Древняя магия и магия Современная

— «Если бы ты только... то ты бы смог...» — Рейл вновь увидел это неопрятное и захлебывающееся в своей собственной крови лицо, скрытое под копной светлых волос.

Этот, как бы его назвало большинство, кошмар уже не первый раз являлся главе гильдии Золотых Цепей. Только вот сам он не видел в этом ни капли смысла. Солнечные лучи еще не коснулись занавесок роскошного окна, заменяющего одну стен, а потому маг цепей мог судить, что проснулся чересчур рано.

— Я уже давно сделал выбор, — лишь расслаблено протянул он, разминая своё еще сонное и оттого трухлявое тело смуглого цвета с огромным уродливым «цветком» из медных цепей на его груди.

Именно этот след и был свидетельством его решимости, именно он громче всего говорил о том, какую судьбу для себя решил избрать последний из Двадцатки в послевоенное время. Но если мы уже решились поглазеть на тело этого могущественного тайного владыки Общества Древней Магии, то давайте насладимся этим по полной.

Видите ли, кроме очевидного момента с цепями, за который сразу же цепляется неподготовленный глаз, люди любят обращать внимание на цвет его кожи. Всё-таки для коренных представителей Империи более типичны светлые тона. Это касается как их белоснежного покрова, так и роскошных локонов. Почти все былые Императоры выглядели подобным образом, пытаясь как можно ближе походить на свой изначальный мифический прототип. И ради достижения этого в ход шли всевозможные уловки, которым многие современные маги даже позавидовали бы.

Так почему такой ярый приверженец Империи позволяет себе выглядеть столь противоположно основному стандарту красоты этой канувшей в лету страны?

— «Поверишь, если я скажу, что это всё для маскировки?» — вспоминал Рейл свой ответ Богу на схожий вопрос.

Но если уж это обычная маскировка, то подобрана она уж с чересчур специфичным чувством вкуса: быть может, цепи, которыми он так и стремится сковать своё тело, еще напоминают неподготовленному наблюдателю о его приверженности своей гильдии, то вот кимоно — это скорее уже дань уважения Восточным Королевствам, а боди самим своим названием отсылает к ныне вновь Свободному Западу. Однако и такой анализ его внешности будет поверхностным, ведь в нём совершенно не учитывается его прическа, состоящая из ряда витых локонов с множеством вплетённых в них медных колец. Тут любой, кто не разбирается в истории Империи так же досконально, как и сам Рейл, явно впадет в тупик. По первой. А потом немного подумает и методом исключения придет к единственному оставшемуся варианту:

— «Да, такая прическа была традиционной для коренных жителем этих земель» — снова своими воспоминаниями дает нам ответы Рейл.

Черт, но не слишком ли это детальный анализ внешнего вида персоны, с которой мы до сих пор толком не знакомы? Так что же мешает нам это сделать? Давайте-ка обсудим прошлое этого замечательного...

— Ну, уж нет, сегодня явно не очередной день для пустых воспоминаний, — в очередной раз прокручивая у себя в голове момент принесения клятвы, рассуждал вслух Рейл.

При этом он не то чтобы вел с кем-то диалог. По крайней мере, заметить какого-либо чужого присутствия в его украшенной золотом просторной спальной комнате невооруженным взглядом было нельзя. Но вот вооруженный взгляд бы быстро сообразил, что всякий раз, когда Рейл вел с «кем-то» свою беседу, то окружавшие его медные цепи будто вибрировали в ответ на каждое его слово. Неужели этих двоих связывает нечто большее, чем обычные магические цепи и поры?

***

Однако об этом мы сегодня, быть может, и не узнаем. Ибо в последнее время людей стало волновать отнюдь не специфичное поведение главы Рейла, а зарождение под крылом его гильдии некой странной организации.

— Общество Древней Магии? Что это вообще значит? — поначалу только эти вопросы и терзали умы обычного люда.

И их нетрудно понять, на самом деле. Ведь разве не всем известным фактом является то, что магия в мире былой Империи и её пяти великих Столиц появилась после открытия разломов исследователями с Запада пять с половиной лет назад? Или последователи этого Общества подразумевают, что магия проникла в наш мир куда раньше?

— Ну и чушь же ты придумал. Серьёзно веришь, что в такое поверят представители нынешнего Союза? — единственным, кто просчитал намерения Рейла насквозь, был его однокрылый соратник.

— Они уже поверили, и даже дали своё добро на исследования, — но главу это мало волновало, ибо он понимал, что во вред его планам и гильдии Бог эту информацию не использует.

— А ты тогда точно свои цепи с собой не захватил, чтобы их задурить?

— Если бы мне было подобное дано, то я бы сейчас не вел с тобой этот бессмысленный диалог, Бог.

— Хочешь сказать, всё «веселье» бы разом окончилось, Рейл? — специально сделал в своей речи акцент на имени своего собеседника Бог, дабы подражать его манерам.

— А мне вот отнюдь вся эта затея не кажется веселой.

— По иному, ты и ни капельки удовольствия не ощутишь, когда приведешь свой план в действие? Тогда к чему вообще всё это? Только не говори, что ради Империи...

— А разве мне нужно это повторять?

Как у Рейла, так и у Бога всегда оставались смешанные чувства после таких «непринуждённых» бесед друг с другом в чайной, выполненной в восточном утонченном стиле по указке самого главы гильдии, что незаметно располагалась в глубинах его ослепляющего, словно солнце, дворца. Деревянные стены, фарфоровая утварь с разнообразными узорами. Исключительно ручная работа при приготовлении чая. Лишь многочисленные золотые фигурки драконов и блеск украшений работников выдавали в этом месте его принадлежность гильдии Цепей. В такой атмосфере, уподобляясь ей, они вроде бы старались изо всех сил вести диалог спокойно, но цепи и тьма позади них так и бушевали в каком-то истошном предвкушении, которое лишь с великим трудом каждому из них приходилось скрывать в качестве уважения перед собеседником.

— Не слишком уж ли легко ты готов выкладывать передо мной любую доступную тебе информацию? Двадцатка, клятва, Империя, Общество — о чем не спроси, на всё у тебя найдется «честный» ответ.

— Ты так говоришь, Бог, будто собираешься сделать с этими сведениями что-то дурное.

— А ты будто всеми своим естеством так и подразумеваешь, что ничего у меня не выйдет, Рейл.

— Вовсе нет. Мне просто кажется, что у тебя есть еще немало вопросов, на которые ты бы желал знать мой ответ. Только вот понимаешь, что нельзя брать и спрашивать обо всем сразу...

— Иначе станет скучно, — договаривая за него, произнес Бог и отпил из мастерски выполненной из натурального фарфора кружки столь же чудесно зачарованный ароматом редких восточных пород зеленый чай.

— Но пока ты продолжишь во всём этом «цирке» участвовать, то запас вопросов и ответов не иссякнет. А не к этому ли ты и стремишься? — сначала вопросил Рейл, а потом почти заговорческим голосом добавил. — Узнать ответы на все вопросы?

— Эх, а ведь твои Золотые Цепи чего-то да стоят, — с такой же, но уже почти зловещей интонацией, ответил Бог. — Знали бы они еще зачем мне это нужно, то мне пришлось бы разворошить это гнездо неокрепших птенчиков Новой Империи и убить тебя.

— Любишь же ты так говорить: будто на самом деле спустился к нам с небес, а не выкарабкался на свет с самого дна, — лишь усмехнулся в ответ на столь дерзкие слова Бога Рейл.

Но вот всё то злато, что окружало сейчас этих двоих будто бы уже не так добро восприняло это шутку. Оно всё буквально плавилось на глазах у Бога, принимая всем нам знакомую форму цепей и окружая его своим зловещим присутствием. Благо, то был лишь эффект резонанса между Рейлом и его цепями, что и создавал эту грозную иллюзию.

— Признаться честно, не люблю когда твои цепи вот так «говорят» со мной, — поняв, что Рейл заметил его реакцию на произошедшее, высказался Бог.

— Не говори так грубо, им это не нравится, — лишь неловко разводя руками, ответил на это глава гильдии, четко давая понять, кто в их запутанных отношениях главный.

— А ты хоть раз постарайся не потакать всем их хотелкам, — произнес Бог напоследок и встал со своего насиженного места. — Пойду снова погоняю своих «подчинённых», а то снова говорить с всемогущей и всевластной Волей Цепей мне как-то сегодня не хочется.

— Почему ты всегда так плохо к ним относишься? Они вот сказали мне помахать тебе на прощание и сказать, что вовсе не злятся на твои ничтожные изречения! — с теплой улыбкой, но словно какая-то машина маша своей рукой, перед Богу слова цепей Рейл.

— Я просто выдаю им реакцию любого адекватного человека на их существование. Уверен им пригодиться понять, что большинство впадут в панику, стоит им только увидеть то, что ты прячешь в скрытой от всеобщего взора глубине своих роскошных покоев.

Бог так говорил, потому что ему довелось побывать там: в той комнате наполненной скованными, и потому навечно застывшими в невообразимых позах, телами. Они не были трупами, но назвать такую смесь меди и полностью подвластной им людской плоти сложно было человеком хотя бы близко. Но его отнюдь не пугали эти покои, не смутили они и его подопечных. Хотя они очевидно лишь старались удержать у себя на лице такую безразличную эмоцию, расхаживая в белых просторных восточных нарядах, будто их заставили уподобиться своему покровителю. Богу же напрягаться не нужно было: ведь только узрев этот не то кошмар, не то шедевр искусства Золотых Цепей, он поистине проникся их волей, ибо поверил, что она приведёт его «туда». В тот райский край, переполненный пеплом и опадающей сажей. В те белоснежные пустоши, завоеванные магией льда. В ту темную бездну, упав в которую, на самом дне ты найдешь путь к небесам.

***

Так насколько же в своих намерениях серьёзен был тот, кто отдал всю свою свободу и волю цепям?

Пережившие великий огонь, пожравший во время войны центральную столицу и сердце Империи, её наследники часто позволяли себе подобным образом сомневаться в помыслах и верности Рейла, стоило им узнать хотя бы крупицу того, что скрывалось в тени его цепей. Но его самого мало волновало мнение низкородных отпрысков былой имперской семьи, коими сейчас полнилась его гильдия. Ни в ком из них он не видел того чуда провидения и гения мысли, коими были главные наследники былого имперского ума и крови. Однако даже с такими мыслями на место нового Императора он никогда сам не метил. Естественно, подобное противоречие вызывало в окружающих его сплошные подозрения и недоверие.

Но ключ к разрешению этого парадокса лежал прямо у них под ногами всё это время:

— Так зачем же ты продолжаешь потакать всем этим пустозвонам и выскочкам? Нового Императора среди них нет, и никогда не будет, — размешивая уже четвёртый кубик сахара в своей чашке, задался вопросом маг тьмы.

— Тут ты ошибаешься, Бог. Однако мне несложно понять, отчего у тебя и прочих возникают подобные вопросы. Ответ на которые, однако, всего один и он достаточен и прост, — на этом моменте Рейл выдержал многозначную паузу, явно давая время своему собеседнику в очередной раз поразмыслить, ради чего же боролся этот загадочный могучий маг. — Я верю в Империю. И, быть может, это прозвучит абсурдно, но я верю даже в такую Империю, которой не нужен никакой Император. По крайней мере, сейчас, по крайне мере, пока сам народ нашего великого континента не придет к единственному верному осознаю того, что он нам нужен.

— Ты же понимаешь, что ни одно живое существо не поймет эту твою идею, что больше похожа на сон?

— Но просил ли я когда-нибудь о подобном? Стремился ли? Заключил ли свою клятву ради того, чтобы они поняли? Нет, Бог. Меня ничего из всего этого не волнует до тех пор, пока эти люди будут продолжать следовать Воле Цепей.

— Вот люблю я вас, старикашек и зазнаек за то, какая нелепица может возникать в ваших истерзанных болью и знаниями прошлого головах, а после оборачиваться в слова и предложения, — лишь усмехнулся Бог. — Но как же дико раздражает, что вы на всё это так падки и постоянно строите замки в облаках.

— А тебе небесная гладь не нравится?

— Отнюдь. Мне не нравятся замки. Я хочу построить среди этих безмятежных облаков собственный ад! — дико переигрывая обезумевшего злодея из театральных выступлений, заявил о своей идее Бог.

— Ну, свой собственный ад я пока тебе гарантировать не могу. Но вот превратить чьи-то райские кущи в новое поле боя помочь могу.

— Наконец-то будет шанс свободно продохнуть вдали от твоих медных подружек! Или для тебя они мужского рода?

-...

— Среднего?

— Я не думаю, что к ним можно применять наши мерила в данном вопросе...

— Тогда вообще бесполые! Понял! — с широкой улыбкой, кажется улыбаясь ему даже своей повязкой на глазу, произнес Бог и на радостях рванул, распахнув дверь своей магией воздуха на ходу, к одиночным золотым клеткам Эрика, Алана и Лин, чтобы как можно скорее сообщить им, что у них вскоре появиться отличная возможность навсегда освободить свои жалкие душонки из под власти гнетущих цепей.

— Ребячество... — лишь выдохнул Рейл, пока цепи вокруг него так и бесновались, каждая нашептывая не то высоким, но застенчивым женским, не то низким и грубым мужским голосами.

***

Но прежде чем нам всем сужден с вами расстаться, позвольте поведать вам об одном из кошмаров Рейла, что куда лучше расскажет вам о нём, нежели любой скучный и сухой пересказ событий, что мы упустили, пока были заперты в «убежищах/тюрьмах» наших основных действующих лиц.

— Опять я посреди этого бреда... — говоря с самим собой и четко осознавая, что снова оказался скован хваткой кошмара, произнес Рейл.

Он стоял посреди мрачного коридора своего потерявшего всякие цвета дворца, окутанный в свой почетный воинский мундир, доставшийся ему по званию капитана отряда элитных магов Империи, но потерявший былую яркость, непорочность и славу. Впереди же он видел, как буквально горели ярким рыжим светом его цепи, пронизывающие окружающее пространство вдоль и поперёк. Каждая цепь, что вонзалась из потолка в пол, была подобна копью. А мы отлично знаем, что на войне всякому орудию соответствует своя жертва. В этот раз Рейл отчетливо видел девять тел, устилающих этот лишенный света коридор. То были его былые «соратники»: седой старик, которому уже давно пора была вернуться в «тыл» и заботиться о внуке, а не оттачивать свою технику; танцовщица в невероятно пленительном и смертельно опасном платье из клинков; потонувший в собственных тенях убийца; вооруженная двумя косами беженка с востока; глупец, одержимый своим артефактом, заменившим ему потерянную руку; погребённый под тяжестью своих же доспехов наивный юнец; а еще два брата и их сестра, что когда-то посмели зазнаться пред лицом Золотых Цепей... Их лица застыли в совершенно непривычной для подобного состояния улыбке. Быть может потому, что они знали, что пронзающие и приковывающие к хладному каменному полу их тела цепные копья не убили их, как могло показаться на первый взгляд. А потому что именно они даровали им...

— К чему вся эта чушь? — лишь прервав этот пустой нарратив, вопросил Рейл у рассказывающей сию трагедию пустоты и начал продираться сквозь эти джунгли из окровавленной меди.

Он стремился достичь сердца, что было обнажено и горело ярче всего прочего в самом конце этого протяженного ограниченного лишь ночной тишиной снаружи и изящными узорами на стеклах пространства (ну и разве что еще одной скучной каменной стеной с другой стороны). Даже будучи обвито и пронзено каждой из цепей, оно до сих пор продолжало биться. При этом своим биением отдавая словно четкий марш под имперский мотив.

И хотел было Рейл уже схватить этот жалкий кусок плоти и с силой забросить его обратно в свою открытую, словно какой-то шкафчик для полезностей, грудь, как вдруг горящие цепи пропали, и наступила полная тьма и покой. Лишь заслышав знакомый, надменно плещущий во все стороны своей кровью и внутренностями смех позади себя, Рейл обернулся, вновь оказавшись вынужден столкнуться со своим «величайшим» соперником.

Экспериментальный Рейлган, чье обнаженное тело от шеи было всё залито его темной и густой кровью, держал в своей, протянутой навстречу Рейлу руке его сердце, еще свободное от цепей. Улыбка не сходила с его лица, но смех сменился следующими словами:

***

— У нас с тобой даже «имена» похожи. Рейлган и Рейл. Хотя стой, тут что-то даже большее: твоё имя — это всего лишь часть моего?! Так насколько же жалкими были твои попытки «сражаться» против меня, что даже вся твоя суть является лишь частью меня? Не жаль ли тебе самому, что, в конце концов, тебе довелось тогда «победить»? Смотри, какого роскошного очкастого блондина с буйными и не заплетёнными волосами ты потерял! Кто, как не я, гожусь на роль Нового...!

Рейл понимал, что слова Рейлгана под воздействием пробуждающих во внешнем мире его чувств стали переходить в бред, а потому новый глава Золотых Цепей поспешил прервать своего «собеседника» уже знакомым им обоим и столь родным и теплым многочисленным потоком цепей прямо в ничем не защищенную грудь этого выскочки.

Оставалось лишь вырывать из его последних объятий своё сердце и вернуть себе. Только вот оно снова пропало. На этот раз Рейл уже знал и без звука, где оно оказалось: грозно нависая над ним за спиной у самого потолка, всё окружённое цепями, подобно кокону в паутине. Он снова слышал клятву, он снова видел себя, скорёженного от боли на коленях, не сдерживающего слёз и глядящего через их нескончаемый поток на тот дым, поднявшийся с многочисленных пепелищ, на местах которых ранее гордо возвышались прежние имперские штабы. Тот Рейл не жалел о том, что потерял всех своих «товарищей» в том судьбоносном бою. Их трупы тихо окружали его, покрытые, словно погребальными одеяниями, его медными цепями.

***

— Никто из былой Десятки Империи не смог принести мне победу, надеюсь, что ты, Бог, меня так не разочаруешь.

Тронный зал пронзали лучи света, сочащиеся из витражных окон, отчего всё его золотое убранство, тщательно отремонтированное после недавней тренировки одного мага.

— Ха, это мне стоит надеяться, что твой план не разочарует меня! Волноваться можешь только об этих троих! — указывая на уже полностью сокрытых под ритуальными плащами Обществами Древней Магии Эрика, Алана и Лин, склонившихся пред своим главой на колено, смело заявил Бог, сам гордо стоя на обеих ногах.

— Мы не подведём, глава Рейл, — учтиво и покорно ответил Эрик.

— А ты сам-то наряжаться в одеяния Общества не будешь? — отлично понимая, что это напоминание ничего не изменит, всё равно спросил у Бога Рейл. — Слишком уж выделяться будешь на их фоне.

— Не, мне это ни к чему! Я же и есть местный объект почитания. То божество, что даровало Обществу их Магию! Или я не прав?

— Даже не близко, — еле сдержав смешок от наигранной наивности Бога, ответил тому спокойно Рейл. — Эрик, позаботься о том, чтобы никто не обратил на него «особого» внимания.

-... — и хоть эта озадаченная задержка была еле заметна, но Бог и Рейл явно поняли, как отреагировал на этот приказ своего вышестоящего начальства Эрик, что на выдохе произнес. — Как скажете.

— Вы уж, будьте добры, позаботьтесь обо мне в этом жестоком и несправедливом, а главное не подчинённом ни власти цепей, ни Империи, внешнем мире, капитан! — очевидно пытаясь еще сильнее надавить на больное, со всем доступным ему ребячеством и назойливостью произнес Бог.

— Так что нам, еще раз, нужно сделать? — попыталась перевести «удар» уже на себя незадачливым вопросом Лин.

— Задача проста... — хотел было спокойно повторить Рейл.

— Это мой отряд, глава Рейл, а потому позвольте объяснить мне! — водя пальчиком из стороны в сторону в знак несогласия, прервал его Бог. — Задача проста: под шумок ворваться в главные покои главы гильдии Алого Змея и сделать его «сторонником» как Общества Древней Магии, так и Воли Цепей! Главное лишь чтобы он до последнего ничего не заподозрил! Так что крушить и ломать всё и всех дозволяется лишь мне!

— А вы точно уверены в успешности столь непростой первой операции для нашего еще не до конца подготовленного отряда, глава Рейл? — делая многочисленные, как он сам считал, не самые очевидные и прямые намеки, спросил уже Алан.

— Исхода у этой миссии может быть лишь два: либо к моей коллекции в подвале присоединяется вся верхушка Алого Змея... — на этом моменте Рейл, специально наращивая своё устрашение, прервался и пронзительным взглядом впился в избранный им специальный отряд. — Либо к ней присоединитесь вы четверо.

— Что, дорогие мои, уже выбрали себе позу для вечного подчинения Воле Цепей? — реагируя на эту «угрозу» Рейла со смехом, спросил у своих подчинённых Бог перед тем как выдвигаться.

***

Если на этом моменте вам могло показаться, что план превозносимого всеми как нового незримого гения грядущей «войны» Рейла звучит чересчур понятно и просто, то это всё лишь потому, что вы не знаете и капли той подноготной, что за ним скрывается на самом деле.

— «Для Союза единственным очевидным выбором стало одобрения действия „моего“ Общества Древней Магии, ибо я же, как они считают, сам прямо пальцем им ткнул туда, куда им стоит смотреть, откуда ждать „возможного удара“. Однако стоит ли мне вам, моим дорогим гостям из наследной имперской семьи, объяснять, что таким образом я банально пустил их по ложному следу», — снова вспоминал Рейл о совершенно случайном моменте в своей, переполненной на данный момент сверх всякого края, деятельности в должности официального главы.

Тогда его приняли в залах одной из имперских резиденций, что всем своим внешним видом и внутренним убранством нарочно пытались не уступать дворцу самого Рейла. Однако магу цепей, отлично разбирающемуся в магии земли, магии создания, в глаза так и бросались многочисленные недочеты: тут золото на стене не настоящее, здесь на колонне узор не тот. Но они его не печалили и не раздражали. Лишь забавляли. Ведь он в своих громадных покоях пытался повторить красоту Императорского Дворца Центральной Столицы. И получилось у него это, каким-то образом, лучше, нежели у тех, кому ранее доводилось внутри его стен проживать, посещать зеленые террасы и любоваться статуями своих самых знаменитых предков.

— «Но как скоро они заподозрят подвох?»

— «Если ничего с этим не делать, то почти сразу».

— «Тогда..?»

— «Только вот мы совсем скоро дадим им „пищу для размышлений“, специально выставив виновниками грядущего нападения Общество. Потом профинансируем создание ряда их тайных штабов, проведение парочки терактов, вмешательство в выборы...»

— «И всё это будет нужно лишь для отвода глаз? — очевидно в данный момент раз за разом прокручивая стоимость сего фарса, вопрошал представитель семейства. — Вы уверены, что наша гильдия способна всё это обеспечить?»

Их глаза вновь пронзали его надменным сомнением. Никто не хотел, хотя бы ради своей «чести», доверять потомку южных племён в восточном наряде судьбу «их» Империи. Но даже будучи окружен со всех сторон столь мрачными ликами, Рейл не выдавал и капли сомнения в своей правоте.

— «Я дарую вам то былое богатство и непрекословное величие, что когда-то у нас были отняты. А уж обладая ими, я уверен, нам не составит труда провернуть и что-то куда более „жуткое“ прямо перед лицом всего Союза», — его речь была проникновенной настолько, что более никто не посмел открыто выразить свои, определённо столь необходимые, очередные жалкие сомнения или опасения.

Рейл никогда не верил, что был тем человеком, что умел «говорить». Но всегда знал, что был тем, кто умел «делать».

— «Так почему же ты тогда..?» — внезапно уже не страшась слепящего света этого чудесного дня обратился к Рейлу его прежний соперник, словно витающая позади него отсечённая голова.

Глава гильдии не желал отвечать. Он лишь усмехнулся и с треском сжал медную цепь в своих руках. Всё равно никакого толку от болтовни и споров с мертвецами быть просто не могло.

***

— Но неужели вы на самом деле не против впустить этих фанатиков в нашу гильдию? Особенно в преддверие столь крупного события, глава гильдии?

— Быть может, за их спинами и стоит сам Рейл из Двадцатки, но нам это будет только на руку. Ибо давно уже пора продемонстрировать всему остальному миру то чудо, которого мы смогли достигнуть, доверившись тогда этому «гению в пепельной мантии». Пусть все узрят дары гильдии Алого Змея, примут их и пойдут вперёд за нашей волей и могуществом!

Всю официальную громадную по размерам комнату главы гильдии Алого Змея с серыми каменными стенами и высоким потолком так и пронизывало это чудо, этот дар, о котором он так говорил, что сочащейся внутри него магией освещал это замурованное в самых глубинах гильдии помещение.

— Эти нити, эти потоки, эти пути — они то, что позволяет нам буквально с несоразмерной для прочих магов жадностью купаться в манне! Ни один наглец не посмеет биться с нами на столь грозной и полностью подвластной нам территории! Особенно находясь в окружении такого рекордного числа готовых для выступления магов! — прикоснувшись к одной из серебряных нитей, пронизывающих весь его кабинет, произнес глава, зарядившись дозой чужой манны. — И не смей меня больше беспокоить подобными нелепостями. Лучше подготовь всё к проведению такого шоу, что смогло бы привлечь внутрь наших «цепей» еще больше стоящих магов.

— Прошу меня простить, что даже посмел сомневаться в вашей проницательности, о Великий Алый Змей! — с завистью и почти что жаждой глядя на столь манящие магические пути, полные заветной и чарующей манны, почти что молился на своего главу его никудышный советник.

— Вот и ступай прочь! — с лестной и властной усмешкой бросил руку в сторону, приказывая выпроводить наружу организатора своего грядущего «грандиозного выступления» магов, отлично видя голодный взгляд этого нелепого существа. — «В этой манне наша власть и наше чарующее пристрастие. Я ни за что не позволю такой наглой сошке прикоснуться к ней, пока она столь чиста и невинна».

О чем же таком говорил глава этой гильдии, находясь на самом высоко охраняемом полностью немыми и почти подобными в своих действиях куклам, магами-стражами, вышедшими из под крыла того же «гения в мантии», самом глубоком подземном (если так можно сказать про громадный кусок земли в небесах) уровне своего величественного дворца Алого Змея? Ну, просто за ним был один грешок, наличия которого ему стоило, как опасаться, скрываясь от дневного света в этих запутанных катакомбах, так и им наслаждаться, ибо даровал тот ему такие невероятные для реализации возможности, что манна стыла в магических путях.

***

Но разве вам интересно слушать про еще одного старика? Хотя на этот раз натурального, а не просто таким образом оклеветанного Богом в шутку (Рейл так старается следить за своим внешним видом и выглядеть куда младше своих 27 лет, а ему вон какой удар в спину). У нас же есть куда более волнующие новости, которые могут отлично и кратко напоследок объявить сами их прямые участники:

— И к чему это дедок мне столько своих булок налепил? Еще и «без магии» их всю ночь просидел и наделал. Как я, однако, и просил... Надеюсь, хоть какой-то слезливой записки от Елены нет, — роясь в своей наспех за день собранной сумке, наткнулся таки на какой-то покрытый расписными линиями и цветами конверт наш юный грех, в поисках своего «удостоверения почетного ученика».

За спиной греха на пропускном пункте толпились и начинали уже недовольно гудеть люди, пока небесные корабли, кареты и даже целые поезда прибывали на станцию позади них. Рядом же с ним всего в шаге в сторону стоял еще один выдающийся ученик, успевший хорошенько прогреметь на всю свою гильдию своим стальным градом. И тоже капался в своем портфеле с тонной всевозможных потайных кармашков и застежек:

— Надеюсь хоть, последней подлости мне Даркравен устроить не захотел, куда-то своровав и запрятав куда-то моё одобренное прошение... — с трудом продираясь через всю эту хитро выдуманную структуру своего, замечу, заказного объекта для переноса вещиц, владелец четырёх сокрытых клинков даже не заметил, как наружу выпорхнула одна бумажка, что, возможно, нужна была ему сейчас куда больше этого его «прошения о посещении и участии в турнире Алого Змея».

Подписана она была каждым из пяти уже знакомых ему, но на данный момент совершенно позабытых среди всевозможных забот и волнений, «фанатов». Каким только чудом они умудрились уличить момент и запрятать своё, ныне навеки потерянное, сообщение? Таким же, что позволило им улизнуть из своей гильдии и последовать за «кумиром».

— Жаль, но, раз у вас нет ни одобренного прошения, не исключительного статуса, мы можем позволить вам посетить нашу гильдию лишь на правах гостей. Что включает в себя следующие ограничения... — томно объясняла пятёрке незадачливых учеников академии Темного Ворона основы местного законодательства служащая «пограничной» (хотя какие в этом необъятном небе объединённого государства вообще могут быть границы?) службы.

— Думаете, мы найдем Легиона?

— Естественно, Грегор. На турнире!

— Главное не пропустить тот момент, когда он будет свободен и первой взять интервью у очевидного победителя! Ты же поможешь мне своей туманной магией, Эйдан?

— И как по твоему должен реагировать на такую просьбу своей девушки любой адекватный парень, как думаешь, Лилия?

— Так вы встречаетесь?! — вдруг прервав попытку Лилии что-то выдать в ответ, налетели на них объединённой захваченной и от того не менее нелепой троицей Грегор, Антонио и Роза.

— А разве это не было очевидно?! — но Эйдан и Лилия всё равно оказались полностью загнаны в краску от столь прямого вопроса.

Особенно сильно они покраснели, когда поняли, что всё это время говорили на повышенных тонах в окружении сотни других ждущих своей очереди гостей фестиваля. Казалось даже, что они привлекли столь несуразной реакцией Легиона, что незаметно для них проходил уже у самого выхода из этого подземного пропускного пункта. Но даже мельком взглянув на них и распознав знакомые очертания, он не поспешил хоть как-либо отреагировать на этой событие.

— Эй, чего так орете?! Вы мне мешаете вообще-то! — а вот на внезапный выкрик Гордыни уже обратили внимание все.

Но почему-то именно, показавшийся ему особенно надменным, смешок мага стального дождя в тот момент привлек громогласного чемпиона.

Вот так и прошла их «первая встреча»: как немое состязание в том, чей взгляд в сторону другого будет наиболее «грозным» и «вызывающим». Что же будет, когда им дано будет столкнуться на ринге?