Глава 51.0

Мое времяпровождение у бабушки сократилось, я должен был возвращаться домой раньше, чем отец. Я не мог позволить себе быть избитым, потому что в таком состоянии не смогу ходить к бабушке. Она будет волноваться, и еще я не хочу, чтобы Розали знала о таких вещах.

Но все же, я видел их каждый день.

Так прошло время, и наступила четвертая зима для Розали. Утром 27 декабря я встал рано и направился к гравировщику. Я копил на него достаточно долго. Кольцо уже куплено, оставалось только сделать такую ​​же гравировку, какая была у ее матери на кольце.

Моя идея состояла в том, чтобы подарить ей что-то, что свяжет ее с матерью.

После того, как гравировка была сделана, я внимательно рассмотрел ее. Я заказал по памяти, но был уверен, что оно выглядело точно так же, только меньше по размеру. Серебряное кольцо с гравировкой "Mi tesoro", что означает "мое сокровище", на внутренней стороне. И хотя, у ее матери было платиновое кольцо, я конечно, не могу себе его позволить… Ну, может быть, в будущем. На данный момент я доволен и этим.

                                                                                               ***

Бабушка пекла торт, а Розали еще спала.

— Ты пришел! Как насчет того, чтобы заняться украшениями? После этого мы разбудим Роуз, — предложила она.

— Конечно.

Я начал надувать воздушные шары и украшать комнату. К тому времени, как я закончил, бабушка уже приготовила торт. Затем я пошел в спальню и разбудил Розали. Сел на ее кровать со словами, "Просыпайся, Розали". Она не пошевелилась.

—Розали-и...— я пощекотал ее, и она засмеялась. — Давай, иди к бабушке, она приготовила твое платье.

Бабушка нарядила ее, и мы устроили маленькую вечеринку по случаю дня рождения. Время, казалось, летело так быстро, когда я был с ними, что мне откровенно не нравилось. Разрезав торт, я отдал ей кольцо.

— С днем ​​рождения, Розали.

— Что это?

— Это особое кольцо, как у твоей мамы.

— Как у мамы?

—Да.

— Это мама прислала?

По какой-то причине я просто решил согласиться и кивнул. Потому что, в конце концов, это было задумано, как связь между ними.

Оно была немного велико, так как я хотел, чтобы она могла носить ее в течение длительного времени. На данный момент кольцо подходило для ее большого пальца, в конечном итоге, когда она вырастет, оно будет соответствовать ее мизинцу.

Убрав посуду, я пошел к бабушке. Очень стеснялся спросить ее, но в конце концов справился.

— Бабушка?

Она начала мыть посуду и повернулась ко мне.

— Да?

— Я… Ничего, если я воспользуюсь пианино в другой комнате?

— Хочешь поиграть?

— Да. На уроке музыки нам разрешили выбрать любую пьесу, которую мы хотим исполнить на фестивале, но фортепиано в школе всегда занято. Я едва успел на нем попрактиковаться.

Она немного подумала:

— Почему бы и нет? Моему мужу нравилось играть на нем, но я думаю, что теперь, когда его нет, пианино стоит без дела. Было бы неплохо, если бы у него появился новый друг, — она улыбнулась.

Я просиял:

— Спасибо!

Побежал в музыкальную комнату, где стояло большое черное пианино, прямо в центре квадратной белой комнаты. Сел на мягкую скамейку, открыл крышку и уставился на клавиши. Несмотря на то, что оно давно не использовалось, бабушка всегда содержала его в чистоте.

Положил пальцы на клавиши, глубоко вздохнул и начал играть. Это была мелодия, которая мне очень понравилась, "Имя жизни". Краем глаза я кое-что заметил. Пара больших сияющих глаз смотрела на меня сбоку от фортепиано.

Я хихикнул и перестал играть. Розали посмотрела на меня, и я еще больше рассмеялся, усадив ее рядом.

— Тебе нравится эта мелодия, Розали? — она кивнула. — Называется "Имя жизни". Эта мелодия имеет особое значение. Она как бы описывает борьбу, которую мы все проходим через жизнь, но, в конце концов, все делает нас сильнее, и мы обязательно достигаем точки спасения. Место покоя.

Я посмотрел на нее, и она посмотрела в ответ, ничего не сказав. Возможно, она даже не поняла.

— Я рад, что тебе понравилось.

— Ага, — она снова кивнула.

— Хочешь, чтобы я играл ее для тебя?

— Ага! — она энергичнее кивнула, и я улыбнулся. Думаю, что буду играть для нее даже после школьного фестиваля.

                                                                                                  ***

Я добрался до дома, смертельно уставший из-за того, что проснулся слишком рано и много работал, и заснул на диване в гостиной. Я не думал, что что-то может пойти не так, если немного посплю здесь, пока не проснулся от обжигающей боли в спине.

Подскочил с криком, не понимая, сплю еще или нет. Зрение прояснилось, и я увидел отца в компании пьяных друзей. В их пальцах зажаты сигареты.

— О-о, — протянул один, икая. — Это ты. А мы думали, пепельница.

Другие мужики заржали, а по моим щекам покатились слезы. Пепельница была на кушетке, но они были так пьяны, что забыли, куда ее поставили. И в итоге, потушили окурки о мою спину. Я молча поднялся и вышел. Было так больно, но я не мог оставаться там. На улице увидел маму. Она дремала, прислонившись спиной к сараю. Хотел подойти к ней, но передумал.

Была темная ночь, на улицах совершенно тихо, пока я шел к бабушке. Молча вошел в дом, сейчас было далеко за полночь. Холод немного притупил боль, но я почувствовал себя очень усталым, когда добрался до гостевой спальни.

— Лекс?

Я посмотрел на обладательницу голоса:

— Розали… — прошептал ей слабым голосом. — Почему не спишь?

Заметил, что губы у нее мокрые. Наверное, проснулась попить воды. Она подошла ближе.

— У тебя болит что-то?

Я покачал головой, обняв ее и опускаясь на пол.

— Нет, все хорошо. Просто устал.

Не знаю, кто ее этому научил, но она стала гладить меня по голове маленькими ручками, приговаривая:

— Тише-тише, все будет хорошо.

Я не ожидал, что от этого усну.