История Цезаря [Как они встретились]

Цезарь [9 лет]

Человек без власти и денег — ничто, а нормальный человек вообще ничто. Идите дальше, бедняки подобны муравьям, на которых можно наступить только потому, что хочется это сделать.

Ведь что может сказать муравей?

Оно не может говорить.

Так же, как мы.

Мы жили в трущобах уже год.

Вечером я вернулся с работы весь в грязи с куском хлеба и солеными огурцами. Вошел в небольшую палатку, сделанную из множества разных кусков ткани, сшитых вместе.

— Я вернулся, — сказал маме, пока она сидела посередине. Подошел к ней и сел рядом. — Дай руку.

Она протянула ладонь. Я взял нож и разрезал хлеб пополам, затем сделал надрез в центре, чтобы начинить его всеми солеными огурцами, которые у меня были. После этого передал маме.

— Ешь.

— А ты?

— У меня есть порция, — начал жевать хлеб без всего, а свет неба тускнел.

Мы ели молча.

— Цезарь?

— А? — Сегодня я очень много работал над солеными огурцами, поэтому чувствовал себя более уставшим, чем обычно.

— Почему бы тебе не поговорить? Ты много говорил, когда был младше, — Она закончила есть и подняла руки, чтобы найти меня. — Ты здесь, верно?

Травма не убила ее, но лишила зрения. Она больше не могла видеть дневной свет, не могла видеть небо, хотя ее глаза были темно-синие.

— Я здесь, — взял ее за руку и поднес к своему лицу. — Где еще мне быть?

Я вздохнул. Взгляд остановился на сломанном мече.

— Почему он все еще есть? Я сказал тебе выбросить.

— Это семейное наследие, — Она поняла, о чем я говорю. — Единственная вещь, которую мне удалось унести с собой в тот день. Это важно.

Я встал.

— Ложись спать, — а сам подошел к коврику на другой стороне и лег.

Этот меч нам никогда не пригодится. Хранить его только потому, что это семейная реликвия, глупо.

Я терпел это только потому, что маме он был дорог. Если бы он принадлежал моему отцу, я бы выбросил его давным-давно.

***

Проснулся рано утром и стал готовиться к работе. Я работал рядом с шахтами, поэтому приходилось много ходить пешком.

Я взглянул на маму, она еще спала. Собрался уходить из палатки, но как только сделал шаг, она сказала.

— Уже уходишь?

— Мне сегодня надо идти.

Я выбрался из палатки, когда что-то привлекло мое внимание, точнее кто-то.

К палаткам рысью пробирался мальчик, на вид примерно моего возраста. Он казался изнуренным, в глазах было видно пережитое изнеможение.

Ему удалось дойти до нашей палатки и посмотреть на меня, но, прежде чем он успел что-то сказать, он рухнул на землю.

Я испугался, когда он упал.

— Эй! — подхватил его на руки. — Эй! С тобой все в порядке?

Он не ответил.

— Что-то не так? — спросила мама внутри палатки.

— Ага, — взял его за руки и потащил в палатку. — Этот парень появился из ниоткуда и рухнул перед палаткой.

— О, бедный ребенок. Отдай его мне, — Она обняла его и посадила к себе на колени. — Он грязнее тебя.

— Да… — Я посмотрел на его иностранные черты лица, и первое, что пришло мне в голову, было то, что даже несмотря на всю грязь, он был симпатичным. — Я пойду. Иначе опоздаю.

— Хорошо.

***

Вечером я вернулся с едой и увидел, что парень все еще спит.

— Он не проснулся?

— Нет.

— Хм...

Подошел, сел перед мамой и разрезал хлеб пополам, но остановился. Я посмотрел на мальчика, а затем разрезал хлеб на три части.

Сегодня у меня появилось немного мяса, поэтому разделил его на три части и начинил им хлеб.

— Руку, — Мама подала мне ладонь, и я положил ей хлеба.

В этот момент услышал, как парень заворочался, что-то фыркая.

Его глаза распахнулись, и он сел прямо, а первое, на что он посмотрел, был хлеб в маминой руке.

Он не пошевелился и ничего не сказал. Просто продолжал смотреть.

— На, — Я дал ему кусок, который отрезал для него. Он испуганно посмотрел на меня. — Все в порядке. Ешь.

Затем я начал есть свою порцию, увидев, что он нерешительно взял еду. Откусывая маленькие кусочки. Пока я ел, заметил его медовые глаза и светлые ресницы.

— Почему ты пришел сюда? — спросил его, когда он закончил.

— Похищение, — заявил парнишка, и я нахмурил брови. — Меня похитили.

Его голос был сухим, поэтому я принес ему стакан воды. Он сразу же выпил и глубоко вздохнул. Как будто в нем восстановилась какая-то жизнь.

— Я убегал от похитителей.

— Откуда ты? — спросила его мама, и он, казалось, немного не хотел отвечать.

— Если ты не хочешь отвечать, это нормально. Но ты не можешь здесь оставаться, — сказал ему. — Я не могу приносить еду для троих каждый день.

Он стыдливо посмотрел вниз.

— Простите.

— Все в порядке… Теперь иди спать, — Я подошел к своему коврику и освободил для него место. — Иди сюда.

Парень сделал, как ему сказали, лёг рядом со мной.

— Я не хочу быть обузой, — прошептал он.

Я отвернулся и закрыл глаза.

— Спи.