Глава 84.0
Не говоря уже о Бай Емине, зрители трансляции тоже не на шутку перепугались.
А в зоне наблюдения Чжан Хуань, увидев, что творит Цзи Фу, вмиг изменился в лице и резко вскочил на ноги.
Черное море таило в себе колоссальную опасность!
В отличие от обычных зон загрязнения, стоило здешним водам проникнуть внутрь меха, как корпус стремительно начинал распадаться.
До сих пор не было найдено способа устранить последствия такого загрязнения, и единственное, что оставалось — держаться подальше от обширных участков Черного моря.
Оказавшись в его пучинах, человек полностью лишался всех пяти чувств, и малейшая оплошность могла стоить ему жизни.
Поступок Цзи Фу был невероятно безрассудным.
Лицо Чжан Хуаня потемнело от тревоги, но посторонним строго запрещалось вмешиваться в ход Объединенного экзамена. Ему оставалось лишь бессильно наблюдать.
— Рискнуть и сунуться в Черное море… Жить ей, что ли, надоело?
Кто-то холодно отозвался:
— Она сама сделала этот выбор, ей и нести за него ответственность.
— Сколько лет прошло со времен вторжения Черной дыры, а кто-то всё еще проявляет подобную беспечность перед лицом Черного моря. С самого начала экзамена многие ее действия были слишком самонадеянными. Пожалуй, ей и впрямь не помешает усвоить урок.
После смерти Сы Сюня и Сы Фаня почти все выжившие члены семьи Сы стянулись в штаб-квартиру Альянса на Имперской звезде, до смерти боясь повторения трагедии.
Поскольку никого из семьи Сы поблизости не было, мало кто мог связать Черное море с именем Вэй Ланя.
Чжоу Син сидел молча. Взгляд его был мрачным и непроницаемым, и оставалось лишь гадать, о чем он думает.
А вот Лу Бинъюнь, напротив, тут же принялась за дело.
Она перебросила дежурный звездный корабль спасателей поближе к Полигону номер три, чтобы при необходимости быстро оказать помощь.
Никаких других действий она не предпринимала.
Тем временем в комментариях трансляции творился настоящий хаос.
«…Спустя столько лет наконец-то нашелся самоубийца, прыгнувший в Черное море!»
«Тц, я уже сижу и обновляю список выбывших».
«Эта вода разъедает мехов. Будь я на месте Бай Емина, просто караулил бы снаружи. Ни за что не поверю, что она оттуда не вылезет».
Лицо Бай Емина было мрачнее тучи.
Он никак не ожидал, что Цзи Фу окажется настолько безумной.
Черное море казалось бездонным, а сканеры не могли пробиться сквозь толщу темных вод. Как только девушка скрылась под поверхностью, «Тайхэ» потеряла цель.
К тому же море отличалось буйным нравом: любая атака по площади легко могла спровоцировать чудовищный шторм.
И тогда уже было бы не до поисков — обрушившиеся волны повредили бы обшивку, и ситуация окончательно вышла бы из-под контроля.
Бай Емин — не Цзи Фу, он не мог позволить себе просто взять и нырнуть в эти воды.
Однако материалы с тела Двуглавой змеи полярной ночи были слишком ценными. Посовещавшись с Чжоу Синъюем и остальными, юноша посадил свою меху на соседнем острове.
Как верно подметил Чжоу Синъюй, агрессивная среда не позволит ей сидеть под водой вечно.
Чем дольше она там пробудет, тем сильнее пострадает ее боевая машина.
В конце концов, добыча все равно окажется в их руках.
Цзи Фу, прыгнувшей в Черное море, и впрямь пришлось несладко.
Бурлящие потоки сомкнулись вокруг кабины. Ее «Пожирающая Луну», которую она до этого и без того разобрала почти до основания, не успела пробыть в воде и нескольких минут, как корпус начал разваливаться на части.
Находясь в этой удушающей пучине, девушка подняла взгляд и увидела, что вся панель управления мигает тревожным красным светом.
Не прошло и пятнадцати минут после погружения, как уровень повреждений «Пожирающей Луну» достиг восьмидесяти процентов.
Машина буквально рассыпалась на ходу. Как только она полностью распадется, внутрь хлынет вода, и жизнь пилота окажется под угрозой.
«Внимание! Обнаружено проникновение чужеродных веществ в системы меха».
Шансы на выживание стремительно таяли.
Но Цзи Фу сохраняла поразительное хладнокровие.
Находясь под водой, она полностью отсоединила от «Пожирающей Луну» те сегменты, что изначально принадлежали «Ясной Луне».
В момент отстыковки сквозь мрак водной толщи она заметила снопы пузырьков — верный признак того, что отброшенные детали подверглись сильнейшей коррозии.
Сопротивляясь давлению пучины, девушка сделала глубокий вдох и через оптический компьютер активировала свой Черный мех.
«Пожирающая Луну» была модульной конструкцией. Первыми распались внешние элементы «Ясной Луны», в то время как кабина, где находилась сама Цзи Фу, состояла из компонентов Янь-Яня.
Поскольку они располагались глубоко внутри, агрессивная среда добралась до них не сразу.
Разрушительная сила Черного моря остановила не только преследовавшего ее Бай Емина, но и повсеместно расставленные камеры зоны наблюдения.
Это позволило ей без малейших опасений запустить слияние Янь-Яня и Черного меха.
Клац. Щелк.
«Слияние завершено».
Стоило переключиться на двигатель Черного меха, как удушающее давление извне заметно спало.
Как она и предполагала, это изобретение обладало превосходной устойчивостью к загрязнению.
Само по себе Черное море тоже являлось источником загрязнения, и особая конструкция машины могла гарантировать безопасность пилота лишь на короткий срок.
Даже находясь в толще воды, некоторые системы продолжали функционировать в штатном режиме.
И всё же полностью изолировать корпус от коррозии было невозможно.
Характеристики Черного меха позволяли лишь продлить время пребывания под водой.
Но этого было вполне достаточно.
Перед уходом с прежней базы Цзи Фу специально забрала с собой лабораторию Черного моря, обустроенную Вэй Ланем.
Из всей команды только она ею и пользовалась.
А конструкция этой подводной базы, созданной семьей Шэнь, была настолько совершенной, что ее можно было использовать как мобильное убежище даже за пределами этой аномальной зоны.
Имея под рукой Черный мех, девушка могла развернуть лабораторию на дне без помощи Вэй Ланя.
Как только модули были активированы, она убрала машину в пространственное хранилище и шагнула внутрь. Заработала система циркуляции воздуха — теперь она могла бы прятаться здесь хоть до скончания времен, и ничего бы ей не сделалось.
Вот только Цзи Фу не собиралась отсиживаться на дне всю оставшуюся жизнь.
Она извлекла тушу Двуглавой змеи полярной ночи и с помощью разделочного ножа быстро обработала материалы.
Из изувеченных черепов инородного зверя она извлекла ядра.
Тварь была разорвана в клочья атаками Чжоу Синъюя, но оба ядра остались целы и невредимы.
Да, именно оба.
Две головы, две жизни, и, соответственно, два ядра.
Они скрывались в самом основании шеи, в месте слияния двух голов, потому и уцелели.
Под яркими лампами лаборатории один кристалл отливал глубоким сапфировым светом, а другой сиял великолепным багрянцем.
Материалы подобного уровня были настоящей редкостью.
Цзи Фу осталась крайне довольна.
Только такие ядра годились для того Жидкого ядра Карликового древа, что хранилось у нее.
После того как она создала «Бескрайнего» для Вэй Ланя, у нее остался лишь материал ранга Сверхзвездный+, совладать с которым тогда было не в ее силах.
Теперь же, прибавив к нему два драгоценных кристалла, целую тушу Двуглавой змеи полярной ночи и мякоть Зубчатого щетинника, который она разобрала ранее...
Этого с лихвой хватало для создания меха ранга Сверхзвездный+.
Она шаг за шагом планировала свои действия именно ради того, чтобы собрать себе совершенно новую боевую машину.
А после недавнего повышения уровня таланта девушка поняла: в мире нет места более тихого и подходящего для работы, чем дно Черного моря.
Оборудования в лаборатории хватало с избытком. Сказано — сделано: Цзи Фу с головой ушла в конструирование.
Оставшиеся снаружи люди не смогли бы вообразить подобный финт, даже если бы сломали себе голову.
Бай Емин прождал на острове очень долго.
С наступлением ночи Черное море, слившись с мраком, казалось еще более зловещим.
Однако от нырнувшей в воду беглянки не было ни слуху ни духу.
Он раз за разом открывал таблицу рейтингов, но сообщений о выбытии Цзи Фу так и не появлялось.
Это означало лишь одно: она и впрямь умудрялась выживать в пучине всё это время.
«Зона наблюдения вообще планирует вмешиваться? Столько времени прошло, а вестей всё нет. С ней там ничего не случилось?»
Время шло, и зрители трансляции начали теряться в догадках.
Они предполагали сотни вариантов развития событий, но никому и в голову не приходило, что в Черном море можно буквально поселиться.
«В последние годы, конечно, находили кое-какие материалы, способные противостоять Черному морю или невосприимчивые к его водам, но большинство из них совершенно непригодны для строительства мехов».
До тех пор, пока в этой аномальной зоне нельзя было пилотировать машины, она оставалась смертельно опасной для любого живого существа.
«Нет, не верю. Не вылезать столько времени… Разве что она превратилась в рыбу и отрастила жабры. Иначе как человек мог выжить там так долго? Ее меха уже давно должна была раствориться без остатка!»
Бай Емин тоже нервничал.
Но поделать ничего не мог.
Упустив идеальный момент для атаки, теперь он понятия не имел, в какой части моря находится Цзи Фу.
Не зная обстановки на дне, ему оставалось только ждать.
Впрочем, долго его ожидание не продлилось.
После того как он и Цзи Фу покинули Полигон номер один, Чжоу Лухай не стал останавливаться.
Раненый Чжоу Синъюй был вынужден вступить с ним в бой.
Оба юноши были выходцами из семьи Чжоу, оба изучали стиль Вэньсюй и прекрасно знали приемы друг друга.
Схватка затянулась, но победителя выявить так и не удавалось.
Чжоу Синъюй имел некоторое преимущество: его сопровождал Мастер мехов. Только благодаря помощи Хань Сыи он мог вести с Чжоу Лухаем войну на истощение.
…Вот только взрывная мощь противника оказалась поистине пугающей.
Сначала Чжоу Лухай никак не мог привыкнуть к своей обновленной машине ранга Сверхзвездный+.
Но как только он освоился, каждый его удар стал сопровождаться снопами искр гигантской силы, а безумно скачущие показатели механической мощи пробирали до мурашек.
Ближе к концу сражения Чжоу Синъюй уже с трудом отбивал атаки.
Не имея иного выхода, он отозвал Бай Емина, поручив Фан Юйаню и остальным студентам Имперской военной академии охранять Полигон номер три.
Прибытие Бай Емина вновь переломило ход боя.
Чжоу Лухай принял на себя два удара «Тайхэ» и получил пару царапин на лице. Смахнув кровь с уголков губ, он не стал ввязываться в затяжную драку, а просто развернулся и ушел.
Он не знал, куда делась Цзи Фу, но перед самым появлением Бай Емина она дала понять, что с ней всё в порядке.
А значит, его цель была достигнута.
Бай Емин не бросился вдогонку.
Во время битвы с Двуглавой змеей полярной ночи обшивка его «Тайхэ» деформировалась от жара, и степень повреждений достигла тридцати процентов.
Чжоу Синъюй же и вовсе держался из последних сил; как только Чжоу Лухай отступил, он покинул Зону тяжелого загрязнения и лег в медицинскую капсулу.
Уровень «Тайхэ» был слишком высок, поэтому Бай Емину пришлось чинить ее самостоятельно.
Их команде требовалось время на передышку, так что пока о погоне не могло быть и речи.
К тому же местонахождение Цзи Фу оставалось загадкой.
Эта девушка выдавала слишком много неожиданных трюков, из-за чего на душе у всех было неспокойно.
В такой ситуации разумнее было сначала поставить на ноги Чжоу Синъюя и дождаться, пока Цзи Фу сама не покажется.
Вот только...
Никто из присутствующих, включая зрителей трансляции и кураторов в Зоне наблюдения, даже представить не мог, что она задержится на дне так надолго.
Спустя три дня после ее исчезновения оповещений о выбытии по-прежнему не поступало.
Многим стало ясно: в ее арсенале должно быть нечто, способное противостоять водам Черного моря.
Прошла неделя.
Чжан Хуань не находил себе места.
В его голове просто не укладывалось, что за предмет мог позволить человеку выживать в Черном море в целости и сохранности.
Вскоре после этого новости достигли исследовательского института.
Услышав об этом, Цинь Ебай отложил все свои дела.
Потерев переносицу, он вдруг вспомнил того разорванного в клочья Семипламенного волка.
Если Цзи Фу смогла прожить под водой семь дней, не означает ли это, что и тогда она вполне могла скрываться на дне Черного моря?
Впрочем, вскоре ему стало не до размышлений.
Альянс созвал третье экстренное совещание верховного командования, потребовав от него предоставить четвертую ветвь таланта.
И на этот раз главная ветвь семьи не стала отвечать отказом.
Пошла вторая неделя с момента исчезновения Цзи Фу.
Выкроив немного времени, Хань Сыи смастерила несколько инструментов для спасательных работ и подводного патрулирования.
Фан Юйань вместе со своими людьми поднял мехов в воздух и принялся прочесывать местность в поисках пропавшей.
К сожалению, девяносто процентов Полигона номер три занимало Черное море.
Радиус действия сканеров был невелик, а студентов Империи, прошедших в четвертый этап Объединенного экзамена, оставалось совсем мало. Оборудование использовалось целую неделю, но так и не принесло ощутимых результатов.
На третью неделю их лагерь подвергся нападению со стороны Межзвездной академии.
Тань Си и его команда применили тактику, опробованную еще во время сборов.
Как только противник поднимался в воздух, они выпускали несметное количество особых звездных кораблей.
Эти корабли словно только и ждали появления целей, обрушивая на них шквал беспорядочных атак.
Множество поисковых приборов было уничтожено.
Разъяренные студенты Империи вступили в полномасштабное столкновение с учениками Межзвездной академии, в результате чего обе стороны понесли серьезные потери.
К двадцатому дню меха Бай Емина была почти полностью восстановлена.
Его вступление в бой коренным образом изменило расстановку сил.
Сменив Фан Юйаня, он начал методичную зачистку всех уцелевших учеников Межзвездной академии.
Фан Юйань же вернулся на Полигон номер три, чтобы перевести дух.
Цзи Фу отсутствовала так долго, что никто уже не имел ни малейшего представления о ее судьбе.
Они продолжали удерживать позиции лишь из нежелания уступать территорию Межзвездной академии.
Нужно было задушить в зародыше любые их шансы на победу.
Фан Юйань приземлился на острове, попутно переписываясь с Хань Сыи.
Всё это время девушка без устали модифицировала формулу зелья Цзи Фу, которую им удалось проанализировать ранее. Наконец, после бесчисленных попыток...
Эффективность ее состава почти сравнялась с оригиналом.
С наступлением третьей недели процесс выздоровления Чжоу Синъюя заметно ускорился, и на сегодняшний день он восстановился уже на девяносто процентов.
Хань Сыи писала:
— Появится Цзи Фу или нет — уже не имеет значения. До истечения тридцатидневного срока мы должны выбить всех оставшихся студентов Академии.
Фан Юйань отвечал ей лениво, без особого интереса.
Рядом бушевали волны, с шумом разбиваясь о берег.
Обстановка ничем не отличалась от прежней: вокруг Черного моря не было ни единой живой души, и все эти двадцать дней сканеры молчали, не фиксируя никаких аномалий.
И вот в этот безмятежный полдень, казавшийся точной копией всех предыдущих двадцати дней...
Стоявший на берегу Фан Юйань первым почуял неладное.
Он стремительно запрыгнул в кабину.
Едва подключившись к системам, он увидел, как на панели управления одно за другим начали всплывать сообщения об аномалиях.
Однако детальный анализ так и не помог определить источник возмущений.
Фан Юйань мгновенно побледнел и тут же отправил сообщение Бай Емину и Чжоу Синъюю:
«На Полигоне номер три зафиксирована активность! Сканеры не дают точных данных, но это наверняка как-то связано с Цзи Фу. Срочно выдвигайтесь…»
Он не успел дописать.
Подняв голову, он увидел, как море вспенилось в неистовом безумии.
ГРОХОТ!!!
Водная гладь в самом центре Черного моря внезапно взорвалась.
Гигантский столб воды взметнулся ввысь, и из эпицентра взрыва, сквозь мириады брызг, медленно поднялась боевая машина.
Стоило ей появиться, как дремавший много дней чат трансляции взорвался комментариями.
«Твою ж мать! Откуда там меха?!»
«С таким дизайном… Это какая-то совершенно новая модель, я ее раньше не видел…»
В лучах яркого солнца пепельно-серебристый корпус сиял, словно покрытый слоем жидкого света.
Внешний вид меха был поистине уникален: прекрасная металлическая текстура, изящные изгибы брони, а на груди переливались две невероятно яркие дуги света.
Одна — глубокого синего оттенка, другая — багряно-красная.
Они не пересекались, а плавно скользили по всему корпусу, мерцая и пульсируя.
Это выглядело так, будто по телу машины свободно струились живые линии.
Зрелище было потрясающе красивым.
Но самым жутким было то, что у этой машины имелись глаза.
Мехи управлялись людьми, и их голова, как правило, служила кабиной пилота.
Глазами меха был Солдат мех, управляющий им изнутри.
Поэтому, несмотря на изощренный дизайн головных частей, глазницы обычно оставались пустыми или, ради эстетики, закрывались черным стеклом.
Наиболее искусные Мастера мехов иногда прибегали к особым визуальным решениям.
И всё же почти никогда не встречалось ничего подобного тому, что предстало перед зрителями сейчас...
Пара алых, светящихся глаз.
«Постойте-ка, эти глаза… Почему они кажутся мне смутно знакомыми?»
Еще бы им не быть знакомыми.
Ведь эти глаза принадлежали Янь-Яню.
Точнее говоря, его встроенной высокоуровневой интеллектуальной системе.
Цзи Фу обновила ее и интегрировала в свой новый мех, подарив ему способность «видеть».
Машина полностью поднялась из воды и зависла над Черным морем.
В то же мгновение на панели управления Фан Юйаня высветилось системное уведомление:
«Меха ранга Сверхзвездный+, Карающая мир».
В отличие от своего изящного облика, машина носила пугающе жестокое и прямолинейное имя.
Однако в эту секунду всё внимание зрителей было приковано лишь к одному — к рангу Сверхзвездный+.
К настоящему моменту это была уже четвертая машина подобного уровня, появившаяся на арене Объединенного экзамена.
Сначала «Роза», затем «Тайхэ», потом улучшенный «Распад», и вот теперь — еще один абсолютно новый мех.
Осознав значение этой надписи, все, кто наблюдал за трансляцией, подняли невообразимый шум.
«Она столько времени пряталась на дне Черного моря, чтобы собрать меху?!»
Мрачные и бурные воды казались зрителям подобием настоящей бездны.
Немыслимо, что кто-то смог не только выжить там в течение двадцати дней, но и успешно сконструировать меху ранга Сверхзвездный+.
«Да кто она вообще такая???»
Дно Черного моря и меха ранга Сверхзвездный+ — эти несовместимые понятия сплелись воедино, породив самую шокирующую сцену за всю историю нынешнего экзамена.
И это было лишь начало.
Лицо Фан Юйаня исказилось от ужаса.
Ему было не до раздумий о том, как именно Цзи Фу удалось сотворить подобное чудо.
Придя в себя, первое, что он сделал, — активировал режим ярости своего меха и бросился наутек.
Как бы она это ни провернула, он ни за что не собирался вступать в бой с машиной ранга Сверхзвездный+ в одиночку, пока на подмогу не прибудут Чжоу Синъюй и Бай Емин.
Но, к его несчастью, «Карающая мир» оказалась гораздо быстрее.
Едва он запустил форсаж, как машина перед ним растворилась в воздухе.
Пепельно-серебристый силуэт дважды мелькнул в небесах, преодолев колоссальное расстояние, и возник прямо перед Фан Юйанем.
Не вдалеке, не на границе видимости, а вплотную к нему!
Меха находилась на расстоянии вытянутой руки.
Ее скорость граничила с телепортацией.
Впервые в жизни Фан Юйань, столкнувшись с противником, испытал удушающее чувство полного бессилия.
А ведь человек, с такой легкостью подавляющий его сейчас, еще несколько месяцев назад был жалким бойцом Ранга А, на которого он даже не взглянул бы.
На самом деле талант Цзи Фу по-прежнему оставался лишь на уровне Сверхзвездного ранга.
Конструирование отнимало массу духовных сил, особенно в такой среде, как Черное море.
К тому же она использовала исключительно первоклассные материалы ранга Сверхзвездный+, и одна только работа с ними выматывала ее до потери сознания.
Однако ее невероятное чутье в механике позволило создать «Карающую мир» настолько совершенной, что машина стала с ней единым целым с первой секунды своего существования.
Ей потребовалось всего двадцать дней, чтобы заставить других на собственной шкуре ощутить, каково это — быть раздавленным мехой более высокого класса.
Фан Юйань понимал, что бежать некуда, но всё же хотел продержаться еще немного — Бай Емин уже спешил на помощь.
Поэтому, когда путь к отступлению был отрезан, он, не колеблясь ни секунды, распахнул оружейные отсеки и выпустил весь боезапас, закрепленный на поясе меха.
Одновременно с этим он замахнулся и со всей дури ударил по стоящей перед ним машине.
Меха Фан Юйаня отличалась колоссальной физической мощью. Кулак, заряженный энергией режима ярости, нес в себе такую разрушительную силу, что сам воздух вокруг него затрещал.
Жестокий и бескомпромиссный удар летел прямиком в двигатель «Карающей мир».
Но произошло непредвиденное: и его тяжелый кулак, и залп высокоскоростных самонаводящихся ракет в долю секунды ушли в пустоту.
На панели управления вспыхнуло темно-красное окно предупреждения, а в ушах раздался пронзительный писк:
«Цель потеряна».
Цзи Фу снова исчезла, растворившись в воздухе так же внезапно, как и появилась.
И в отличие от тех скачков, что она использовала будучи на Звездном ранге, за перемещениями «Карающей мир» Фан Юйань не мог уследить даже приблизительно.
Он не имел ни малейшего понятия, с какой стороны она атакует в следующий раз.
Леденящий душу страх перед неизвестностью сковал юношу, его лицо напряглось до предела.
Он выхватил длинный клинок и одновременно выпустил веер торпед, наносящих урон по площади.
Крепко сжимая рукоять меча, пока в небе роились снаряды, его меха наконец уловила слабое пространственное возмущение.
Двумя руками сжав Квантовый световой клинок, он проигнорировал саму рябь и, вложив в удар все свои силы, рубанул туда, куда, по его расчетам, должна была скользнуть тень.
Он знал, что вражеская машина слишком сильна, и времени, затраченного им на обнаружение следа, Цзи Фу с лихвой хватит, чтобы подобраться еще ближе.
Поэтому этот свирепый рубящий удар наносился почти вслепую, на чистом предвосхищении.
И этот хладнокровный удар действительно едва не задел меху Цзи Фу. Разрезав небеса, клинок пронесся дальше и одним махом разрубил надвое далекий остров.
ГРОХОТ!
Под оглушительный гул обрушивающихся скал Фан Юйань сконцентрировал энергию. За какие-то полсекунды его руки замелькали с бешеной скоростью, нанеся более сотни ударов.
Он превзошел сам себя, достигнув абсолютного пика своих возможностей.
Вспышки световых волн переплетались с ревом взрывов, обрушиваясь на противника сплошным потоком, словно всепоглощающий ураган смерти.
Действуя на пределе сил, Фан Юйань синхронно с вихрем клинков выстрелил из сверхтяжелой лучевой пушки.
Багряный луч прошил пространство, подобно гигантскому огненному шару, прокладывая от меха Фан Юйаня длинную, выжженную просеку.
БУМ —
Сверхтяжелый залп разорвал пространство, и его чудовищный грохот эхом прокатился по всему Полигону номер три.
Но в самом центре этой бури пепельно-серебристая меха, несмотря на свои внушительные габариты, двигалась с невероятной, почти пугающей легкостью.
Лавируя в этом смертоносном шквале со скоростью, не поддающейся осмыслению, она снова оказалась вплотную к Фан Юйаню.
Вот только на этот раз ее появление сопровождалось сокрушительным ударом, разрывающим саму ткань пространства.
Фан Юйань резко обернулся. Его зрачки сузились от ужаса, и в них, словно в замедленной съемке, отразился летящий прямо на него стальной кулак.
БУУУМ.
Этот удар проигнорировал любую защиту. Он пробил броню насквозь и безжалостно разворотил двигатель его машины!
Скорость и мощь были таковы, что идентификационный жетон на его теле даже не успел среагировать.
Юноша мог лишь беспомощно наблюдать, как корпус его меха прошивают насквозь.
ХРУСТЬ.
Двигатель разлетелся на куски.
А секунду спустя над всем полигоном пронесся невероятно громкий голос системы:
«Студент Имперской военной академии Фан Юйань выбыл».