Противостояние

• Ариус

Я вернулся домой один.

В конце концов, я не смог добиться того, ради чего пришел. Ну, знал, что это будет не так просто, но, как и любой другой человек, надеялся, что у меня получится.

Но что ж, стоит ли попробовать снова?

Азалия сказала мне не возвращаться.

Я вздохнул.

Все еще…

Пнул камешек на дороге, уходя от разочарования. Ну, это тоже не полный провал. Она сказала, что скоро даст ответ, но действительно ли нужно ждать? Если она дает такой ответ, когда ей нужно подумать, что это значит?

Означает ли это, что я больше не имею для нее никакого значения?

Эта мысль терзала разум. И усилила чувство пустоты в груди.

Я снова вздохнул и продолжил идти в ночной тишине. Когда добрался до особняка, там была гробовая тишина.

Кроме дежурных, все спали.

Поднимаясь на четвертый этаж, заметил, что в кабинете горит свет, а приоткрытая дверь показала, что ноутбук тоже включен.

— Совершенно уверен, что я оставил Цезаря главным, — сказал себе и вошел. Он не из тех, кто оставляет все вот так…

Взгляд остановился на экране ноутбука, я понял, почему он это сделал.

Он прочитал электронное письмо о конфликте кланов и совсем недавно. Должно быть, это тот день, когда я оставил его главным.

Я глубоко вздохнул и выключил ноутбук.

Что ж, возможно, теперь будет легко поднять эту тему.

***

Я направился на четвертый этаж прямо в комнату Афины.

Она крепко спала в своей колыбели, ручки прижаты к голове, а тихое дыхание заставило меня улыбнуться. Мягко сжал ее щеку указательным пальцем, но она не отреагировала, но все же я не могу нарадоваться тому, насколько мягкие ее щеки.

— А если Азалия решит забрать тебя? — прошептал я. — Ты скажешь ей, что хочешь остаться с папой?

Я задал ей такой глупый вопрос.

Будучи ребенком она даже не понимает, что я говорю.

Я ухмыльнулся.

Но все равно с ней весело разговаривать.

— Афина, — я поднял ее из колыбели. — Как насчет того, чтобы спать сегодня вечером с папой?

Я понес дочь в свою комнату.

Она так глубоко спала, что даже не пошевелилась и не открыла глаза, когда я положил ее на кровать, а затем лег рядом. Ее кулачки немного расслабились, и когда я поднес палец к ее руке, она поймала его и улыбнулась во сне.

Этот жест заставил сердце перевернуться.

Это было слишком мило.

"Ааа!", мысленно закричал я. "Моя дочка такая милая!"

Поцеловал ее в лоб и накрыл нас одеялом, а затем заснул, все еще держа палец в ее руке.

***

Утром я проснулся, когда почувствовал какое-то давление на грудь. Когда открыл глаза, чтобы посмотреть, что это такое, то усмехнулся.

В какой-то момент Афина забралась мне на грудь и спала там.

Она обнимала меня и пускала слюни.

Я встал, взяв ее на руки. Девочка проснулась и посмотрела на меня сонными глазами.

— Хорошо ли спалось? — поцеловал ее в щеку, и она лениво засмеялась. Кажется, она еще не до конца проснулась.

Я встал с кровати и заметил, что уже 10 утра.

Ого… Никогда не спал так поздно.

Ну, я лег спать довольно поздно.

— Давайте умоемся, — Я поправил Афину на руках. — Думаю, нужно сменить тебе подгузник.

Понятия не имею, как это сделать, но я уверен, что Ютуб поможет, или, может быть, просто передам ее Заре. Обычно она встает в восемь, так что я найду ее первым.

Пошел в ванную и умыл дочке лицо, затем свое. Потом пошел в ее комнату и только в этот момент понял, что что-то не так.

Я услышал шум, доносившийся с нижних этажей.

— Что это?

Спустился на третий этаж, где служанки ругались между собой, но как только они увидели меня, то замерли, затем их взгляд остановился на Афине, и они вздохнули с облегчением.

Сами тоже был на третьем этаже.

— Босс…

— Что?

— Афина была с вами с утра?

— Она была со мной всю ночь. В чем проблема?

— Ни в чем… — Он посмотрел вниз и побежал на нижний этаж.

Я посмотрел на одну из горничных:

— Где Зара?

— Зара Ним? — Горничная посмотрела на меня. — Она на первом этаже.

Я спустился вниз и заметил напряженную атмосферу, но когда я добрался до первого этажа, ко мне прибежала Зара:

— О, слава богу!

Она, казалось, вздохнула с облегчением, как и все остальные люди.

— Что-то не так?

Зара забрала у меня Афину, но не ответила.

— Это потому, что все думали, что Афина исчезла, — Я обернулся и увидел, как Цезарь спускается по лестнице. — Никому даже в голову не приходило, что ты отвел ее в свою комнату. Зара была в большом стрессе.

— Я кажусь настолько ненадежным? — Я огляделся вокруг, но никто не встретил моего взгляда.

— Ты что-то говорил...

Я вздохнул и посмотрел на Цезаря:

— Приходи в кабинет, — похлопал друга по плечу. — Нам нужно поговорить.

Цезарь последовал за мной, не сказав ни слова.

***

— Ты уже знаешь, почему мы ведем этот разговор, — сказал я, сидя на стуле, а Цезарь сидел на единственном диване напротив стола.

Он кивнул:

— Но почему? Почему ты за ними следишь? Разве все это не закончилось в тот день?

— Цезарь, я не имею в виду ничего плохого, ни одного процента, но… — Я посмотрел ему в глаза. — Не забывай, что ты законный наследник клана Хаунд.

Он покачал головой:

— Я никогда об этом не думал и никогда не собираюсь…

— А следует, — Я прервал его слова. — Может быть, хотя бы раз, подумай об этом, это место твоего рождения, где похоронены твои сестра и мать.

— Ариус… — Он выглядел немного грустным. — Почему ты это делаешь? Я знаю, ты не хочешь, чтобы я уходил.

— Нет! — Я покачал головой. — Я бы никогда этого не хотел, но ты не можешь отрицать кровь в тебе. В конце концов, это твое решение, но если решишь, что хочешь вернуть то, что изначально принадлежало тебе, я помогу. — Я улыбнулся. — И всегда буду здесь, чтобы помочь.

— Это кажется таким чуждым. Что-то такое далекое.

— Я знаю, может быть, даже трудно занять это место, но оно должно быть твоим. Подумай об этом, может быть, хотя бы один раз, но подумай хорошенько. Я поддержу твое решение.

— Ты помнишь, что это за границей? В другой стране.

— Я знаю, — Я кивнул. — Наша связь прочна, как клей, на протяжении двадцати лет, это так странно. Если ты уйдешь, мы окажемся так далеко друг от друга.

Я выглянул в окно:

— Вот почему я был рад, что ты прочитал это письмо. В противном случае я понятия не имел, как мне поднять этот вопрос.

Он улыбнулся, но я заметил в его глазах мрачность.

— Отлично, — Он кивнул. — Я подумаю.