Забота о мелких делах

• Ариус

Я стоял в кабинете и думал о Паучьих Черепах. Должен ли отправить письмо раньше, через Орлов? Для этого придется обратиться в службу, но думаю, что это лучший вариант.

Взял лист бумаги и начал писать чернильной ручкой. Закончив, положил письмо в конверт и запечатал его печатью Алукарда, в этот момент кто-то постучал в дверь.

— Войдите, — Я сказал это нормальным тоном, но несколько мгновений никто не открывал дверь. Поднял взгляд со своего места, и тутдо меня дошло. — Заходи!!

Дверь открылась, и Аян засунул голову внутрь.

— Вы свободны?

Я кивнул.

— Я сейчас, тебе что-то нужно?

— Мне просто интересно, могу ли я пойти на могилу Марии?

Я почесал за ухом.

— Она далеко. Там, где остальные члены твоей семьи, это в другом городе.

— Я просто скучаю по ней.

— Отвезу тебя, когда вернусь из Лорелай.

— Вы тоже собираетесь на гору Сефра?

Я кивнул.

— Это довольно близко к Лорелай, так что будет лучше, если я закончу дела и там.

— А что насчет пленника?

Я вздохнул.

— Не знаю, может быть, я оставлю его в подвале гнить.

— Вам следует убить его.

— Ты имеешь в виду, проявить к нему милосердие?

— Вы ничего не добьетесь, оставив ему жизнь и пытая его. Вы же не злой человек.

Его слова заставили меня усмехнуться.

— Думаешь, я хороший?

Он кивнул.

— Все близкие вам люди знают, что сделано, то сделано. Этого не исправить. Не позволяйте ненависти развращать сердце.

— Ты хороший парень, Аян, — Я улыбнулся и подошел к нему. Он стал немного выше. Я потрепал его по голове. — Ты хочешь быть хорошим человеком, верно?

Он кивнул головой.

Он никогда не сможет быть хорошим, невинным человеком, если будет жить в преступном мире.

— Я хочу быть как мои бабушка и дедушка.

Бабушка и дедушка? Он изменил свои слова, узнав правду Марии.

— Я знаю, что никогда не встречал их, но знаю, что это были за люди. Какие на самом деле мусульманские семьи. Я хочу всему этому научиться.

— Это хорошо. У тебя хорошая цель, — Он кивнул, и я мысленно принял решение. Это место не для него. Никогда не было для него. — Аян, когда я вернусь, мне нужно будет с тобой кое о чем поговорить.

— О чем? Это важно?

— Да, это важно. Я расскажу все, когда вернусь.

Потрепал ему волосы и пошел. Почему я иду к Орлам сам? Это эксклюзивная услуга для ограниченного круга людей.

Я бы сказал, что эти люди довольно высокомерны. Они даже не отвечают на телефонные звонки, это очень раздражает, но, по крайней мере, мне не нужно идти пешком по горам, чтобы добраться до них.

Когда вернулся, меня встретило большое количество моих людей в конференц-зале с любопытными взглядами. Все они выглядели довольно подозрительно.

Ли принес мне чаю, чтобы я расслабился, пока я сидел на стуле на подиуме.

— Босс! — воскликнули он.

— Да? — ответил спокойно и отпил чая.

Все посмотрели друг на друга и кивнули, как будто соглашаясь с чем-то.

— Босс! Когда у тебя появится наследник!?

Это было так удивительно, что чай у меня из рта вылился.

— Ч-что?! Какой наследник?

— Ты достаточно взрослый и последняя кровь Алукарда. Конечно, у тебя должен быть наследник, — заговорил один мафиози.

— Мне всего 27, и я никуда не тороплюсь.

— Но, босс!! — раздалось синхронное нытьё.

— Что!? Откуда вообще взялся этот вопрос?!

— От твоего публичного поцелуя, — сказал кто-то.

— Что?! — В моей голове пронесся образ того, как я целую Азалию на глазах у всех. — Ох…

Вот черт. Почему я это сделал?!

— Подождите! Это еще ничего не значит!

— Ух ты, босс. Мы все думали, что ты лучший человек, а не какая-то шлюха. Относись к своей девушке правильно, — Я услышал голос откуда-то из толпы.

— Кто это сказал? — Я стиснул зубы. — Выходи немедленно.

Никто не двигался и не говорил. Какого черта? Что это за поведение?

— Если ты не покажешься, все вы будете наказаны.

Никто из них не пошевелился.

Ух ты.

— Помните о том, что я главный.

***

— Что они все сделали?

Цезарь подошел ко мне, пока я сидел на стуле и смотрел, как некоторые из бандитов прыгают через скакалку на коврике для акупрессуры.

— Они меня раздражали.

Он встал рядом.

— Это сложно.

— Да, но им не повредит.

— Я почти уверен, что это не то, как ты должен использовать…

— Т-с-с, — Я заставил Цезаря замолчать. — Им не обязательно это знать.

Я наблюдал за ними, когда мне в голову пришла мысль.

— Цезарь, убедись, что они правильно выполняют упражнения.

Он кивнул.

— Мне нужно кое-что сделать.

Собираясь выйти, я остановился и посмотрел на них:

— Вы хотели получить ответ, верно? — Все остановились и посмотрели на меня, находя облегчение в полученной минутной передышке. — Я не планирую иметь наследника.

Мои слова потрясли их, выражение боли исчезло с лиц, сменившись разочарованием.

— Но, босс, почему?!

Некоторые протестовали, но я не дал им ответа и ушел. Я не ответил на вопрос об Азалии, потому что планировал объявить об этом официально перед всеми после того, как закончу наводить порядок в делах.

Когда пошел в свою комнату, то сказал горничной, чтобы она попросила Бена зайти ко мне. Тема наследника напомнила мне, что мне еще предстоит разобраться с Мейси, и нужно как можно быстрее отправиться в Лорелай.

Достигнув третьего этажа, я велел другой горничной отправить Ли в мою комнату.

Достигнув четвертого этажа, я собирался пойти в свою комнату, когда остановился посреди коридора.

Повернулся и посмотрел в другой конец. Я не видел Азалию целый день после того поцелуя. Поговорю с ней после того, как закончу разговор с Беном и Ли. Я уже сказал ей, что мы уезжаем сегодня вечером, так что, возможно, она готовится. Вскоре после того, как я добрался до своей комнаты, одновременно вошли Бен и Ли.

— Вызывали? — спросил Бен.

Я кивнул.

— Мне нужно, чтобы ты кое о чем позаботился для меня.

— Слушаю.

— Помнишь Мэйси?

— Да. Вы рассказывали мне о ней и ее заявлении.

— Теперь, когда доказано, что она солгала, я хочу, чтобы ты позаботился о ней очень хорошо.

Он поклонился и улыбнулся.

— Как пожелаете.

Он ушел, а затем Ли шагнул вперед

— Вы тоже меня звали.

— Убей пленника и принеси мне кусок кожи, который я ему отрезал.

Я вырезал его татуировку с черепом и пауком, чтобы взять с собой на гору Сефра. Ххотел пытать его еще больше, ведь он забрал кого-то столь дорогого для меня, но слова Аяна изменили мое мнение.

Я не должен позволять ненависти развращать меня.

Но месть, конечно, отдельная тема.