Глава 29.0

Тхэми, добредя до дома Гвинама, остановилась перед воротами. Казалось, проливной дождь вымыл все мысли из головы.

«Давай. Роман. Самый настоящий».

Щёки Тхэми вспыхнули даже под холодными струями дождя.

«Предлагает? Роман? После того, как всё слышал?»

«Я хочу этого. Хочу романа с Кан Тхэми».

Глаза Кан Хуна, когда он говорил это, горели желанием. Сердце, казалось, вот-вот взорвётся. Крепко сжав её плечи, он серьёзно объявил:

«Дам тебе время подумать. Ровно неделя».

Неделя. Для неё это был бесконечный срок. Потому что в жизни она никогда ни о чём не думала.

В детстве делала, что велел отец, в компании — что велело начальство.

Все остальные, большие и маленькие, личные проблемы она решала не дольше чем за день. Просто действовала по наитию, следуя инстинктам.

Если подумать, единственное, в чём она когда-либо участвовала осознанно и самостоятельно — это мода, макияж и соцсети.

Тхэми занервничала.

Если начать думать — ответа не найти. А если не думать и следовать инстинктам — страшно, можно ли так поступать в таком серьёзном деле.

Если так пойдёт и дальше, через неделю она, возможно, засохнет, как сорванный с корнем сорняк.

— Ты чего тут стоишь? — раздался голос Самсун за спиной.

— Мамочки! — подскочила Тхэми.

— Ой-ёй, промокла насквозь. А лицо-то чего в таком беспорядке?

Тхэми в испуге бросилась в дом. Вбежав в комнату и взглянув в зеркало, она пришла в ужас.

В зеркале отражалось существо, при виде которого любой, даже собиравшийся признаться в любви, сбежал бы без оглядки.

Тхэми в отчаянии плюхнулась на стул.

«И что он во мне нашёл?»

Она ни разу не показалась ему красивой, ни разу не блеснула своими деловыми качествами. О том, что она дочь TS Group, он не знает, значит, деньги тут ни при чём.

«Ха. И что? Почему? С какой стати такой огромный, красивый, сексуальный и застенчивый мужчина хочет со мной встречаться?»

У неё не было ни нежной, привлекательной для мужчин внешности, ни спокойного или очаровательного характера.

Поэтому его предложение было для неё загадкой.

«Может, это... ну, типа, деревенский парень мечтает о городской девушке?»

От непривычных размышлений разболелась голова. В груди давило, будто что-то мешало дышать.

«Скажу сразу, чтобы не было недопониманий: у меня это в первый раз. И такое предложение я делаю впервые».

Тхэми резво вскочила со стула. В голове зазвенели колокола.

Дзынь! Первый раз! Дзынь! Первый раз! Дзынь-дзынь-дзынь! Первый-первый-первый!

Инстинкт кричал:

«Не упусти его первый раз! Беги и скажи «да»!»

Тхэми нервно заходила по комнате. Инстинкт подгонял её.

«Не трать целую неделю! Иди! Сейчас же иди к нему! И в знак согласия — целуй!»

— Нет, нет! — Тхэми попыталась вернуть самообладание. — Ты сейчас слишком взволнована! Возьми себя в руки! Из-за какого-то полугодового романа?

Она усиленно искала причины, почему нельзя встречаться с Кан Хуном.

«Он же просто деревенский фермер? Который ездит на старом розовом скутере и живёт в разваливающейся мельнице? Пусть он красивый и сексуальный, но деревенский парень — это же не твой уровень, Кан Тхэми?»

Сжатые кулаки дрожали.

«В Сеуле полно красавчиков! Сколько мужиков с такой же фигурой, как у Кан Хуна! Просто ты сейчас в этой дыре, и от безрыбья Кан Хун кажется тебе идеалом!»

Тхэми усиленно принижала Кан Хуна и разжала кулаки. От напряжения заболели пальцы.

«Да. Мне просто одиноко и грустно. А тут, в такой ситуации, встречается такой неожиданный красавец...»

Зажмурившись, она принялась грызть ногти, пытаясь обрести душевное равновесие.

И тут перед глазами всплыло его обнажённое тело у ручья.

— Нет! Нет! — Тхэми яростно затрясла головой.

Сердце, немного успокоившись, снова бешено забилось.

Инстинкт завопил снова:

«Не упусти! Такого монстра не упусти!»

— Успокойся, Кан Тхэми, успокойся. Не дай себя одурачить мужским телом!

Стиснув зубы, она схватила полотенце и поспешила в ванную. Нужно было проветрить голову.

Приняв холодный душ, она вернулась в комнату, выключила свет и легла.

«Сначала посплю. Сейчас я слишком взволнована, могу принять неправильное решение. Посплю, а завтра на свежую голову спокойно всё обдумаю».

Согревая дрожащее после ледяного душа тело, она крепко прижала к себе урчащую Патрицию и закрыла глаза.

***

Ровно через два часа.

Тхэми на всех парах мчалась на машине к мельнице.

Сон, конечно, не шёл. В голове была только одна мысль: немедленно ехать к Кан Хуну.

Виз-з-з-г!

Она резко затормозила на насыпи под всё ещё моросящим дождём.

Выскочив из машины без зонта, она побежала вниз. Только что принятый душ был забыт — она снова промокла насквозь.

К резиновым калошам налипла тяжёлая грязь. Но Тхэми, собрав все силы, запрыгала по камням. Было скользко, но она уже проходила здесь, и держать равновесие было не так сложно.

— Кан Хун!

Добежав до мельницы, она громко позвала его и яростно забарабанила в дверь.

— Это я, Тхэми! Открой...

Дверь после нескольких ударов бессильно распахнулась.

Тхэми рванула её и вошла. На кровати сидел Кан Хун.

— Ты чего? Здесь же, а не отвечаешь?

— Зачем пришла? — низким голосом спросил он. Вид у него был неважный.

— Ответить на твоё предложение.

— Я же сказал подумать. Неделю.

— Мне не нужно так долго думать.

— Подумай. Долго.

— Нет, не нужно...

— Я сказал, подумай! — Кан Хун вскочил и закричал. — Подумай! Спокойно, рационально, целую неделю! И днём, и ночью!

— Я сказала, не нужно! Ответ уже готов, и моё решение не изменится!

Тхэми тоже закричала.

Лицо Кан Хуна мгновенно исказилось.

— Почему... почему... — заикаясь, пробормотал он, и в глазах его застыло отчаяние.

Он закрыл лицо руками и простонал:

— Неужели моё предложение даже не заслуживает того, чтобы о нём думать?

— Что значит «не заслуживает»...?

— Ты пришла отказаться, даже не подумав!

Кан Хун зарыдал. Руки, закрывавшие лицо, дрожали.

— Я... я думал... между нами что-то есть. Мы целовались. Дважды. Нам было хорошо. Оба раза. Мне было. — Он кричал, уткнувшись лицом в ладони. От его содроганий на обнажённых предплечьях вздулись вены. — Как ты можешь быть такой холодной? Не прошло и дня. Всего несколько часов — и ты уже вынесла приговор и пришла сообщить.

Кан Хун медленно поднял на неё глаза. В них смешались обида и отчаяние.

Тхэми с изумлением смотрела на него.

Перед ней стоял мужчина. Огромный, красивый, сексуальный.

И этот мужчина мучился из-за неё. Будто сердце его разрывалось на части.

Нелепо, но...

...это было чертовски сексуально!

Тхэми сглотнула подступившую слюну.

«Такой мужчина мучается из-за меня?»

— Э... я... — говорить было трудно: пересохло в горле, лицо горело, всё тело покалывало. — Я хочу сказать...

— Пожалуйста, Тхэми. Подумай ещё! Хотя бы два дня!

Кан Хун умолял голосом, полным боли.

Тхэми медленно приблизилась к нему.

Кан Хун, не в силах смотреть на неё, крепко зажмурился.

— Пожалуйста... Тхэми...

— Давай, — тихо сказала она.

— Подумай ещё...

— Роман.

Кан Хун, яростно мотавший головой, словно не желая её слушать, вздрогнул и отнял руки от лица.

Ошалело глядя на неё, он переспросил:

— Ты... что сейчас сказала?

— Давай. Роман, — Тхэми мягко улыбнулась и взяла его лицо в ладони.

— ...Давай? — тупо повторил Кан Хун.

— Да. Роман, — застенчиво кивнула Тхэми.

Мгновение он безучастно смотрел на неё, а потом глаза его, ещё недавно полные отчаяния, зажглись радостью.

— Тогда сегодня первый день?

Тхэми, сияя, притянула его лицо к себе и завладела его губами.