История Цезаря

Цезарь [8 лет]

Когда человек говорит «племя», на ум приходит что-то очень старое. Как те люди, которые жили в лесах в палатках, но племена у нас здесь были другие.

Можно сказать, что это были кланы, но они придерживались своей идеологии, как племена, и их идеология была дерьмом.

Люди в главных семьях играли в игры, чтобы обезопасить себя.

Я был наследником своего племени и жил в главном особняке города. Будучи следующим преемником, мне было дано все. Лучшее образование, лучшие учителя, у нас с мамой был лучший повар, но, как я уже сказал, люди здесь любили играть в игры.

Игры, которые разрушали жизни.

Я был первым сыном от второй жены главы племени, тогда как у первой жены было три дочери.

Хотя у меня была еще младшая сестра Майя, тот факт, что я был единственным сыном, дал моей матери преимущество, и поэтому моя сестра тоже получила всю роскошь.

Это не нравилось первой жене. Она была в ярости и ненавидела мою мать за то, что она заняла ее место.

Без сомнения, было грустно, что племена следовали старым правилам и думали, что только мужчины могут возглавлять семьи, потому что, без сомнения, мои сводные сестры были вполне способными.

В детстве я не особо задумывался об этих вещах. Я понятия не имел, как чистая ревность может сожрать человека заживо.

Как ненависть может сжечь все в мгновение ока.

Моя мачеха была именно таким человеком, полным ревности и неудовлетворенности. Вероятно, это еще одна из причин, почему моя мать взяла верх. Она была не только красива, но и мягкосердечна.

Настолько, что можно назвать ее «ангелом»

И потому она была такой, что не могла понять замыслов первой жены, пока та вместе с моим отцом тайно набивала слух людям ложью.

Поначалу людям было трудно во что-либо поверить, но, как говорится, если постоянно говорить убедительную ложь, она начинает выглядеть правдой.

И наконец, когда она смогла родить мальчика, когда мне было восемь, а Майе едва исполнилось два, мачеха сделала свой последний ход и доказала, что у моей матери некрасивый характер, что она шлюха и неверная.

Только за то, что она была рано утром в комнате своей кузины, ее обвинили в прелюбодеянии и изгнали из племени вместе с Майей и мной.

Мы стояли у задних ворот, а в нескольких метрах от нас была скала.

В моей голове было только смятение, когда мы стояли у ворот, гадая, что произошло, в то время как мать продолжала хлопать руками по воротам, умоляя, чтобы ее выслушали.

Она постоянно кричала о своей невиновности, но реакции не было.

Она кричала, что ей больше некуда идти, потому что отец и мать никогда не примут ее к себе, когда ее обвинят в такой лжи.

Племена были именно таким местом.

Ценность женщины заключалась только в мужчине, с которым она была, и если он решил бросить ее, ей конец.

Все это полная чушь. Как будто их мир был в застое, хотя у них было все современное.

Наблюдая за ней несколько часов, я отпустил руку Майи и подошел к ней.

— Мам, — Она посмотрела на меня с заплаканными глазами, окровавленными руками и взлохмаченными волосами. Вытер ей слезы. — Я поговорю с папой. Подожди здесь. Я знаю другой путь.

Приказал Майе оставаться с мамой и побежал к тайному входу, спрятанному среди кустов. Осторожно, чтобы меня не заметили, я добрался до главного дома. Постучал в дверь.

— Входите, — это был голос моего отца.

Я открыл дверь и вошел, готовый поговорить, но моя решимость немного пошатнулась, когда я увидел, что он сидит на диване, а мачеха рядом с ним. Он пристально посмотрел на меня.

— Что ты здесь делаешь?

— Отец, ты совершил ошибку! Ты знаешь, что мама никогда бы не сделала ничего подобного!

— Ее поймали с поличным.

— Ее не поймали ни на чем! Она просто навещала дядю, потому что он был болен.

— О, дитя! — влезла мачеха. — Тебе не понять взрослых вещей.

— Я понимаю всё …

— Тихо! — Она оборвала меня. —«Знай свое место, мальчик. Ты, ребенок, не поймешь, чем занималась твоя мать.

— Она ничего не сделала! Отец, пожалуйста!!

— Цезарь Хаунд!! — Отец повысил голос, и я почувствовал, как подкосились колени. Он никогда не повышал голоса. — Ты знаешь правила.

— Но отец… Это слишком жестоко… Нам некуда…

— Ой, заткнись, мальчик! — Мачеха снова оборвала мои слова — Охрана!! Я позабочусь о них, дорогой. Позабочусь о том, чтобы они никогда не вернулись.

Охранники вошли и схватили меня за руки.

— Отец! Пожалуйста! — Я пытался сопротивляться, пока меня вытаскивали. — А как же мы с Майей? Что мы сделали?!

Он проигнорировал, и меня снова выгнали.

— Цезарь! — мама подошла ко мне, пока я лежал на земле, но я не ответил ей.

Для меня ничего не имело смысла. Да, я изучил правила. Но я не знал, что их можно применять таким образом.

— Охрана, — повернул голову и посмотрел на мачеху. — Сбросьте их со скалы.

Мои глаза расширились.

— За что?!

— А почему бы и нет? Я же сказала, что позабочусь о том, чтобы ты никогда не вернулся.

Охранники немного сопротивлялись, но теперь им пришлось прислушаться к хозяйке.

— Подождите! — Мать подошла к Майе и мне. — Мы уйдем сами!! Пожалуйста...

Я даже не предполагал, что человек может быть настолько злым, пока не увидел, как мачеха покачала головой:

— Давайте, — приказала охране.

— Ты слишком жестока! — Мать кричала на нее.

— Я? — Она выглядела шокированной. — О нет, дорогуша. Ты переживешь падение со скалы, она не такая высокая, но ты обязательно умрешь, если я прикажу им застрелить тебя, чего я не сделаю, потому что хочу, чтобы ты страдала.

Как будто сам Сатана улыбался нам сверху вниз, потому что именно так выглядела отвратительная ухмылка мачехи.

— Дети! — Мать повернулась и схватила нас за руки. — Бежим!!

Инстинктивно мы все побежали, а охранники побежали за нами. Мы делаем все и надеемся, что сможем добиться успеха. Но в большинстве случаев этого не происходит.

Именно это и произошло. Нам удалось спуститься к нижней части скалы, но в конце концов мы не смогли выбраться до конца.

Скала в этом месте была около 50 метров в высоту, и когда я понял, что мы на краю, мы уже прыгнули.

Если и было что-то, чему я радовался, так это то, что вместо ровной поверхности там был лес.

Падение через ветки в основном уменьшило удар для меня и матери. Я отделался синяками и порезами, а мама, думаю, слишком сильно ударилась головой об одну из ветвей.

Ослабев, я встал и подошел к матери, она была без сознания и на затылке у нее была кровь.

— Мам? — пытался ее встряхнуть, но она не просыпалась.

Затем я осмотрелся вокруг. Когда пытался сосредоточиться на окружающем, то заметил нечто жуткое.

Образ, который словно выжгли в сознании.

Передо мной предстал ужасающий вид сестры.

В отличие от меня и матери, она упала прямо на камень, который был окрашен в красный цвет ее кровью, выступившей из ее плохо расчесанной головы и тела.

Не могу объяснить чувства, которые тогда испытал, но я мгновенно от страха отвернулся.

За считанные часы наша жизнь перевернулась с ног на голову.