То, чего он хочет, но отрицает

Я последовала за Ариусом в VIP-палату, все еще думая о его словах.

"Мне действительно важно"

Вздохнула, ведь он застал меня врасплох и потащил сюда с собой, хотя все, что он имел в виду, это то, что он заботился о своей рабыне.

— Я бы не хотел, чтобы моя рабыня пострадала, когда у меня есть дела, которые ей нужно сделать, — Это были слова, которые он потом сказал. — Мне не все равно.

Хочу надрать ему задницу, но не могу, а значит, мне нужно надрать задницу кому-то другому.

Илай стоял возле одной из палат, и я колебалась, стоит ли идти за Ариусом. Я имею в виду, он здесь, чтобы навестить кого-то. Мне не следует входить, даже если это он меня сюда притащил.

Я взглянула на Илая, и он кивнул мне, показывая, что могу войти.

На кровати лежала женщина лет тридцати с небольшим. К ее руке прикреплена капельница. Когда мы подошли к ней, она открыла глаза и улыбнулась Ариусу.

— Почему ты здесь? — Она попыталась сесть, и Ариус немедленно пошел вперед, чтобы помочь ей, затем сел на табуретку рядом с кроватью, а я стояла возле стены.

— Ваша внучка очень волнуется, — Ответил Ариус.

— Саммер. Ох уж эта девочка… — Женщина посмотрела на меня. — А это...?

Ариус взглянул на меня:

— Охрана.

Женщина усмехнулась:

— Охрана? Понятно, — Она улыбнулась мне. — Я мать Ариуса.

— Ты не моя мать, — Он тоже смотрел на меня. — Она мать Илая. Зовут Вероника.

О! Я вижу, это значит, что она не так молода, как выглядит. Ей, должно быть, под пятьдесят.

— Ясно…

Что это за странное чувство? Что-то не так?

Илай вошел в палату с планшетом в ​​руках и сел на табуретку напротив Ариуса.

— Почему это происходит чаще? – спросил Ариус Илая.

— Потому, — Илай посмотрел на мать, — Что она пропускает прием лекарств.

Ариус повернулся к Веронике:

— Могу ли я спросить, в чем причина? — Он был довольно зол.

— Я просто все время забываю… — Она отвела глаза, и Ариус вздохнул.

— Теперь, когда я увидел, что с тобой все в порядке, ухожу.

Он встал и вышел из комнаты, и я последовала за ним. Он выглядел расстроенным, стоя в коридоре и массируя виски. Он беспокоится о ней. Я улыбнулась. Она представилась его матерью, но он категорически это отрицал.

— Что с ней? — спросила я.

— Лейкемия.

— Ой…

Илай вышел из комнаты, и Ариус пристально посмотрел на него.

— Почему она это делает?!

Я замерз. Он даже немного повысил голос. Илай глубоко вздохнул:

— Не знаю. Может быть, она надеется, что Лекс заметит, но это не работает.

Кто такой Лекс?

— Они оба идиоты…

Илай пожал плечами:

— Ты можешь с ним поговорить? Он даже не хочет нас видеть.

Ариус некоторое время стоял неподвижно, а затем усмехнулся. На его лице расплылась ухмылка.

— Хорошо. Я что-нибудь сделаю.

— Точно? — Илая это не убедило.

— Не волнуйся. Я справлюсь. Ей станет лучше.

Илай казался немного смущенным, но Ариус лишь ободряюще кивнул и похлопал его по плечу.

— Пойдем, — сказал мне и начал уходить. Я помахала Илаю на прощание, и тот помахал мне в ответ с улыбкой.

— Кто такой Лекс? — спросила я.

— Лексус — младший брат Илая. Он того же возраста, что и я.

— Кажется у них проблемы в семье.

— Ну, были обстоятельства, которые привели к этому.

— Понятно… — но мне интересно, что он имеет в виду.

Сын, который даже не разговаривает со своей семьей, хах… Я взглянула на Ариуса. Кажется, он очень заботился о Веронике. Колебалась, прежде чем заговорить, но мне снова стало любопытно.

— Твоя мать… — начала я.

— Она не моя мать, — сказал он спокойно.

— Почему? Она так представилась.

— Она не… Нет, значит, нет.

Очень маленький намек на это, но он был. Ему тоже было больно это говорить.

— Ты не хочешь, чтобы она была твоей семьей?

Почему он так ненавидит эту идею?

— Я не хочу, чтобы кто-то был моей семьей.

Его слова были довольно резкими. Не желая никого в качестве семьи… Я всегда хотела семью.

— Почему нет? — спросила тише.

—Не вижу смысла. Это бремя.

— Идиот, — Он ясно услышал меня, но решил не отвечать. Семья должна быть благословением, а не бременем. Что вообще заставляет его думать, что это бремя? — Что ты собираешься делать с Лексусом?

— У него есть девушка, которая ему нравится.

— А? Девушка, которая ему нравится? Какое это имеет отношение?

— Девушка, в которую он влюблен. Безумно, — Он ухмыльнулся. Его улыбка говорила мне, что он задумал что-то неправильное, но в то же время правильное.

— И…? — Я сузила глаза.

— Ему становится лучше, когда он видит ее, но это случается редко, поэтому, если она будет жить с ним постоянно, ему станет намного лучше.

— Почему они видятся редко?

— Ну, это долгая история.

— Почему ты это знаешь?

— Потому что я нашел для него девушку.

— Ах... я понимаю, наверное.

Он даже нашел девушку парню из той же семьи...

— Сейчас она работает в приюте.

— Так что же мы будем делать?

— Мы собираемся продать ее.

— Прости?! Что? Продать ее?

— Не волнуйся. Позаботимся о том, чтобы она пошла к нему.

— Как?!

Ариус внезапно остановился, и я замерла, когда он обернулся:

— Как ты думаешь, кто я?

— Ну, конечно… Ты Ариус Алукард.

— Правильно.

Я вздохнула:

— Ты делаешь все это ради Вероники. Ты очень заботишься о ней, — Он не ответил и повернулся, чтобы снова пойти. — Ты явно считаешь ее своей семьей. Зачем это отрицать?

Снова. Он решил не отвечать мне.

Серьезно. Зачем это отрицать? Он настолько заботится о ней, что пришел сюда в 5 утра, бросив все остальное. Он даже разозлился, когда узнал, что она неправильно принимает лекарства.

Интересно, почему тогда...?