Глава 25.0

Я вышла следом за Лексусом и Саммер, идя позади.

Пока мы шли, я поняла, как хорошо Лексус будет смотреться в роли отца, держащего на руках дочь. Знаете, такой идеальный тип папы, и я знаю, что не ошиблась, потому что он привлекал всеобщее внимание, пока мы шли по вестибюлю.

Такая разная аура была у них. Это заставило меня ощущать себя не на своем месте. Я чувствовала себя ненужной. Оба они были важными людьми. Достаточно важными, потому что Лексус разозлился, что Саммер пришла сюда одна. Только потому, что она прогуляла школу на один день.

Когда я была в ее возрасте, никого не волновало, даже если бы спала на обочине. Чувствовую пропасть между нами. Я никто. Ну, я знаю это. Но сегодня было особенно больно. Этот факт беспокоил меня.

Я остановилась у главного входа, а Лексус продолжал идти с Саммер, сидящей у него на руках. Он был достаточно силен, чтобы поддерживать весь ее вес на одной руке.

Они, вероятно, не заметят меня, пока не окажутся далеко. Лексус нашел автомобиль своего водителя на обочине дороги с работающим двигателем. Решила вернуться в пентхаус. Я не должна гулять рядом с такими людьми, особенно когда все остальные глазеют на них и шепчутся, как хорошо они выглядят.

Вздохнула и, прежде чем повернуться, заметила кого-то, стоящего за стеклянной стеной, всего в нескольких метрах от главного входа. Он был очень высоким и одет во все черное. Я не могла разглядеть его лица, но он тоже смотрел на Лексуса и Саммер.

На обратном пути я остановилась перед кабинетом и вспомнила разговор Лексуса по телефону. Огляделась. Вокруг никого. Сглотнула и вошла в его кабинет. Ноутбук все еще был открыт, так что я обошла стол и увидела письмо, которое он читал.

Электронное письмо обо мне, когда мне было от семи до пятнадцати лет. Обзор девяти лет моей жизни, которые я провела в одиночестве.

Дверь внезапно открылась, и Лексус вошел в офис с обеспокоенным выражением лица. Посмотрев на меня и на то, что я видела почту, он подошел и закрыл экран ноутбука.

— Я… — начал он.

— Вы имеете на это полное право, — сказала твердо, глядя на него. — В конце концов, я лишь рабыня.

Слеза скатилась по щеке. Это не было поводом для эмоций, но чтение почты заставило меня осознать, насколько я отличаюсь от него, и что меня можно выбросить в любой момент. Человек без ценности. Раньше мне было все равно, но сейчас нет, потому что он узнал, какая я жалкая. Было так больно.

— Розали, — он подошел ко мне и вдруг отступил назад, позволив еще одной слезе скатиться по моей щеке.

Он не знал, что делать, даже растерялся, потому что я никогда раньше не плакала.

— Это другое, — голос дрожал. Я шмыгнула носом. — Я не сбегала от нее, и дедушка меня не похищал.

— Розали, — он сделал еще один шаг ко мне, но я снова отмахнулась.

— Я не убегала. Меня просто оставили там...