Старые игрушки, новые плавила

Том 6 Глава 103 – Старые игрушки, новые плавила

Как и сказала Росвиссер, дети были очень послушными и прекрасно ладили с Видой и Сесилией. Но в разгар беседы Искорка вдруг заметила, что на этом «собрании Мелкви» почему-то не хватает двух человек.

Маленький Розовый Пушистик огляделся по сторонам, но не увидел никого из них, и спросил:

— А куда делись папа и мама?

Остальные тоже огляделись, но не увидели ни Леона, ни Росвиссер.

— Да, действительно, только что они были еще здесь иболтали, а как только отвернулись, их уже нет?

Сесилия взяла Искорку на руки и усадила ее к себе на коленки. Она была так увлечена ласками внучки, что даже не заметила исчезновения дочери и зятя.

Увидев это, Муэн просияла:

— Раз папа с мамой пропали, значит, мы можем провести ритуал призыва!

Иша поспешила ее остановить:

— Нет-нет-нет, они наверняка все еще дома, просто... у них возникли дела, и они ушли, не успев нам ничего сказать.

Муза недоуменно моргнула:

— Какие-то дела? Что это за дела, тетя?

— Ну...

Иша неловко почесала у виска.

— Наверное, опять что-то связанное с происхождением жизни, рождением Вселенной... а-ха-ха~~

......

......

— Как только я увидел эту повязку на глаза, я сразу понял, что сегодня вечером будет все по-старому.

На мягкой, роскошной кровати лежала лишь черная кружевная маска для сна.

В обычное время здесь лежал бы либо костюм медсестры, либо одеяния монахини, а если бы Леон хорошо себя вел, то, возможно, даже костюм кролика.

Но сегодня вечером здесь только маска для глаз, и это говорит о двух вещах:

во-первых, как сказал Леон, это старая игрушка, без какого-либо элемента новизны;

во-вторых, это старая игрушка, в которой нет элемента ролевой игры.

Королева сложила руки на груди, на губах играла улыбка, а серебристые глаза смотрели на эту простую кружевную маску. И вот она неторопливо произнесла:

— Ты думаешь, я тайком утащила тебя с вечеринки только для того, чтобы надеть маску?

Услышав это, Леон приподнял бровь.

— У Вашего Величества появилась новая идея?

— Конечно.

— Я слушаю, Ваше Величество.

Росвиссер наклонилась вперед, взяла кружевную повязку на кончики пальцев и медленно сказала:

— Эта маска не пропускает свет. Один из нас наденет ее, а другой будет указывать на какую-либо часть тела партнера и спрашивать: «Целовать или не целовать?» Тот, кто в повязке, может ответить только «целовать» или «не целовать».

Кратко объяснив правила, Росвиссер подняла свой красивый подбородок в сторону Леона:

— Посмотрим, кто сдастся первым – тот, кто в повязке, или тот, кто без нее. Ну что, осмелишься?

Ой-ой!

Действительно, совершенно новая идея!

Генерал Леон решительно принял вызов:

— Чего же бояться? Кто её будет носить – ты или я?

— Конечно, мужчина должен её носить, с чего вдруг это я должна?

— Нет-нет-нет, мне кажется, с тобой будет интереснее.

— А мне кажется, с тобой будет интереснее.

Новая игра еще даже не началась, а супруги уже снова стали спорить. После недолгой перепалки супруги решили использовать самый примитивный способ, чтобы определить, кто будет с маской на глазах…

— Камень, ножницы~~~ бумага!

— Ха, я выиграл, Росвиссер, будь хорошенькой и надень ее.

Королева с легким недовольством бросила на него взгляд:

— Ну ладно, надену. Но только не смей потом, когда будешь целовать, прижимать меня к себе.

— Не волнуйся, ты точно не продержишься дольше меня, драконица.

Росвиссер слегка фыркнула, а затем присела на кровать в позе утки[1], расправив за спиной длинный серебристый хвост. Ее нежные белые ноги поддерживали полы ночной рубашки, а не пробудившаяся метка дракона покоилась на еёпышной груди.

Она надела кружевную маску на глаза и сказала: «Давай».

Леон тоже был готов. Он сел перед Росвиссер, сначала помахал рукой перед повязкой, чтобы убедиться, что она действительно не пропускает свет, и только тогда успокоился.

В конце концов, эта драконица полна коварства, как же можно не быть начеку?

— Готов? — поспешила спросить Росвиссер.

— Не торопись. Посмотрим... вот здесь, целовать?

Леон указал на маленький кончик носа Росвиссер.

Поскольку глаза были полностью закрыты, Росвиссерсовершенно не знала, куда укажет Леон. Если бы это были какие-то «нормальные» места, то ничего страшного, но если какие-то странные... Не то чтобы это было недопустимо, просто могло бы оказаться слишком возбуждающим.

В этом и заключается прелесть этой игры – ты никогда не знаешь, на что укажет твой возлюбленный. А постоянно выбирать «не целовать» тоже нельзя, иначе полностью утратится смысл нежного флирта.

После короткого колебания Росвиссер кивнула и тихо прошептала:

— Целуй.

Вряд ли он в первый раз выберет какое-то странное место.

Через мгновение она почувствовала теплое прикосновение к кончику носа.

Все оказалось так, как она и предполагала.

— А вот здесь? Целовать?

— Нет.

На этот раз Росвиссер ответила гораздо решительнее.

В конце концов, первый выбор такого вполне нормального места, как кончик носа, скорее всего, был уловкой этого коварного мужчины, и вполне возможно, что во второй раз он перейдет сразу к «серьезным вещам».

— Ты действительно не хочешь?

В голосе Леона слышалась попытка уговорить. Росвиссерневольно сжала полы ночной рубашки, немного помедлила, а затем, стиснув зубы, сказала:

— Целуй. Посмотрим, насколько ты смел.

Сказав это, королева приготовилась, глубоко вздохнула и тихо стала ждать поцелуя. Опасаясь, что этот «мерзавец»может пойти на что-то «жестокое», Росвиссер в душе все же очень надеялась, что он нарушит «принятые нормы».

Противоречия – это и есть то, что делает эту дразнящую игру такой очаровательной.

И хотя Росвиссер была полностью готова, Леон, в конце концов, поцеловал лишь ее щеку. Она тихо вздохнула, и тут же услышала, как Леон спросил:

— Что, разочарована?

Даже через повязку на глазах, Росвиссер могла по самодовольному тону догадаться о выражении лица этого «мерзавца».

— Хм, осмелился поцеловать только нос и щеку, по-моему, ты не такой уж и крутой.

— А если бы я поцеловал другое место, ты бы опять не согласилась.

Ты бы и не осмелился.

— Тогда вот здесь, целовать или нет?

— …

Где же это будет на этот раз? Опять в нос или щеку – в такие места, где ничего не почувствуешь?

Или же…

Росвиссер слегка прикусила нижнюю губу, немного поразмыслила, а затем сказала:

— Целуй.

— Всё ещё целовать? — спросил Леон с улыбкой — Если поцелую это место, боюсь, что из твоих трех драконьихметок загорится как минимум две.

— Не пугай меня, Леон. Если только ты не начнёшь обманывать и не поменяешь место в последний момент, то там, куда ты сейчас указываешь, я абсолютно ничего не почувствую.

— Я бы ни за что не стал обманывать, Росвиссер. Раз ты решила, то я пойду тебе навстречу.

Учитывая «уроки» двух предыдущих раз, Росвиссер не собиралась попадаться на его уловку…

— М-м-м…

На этот раз это были ее мягкие, слегка прохладные губы. И в отличие от двух предыдущих поцелуев, похожих на легкое прикосновение бабочки, на этот раз Леон целовал ее очень долго.

Конечно, Росвиссер не сопротивлялась. В кружевной маскена глазах она была полностью лишена зрения, но это сделало ее осязание еще более острым. Ощущение прикосновения губ завораживало её.

Внезапно она почувствовала тепло в груди.

Наверное, метка дракона отреагировала. Этот негодяйдействительно угадал.

Через несколько минут тепло на губах улетучилось, и Росвиссер наклонилась вперед, словно не насытившись. Но из-за гордости она не могла прямо сказать «поцелуй еще», иначе Леон наверняка бы переоценил ситуацию.

— Следующее место, здесь, целовать?

В этот раз... куда же он указал?

//п.п.:

[1]: поза утки (кит. 鸭子坐) - сидение на плоской поверхности, при которой ноги подогнуты так, что коленки оказываются впереди, а голени лежат вдоль бедер, альтернативное названия W-поза.