Глава 24.0

Не могу поверить, что раньше у меня никогда не было этого кусочка рая. Мысли таяли, как сыр для пиццы во рту. Думаю, это можно назвать любовью с первого взгляда, потому что я полностью поражена ею.

Из-за дивана, на котором я сидела, выскочила маленькая фигурка.

— Я тебя искала.

Я подпрыгнула от неожиданности

— Саммер?! Когда ты пришла?

— Только что. Но ты слишком задумалась, чтобы меня заметить.

— Лексус не сказал, что ты приедешь.

— Я пришла тайно. Прогуливаю школу.

— Ох...

— Ты же не собираешься говорить мне, что прогуливать — это плохо?

— Правда? Я сама почти не ходила в школу.

— Вот как? Тебе повезло, — она запрыгнула на диван. — Можно мне немного?

Она указала на пиццу, и я кивнула. Я снова села рядом с ней.

— Кстати, а почему в мусорном ведре пригоревшая сковордка?

— Лексус пробовал готовить.

Саммер расхохоталась.

— Поня-ятно. У него это очень плохо получается.

— Он и раньше готовил? — я удивилась.

— Да. Однажды, когда я болела. Доктор сказал ему, что лучше давать мне домашнюю еду, поэтому он попытался сделать все сам. Ему действительно нужно нанять горничную.

Она взяла кусок и начала есть.

Может, сейчас врач сказал ему то же самое? Я знаю, что он ничего не приготовил, но сам факт, что он пытался, вызывал у меня головокружение.

— О, помню, как подарила ему передник с леопардовым принтом.

— Ты подарила ему это!?

— Ага. Хотя он никогда его не носил, — она надулась.

— Оу, Саммер. Я думаю, он очень любит тебя. Потому что он одевает его, пока никто не видит.

— Точно нет! Он ненавидит розовый. Думаю, он его выбросил.

Я хихикнула:

— Он может ненавидеть розовый, но любит тебя. Потому что у него все еще есть этот фартук.

— Правда? — она недоверчиво посмотрела на меня.

— Ага. В кухонном шкафу.

— Хе-хе. Думаю, у дяди есть ко мне слабость.

— Ну, разве это не естественно? Ты его семья.

— Ну...— она замялась. — Он не любит никого в нашей семье.

— Всмысле?

Она качнула головой:

— Знаешь, я думаю, что у него есть слабость ко мне, потому что он не хочет, чтобы я проходила через такие вещи, как он.

— Какие вещи?

— Без понятия. Однажды он случайно упомянул об этом, когда дремал, — с этими словами она взяла еще один кусок.

Мне стало интересно. Если он действительно не любит свою семью, то должна быть причина. Я имею в виду, что семья – это важная вещь. У меня ее никогда не было, но всякий раз, когда я видела родителей с детьми, их окружала теплая аура. Они гуляли по улицам, устраивали пикники в парках или даже когда у них были ссоры, чувствовалось что-то особенное. Связь. Особая связь.

— Э-эй, ты ещё со мной? — Саммер пощелкала пальцами и хихикнула, и я посмотрела на неё. Пока я задумалась, она побежала на кухню и достала фартук.

— Вот видишь, я же говорила, — улыбнулась ей. — А зачем ты купила ему фартук? Да еще розовый?

— Потому что он такой бесцветный, а фартук милый.

Я улыбнулась, а потом кое-что вспомнила:

— Саммер, не пора ли вернуться тебе в школу? Что, если узнают, что ты сбежала?

— Ну да-а...— она выглядела разочарованной, положила фартук обратно в шкаф и поплелась к двери.

— Кстати. Ты пришла сюда одна?

— Ага!

— Не думаю, что тебе стоит возвращаться одной. Мы должны сказать Лексусу.

— Нет! Он рассердится, — воскликнула девочка.

— Но Саммер, что, если что-то случится снова, как в тот раз?

— Давай, ты меня отвезешь и высадишь у школы!

— Хорошо. Ну, думаю, я могу…— но тут же замолчала, вспоминая. — Не получится.

Коснулась своего ошейника. Как я могла забыть об электрошокере?

— Почему нет?

Я покачала головой, встала со словами: "Пойдем к Лексусу". Знаю, что это правильно, но не знаю, почему я чувствую, что что-то не так.

— Рози, не на-адо...

— Все будет хорошо, Саммер. Я поговорю с ним. Окей?

Она сопротивлялась, но в конце концов согласилась. Мы направились к его кабинету, но перед тем, как войти, я услышала, как он разговаривает с кем-то. Остановилась, придержав Саммер.

— Мне нужно знать, что произошло. Она дошла до того, что притворилась, что потеряла сознание, чтобы скрыть правду, — сказал он кому-то по телефону.

У меня упало сердце. Он говорил обо мне.

— Да, я получил письмо.

После повесил трубку, но меня беспокоило, о какой почте он говорил.

— Рози? — Саммер дернула меня за рубашку.

— Ах, да. Идём.

Я постучала в дверь.

Раздалось сухое "Войдите." Мы вошли в офис, и его глаза были прикованы к экрану ноутбука. Я позвала Лексуса, и он почему-то вздрогнул, как только услышал мой голос, но через секунду пришел в себя.

— Розали? — затем взгляд остановился на племяннице. Он поднял бровь. — Саммер? Разве ты не должна быть в школе?

Девочка спряталась за мной.

— Кхм, именно поэтому мы здесь. Она сбежала из школы и пришла сюда.

Он вздохнул и шагнул вперед.

—Саммер... — помассировал виски, но я шагнула вперед.

— Не сердитесь. Она всего лишь ребенок.

— Это не значит, что она может просто прогулять школу. Подожди, ты пришла сюда одна? — выражение его лица помрачнело. — Так, Саммер Ксандер...

— Лексус, пожалуйста, успокойтесь. Ничего не произошло,— вступилась я.

— А если бы что-то случилось?

— Н-но...

— Не лезь, Розали.

— Мы пришли к вам, не так ли?! Саммер знает, что поступила неправильно, поэтому она пришла сюда вместо того, чтобы вернуться одна. Верно, Саммер?

Он посмотрел на свою племянницу, которая высунула голову из-за моей спины и энергично кивнула.

Я глубоко вздохнула и сделала шаг к нему:

— Вы не должны постоянно злиться на людей. Мы все делаем ошибки. Но если люди готовы исправить ситуацию, надо принять это, не так ли?

Знаю, что он никогда не повышает голос, но его выражения и тона достаточно, чтобы напугать человека до чертиков. Он посмотрел мне в лицо, когда я коротко кивнула.

— Хорошо, — он вздохнул. — Отвезу ее обратно.

Мое сердце немного успокоилось, но только немного.

— Прости, дядя, — неловко заговорила Саммер, и после нескольких минут молчания Лексус ответил:

— Все в порядке. Я закрою глаза один раз, но это никогда не должно повториться. Хорошо?

— Хорошо.

Лексус протянул Саммер руку, и она взяла ее. Он был довольно высоким, поэтому вместо того, чтобы идти, держа ее за руку, он взял ее на руки.

— Пойдем.