони исчезли заготовленные клинки, а на смену им скользнула новая маска.

— «Пора бы и мне взяться за это всерьёз!»

***

В то время, как два смертных греха решали свои проблемы, не мало таких образовалось у отряда Бога, что в то же время с трудом сдерживал натиск разбушевавшегося Легиона.

— Вот ты какой?! — вскрикнул Алан, когда три клинка вонзились в его щит.

За ними последовала еще парочка, но из-за повышенной скорости урон по щиту от них был куда серьёзней, что заставило Колосса отступить на шаг назад и притихнуть. Легион успел угнать Лин, Алан и Эрика обратно на улицы второго Нижнего, где они могли хоть как-то укрыться за зданиями и под крышами от его стального превосходства. Но посмевший «благородно» вылезти Алан, поспешивший перестать убегать и принять удар на себя, ныне крайне быстро осознал, что подобный поступок может ему дорого стоить.

— «Чёрт, надо попытаться прорваться и тем самым ускользнуть от новых клинков! Ибо ту пятерку, что он призвал за спиной, мне уже не отразить!»

Алан намеревался проскочить под клинками, бросившись вперёд, так как Легион нависал над ним на серьёзной высоте, а потому не должен был успеть отреагировать и опустить свои клинки. Ну, или он так предполагал. Ибо стоило ему сделать свои первые шаги, как стальные бестии мага стали провалились вниз, прижавшись почти к самой черепице на улице. Алан сделал выдох и вспомнил свою недавнюю «тренировку» с Богом, дабы приготовиться к грядущей боли.

Но страдать ему не пришлось, так как массивная лоза устремилась наперерез смертоносной стали из-за его спины и своим ударом увела клинки в стороны, заставив продырявить пустующие жилые и игорные дома, вместо Алана.

— Лин! — она была прямо у него за спиной, готовя уже следующее заклинание, в то время как огрубевший маг стали рванул вперёд, кружась в воздухе подобно сверлу.

Носящиеся вокруг него клинки царапали как пол, так и крыши зданий вокруг, чем показывали, что избежать этого натиска парочке просто так не получится. Замедлить это наступление вызвался уже Эрик, раскрывая свои порталы на пути этого режущего смерча и осыпая его своими стрелами, копьями и мечами тьмы, пока сохранявшими примитивные геометрические формы. Времени, дабы удалиться в сторону им эти усилия их теневого капитана не дало, но чтобы Алану призвать новый сияющий щит уже хватило. В результате чего растерявший по дороге ряд своих клинков танцор, натолкнувшись на него, вынужден был лишь гневно расцарапать стоящую перед ним серебряную стену. Лин переместилась назад, а занявший её место Эрик, тут же раскрыв порталы прямо на покореженном щите, дал вырваться наружу целой своре теневых потоков.

— Лин, сейчас! — заметив, что Легион сместился назад, крикнул Эрик.

Две плотных зеленых стены в прямом смысле выросли по обеим сторонам узкой улочки, на которой оказался зажат Легион. Вырываться из-под их обрушающихся сводов ему пришлось, прорубая себе путь наружу, снова стремясь занять превосходящую позицию выше крыш местных мелких домишек. Только вот тем самым он дал Алану время прицелиться и лишил себя возможности укрыться от грядущего удара.

— Как тебе такое?! — рыцарь в серебре пнул свой щит прямо в Легиона.

Тот, не сумев рассечь его на мельчайшие кусочки, вынужден был отклониться в сторону. Но заметил тянущуюся за щитом цепь он лишь после. Алан словно поймал его на крючок и потащил к себе. Ежовой накидкой из стали магу клинков удалось спасти себя от прямого столкновения с грубой задней поверхностью щита, но освободиться от его тянущего прочь момента он сразу не смог. Силищи в руках Алана было не мало, а потому несся обратно к нему его громадный соратник с немалой скоростью. Цепь рубить было так же бесполезно, ибо она сама была чуть ли не прочнее того аркана, в который Лео попал.

Эрик ждал наготове, дабы обрушить свой теневой арсенал, стоило только Алану подтащить их врага поближе. Но как только он отдал внутреннюю команду и раскрыл порталы, земля под ногами зашевелилась, а из появившихся складок показались острые лезвия. Ряды подземной стали отбросили прочь отряд Бога, и позволили грозному их оппоненту вновь выскользнуть из непростой ситуации. К тому же меж ними теперь возникла плотная острая преграда, подобная редкому, но устрашающему частоколу из клинков.

***

— «Чёрт, так он еще и размер своих клинков менять может?!» — выругался про себя Эрик, которому сугубо одних наблюдений за боем Бога и этого стального чудища, очевидно, не хватило, дабы сейчас противостоять ему на равных.

Просто так он бы с ним сражаться не стал и Богу помыкать собой и Лин не позволил. Но у их капитана нашлась идеальная отговорка на данный случай:

— «Я вовсе не хочу просто так вас бросать в пасть этому разгневанному юнцу! Ибо к чему более слабому заменять меня на тренировках? Вам нужно лишь захватить его соратника. Или на крайний случай обезвредить его этой новой игрушкой Рейла».

Почему же это отговорка, если звучит вполне в духе этого мелкого заносчивого безумца с одиноким крылом? Потому что в данный момент Бог определённо думал лишь о том, как бы сразиться с Ледяным Судьей. А всё остальное банально сбросил на Эрика, Лин и Алана. Эрику уже давно удалось разглядеть в этом сварливом мальце жажду бросаться в пекло. И погружать в неё всех остальных. А потому на самом деле в его голове этот приказ перед началом «Игры» звучал так:

— «Я очень хочу просто так вас бросить в пасть этому разгневанному юнцу! Ну и чтобы вы выполнили за меня очередное скучное поручение старика Рейла! Удачи!» — даже надменное лицо, полное самодовольства Эрик в этот момент у себя в голове представил.

***

Но это всё лирика и пустое. А потому занимало лишь подсознательную часть разума теневого капитана, пока он вынужден был со своим отрядом сражаться с магом, признанным одним из сильнейших во всем Союзе. За первые пять минут боя они успели нарезать пару кругов по опустошенному сталью оцепленному району второго Нижнего, тщетно пытаясь найти подход к несравненной мощи Леонарда или вычленить какую-либо слабость.

В дальнем бою он давил усилия их всех троих, обрушивая один за другим дождевые потоки стали, разверзая землю призываемыми кольями и расстреливая пулемётными очередями затупленных лезвий. Тот факт, что этот юноша до сих пор не намеревался их убить, специально создавая свои клинки ослабленными — пожалуй, единственное, что до сих пор позволяло троице оставаться на плаву. Ибо ближний бой вариантом тоже не был. Стоило наглому Алану высосать все соки из прикрывающих его Лин и Эрика пару минут назад, дабы попытаться «сломать нос своим щитом этому зазнайке», как его встретил одновременно чарующий и в тоже время смертельно опасный знаменитый танец Легиона. Потоки стали тут же выбросили Колосса обратно к обессиленным Лин и Эрику.

— Извини Лин, тут я сплоховал! — валяясь на спине с, на удивление, довольной физиономией посмел себе сказать Алан, глядя на обрушенную на колени и еле удерживающую свое тельце руками Лин.

— А еще перед кем-то извиниться не хочешь?! — процедил Эрик, встав и собрав последние силы в кулак. — «Честно одолеть этого мага у нас явно не выйдет».

Магические пути внутри мага теней горели, а поры словно готовы были разорваться. Но он всё равно позволил новому потоку манны проникнуть внутрь своего тела и покинуть его в виде новой порции теней, формирующих перед ним и за Лин два портала.

— Неблагодарный ты болван, на нас с тобой удержать этого ублюдка во что бы то не стало… — тяжело дыша, вновь позволил себе грубость и оскорбления в речи Эрик (хоть и по обращению к Алану). — Лин в то время захватит его соратника и вынудит…

— Это слишком опасно! — прервала его заклинательница искусственных растений. — Мы и втроем то его сдержать не можем, а ты предлагаешь?!

— Именно поэтому и предлагаю! Попытайся увести его куда подальше, а если не получится, то воспользуйся этой цепью!

— Но что это даст?! — вступил в разговор и Алан. — Только еще больше выведет его из себя!

— И это будет наш единственный шанс нанести ему удар.

— Ха, ну конечно! Пока я буду на волосок от смерти сдерживать его безумный натиск, ты будешь искать возможность?!..

— И что тебя в этом не устраивает, идиот со щитом?!

Алан невольно взглянул на Лин, после чего недовольно фыркнул, но наконец окончательно поднялся и призвал новый щит. Лин так же переборола слабость и улыбнулась им обоим. Эрик не смог ничего из себя выдавить, а потому просто кивнул и погрузился в портал перед собой.

***

Легион для себя решил, что схватка была окончена, стоило ему показать своё превосходство на всех возможных дистанциях, а потому сейчас уже взбирался по лестнице на Средний пока за ним следовал его соратник на ковре из перекрещенной стали. Но даже так он не позволил себе расслабиться, а потому стремительно наращивал скорость, не забывая внимательно глядеть по сторонам и держать клинок Восприятия наготове. Однако дабы заслышать дурной воинственный клич варвара с блестящим щитом подобных ухищрений было не нужно.

— И как вы не поймёте? — надменно пробубнил про себя Лео, призывая новый ряд клинков за спиной.

Благо выпустить их он не успел, иначе пришлось бы реагировать на атаку внезапно появившегося из воздуха мага порталов совершенно по иному. Этот жалкий прием явно был рассчитан, дабы застать его врасплох, но Лео успел сместиться в сторону и не попасть под выпад оппонента с теневым клинком наперевес, что на этот раз обрёл куда более изящную форму, нежели любое из тех творений, что он обрушивал на нашего мага клинков прежде. И потому силы в нём было больше. Хотя даже её не хватило, дабы удержаться с Лео в танце. Отбросив выскочившего из портала мага, Легион развернулся в сторону рыцаря, но машинально накрыв уже и его волнами стали, он обнаружил, что в этой напряженной картине чего-то не хватает. Точнее кого-то.

— Что б вас! — проревел он и взмыл в небо вместе с роем клинков, призванным из-под земли прямо под магами тени и щита.

Ему не пришлось долго искать трусливую беглянку и её «добычу». Маг растений уносилась прочь, оседлав карету из корней и буйных лоз, таща за собой опутанного соратника Лео. Он ринулся за ними, но перед его лицо вновь возник злосчастный щит на привязи. В этот раз Легион позволил себе проскочить под ним и рассечь цепь одним сфокусированным надрезом сразу пятерки клинков. Но ошибся и тут. Так как вопящая наглая туша в доспехе возникла над ним из портала и, захватив с собой щит, обрушилась на него прямо в полете. Фонтаном стали Лео успел в последний миг перед столкновением с поверхностью стряхнуть с себя эту громадину, но взамен на него бросился уже маг тьмы, окружив кольцом из порталов. У этих уже были ажурные рамки и мастерски выполненные орудия внутри, но шанса пробить плотное шипастое кольцо из вращающихся клинков до сих пор не было.

— «Умрёте, но дадите ей уйти, да? — взглянув на измученные, но довольные лица двух побитых магов, осознал Лео. — Тогда посмотрим, что вы скажите на это!»

***

Грозовые тучи в виде тонких клубящихся змей начали опоясывать мага клинков, пока он в очередной раз возносился выше. Всякие отчаянные попытки Эрика и Алана остановить его уносились прочь завывающим ветром и бушующей вокруг него сталью. Каждый из них готов был принять грядущую атаку, а потом отлеживаться с неделю в больнице. Но глаза мага стали выискивали с высоты совершенно иную жертву.

— «Однако мощности даже того буревого потока с такого расстояния не должно хватить. Просто нужно перебросить через портал щит Алана и Лин сможет укрыться, пока мы не собьем с этого мальца спесь и не опустим наземь. Если он только не…» — вспоминая последние моменты боя Бога и Легиона, рассуждал Эрик.

— Эрик!!! — пока пронзительный звон крика со стороны и устремившегося прочь подобного раскату мага клинков не заставили его содрогнуться.

Вряд ли он еще раз сможет за этот бой (или сегодня/ или неделю) переместить кого-либо с помощью своего портала, но сейчас это было не важно. Огромная воронка разверзлась под Аланом, что ухватился за свой щит обеими руками и исчез в ней.

— «Сейчас важно защитить Лин от этого удара, во что бы то не стало!!!» — грохнуло, подобно грому, в головах Эрика и Алана одна и та же мысль.

***

Гордыня не стал менять свою тактику, даже не смотря на новую маску в руках Зависти. Конечно, это было необычное действие с его стороны, но до этого его старший брат уже закидывал его все возможными странностями и неожиданностями. Да только, как мог сейчас рассудить Гордыня, несясь вперёд с погруженными в перчатки из молний руками, его больше поражал во время всех прошлых атак Зависти эффект неожиданности, разве что сами заклинания. Когда ты не знаешь, чего стоит ожидать от оппонента, сражаться с ним становится напряженной задачкой.

— «Если только ты не осознаешь, что любой из выпадов врага тебе не навредит, как грозно он бы не выглядел!»

Маг реактивного кулака приближался, разрывая землю под собой и стены окружающих его зданий напором извергаемой из его тела магии. Окна вылетали из опор, двери слетали с петель, каменная крошка мгновенно стиралась в пыль. И всё это он делал в оболочке шаровой молнии, мчащейся напрямик к Зависти. Но тот не собирался просто стоять на месте. Из рукава его серебряного полушубка в направлении Гордыни вылетели четыре кинжала. Что было куда меньше прежнего, а потому юный грех поднапрягся.

— «Брат бы точно не позволил себе сейчас сплоховать!»

Внезапно из каждого кинжала в направлении трёх других протянулось по полоске горящих молний, формируя вокруг юного братца тетраэдр. Только вот сам он еще не понял, что грядет, а лишь слегка сбавил ходу, заметив, что оказался в ловушке искрящих линий. Гордыня готовился к тому, что они вновь стянутся, подобно сетке, но вместо этого, на деле, они обозначали зону поражения. Ведь не прошло и мгновения, как тетраэдр изнутри наполнился пламенными взрывами и раскатами золотых молний.

— «Ловушка двух стихий: Горящая клетка!» — назвал бы этот прием Гордыня, окажись он на месте брата.

Но вместо этого, не смотря на полученные повреждения, он вновь уверенно шагнул вперёд, выйдя из передряги внешне почти без каких-либо ранений. На этот момент лишь слепой мог не заметить, что Гордыня каким-то образом способен «ремонтировать» себя на ходу. Потому Зависть не решился обрушить на него новую атаку, скользнув за угол и выбросив вверх три клинка. Как только младший оказался под ними, преследуя брата, то кинжалы словно раскрылись в воздухе, вновь став больше. Но в этот раз между ними еще и была плотная сеть стальной проволоки, обрушившаяся на Гордыню.

— Ловушка за ловушкой! Да ты, брат, настоящий охотник! — процедил Гордыня, апперкотом разорвав плотную сеть и подскочив в воздух на метров пять.

С высоты он видел, что Зависть почти успел добраться до следующего перекрестка, а так как обе его руки были разряжены, то пришло время бить ногами. Подобно комете он обрушился на бедную улочку, что вздрогнула всем своим деревянным нутром под мощью такого удара и зазвенела звоном десятков стекол и треском сотни досок, в паре метров за спиной старшего. На месте горделивого приземления образовался небольшой прожженный таким молниеносным ударом кратер, и поднялась туча пыли. Но, даже не видя оппонента, Гордыня смело шагнул вперёд сразу на пару метров своим реактивным шагом. И всё это, чтобы оказаться внутри очередного капкана. Три клинка вокруг, покрывшаяся льдом земля.

— «Это одна маска…» — рассудил юный грех.

И ослепляющий поток отражающегося от него жаркого света.

— Это вторая маска, — произнес Зависть, крепко впившись пальцами в прорези для глаз маски света и прикрывая глаза. — Но и этого мало…

Послав по улочке ревущий поток своей грозовой манны, сохранившейся в правой ноге, Гордыня разрушил оковы льда, преграждающие ему путь, и помчался вперёд, готовя последний удар своей серии. На его пути появилась всего пара клинков, но и её хватило, чтобы накрыть его обжигающим паром, одновременно послужившим идеальной завесой. Однако Гордыня даже развеивать его не нужно было, так как боли от таких температур его тело не боялось, потому он снова двигался вперёд.

— «Мне нужно еще чуть-чуть!..» — наполняя три ножа в своей руке маной, молил Зависть, видя как клубы пара уносят прочь идущий на него громовой таран.

Эта стальная троица почти покинула его хватку, но внезапный перекрёстный прыжок Гордыни со стены справа от него и последовавший удар левой ногой не дали Зависти этого сделать.

Молния вонзилась в место удара, а за ней последовала еще одна и еще одна. После чего Зависть унесло в сторону, заставляя его тело покрытое оболочкой пробиваться сквозь стены стоящих на пути его полета домов. Холод безмолвного камня на своей щеке Зависть ощутил лишь на соседней улице. На этот раз удар пришелся на левое плечо, отчего старший чувствовал себя почти обезоруженным, еле шевеля пальцами на обеих руках. Болезненный зуд разошелся по обеим его конечностям, но он до сих пор крепко держал новые клинки и маску в руках.

Единственное, что спасло его от начала новой комбинации Гордыни, так это те три клинка, что он уже успел напитать маной и вложить заклинания. Они активировались в момент, когда он улетел прочь и отбросили Гордыню в противоположную сторону сносящим потоком грязи, которого хватило, дабы приклеить юного греха к двери здания за его спиной. Но на этот раз даже тех пяти секунд, что Гордыня потратил на очищение себя от грязи и преследование Зависти, последнему не хватило, дабы заготовить в кинжалах новые заклинания. Наглая улыбка братца снова светилась прямо перед его потным и пыльным лицом. Она светила так ярко до сих пор, что у старшего опускались руки что-то сделать.

А потому он выпустил из левой руки маску, отчего Гордыня даже опешил. Этого волнения хватило Зависти, дабы отвлечь его внимание от того факта, что за миг до касания маски льда с землей из неё успела вырваться до этого заседающая там и применяющая ритуал маска тени.

Мрачный купол над ними начал рассеиваться, а на лице старшего появилась хоть и болезненная, но улыбка. Гордыня предполагал многое, но никак не ожидал того, что «выброшенная» старшим маска погрузиться под каменную черепицу на улице, как под воду. Изображение, что он видел пред собой словно застыло и растянулось во времени. Гордыне показалось, что так произошло потому, что он вбухал в себя чересчур много манны и теперь соображал быстрее потока времени. Но стоило ему моргнуть, как пред его глазами возник Нижний, погруженный в цвета совершенно иного времени года, нежели было пред ним, когда началось это сражение. Ледяная корочка покрыла улицу, с неба падал снег, а застывший во времени выдох превратился в пар. Гордыня понял, что не может сдвинуться с места, завороженный подобным чудом и тем заклинанием, что за ним таится. А еще понял, что:

— Зависть пропал!

Зависть всегда представлял, что если его когда-либо в бою зажмут в угол и заставят обрушиться на колени, то его тело вернётся в тот момент, когда он впервые сразился с Гнев. В его памяти этот момент выглядел так же невероятно, как и описывался всеми очевидцами: в один момент он смог собрать в себе все оставшиеся силы и нанести тонну точечных надрезов, вырубив нахалку. Внутри него не сохранились те ощущения, что сопровождали этот момент. Была лишь звенящая пустота, после которой всё было окончено.

Овладев магией на всю в Гробнице, Зависть то и дело невольно возвращался к этому воспоминанию, поначалу лишь стыдя самого себя повторить эту мечту. Но научившись владеть силами сначала двух, а потом и трёх масок одновременно, он увидел для себя в этом моменте идеал. Такой, с которым мог бы противостоять даже гению.

Он уже стоял за спиной Гордыни, а три ножа, зажатых меж его пальцами, окропила молодая кровь. Но…

— И этого… — оборачиваясь, промолвил он.

— Было мало!!! — видя кулак с сочащимися наружу магическими путями, манна в которых была подобна лаве и просвечивала сквозь кожу Гордыни.

Старший брат выдал ему свой самый сильный удар. А потому Гордыня просто обязан был ответить тем же. Конечно же, дурь свою к тому моменту он уже сдерживал, дабы случайно не зашибить Зависть. Но в тот момент, когда его костяшки соприкоснулись с переполненной маной маской земли, которую старший держал в левой руке, скрещенной с пустой правой в блоке, то чуть не пожалел об этом. Ибо Зависть до последнего решил не сдаваться и в ответ на невозмутимость Гордыни, преодолевшего всю рассаду его ловушек без единой царапины (видимой), в последний момент их боя открыл ему свой сильнейший защитный прием.

— «Застывшее во времени Убийство и Пожирающие любой удар волны!» — такие названия придумал этим двум венцам магического искусства Зависти Гордыня, пробиваясь сквозь разрастающуюся меж ним и братом каменную стену и бушующие вокруг неё волны.

Громадная волна восточного цунами обрушилась на ограниченный «Игрой» район Нижнего, затапливая дома и руша их обрушающимися каменными осколками. Но самые большие повреждения всё же принес удар Гордыни, которого не только оказалось достаточно, дабы заставить воду разойтись, подобно древнему пророку верующих в Богов, но и унести от одного края до другого взрывной волной Зависть. Огромные ледяные стены, служившие преградой между игровым куском Нижнего пирога и ныне обитаемого, треснули, но не пали.

Гордыня еще многое хотел сказать старшему, а в особенности предупредить про снующего в Гробнице Бога. Но за сегодня он уже осознал, что ему в который раз нет смысла тревожиться за члена своей грешной семьи. Хотя, стоит отметить, что и в Белом Льве он никому про однокрылого уродца не проговорился. А всё потому, что у него вновь, впервые за долгое время, появилось желание хорошенько расквитаться с кем-то. Оставить для себя.

— И своим кулаком хорошенько врезать в ответ так, что он более не посмеет лезть к семье Грехов! — проговорил Гордыня, представляя с этими словами сразу два одинаково мерзких образа.

— Смотри вновь не опозорься!

***

Легион мчался вперёд, снося до основания все здания на своем пути, перемалывая их каменные стены в труху и разнося вокруг тонны пыли. За ним грозным шлейфом оставались застрявшие в уцелевших постройках по соседству клинки. Двухэтажный ресторан справа от Лин обрушился, а из-под его обваливающихся обломков показались вращающиеся ряды клинков, окутанные серой бурей. Она быстро среагировала и превратила свою карету в три ряда зеленых и шипастых стен меж собой и Легионом, начиная одновременно с этим выращивать целую аллею дубов. Вряд ли вытянутые лозы и древесина могли стать серьёзной преградой несущемуся на неё стальному буру.

— «Но если у меня получится подгадать момент и скрыться от него в этой чаще, то!..» — утянув зеленой плетью соратника мага клинков в ближайший переулок, готовилась к худшему маг растений.

И тут внезапно прямо перед ней возник Алан со щитом в два раза больше прежнего, ухватившись за него двумя руками и впечатав в уличную черепицу под собой.

— «Этого будет мало!..» — понимал Алан.

Однако наращивать толщину громадной серебряной стены, что он ныне удерживал в руках ему пришлось уже начиная с того момента, как Легион впился в неё своей вращающейся сталью.

— «Этот длинноухий идиот наверняка потратил последнюю манну лишь бы переместить меня так далеко, а потому и мне не стоит её более беречь!»

На его щите, в тех областях, до которых еще не добрались клинки Легиона, начали появляться узоры древности. Рисунок, ими формируемый, быстро стирался под натиском шторма мага стали, но сам Алан четко представлял, с чем сливаются его магические пути.

— Щит Колосса! — с выкриком Алана щит перед ним в мгновение полностью восстановился и мощной волной манны, этому сопутствующей, отбросил Лео обратно в кучу обломков прежнего ресторанчика. — «Легендарный щит Короля Запада, Покорителя Великанов!»

Из мифических образов всегда получались лучшие артефакты и заклинания, так как представить их во всем величии и наделить соответствующей силой, было куда легче, нежели выдумывать что-то своё. Вот и сейчас щит из древних сказаний сумел выдержать удар невероятной мощности. Однако бой еще не был окончен. Легион снова поднялся на уровень крыш, а щит в руках Колосса вернул свой прежний размер и раскололся на две части.

— «Пришлось перейти в состояние духа для подобного? Я явно переоценивал свои запасы манны…» — глядя на свои покрытые серебром руки, слившиеся с двумя кусками раздробленной рукояти щита, оценивал ситуацию Алан.

Дабы воссоздать Щит Колосса ему пришлось расширить пути и поры на руках до такой степени, что они по локоть стали состоять из манны в момент призыва. Технически это означало, что Алан их потерял. Но управлять ими он до сих пор мог, пока затрачивал на это манну, подобно любому артефакту-протезу. И это самое важное.

— А уж думать о том, что с ними придется делать после… Надо будет после! — видя обеспокоенное лицо Лин, с натянутой улыбкой выдавил из себя Алан.

Однако более времени прохлаждаться у них не было. Леонард вновь окутал себя мрачными тучами, но в этот раз по его глазам Алан успел определить, что он не собирается бросаться вперёд, а…

— Алан!!! — мощным хлестком лозы Лин отбросила рыцаря в сторону и утянула проросшими на стене здания за собой корнями в другую себя.

Меж ними промчался новая покрытая облачным штормом свора стали, разворошив жилой дом, прежде послуживший им опорой. Однако после промаха эта змея из клинков с чешуей из облачной серой дымки не сдалась, и, поднявшись в небо, грозила обрушить оттуда на них второй удар. Стоило ей опуститься на улицу и пронестись по ней, захватив Лин и Алана в свою пасть, они бы проиграли. Понимая это, Лин набралась смелости, и вместо того, чтобы потратить последние силы на побег, выбросила в сторону Легиона руку и запустила вместе с ней поток покрытых расцветающими цветками розы стеблей.

Рассечь их еще на подлете Легиону труда не составило. Но вот того, что из истерзанной зелени в его сторону выйду пыльца и споры, никак не ожидал. Удушливый поток заставил его на мгновение сбиться, которого было достаточно, дабы его грозная атака развалилась на части. Прежде скрученные и вращающиеся, несущиеся вперёд с невероятной скоростью клинки обрушились на улицу, лишенные своего облачного покрова.

***

— Да сколько можно?! — гневно возопил Лео, снеся прочь бурным порывом то облако слезоточивого газа, коим обернулись внутренности уничтоженных им прежде стеблей.

Он мог сейчас выпустить еще один покрытый тучами стальной бур, но не более. А потому еще раз ошибиться или отвлечься себе позволить не мог. Двое магов под ним, еле-еле ускользнувших от обрушившихся на них клинков, нервно из последних сил жались к тому переулку, в который маг растений утащила его соратника. Однако он до сих пор мог себя контролировать, хоть этот затянувшийся бой истощил его физически и морально, а потому даже прикрываясь прислужником Адама, эта несчастная парочка не смогла бы избежать его удара. У него до сих пор была возможность призвать из расточительно валявшихся повсюду клинков формации и распахнуть свои стальные крылья.

— «Но этого должно хватить. Если даже в бою с помощниками Бога мне придется использовать такое количество манны, то!..» — однако Легион не желал сейчас становиться дирижером.

Лишь продолжая этот мучительный танец он видел для себя путь, пройдя по которому сможет сравниться с однокрылым. Но не успел он выпустить очередной штормовой поток стали в направлении рыцаря и его спутницы, как ощутил за своей спиной чье-то присутствие. Однако оно не было полноценным. Магических путей и пор было слишком мало.

***

— Артефакт или?!.. — давая дорогие Алану и Лин мгновения, вскрикнул Легион и атаковал с разворота.

Перед ним возникла рука Эрика, протянутая им через портал на расстояние, которое сам за его счет ему бы преодолеть не позволил недостаток манны. Это было отчаянное и сиюминутное решение, ибо он не был до конца уверен, что такой финт не отсечёт ему руку. Пусть даже у него было немало опыта с щитом Алана на цепи, которая оставалась целой.

— «Именно из-за этой дурацкой примочки я и решился!»

В его руке был теневой клинок, лезвие которого было выполнено в виде витого, в местах полого, узора с двумя острыми краями. Этот образ напоминал ему церемониальные клинки гвардейцев Империи, в присутствии которых он всегда прежде благоговел.

— «Сила магии — в образах её заклинаний! В том как вы их воспринимаете!» — и хоть прочности этого клинка не могло хватить, дабы пробиться сквозь целый ряд стальных зубов Легиона.

Но хватило, дабы не развалиться от одного с ними соприкосновения! Легиона эта явно вывело из себя, и он бросил новое скопление клинков в сторону торчащей из воздуха руки. Однако она уже пропала в портале, прежде чем лезвия достигли её.

— «Лин, цепь, сейчас же!!!» — лишь успел передать команду Эрик, прежде чем его взор затуманился, а в ушах мучительно разразились трубы Гробницы.

***

Пятнадцать минут прошло. Это означало, что Ледяной Судья сорвался с цепи. У Лео больше не было времени возиться с этой жалкой троицей, а потому он прокрутился в воздухе на 360 градусов, сменив свой облик на грозного ангела небесной стали. Однако к этому моменту их и след простыл. Вместо этого на улице под собой он видел бессознательное тело своего соратника. Клинок Анны подсказывал ему, что его жизни ничего не угрожает, однако Клинок Восприятия говорил, что эти трое успели наложить на него какое заклинание.

— Чёрт! Времени сейчас с этим разбираться нет! Нужно пробиться к границе Среднего и тогда всё это закончится! — окружив обессиленного работника Адама стальной клеткой формации, Легион поднял его в небо и рванул прочь.