Афина

Что за!?

Передо мной сидела девочка в розовом комбинезоне. На голове у нее была повязка, хотя волос у нее почти не было. Ее бледная кожа подчеркивала естественный светло-розовый румянец на пухлых щеках.

Несколько секунд я не мог поверить своим глазам.

Я все еще сплю? Покачал головой. Если бы это был сон, я бы не подумал об этом, поэтому сделал шаг, чтобы посмотреть, есть ли там кто-нибудь, но коридор был пуст, в то время как малышка не сводила с меня своих больших круглых глаз, глядя на меня с величайшим интересом.

Снова посмотрел на нее, и она тут же вскинула ручки вверх, как будто просила меня взять ее.

Я был приятно удивлен ее поступком. Это было восхитительно и, самое главное, это было впервые.

Дети или младенцы никогда не приходят ко мне, и я всегда знал, что это из-за моей ауры. Я знал, что мое поведение слишком тяжелое для детей, поэтому тоже никогда особо не обращал внимания на них. Не особенно люблю детей. Нет, я не ненавижу их, просто они мне не нравятся, потому что легко могут заплакать, особенно если видят что-то, что им не нравится.

Возможно, с этим ребенком что-то не так.

— Ооо, — Она требовательно взмахнула ручками.

— Ладно, хорошо, — Я вздохнул. — Но не смей плакать, когда возьму на руки.Как ты здесь оказалась?

Она лишь надулась, немного выпятив нижнюю губу, и посмотрела на меня широко открытыми глазами. Я усмехнулся:

— Значит ли это, что ты не знаешь? — Я направился к лестнице. — Или не хочешь мне говорить?

— Омм... — Она проигнорировала меня и повернула голову, чтобы посмотреть на коридор.

— Ладно… Вот, что тебе интересно.

Было удивительно, что она вообще не плакала у меня на руках и не сопротивлялась. Я никогда не любил детей, но она заставила меня прийти к выводу, что мне нравятся спокойные дети.

Спустился по лестнице и заметил, что на третьем этаже довольно активно. Все горничные и дворецкие лихорадочно носились вокруг, как будто что-то не так, но как только увидели меня, все замерли.

Я остановился посреди лестницы, а они затаили дыхание. Все, казалось, вели себя немного неловко. Я чувствовал напряжение, но понятия не имел, почему.

— Чей это ребенок? — указал на малышку и посмотрел на слуг, но несколько мгновений не получил ответа.

Они неловко переглянулись, и наконец один из них ответил.

— Мы не знаем, сэр…

Я вздохнул и пошел на второй этаж. Было довольно странно, что все жители особняка проснулись так рано и были на работе.

На втором и первом этажах царила такая же суматоха, как и на третьем, но как только их взгляды остановились на мне и на ребенке, сидящем у меня на левой руке, все замерли.

Это просто странно. Почему реакция такая же?

Я знаю, что это из-за ребенка, они не остановились бы из-за меня.

— Кто привел сюда этого ребенка? — Я обратился ко всем, стоя на лестнице первого этажа. — Ответьте мне честно.

Там были все мафиози и прислуга, кроме Цезаря. Заставило меня задуматься, где он был, вернулся ли он вчера вечером или нет?

— Я...это был я.

Взгляд остановился на обладателе голоса, когда он шагнул вперед.

— Бен?

Я правда не ожидал.

Он стыдливо посмотрел вниз:

— Простите, Ариус. Вы знаете, моя жена больна, и я не смог найти няню и взял ее с собой, — Он вообще не смотрел мне в глаза.

— Твоя дочь? — спросил его.

— Ага, — он кивнул, все еще глядя в пол. — Моя дочка, Афина.

Афина… Я взглянул на ребенка. Ей подходит.

Затем снова посмотрел на Бена и вздохнул:

— Что ты собираешься теперь делать?

— Я...эм...я не знаю, — Он взглянул на меня. — Вы же отправляете меня в Россию.

— О Боже! — Я потер виски свободной рукой. — И поэтому ты не хотел идти? Ты должен был сказать мне. Я сказал, что если возникнут проблемы, ты можешь задать их мне лично.

— Да, — он закрыл нижнюю губу, — я хотел, но вы поспали подольше, не хотел будить, и подумал, что смогу найти для нее няню, но…

— Но?

— Она очень разборчива к людям.

Я посмотрел на Афину, она смотрела на Бена:

— Па-а?

Я снова вздохнул:

— Возьми ее, она тебя зовет.

Бен шагнул вперед, но как раз в тот момент, когда он собирался взять ее, Афина развернулась и прилипла ко мне.

Не буду врать, это было удивительно.

— Вы ей понравились, — заметил Бен. — Ей почти никто не нравится.

Я снова посмотрел на нее.

— Твой отец говорит, что я тебе нравлюсь.

— О! — Она с энтузиазмом согласилась, и я воспринял это как комплимент.

— Но ты не мой ребенок, так что вернись к нему, — Она проигнорировала меня, обвила руками мою шею и прижалась сильнее.

Не буду отрицать, это было мило, но я не могу иметь детей в особняке.

— Вы ей действительно нравитесь … — сказал Бен тихим голосом.

— Ли, — я заметил секретаря среди толпы, — Сможешь найти ей няню?

— Да, — Он поклонился и ушел.

— Бен, — начал я.

— Да?

— Я бы никогда не позволил ребенку, особенно младенцу, остаться здесь, но, раз уж это ты, я дам тебе немного времени. Приготовь для нее все, что нужно, прежде чем уедешь в Казань.

— Да, прямо сейчас займусь!

— Все остальные тоже могут уйти, — Все начали расходиться, когда я посмотрел на Афину. — Отпусти меня и иди к отцу.

В ответ она просто держала меня за воротник.