Три солдата неудачи

Да, эта глава «дополнительная» (особый акцент на так выделенных словах), а потому вы «можете» её пропустить и не упустить основную нить сюжета. Но я вам прямо, «искренне» не рекомендую этого делать. Так что тут скорее такое название связано с её форматом. Просто, предупреждаю сразу, Эрик, Лин и Алан свою роль в сюжете еще ой как сыграют!

***

Ни Эрик, ни Лин, ни даже Алан не ожидали, что их новый капитан не только окажется еще еле зрелым юнцов, так еще и попытается их убить при первой же встрече.

— И вы хотите сказать, что это он еще под действием цепей Рейла?! — еле удерживая перед собой стальной щит, размером со стену, нелепо вопрошал Алан, находясь под натиском рассекающей тьмы и ревущего ветра Бога.

— Как не культурно обсуждать других людей так опосредованно, когда они находятся у вас прямо под носом! — рассмеялся в ответ на это Бог и одним перекрёстным ударом двух своих теневых когтистых лап разрушил щит и почти впечатал в землю Алана.

В следующее мгновение этот аляповатого вида мальчонка завился в воздухе, пока его знаменитое крыло не обвилось вокруг его руки, что словно гильотина теперь грозила рассечь двухметрового черноволосого юношу, потерявшего свой щит, пополам.

Но только у Алана появились первые капельки пота на лице, как в дело вступил Эрик: вокруг Бога появилась россыпь теневых порталов, каждый из которых грозил выплюнуть в него по черному, как и его накидка (но не волосы), шипу. Но Бог ничуть этому не удивился, вместо волнения на его лице появилась улыбка и он, словно отталкиваясь от невидимых стен, начал скакать прямо в воздухе, устремляясь к самому потолку этого роскошного золотого зала.

— Нашел тебя! — слова Бога каким-то чудом эхом отразились в ушах Эрика, а оттого он успел сместиться в сторону до того, как этот невероятный маг воздуха и тьмы обрушился в то самое место, где он стоял и применял своё заклинание еще за секунду до этого.

Однако Эрику не дано было использовать этот момент для контратаки, так как стоило пыли от столкновения Бога с полом осесть, как подготовившийся атаковать маг теней заметил, что божественный посланник успел буквально раствориться в воздухе.

— «Но ведь я даже не ощутил малейшего потока манны!» — лишь успел подумать про себя Эрик, ощущая темный холод смерти за своей спиной.

Благо между его тельцем и когтями Бога встала стена из плюща и лозы Лин, что позволило ей же уличить момент и оттянуть Эрика прочь от крылатой тьмы.

— Тогда теперь ты! — но Бог и не намеревался останавливаться, вместо этого избрав для себя новую цель для атаки.

— Ты в порядке? — спросила беспечная Лин, еще не замечая того ревущего теневого потока, что подобно молниеносному раскату сейчас приближался к ней.

— Я... — хотел было что-то ответить Эрик, но краем глаза заметив мчащегося в его сторону Бога тут же призвал очередной портал, но уже за спиной мага растений с одиноко сверкающим из под её темно-зеленых волос наполненным цветом смертельно опасной розы глазом. — Лин!

Теневые потоки уже было обхватили её белоснежное платье и потащили вместе с ним его владельца за собой в специальное подпространство Эрика, но оба мага понимали, что времени провернуть это у них не хватит.

— Не так быстро! — так что ситуацию спасать пришлось Алану, который умело подобрав момент, влетел с новым призванным щитом прямо в плечо Богу, прервав его рывок.

Только вот так ему лишь показалось. Ведь вместо этого Бог, словно неуловимая и полная коварного смертоносного яда змея, обвился вокруг его тела и теперь уже оказался за спиной этого перекачанного шкафа со спавшей с петель дверью в какой-то дворец вместо щита в руках.

Но снова Эрик спас нашего главного неумеху Алана из под крушащего и переполненного тьмой его отчаяния удара ногой сверху вниз однокрылого ангела, своевременно призвав портал и целым рядом из пяти своих теневых копий сдержав этот лютый натиск.

Однако и это никак не повлияло на Бога. Вместо этого он лишь рассмеялся и расслаблено отскочил на пару метров, дабы как следует окинуть взглядом свою будущую «потенциальную» команду.

— Ладно, думаю, хватит с вами уже играться! — надменно выкинул он, с едкой усмешкой глядя на побитое трио. — Если сможете выдержать еще одно мое наступление, то будем считать, что вы сдали мой входной «тест», ха!

Бог развел руки в стороны: в одной образовалась воздушная воронка, а другая вся наполнилась тьмой и буквально срослась с его крылом. Но ни Алан, ни Эрик не желали испытывать судьбу, в очередной попытке не остаться в инвалидном кресле после атаки этого одноглазого и черноволосого ужаса. Без какой-либо координации оба, почти одновременно, рванули вперёд, а Лин начала подготавливать какое-то заклинание, пока тернии и благоухающие цветы вились вокруг неё. Алан несся вперёд, выставив перед собой щит, что, из-за своего несуразного размера, полностью закрывал его от любой возможной лобовой атаки Бога. Эрик же, скользя по отбрасываемой им громадной тени, стремился вперёд за его спиной, обнажив теневой клинок.

По их, почти пустым в этот момент, глазам Богу было тяжело судить, хотят ли эти бедолаги таким поступком убить себя или на самом деле надеются чего-то добиться.

— А вы... НАГЛЫЕ!!! — в очередной раз раскрыв им свою устрашающую улыбку, Бог выкинул обе своих руки с подготовленными заклинаниями вперёд и обрушил на обоих магов своё разрушительное комбинированное заклинание.

Алан в тот же момент вынужден был застыть на месте, в последних попытках удержать от расщепления свой громадный магический артефакт. Но продержаться дольше секунды не вышло, а потому в следующий момент его сдуло прочь и унесло назад еще дальше, чем откуда он начинал свой безумный рывок.

Благо, Эрику хватило и этой секунды, дабы открыть очередной портал и вынырнуть из него уже за спиной у Бога. Но так как дикий поток тьмы и ветра от атаки этого небожителя буквально вырывал из под себя каменные пласты дворцового пола, то атаковать пришлось вслепую. Что и стало фатальным просчетом со стороны мага теней с белыми волосами и прической под каре.

— Не меня ищешь? — почти прошептал под ухо Эрику со спины Бог.

Однако вместо того, чтобы воспользоваться столь очевидным преимуществом, крылатый посланник тьмы не нанёс по постоянно прячущемуся в тенях магу удар, а лишь заключил того в своеобразной воздушной тюрьме, окружив тремя вьющимися с невероятной скоростью вокруг него потоками.

— Думаю, тебе понравиться... — лишь легонько оттолкнув его куда подальше, почти заговорчески произнёс Бог.

— «Лин!» — сразу же дошло до Эрика.

Девушка тоже успела понять по абсолютному провалу двух её «защитников», что сейчас предпримет Бог, а потому, отлично осознавая, что не в силах совладать с его скоростью во время рывка, преемптивно начала закладывать ловушки, наполненные лозами и травяными хлыстами, по пути прямого следования этого грозного мага тьмы. Но хоть тот и, скорее всего, специально активировал каждую из них по пути к своей цели, не одна не успела раскрыться вовремя, чтобы причинить ему хоть какой-нибудь вред.

— Что же вы за мужчины такие, если не можете защитить одну даму своего сердца?! — с усмешкой обращался Бог к обезоруженным и обездвиженным Эрику и Алану, одновременно с этим подтягивая к себе левой рукой и магией ветра беспомощную Лин и готовясь вырвать её сердце теневой клешней вместо правой.

Алан понимал, что этот чертов малолетний псих не шутит, а потому, сглотнув всю кровь и последний раз заставив себя подняться и призвать новый щит, кинул грозный взгляд на Эрика. Он ненавидел себя за то, что в очередной раз вынужден обращаться за помощью к этому имперскому ничтожеству. Однако ради Лин он был готов предать себя еще сколь угодно раз.

— Это еще что!? — с неестественно широкой для такого момента улыбкой, произнес Бог, глядя на летящий в его сторону огромный кусок очередной непреодолимой стены, который почти что выстрелил своим пинком Алан.

— «Этого не хватит!» — видя, что даже отвлекшись на эту атаку, Бог не замедлил движение своей тьмы к груди Лин, ужаснулся про себя Алан.

Но ровно в этот момент его щит пропал в соразмерном ему громадном портале Эрика и в следующий миг оказался уже прямо перед лицом Бога. Наделённого крылом тьмы юношу, казалось, снесло этим ударом, но Эрику, Алану и Лин быстро открылось ужасающее откровение: Бог сумел не только остановить до этого летевший с реактивной скоростью щит мага, кто бы подумал, щитов, но и сделал это одной лишь своей ногой. Которая при этом всём была еще и как-то недобро согнута в данный момент!

— Получите и распишитесь! — в точности повторив прием мага-громилы, выкрикнул Бог и пнул в его сторону щит.

И как не пытались лозы Лин опутать и остановить этого неудержимого стального быка из манны, и порталы Эрика обстрелять его теневыми копьями, тот не хотел ни останавливаться, ни замедляться. Но хотел было Алан обессилено рухнуть на колени и принять этот смертоносный удар, как вдруг две, наполненных уже знакомой ему тьмой, секущих разбили несущуюся на него конструкцию на осколки.

— Вы заслужили пожить еще! — в следующий миг маг щитов услышал за своей спиной аплодисменты и раскатистый смех Бога. — Так что нечего тут так безжизненно стоять на коленях и молить Бога о спасении! Ха, поняли? Есть такое выражение, а тут я и...

***

Весь грандиозный тронный зал Рейла сейчас будто снова вернулся на пару лет назад: огромные трещины рассекали пол то тут, то там, пара колон потрескались и готовы были обвалиться, а впадины от некоторых ударов грозились проломить под собой скважины на нижние этажи. Бог же в это время лишь с улыбкой окидывал место его веселой разминки с «коллегами» пока наблюдал за застывшими в полном непонимании и отрицании произошедшего лицами Эрика, Лин и Алана. За это время ему удалось детальней разглядеть каждого из них. На двух-трёх (я бы дал где-то два с половиной) метровом исполине из мышц новая белоснежная форма Общества сидела прямо впритык, отчего казалось, что одно неловкое движение — и этот красавец явит всему миру на показ свои многочисленные мышцы и кубики пресса.

— «Нет, вот серьёзно, сколько у него этих кубиков торчит из под рубашки? Восемь? Десять?» — задумался на этом моменте Бог, окидывая взором своё худощавое тельце.

Его массивный плащ со всей этой нелепой, но «загадочной, как говорил Рейл, атрибутикой валялся где-то в углу, рядом с Эриком, что так и обхаживал молчаливую Лин. Бог с первой секунды боя понял, что они — та еще сладкая парочка, ибо этот блондинчик с прямыми волосами и каре постоянно бросал в её сторону свои взволнованные взгляды. Конечно, так они еще и связывались друг с другом, что впечатляло Бога, так как достигнуть такого понимания без слов — крайне непростая задача.

— «Либо этот смуглый парёнек с развесистыми ушами (почти как у одного из мифических прислужников Богов — эльфа) знаком с этой робкой красавицей уже немало лет... Либо они вместе того еще успели навидаться и перенести вместе», — очевидно скорее склоняясь ко второму варианту продолжал размышлять Бог.

— Так, всё! Мне надоела ваша игра в молчанки! — наконец, устав пытаться как-то проанализировать этих троих у себя в голове, громогласно заявил Бог. — По вам троим отлично видно, как же крепко вас держит друг с другом и властью Рейла его медные цепи, но я помру со скуки, если во время наших многочисленных «дружественных» визитов в другие гильдии мне компанию будут составлять три немых столба разной окраски и роста! Колитесь уже давайте, что этот своенравный чудик с манией контроля с вами сделал?

-... — но никто из троицы так и не хотел ему поначалу отвечать.

— «Прямо как дети жмуться!» — удивлялся про себя Бог. — Я ведь всё равно всё раскопаю!

-... — на это своё заявление в ответ он услышал уже хотя бы что-то: протяжный выдох со стороны Эрика, который после этого решился-таки обратить на своего будущего «капитана» внимание. — Не знаю, какое тебе дело до нас, но если ты так хочешь...

***

История Эрика началась там же, где, на данный момент, и продолжалась — в землях, тогда еще, герцогства Золотых Цепей. Это был прекрасный плодородный край имперской земли, находящийся на юго-востоке страны и до войны широко славившийся своими искусными творениями из золота и прочих драгоценностей и металлов. Из-за этого, герцогство уже не одно десятилетие процветало и было одной из самых желанных гаваней мира и покоя для многих имперских жителей. И хоть Эрик не застал самый цвет и роскошь своей родины, что скрывалась за дверьми её многочисленных театров, балов и званных ужинов, так как вырос в семье скромного фермера, но всё равно был поражен и изо всех сил полюбил свою родину. Всё-таки отец его был скромен скорее характером, ведь работал, разводя виноград на частных владениях самого главы Золотых Цепей. Его жизнь была наполнена обычным детским и юношеским счастьем, но лишь ровно до тех пор, пока Союз Независимых Герцогств не объявил войну Империи, тем самым погрузив страну в хаос. Да непростой, а наполненный смертоносной магией, братоубийственной враждой и ненавистью.

Не желая мириться с таким положением дел, он храбро записался в качестве добровольца в армию Империи, ведь справедливо считал, что именно благодаря труду главных имперских мыслителей и руководителей его страна добилась столь невероятного процветания и блаженства, что ему довелось наблюдать в своем герцогстве. Он искренне на тот момент еще не понимал, зачем Союз был сформирован и выступил против имперской семьи.

На фронте, кроме того, как сохранить свою жизнь, ему не удалось добиться серьёзных успехов, хотя он и сумел выработать свой уникальный стиль магии тени. Всё-таки стоило ему столкнуться с реальностью той резни, в которую превратилась война между магами и их с трудом контролируемой манной, любые мысли о продолжении участия в этом цикле постоянного кровопролития и разрушения могли довести его до истерики. Он стал бояться этой войны и её магии, ведь страшился, что она отнимет у него тот единственный рай, что он решился защищать, вообще решив встрять в это неблагодарное дело.

Каково же было его отчаяние и опустошение, когда его, вместе с тогда еще лишь подающим надежды магом медных цепей отправили обратно в их общий дом, дабы подавить там восстание. Гильдия Золотых Цепей предала Империю, чьей гордостью являлась столь долгое время в отчаянном и бессмысленном порыве прекратить эту войну. Эрику пришлось собственными глазами узреть, как дорогие и столь родные ему ранее дома и переулки были преданы магическому огню. В тот момент в нём что-то, очевидно, сломалось, но он еще не готов был это признать.

А потому отправившись на очередную миссию по выкуриванию засевших среди одних из многочисленных руин бывших городов бойцов Союза, допустил фатальную ошибку и завел весь свой отряд в засаду. Но так как маги врага оказались нерешительны и дали шанс имперцам среагировать на их атаку, то теперь обе стороны вынуждены были вступить в смертельную схватку. Поглощенные не то гневом, не то последним желанием жить и страхом смерти, маги бывшей Империи и Союза устроили кровавую резню прямо на глазах у Эрика, который более не хотел всего этого видеть. Он, как последний трус, бросил своих товарищей и спрятался в своем пространстве теней, в надежде, что как только он оттуда выйдет, то всё это окажется лишь его новым ночным кошмаром.

Как же быстро начало биться его сердце, стоило ему, истощенному и почти обездвиженному, выпасть из своей обители и увидеть пред собой еще двух живых магов Союза. В его голове путались между собой мысли о том, чтобы броситься к ним в ноги и молить о прощении или о том, чтобы поскорее заставить своё тело снова двигаться и бежать отсюда. Но каково же было его удивление, когда он обнаружил, что Алан и Лин (да, это были именно они) тоже уже валились с ног и потому оказались столь же сильно напуганы его внезапным появлением.

***

— На тот момент мы ничего не могли друг с другом поделать... — протянул Эрик.

— Так что всё решилось в тот момент, когда первым на подмогу к своему собрату явились воины Империи... — внезапно вступила в разговор Лин и начала рассказывать уже свою сторону этой истории.

Она сама не поняла, как оказалась втянута в эту войну. Она знала лишь, что должна оставаться рядом с Аланом, ведь так у них было еще в детстве: в те радужные и беззаботные дни, когда они любили спокойно и неторопливо гулять по городским улочкам и не думать не о чём. Но на месте былых улиц теперь оказались кучи обгорелого камня и реки чужой крови. От прежних друзей остались лишь поминальные столбы, а повсюду сновали жесткие имперские маги, которые и превратили их детскую обитель в пепелище. То была лебединая песнь свободолюбивого герцогства Белых Орлов, что своим соседством с высокотехнологичным западом обеспечило себе не только все блага их изобретений, но и быструю смерть в борьбе за «освобождение».

***

Быть может, поначалу Лин еще и могла сражаться и продолжать терзать врагов и спасать союзников исключительно из горя и гнева за свой собственный погубленный родимый край. Но война растянулась настолько, что их двоих уже не хватало, дабы заставить юную девушку продолжать из раза в раз закрывать глаза на творившиеся вокруг неё зверства. Но Алан, ради защиты и поддержки которого Лин научилась магии растений, а впоследствии и нарушила свою наивную клятву нести этой магией лишь спасение, всё отдалялся от неё. Он сражался уже не за свой дом и идеалы (или хотя бы их разбитые осколки), его больше тянуло за собой желание еще раз погрузиться с головой в эту бессмысленную резню, что раз за разом оставляя тебя на грани жизни и смерти, так и тянет испытать свою судьбу в очередной битве. Она чувствовала, что вся эта безбашенность и тяга к постоянному кровопролитию для них обоих ничем хорошим не закончиться.

И вот её худшие предсказания сбылись: они с Аланом попали в плен к Империи. Они вместе готовились к худшему, однако были ошарашены тем подходом, с которым столкнулись. К такому их не подготавливали. Ведь оказавшись под поручительство Эрика (а скорее заметившего его в тот момент Рейла) им удалось избежать пыток и истязаний, и даже было позволено периодически свободно общаться. Изначально они приняли Эрика за обычного извращенца, которому на войне удалось дорваться до женщины. Все эти его «ухаживания» (на этом моменте Эрик неловок отвел своё покрасневшее лицо в сторону) и миролюбивое отношение. Тут явно пахло притворством и ложью. Лин отлично понимала, что с такими надо быть особенно осторожными.

Однако каково же было их удивление, когда в один из дней в комнату к Лин ворвался отряд неугомонных солдат. Как только она их увидела, то сразу поняла к чему все идет, а тут на горизонте еще и появился он. Лин все стало, как казалось на тот момент, «ясно»: раз трюк с хорошим приемом и обхаживаниями не сработал, он решил морально раздавить своих пленников.

— «Эх, если бы так и было...» — на этом моменте Лин протяжно вздохнула и первой из всей троицы улыбнулась перед Богом.

Вот только этот идиот встал у солдат на пути и громко заявил, что не позволит подобного отношения. У Лин в голове пронеслось: «Что еще один обман?», как тут вдруг Эрик получил смачный удар от одного из солдат. Но он уверенно стоял на своем. Это было какое-то безумие: Лин с абсолютным недоумением смотрела, как Эрика избивают обычные солдаты, а он как ни в чем не бывало, продолжает вставать, не произнося и слова и не замышляя использовать магию в ответ. А как только этим солдатам всё это надоело и они, бросаясь ругательствами, ушли, он еще и вышел, даже не бросив и малейшего взгляда в сторону Лин. Она тут же сообщила обо всем Алану, на что он приказал лишь с еще большими подозрениями приглядывать за Эриком.

Но что-то, что-то точно тут было неправильно. На следующий день Эрик вернулся к Лин и снова начал говорить с ней о ее родном городке, семье, друзьях. Раньше она считала, что он просто играет сочувствие и на деле просто издевается, потому и сейчас готова была просто сидеть и не слушать. Но его побитый вид и натянутая улыбка в тот раз почему то заставили и её говорить. Разговор у них вышел не особо длинным или продуктивным, но когда Эрик вышел, то Лин показалось, что он был оченьрад. Их разговоры стали так повторяться изо дня в день, и Лин как-то невольно за собой заметила, что все больше и больше идет с ним на контакт. Благо ей вовремя удалось себя от этой мысли удержать, тем более, что день побега был уже близко. Всё же из-за этого дурака у них с Аланом появилась излишняя свобода.

Последние их беседы стали особенно напряженными, но ей казалось, что она ничего лишнего не сболтнула, потому у нее осталась уверенность, что побег состоится. И вот назначенный день настал: Лин встретилась с Аланом, и вместе они направились по потайному ходу прочь из лагеря. Однако на полпути их встретил Эрик. Лин казалось, что все потеряно: она уже винила себя за все и хотела прямо на месте прикончить себя, как тут услышала слова Эрика: «Я помогу вам, следуйте за мной!».

Алан воспринял эту идею в штыки и был в не себя от ярости, однако таким своим поведением он лишь усугублял ситуацию, ведь сами они рисковали заплутать в дебрях местной канализации. Выбора не было, пришлось довериться Эрику. И он провел их! Уже на свободе Лин с трудом пыталась сообразить, как это произошло, но факт был фактом — они сбежали.

Но радость была недолгой: Алан все также не доверял Эрику и потому решил прикончить того, чтоб тот не вернулся и не донес начальству. Лин не удалось его остановить, однако боя не было: Эрик не стал обороняться и оказался сражен первой же атакой Алана.

Вот что ты за идиот?— уже за нынешним столом переговоров грубо вопросил у Эрика Алан.

Но тогда было уже слишком поздно: их окружили имперские солдаты. Теперь Лин уже ничего не понимала, ведь слишком много вопросов витало в ее голове. Как вдруг Эрик встал и атаковал одного из имперцев, после чего с криком «Бегите!» ринулся прочь, уводя солдат за собой, утягивая их своими теневыми порталами. Тут уже Лин схватила Алана и потащила за собой, так как у них тогда не было времени думать. «Какая жалость...» — Лин услышала эту фразу за мгновение до трагедии: их с Аланом окружили цепи, а перед ними появился один, на данный момент уже печально известный им, элитный имперский маг. Алан пытался дать ему отпор, но оказался с легкостью сокрушен. Как вдруг сквозь цепи Лин услышала крик...

***

— Так, так, теперь моя очередь рассказывать! — вдруг заговорил уже и Алан, однако до сих пор не мог решиться посмотреть кому-то из троицы его окружавших магов в глаза.

Война положила конец тем мирным денькам, что Алан так любил проводить с семьей на природе или с Лин на улицах. Она отняла у него все: его руки навек оказались запачканы в крови, его рассудок помутился, а Лин уже не видела в нем прежнего доброго и отзывчивого друга детства. Теперь все знали его лишь под прозвищем «Колосс». Изначально он его стеснялся, впоследствии уже гордился, а сейчас оно заменило ему его собственное «я». Он до конца верил, что за личиной «Колосса», который творит все эти зверства, на самом деле, глубоко внутри прячется тот самый незамутненный образ прежнего Алана, который и мухи не обидит (а скорее защитит).

Но лишь в плену он понял, что это было не так: видя всех тех, кому он ранее принес невероятную боль, он вовсе не раскаивался. Нет, он упивался ею. Его постоянно избивали, как сильно бы этот придурок не пытался его защитить, ведь он сам открыто нарывался, стараясь плюнуть в лицо каждому из этих «надменных имперцев». К тому же он был и не против того чтобы хорошенько подраться, лишь сильнее раззадоривая толпу. Он больше не наделся, что Лин увидит в нем хоть кого-то родного, ведь считал, что она уже давно поддалась чарам этого спасителя и миротворца Эрика. Каждый день, когда их навещал, он спрашивал у них одно и тоже: зачем да зачем?

А разве нужно было Алану объяснять, зачем люди каждый день едят, пьют и моются? У всего этого насилия просто нет смысла и обоснования: оно просто присуще человеку и от этого не сбежать. Но, как считал тогда Алан, этот идиот никогда бы не смог понять такой простой истины. Но тот бой с магом цепей. Тот бой был невероятен... по степени своего абсурда.

— Вы только представьте: имперский маг предлагает магу Союза помочь друг другу одолеть другого имперского мага! — почти заходясь смехом и уже не замечая обращенных на него взоров, продолжал рассказывать Алан. — Только элитного... Хотя какая он элита, нет, он был куда их выше! Шансов у нас изначально было ноль, но я почему-то согласился! Даже не знаю, какой меня тогда черт дернул эту дурость ляпнуть!

При этом вместе им, казалось, даже удалось достичь невозможного... Но уже в следующий миг они узнали, что враг лишь игрался с ними. «Это конец» — Алан думал, что все было кончено. Но вместо того, чтобы их убивать, Рейл лишь громогласно расхохотался и пригласил вступить их в свой, «особый» отряд.

***

— Так вот как вы оказались буквально «повязаны» с этим цепным псом Империи? — еле сдерживая смех, но не скрывая улыбки, спросил Бог, выслушав протяженный рассказ о жизни трёх своих незадачливых подчинённых. — Мне только интересно, он уже тогда грезил об исполнении своей «мечты» или еще надеялся, что всех еще можно спасти?

— ... — но в ответ наш юноша лишь в очередной раз услышал протяжный вздох, на этот раз уже всей троицы.

Всё-таки, когда они «пошли» за ним тогда, когда он спас от собственного самоубийственного плана побега, Рейл казался им «героем» — тем самым наивным существом, что только-только обрело какие-никакие силы и стало выделяться благодаря им на фоне других, отчего замыслило сотворить что-то немыслимое. Каждая черта его поведения: начиная от сохранившей доброту и теплоту невинной улыбки, заканчивая сомнениями по поводу своей собственной силы заточающей и терзающей людей. И сколь бы глупо это всем остальным со стороны не казалось, но Эрик, Лин и даже, в какой-то мере, Алан готовы были идти за ним тогда. Идти по собственной воле.

А что от неё осталось сейчас? Тяжелый вопрос...

— Эй, эй! Чего это вы все загрустили, стоило мне только вновь упомянуть этого косящего под восточную знать с островов (при этом являющегося самым рьяным приверженцем Империи...) показушника? Уж если мы, хотя скорее только вы (произнесено почти шепотом), вынуждены под ним ходить, то неужели сейчас будем каждый раз вот так грустить? — внезапно разошелся Бог. — А давайте так: раз уж вы мне тут вынуждены оказались поведать о своем «трагичном» прошлом, то как насчет что-то расскажу и я?

— ... — Эрик, Лин и Алан лишь немо взглянули ему в глаза, ожидая ровно того, что за этим заявлением Бога и последовало.

— Хотите услышать, как я убил собственную мать и стер с лица земли одну из крупнейших и важнейших лабораторий по отбору и подготовке «особых» магов Союза? — пока Бог произносил это, с его лица не спадала улыбка, отчего троица понимала, что сейчас их ждет та еще история.