Голоса

Цитрусовый маг, (Новелла)

Том 5 Глава 6 - Голоса

Штаб Конклава: 08:00

Утро началось с очереди.

— Ты серьёзно? — Рёга стоял у входа в зал собраний, пропуская мимо себя вереницу магов. — Голосование? Как в старые добрые?

— А что не так? — Нэй сидел за столом, заполняя какие-то бумаги.

— Всё не так. Мы никогда не голосовали.

— Значит, пора начинать.

Рёга хмыкнул, но спорить не стал.

Первым вошёл тот самый старик со вчерашней площади. Звали его Дзен, и ему было под сто лет — чистая магия держала его в вертикальном положении.

— Нэй Ито, — начал он без предисловий. — Я прожил долгую жизнь. Видел взлёты и падения. Терял друзей. Хоронил детей.

— Я знаю, кто вы, — кивнул Нэй. — Ваш посёлок держался дольше всех во время зачисток.

— Держался. — Дзен усмехнулся. — И теперь меня хотят сделать обычным стариком.

— Вы и так обычный старик. Просто с магией.

— Для вас — может быть. Для моих внуков — я бог.

Нэй отложил ручку.

— Ваши внуки знают, что вы чувствуете?

— Им плевать. Они хотят силы.

— А вы?

Дзен замолчал.

Долго смотрел в окно, где вставало солнце.

— Я хочу покоя, — сказал он наконец. — Настоящего. Не того, за который надо драться.

— Тогда вы знаете, что выбирать.

— Знаю. — Дзен кивнул. — Я за то, чтобы отдать. Но...

— Но?

— Но не все так думают. Мои внуки, например. Они будут против.

— И что вы предлагаете?

— Ничего. — Старик развёл руками. — Я просто говорю, как есть. Вы хотели честности — получайте.

Нэй кивнул.

— Спасибо.

— За что?

— За правду.

Дзен вышел.

Следующим был молодой парень, лет двадцати. Звали Кёске. Он ворвался в зал, не дожидаясь приглашения.

— Это правда? — выпалил он. — Вы хотите отдать нашу силу?

— Я хочу спросить людей.

— Люди скажут «да», потому что боятся. А я не боюсь!

— Не боишься умереть?

— Не боюсь. — Кёске сжал кулаки. Из его пальцев заструился лёгкий дымок — магия огня, слабая, но живая. — Я лучше сдохну в бою, чем буду ползать перед ними на коленях.

— Красиво говоришь. — Нэй встал. — А кто будет защищать твою семью, когда ты сдохнешь?

Кёске замер.

— Что?

— Ты. Умрёшь. Геройски. Красиво. А твоя мать, сестра, младший брат — останутся одни. И что они будут делать без твоей магии?

— Я... я не думал...

— Вот именно. — Нэй подошёл ближе. — Геройство — это когда ты защищаешь. А не когда умираешь красиво. Понял?

Кёске сглотнул.

Кивнул.

— Понял.

— Иди. Голосуй как знаешь. Но думай головой, а не яйцами.

Парень выскочил из зала красный как рак.

Рёга, стоявший у двери, хмыкнул.

— Жёстко ты с ним.

— Мягко. — Нэй вернулся за стол. — Если б я был жёстким, вышвырнул бы в окно.

— Окна нет.

— Придумал бы.

---

Площадь перед Конклавом: 12:00

Рина стояла в центре толпы и слушала.

— ...они не имеют права! Это наша сила! Наша жизнь!

— А если не отдадим, что будет? Все умрём!

— Лучше умереть, чем жить рабами!

— Рабами? Ты вообще слышишь себя?

Гул голосов нарастал. Кто-то кричал, кто-то плакал, кто-то просто стоял молча.

— Тяжело? — Лора подошла сзади.

— Не то слово. — Рина покачала головой. — Они как звери в клетке. Мечутся.

— А ты?

— Я?

— Что ты выберешь?

Рина долго молчала.

— Я выберу жизнь, — сказала она наконец. — Для Юки. Для всех детей. Пусть без магии, пусть обычную, но жизнь.

— А если дети захотят магию?

— Тогда будут драться за неё. Как мы когда-то.

Лора кивнула.

— Ты выросла, Рина.

— Постарела.

— Это одно и то же.

Они улыбнулись друг другу.

---

Небо над Токио: 14:00

— Они спорят, — сказал самый молодой.

— Люди всегда спорят. — Женщина пожала плечами.

— Это хорошо или плохо?

— Это нормально. — Старший смотрел вниз. — Спор — признак жизни.

— А если они решат драться?

— Тогда мы покажем, что значит быть древними.

— А если решат отдать?

— Тогда мы уйдём. И они останутся.

— Просто? — удивился молодой.

— Просто. — Старший кивнул. — Мы не враги. Мы — гости. Которые хотят вернуться домой.

— А если они не захотят нас пускать?

Старший посмотрел на него долгим взглядом.

— Тогда мы напомним, кто мы.

---

Штаб Конклава: 18:00

Нэй сидел за столом, перед ним лежала стопка бумаг. Имена. Решения. Голоса.

— Сколько? — спросил Гром, входя.

— Пятьсот тридцать два.

— И?

— Двести десять за то, чтобы отдать. Триста двадцать два против.

— Перевес у тех, кто хочет драться.

— Пока.

— А что изменится?

— Люди приходят. Люди уходят. — Нэй потёр переносицу. — К утру будет тысяча голосов.

— И что тогда?

— Тогда решим.

Гром сел напротив.

— Нэй, ты как?

— Устал.

— Я вижу. — Гром помолчал. — Знаешь, я никогда не думал, что доживу до дня, когда мы будем решать судьбу мира голосованием.

— А я не думал, что доживу до старости.

— И как?

— Странно. — Нэй усмехнулся. — Раньше я просто дрался. А теперь... теперь надо думать.

— Тяжело?

— Непривычно.

Они помолчали.

— Гром, — сказал Нэй. — А ты что выберешь?

— Я? — Гром задумался. — Я выберу то, что выберешь ты.

— Почему?

— Потому что я в тебя верю. Тринадцать лет верю. И сейчас не собираюсь менять мнение.

Нэй посмотрел на него.

— Спасибо.

— Не за что.

---

Комната Рины: 21:00

Юки спала. Рина сидела рядом, гладила дочку по голове.

— Ты не бойся, — шептала она. — Что бы ни случилось, я рядом.

— Мам?

— Я здесь, маленькая.

— А если магия уйдёт?

— Тогда мы будем жить без неё.

— А страшно?

— Немного. — Рина улыбнулась. — Но мы справимся. Мы всегда справлялись.

Юки кивнула и снова закрыла глаза.

Рина сидела ещё долго, глядя в окно на звёзды.

Где-то там, в вышине, ждали Наблюдатели.

Где-то здесь, внизу, решалась судьба.

А она просто сидела и ждала.

---

Штаб Конклава: 23:45

Нэй вышел на крышу.

Ветер. Холодный. Осенний.

— Не спится? — Рина.

— Не сплю.

— Я тоже.

Они стояли рядом, глядя в небо.

— Завтра последний день, — сказала Рина.

— Знаю.

— Страшно?

— Нет. — Нэй покачал головой. — Уже нет.

— Почему?

— Потому что я сделал всё, что мог. Остальное — не от меня.

Рина кивнула.

— Ты хороший человек, Нэй.

— Я старый человек.

— Это одно и то же.

Он усмехнулся.

— Ты это у Лоры подхватила?

— Может быть.

Они помолчали.

— Рина, — сказал Нэй. — Спасибо тебе.

— За что?

— За то, что была рядом. Все эти годы.

Она посмотрела на него. В её глазах блестели слёзы.

— Я тоже тебя люблю, дурак.

Они обнялись.

Внизу, в Конклаве, горел свет. Люди ждали утра.

Где-то в небе мерцали четыре точки.

А они просто стояли и смотрели на звёзды.

Конец 6 главы.