Где был Цезарь все это время?

•Цезарь

Я сидел на стуле в комнате, моя рука была привязана сзади спинкой стула, а ноги - к передним ножкам стула.

Прошло уже больше суток с тех пор, как меня похитили и привезли сюда, но, честно говоря, мне совсем не нравится эта ситуация.

Наоборот, я более чем счастлив.

Почему? Из-за человека, сидящего у меня на коленях с миской еды в руке.

— Аааа, — Нора жестом показала мне, чтобы я открыл рот, чтобы она могла меня покормить. Я подражал ее действиям, открыл рот и принял ложку.

Видел ее вчера рано утром, когда возвращался со склада, и она принесла… нет, погодите, она меня похитила, чтобы я ничего не смог рассказать Ариусу.

— Как долго ты планируешь держать меня в своей комнате? — спросил я ее после того, как проглотил еду.

— Давай! — Она протянула мне еще ложку. — Как думаешь, сколько времени понадобится Ариусу, чтобы понять, что Афина — его дочь?

Я пожал плечами:

— Он мог бы сразу узнать это, если бы это был сын, но я не уверен, поскольку Афина — девочка, — Я открыл рот, чтобы взять еще одну ложку.

— Что такого особенного в сыне? — Она насыпала мне оставшийся рис, и я его съел. Она с нетерпением смотрела на меня, пока я жевал еду.

— Потому что, — я проглотил последний кусочек и облизал губы. — В кровных линиях Алукардов у мужчин есть черты лица, как у Ариуса, светлые волосы и глаза медового цвета, но у женщин они могут быть, а могут и не быть, у них это довольно редко.

— Правда? — Она поставила миску на пол.— Если подумать, у Ричарда Алукарда тоже были светлые волосы и золотые глаза.

Она прислонилась к моей груди, и мои глаза спокойно следили за ее движением.

— Именно поэтому он запаниковал в тот момент, когда Мэйси заявила, что ее сын от него?

Я кивнул:

— Хотя глаза сына Мэйси не были медового цвета. Она заставила его носить линзы.

— Что? — Она встала и в ужасе посмотрела на меня. — Ух ты, делала такое со своим ребенком. Какая сумасшедшая сука.

— Эта комбинация во многом специфична для Алукардов, я никогда не видел никого с ней.

— Ну, без сомнения. Я тоже.

— Нора? — Она посмотрела на меня. — Ты же знаешь, что держать меня здесь бесполезно.

Она скрестила руки на груди:

— Я не могу тебе доверять, ты можешь рассказать Ариусу все.

— Что я могу ему вообще сказать, когда сам почти ничего не знаю?

— Хочу, чтобы он сам все обнаружил. Если ты скажешь ему, что видел меня здесь, он тоже будет знать, что Азалия где-то поблизости. Я отпущу тебя, когда он выяснит, что Афина — его ребенок.

— Хм, — Надеюсь, это займет некоторое время. — Как насчет того, чтобы развязать меня? Я не выйду из комнаты.

Она подозрительно посмотрела на меня:

— Хорошо, — развязала веревки, которые я сам мог бы легко развязать, но мне хотелось приятно провести время.

После всего.

Я посмотрел на нее.

Вижу ее спустя много лет.

— Почему ты действуешь как их купидон? — спросил ее, когда она закончила.

Она всегда присматривает за Азалией. Молча болеет за нее и помогает ей.

Она ухмыльнулась:

— Если не я, то кто? Она моя лучшая подруга и, ну, теперь она мать, — Выражение ее лица стало мягче, превратившись в теплую улыбку. — Я была с ней во время ее беременности, я знаю, как это тяжело. Женщина не может работать в таком состоянии, поэтому мне пришлось быть с ней и помогать ей.

Я вздохнул внутренне. Всегда хотел знать этот ответ. Посмотрел на нее, когда она стояла рядом с окном, легкий ветерок развевал ее волосы, и она заправила их за ухо.

— У тебя отросли волосы, — прошептал я.

Она улыбнулась:

— Я думала, тебе это понравится, — Она посмотрела на меня на долю секунды, затем опустила взгляд. — Поэтому отрастила…

Она покрутила прядь между пальцами:

— Думаю, что это может добавить мне привлекательности.

— Я хочу тебя в любом обличии, — Я улыбнулся. — Но тебе идет.

Нора отвела взгляд:

— Спасибо… — Ее голос прозвучал как шепот.

Интересно, не придется ли мне больше ждать? Она вернулась навсегда, верно?

Я должен спросить ее.

— Нора? — Она посмотрела на меня, но прежде чем успел спросить ее о чем-либо, ее телефон зазвонил, и она подняла трубку.

Когда она завершила разговор, на ее лице появилась озорная ухмылка.

— Миссия выполнена! — Она ухмыльнулась. — Теперь Ариус знает о своей дочери.

Ее улыбка исчезла:

— Теперь ты можешь вернуться, но тебе не разрешено ничего ни о чем говорить. Я хочу, чтобы он поискал Азалию. Приложил все усилия, которые должен.

Я кивнул и начал выходить, а она смотрела в окно.

Ее чувства ко мне угасли?

Неужели она «похитила» меня только ради Азалии? Я имею в виду, что это не имеет смысла. Даже если бы я увидел ее, она могла бы попросить меня молчать об этом, и я бы не стал говорить с Ариусом.

Не то чтобы я знал об Афине.

Подошел к двери и положил руку на дверную ручку, все время глядя на нее.

Это не может быть правильно?

Не только я с нетерпением ждал этого дня.

Или это был только я?

Открыл дверь и вышел, спустился по лестнице и направился к главной двери.

Был ли я единственным, кто почувствовал, что все мои разбитые части соединились воедино, когда увидел ее?

Состояние восторга охватило сердце, когда я понял, что она вернулась.

Неужели это только я любил ее?

Положил руку на дверную ручку и открыл дверь.

— Цезарь! — Я вздрогнул и обернулся, когда услышал, как меня зовут.

Как только я это сделал, Нора прыгнула ко мне, и я автоматически поймал ее. Она обвила руками мою шею и прижала свои губы к моим.

Был момент шока, но потом наступило облегчение.

Ах…

Нет, она тоже любила.

Я поцеловал ее в ответ.