Глава 23.0

Пока я была в душе, у меня немного закружилась голова. Может быть, я слишком устала от прогулки и немного замерзла. Что ж, теплый душ и хороший сон должны помочь, и утром буду в порядке. Надела шелковую черную ночнушку и вышла из ванной.

Лексус разговаривал с кем-то по телефону, но как только заметил, что выхожу, посмотрел на меня. Взгляд задержался на несколько мгновений, и он немного отвлекся от звонка.

— Э-э... да? Что ты сказал?

Он повернулся и продолжил говорить, а я рухнула на кровать. Было так удобно и мягко, и я так устала, что сразу заснула. Думаю, Лексус закончил разговор и хотел мне что-то сказать, но было уже слишком поздно.

Проснулась с тяжелой головой. Было 7 утра. Это означало, что я спала около 8 часов, так почему мне так плохо? Я слишком крепко спала?

— Хорошо, что ты проснулась, — сказал Лексус. — Иди переоденься. Нам нужно успеть на рейс.

— Улетаем?

— Да. Возвращаемся сегодня.

— Но мы должны быть здесь три дня...

— Знаю, но поскольку и моя мать, и я здесь, компания осталась без руководства. Так что мне нужно вернуться первым. Иди, готовься.

Я кивнула и поплелась в ванную с путаницей мыслей.

Подождите.

Его мать здесь. А что насчет отца? Он тоже здесь? Вся семья сейчас в Париже, поэтому кому-то нужно вернуться?

Мозг горит от того, что я так много думаю.

                                                                                                         ***

Я знаю, что должна была понять это раньше, и может, смогла бы купить лекарство, но я понимаю только сейчас, когда мы в самолете. У меня жар. Думаю, что простуда началась вчера вечером, но она была очень легкой, и я могла бы избавиться от нее, но вместо этого усугубила всё, когда просто легла спать.

Посмотрела на Лексуса. Он был занят чем-то в своем Макбуке.

Ну что ж. Нет необходимости говорить ему. Здесь он все равно ничего не может с этим поделать. Кроме того, не буду ли я ему мешать?

                                                                                                       ***

— Розали, — я услышала его голос. — Просыпайся, мы уже приземлились.

Глаза распахнулись. Когда я заснула?

Встала, но почувствовала, как мир вращается. Я едва не упала, благо, поддержала пара рук.

— Эй, что не так?

Я посмотрела на Лексуса, который сканировал меня взглядом. Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что что-то не так, когда я попыталась встать прямо.

— С каких это пор у тебя лихорадка?

— Не знаю, может быть, сегодня утром?

— Давай купим тебе лекарства на обратном пути.

Я кивнула, и мы вышли из самолета, направляясь за багажом. Только достигли вестибюля, как зрение начало немного расплываться. Мотнула головой. Еще немного. Мы купим лекарство, как только выйдем. Я уверяла себя, и как раз тогда, когда сделала следующий шаг, разум на мгновение стал пустым, и мир закружился, заставив меня потерять равновесие и рухнуть без сознания.

                                                                                                    ***

Очнулась, глядя на незнакомый потолок. Оглядевшись поняла, что это комната Лексуса.

— Она будет в порядке после небольшого отдыха, мистер Ксандер, — услышала я чей-то голос. — После того, как жидкость закончится, можете снять ее.

Я заметила капельницу, прикрепленную к руке, и снова погрузилась в сон.

Почувствовала, как кто-то сел рядом со мной, обнял и прижал к себе, так, что стало тепло и уютно. Приятное чувство. Кажется, я почувствовала запах мяты. Очень слабый, но успокаивающий.

                                                                                                    ***

Снова проснулась в пустой комнате, чувствуя себя легче. Лихорадка прошла. Я протерла сухие глаза, чувствуя жажду. Встала с кровати и немного пошатнулась, но сумела удержать равновесие. Я вышла из комнаты, спускаясь по лестнице на кухню, где замерла в шоке.

На сковороде была куча пригоревшей еды. Фартук, лежавший на спинке стула, особенно бросался в глаза розовой леопардовой расцветкой.

— Не обращай внимания.

Голос Лексуса за спиной заставил меня подпрыгнуть, и я посмотрела на него, а он продолжал:

— Э-э… ​​просто забей.

Пошел и выбросил всё в мусорное ведро. Это заставило меня задуматься. Он пытался готовить в ЭТОМ леопардовом розовом фартуке? Боже мой!? Я бы все отдала, чтобы увидеть это!!

Он вернулся, почесывая затылок:

— Что хочешь поесть?

Он смущается? Из-за сожженного? Или, может быть...

— Лексус, вы сами пытались...

— Не надо. Ничего не спрашивай. Просто скажи, что ты хочешь есть?

Я подавляю улыбку. Не могу поверить, что вижу в нем такую ​​сторону! Мне действительно интересно, что заставило его сделать это? И сердце трепещет.

— Итак. Как насчет пиццы? — спросил он снова.

— Пицца? Конечно, давайте пиццу!

У меня никогда в жизни не было пиццы. Одно из желаний сбывается!

— Хорошо.

Он пошел за телефоном, а я подошла, чтобы поближе рассмотреть фартук. Подняла его и рассмотрела. Спереди был карман, и я представила, как он в нем пытается готовить.

Я хихикнула.

Внезапно его вырвали у меня из рук и грубо бросили в шкаф.

— Не надо тут фантазировать.

Он стиснул зубы, и я прикусила нижнюю губу, чтобы снова не захихикать.

— Лексус...

— Давай без этого. Пицца будет здесь через двадцать минут, — сказал он и вышел из пентхауса.

И, не знаю почему, но я была очень счастлива. В душе разлилось теплое чувство.