Фестиваль огней

Том 4, Глава 7: Фестиваль огней

Конклав: 17:45

— Ты серьёзно хочешь это сделать?

— Абсолютно.

— Нэй, ты вообще представляешь, сколько народу придёт?

— Много.

— И кто всё это организует?

— Ты.

Кенджи замер с лопаткой в руке. Посмотрел на Нэя так, будто тот предложил сжечь пекарню дотла.

— Я?!!

— Ты. Ты же у нас главный по булкам. Значит, и по праздникам тоже.

— Это не связано!

— Связано. Без булок нет праздника. Без тебя нет булок. Логика.

Кенджи открыл рот, закрыл, снова открыл. Потом повернулся к Лоре, ища поддержки.

— Не смотри на меня, — Лора улыбнулась. — Я только чай разливаю.

— Гром!

— Я телепортируюсь, если что. Не в моём характере.

— Рина!

— Я ребёнок. — Рина пожала плечами, жуя булку. — Детям нельзя такие задания.

— С каких пор ты ребёнок?!

— С тех пор, как мне это выгодно.

Кенджи простонал и уткнулся лицом в стол.

— Я согласен помочь, — раздался голос от входа.

Все обернулись.

На пороге стоял мужчина.

Высокий, широкоплечий, с яркой, почти ослепительной улыбкой. Зелёные волосы, длинные, спадали на лицо, прикрывая левую сторону. Но все видели — под чёлкой пустота. Глаза нет. Только шрам, пересекающий бровь и скулу.

Одет просто — походная куртка, высокие ботинки, на поясе два клинка, от которых исходил жар. Буквально — воздух вокруг них дрожал.

— Рёга Хошикава, — представился он, слегка поклонившись. — Можно просто Рёга. Слышал, у вас тут фестиваль намечается?

— Рёга? — переспросил Гром, вставая. — Откуда?

— С юга. Из дальней деревни Японии. Там тихо было, пока Ложная Семья не заявилась.

— Ложная Семья?

— Ага. Сорокоглазых штук пять притащили. Думали, деревня лёгкая добыча. — Он усмехнулся. — Не угадали.

— Ты их..?

— Утилизировал. Всех. — Рёга пожал плечами, будто речь шла о прополке грядок. — Потом ещё пару месяцев по окрестностям шастал, добивал остатки. А потом услышал про вас.

— Про нас?

— Про Конклав. Про Нэя Ито, который запечатал Кайзена. Про отряд, который вычистил все ячейки. — В его единственном глазу загорелся огонь. — Я наслышан. Очень. Решил, что хочу быть частью этого.

— А это? — Кейджи кивнул на клинки, от которых шёл жар.

— А, это. — Рёга коснулся рукояти. — Магма. Моя магия. Могу превращать её в оружие, в щиты, в стены. Очень удобно против тварей. Плавит их на раз.

— Магма? — оживилась Рина. — Это как лава?

— Типа того. Только я её контролирую. — Рёга щёлкнул пальцами, и на ладони вспыхнул маленький огненный шарик, внутри которого пульсировала жидкая, раскалённая субстанция. — Могу сделать горячей, могу — жидкой. Всё, что угодно.

— Красиво, — выдохнула Рина.

— Ты тоже красиво умеешь, — улыбнулся Рёга. — Я слышал про твои лепестки. Сакура, да?

— Откуда ты...

— Слухи ходят. — Он подмигнул единственным глазом. — В моей деревне тоже сакура цвела. До того, как всё сгорело.

Тишина повисла на секунду. Потом Рина кивнула:

— Понимаю.

— Ладно, — Кенджи хлопнул в ладоши. — Хватит сантиментов! Работать надо! Рёга, ты как, физический труд уважаешь?

— Обожаю, — оскалился тот. — Особенно когда после него саке пьют.

— О, это наш человек! — Гром хлопнул его по спине. — Пошли, покажу, где бочки стоят.

Конклав: 19:30 — Подготовка

— Нет, стойку не туда!

— А куда?

— Левее! Левее, говорю!

— Так?

— Ещё левее!

— Сейчас упадёт!

Рёга и Кенджи пытались установить шатёр для торговых рядов. Конструкция угрожающе кренилась, норовя рухнуть на головы прохожих.

— Да отойдите вы! — Рина выскочила из-за угла, упёрлась руками в столб. — Держите ровно! Я сейчас...

Шатёр выровнялся. Рина отряхнула руки.

— Всё, закрепляйте.

— Ты чего, одна его подняла? — изумился Кенджи.

— Лепестки. — Она показала розовое свечение на ладонях. — Юнина сила потихоньку просыпается.

— Красиво, — восхитился Рёга. — Очень красиво. Как сакура весной. Твоя сестра гордилась бы тобой.

Рина покраснела.

— Думаешь?

— Уверен. — Он улыбнулся своей ослепительной улыбкой. — Я вот своего брата вспоминаю. Он тоже вечно говорил: "Рёга, ты если будешь так улыбаться, враги ослепнут раньше, чем ты их ударишь".

— А что с ним?

— Погиб. — Рёга пожал плечами. — В одной из битв. Но я его улыбку запомнил. Теперь сам так улыбаюсь. В память.

Рина посмотрела на него с новым уважением.

— Ты сильный.

— Стараюсь. — Он потрепал её по голове. — Пойдём, поможешь нам с шатром? А то эти двое, — он кивнул на Кенджи, — совсем безнадёжны.

— Эй!

— Правда же?

— ...ну, может, чуть-чуть.

Рина засмеялась. Впервые за долгое время — звонко, по-детски.

Конклав: 20:00 — Фестиваль начался

Площадь перед Конклавом заполнилась людьми.

Их было много. Сотни. Выжившие из окрестных поселений, торговцы из далёких городов, фермеры, рыбаки, ремесленники. Кто-то привёз овощи, кто-то — рыбу, кто-то — странные артефакты, найденные в руинах.

Горели фонарики. Играла музыка — кто-то притащил старый проигрыватель и пластинки. Пахло едой, саке, потом и счастьем.

Кенджи развернул настоящую полевую кухню. Булки, пирожки, лепёшки — всё, что можно было испечь на скорую руку. Очередь выстроилась на полчаса.

— Держите! — кричал он, раздавая выпечку. — Не толкаемся! Всем хватит!

— А саке где? — крикнул кто-то из толпы.

— Вон там! — Кенджи махнул рукой в сторону, где Гром и Рёга разливали напитки из огромных бочек.

— Это саке? — усомнилась Миюки, принюхиваясь.

— Лучшее, что удалось найти в старых запасах, — усмехнулся Гром. — Трёхлетней выдержки. Или пяти. Или десяти. Я уже не помню.

— Главное, что градус есть, — добавил Рёга, протягивая кружку. — Держи, Нэй!

Нэй взял кружку. Посмотрел на мутноватую жидкость внутри.

— Ты уверен, что это можно пить?

— Абсолютно, — кивнул Гром. — Я уже две выпил. И ничего, жив.

— Ты телепортируешься. У тебя иммунитет.

— Неправда.

— Правда.

Нэй вздохнул и сделал глоток.

Обожгло горло, ударило в нос, заставило глаза защипать.

— Ну как? — спросил Рёга.

— Как... — Нэй закашлялся. — Как магма.

— О, комплимент! — Рёга расхохотался. — Спасибо!

— Не за что.

Конклав: 21:00 — Рынок

Рынок гудел.

Рины не было видно за прилавками — она носилась между торговцами, пробуя то одно, то другое. Кенджи орал на нахальных покупателей. Лора продавала чайные сборы и лечебные настойки. Хикару и Миюки устроили соревнование — кто быстрее собьёт кинетикой или льдом подвешенные фонарики. Кейджи судил и явно подначивал обоих.

Рёга ходил между рядами, улыбаясь всем подряд. К нему липли дети — его магия привлекала внимание, а он с радостью показывал маленькие фокусы: то огненную бабочку создаст, то лавовый шарик, который светился, как маленькое солнце.

— Дядя, а ты сильный? — спросил мальчишка лет семи.

— Очень, — серьёзно кивнул Рёга. — Но не сильнее, чем твоя мама, когда ты не хочешь есть кашу.

Мальчик засмеялся.

— А демонов убивал?

— Много.

— А сколько?

— Сто.

— Врёшь!

— Сто пять.

— Ещё врёшь!

— Ладно, двести. Но считать перестал после первой сотни.

Дети визжали от восторга.

— Рёга! — крикнул Гром. — Иди сюда, тут спорят, кто больше выпьет!

— Иду! — Рёга подмигнул детям. — Я вам потом ещё покажу, хорошо?

— Хорошо!

Он убежал к взрослым.

Конклав: 22:15 — Нэй начинает пьянеть

— ...и тогда я говорю ему: "Таро, если ты ещё раз подожжёшь тренировочный зал, я тебя сам затушу!" А он: "Нэй, ну это же случайно вышло!" Случайно! Там стена обуглилась!

Нэй размахивал руками, расплёскивая саке. Перед ним сидели Рёга, Кенджи и Рина. Лора пыталась незаметно подменить его кружку на чай, но Нэй ловко уворачивался.

— А он ещё и "котят" своих назвал! Огонёк, Искорка, Сплюшка! Сплюшка, представляете? Который вечно спал!

— Круто, — кивал Рёга, подливая ему ещё. — Очень круто. Он был хорошим учеником?

— Лучшим! — Нэй стукнул кулаком по столу. — Лучшим из всех! Я его... я его любил, как брата!

Рина тихонько всхлипнула, уткнувшись в плечо Кенджи.

— А Юна! — продолжал Нэй. — Она же без магии пришла! Совсем без магии! А потом... потом встала перед этой тварью... перед Кайзеном... и лепестки! Лепестки полетели!

— Нэй, — Лора попыталась его остановить. — Может, хватит?

— Не хватит! — Нэй икнул. — Я хочу, чтобы они знали! Чтобы все знали! Какие они были!

— Мы знаем, — тихо сказала Рина. — Мы помним.

Нэй посмотрел на неё. Долго. Потом вдруг сказал..

— Ты... ты похожа на неё. Не лицом. Духом. Она тоже была маленькая, а сильная.

Рина замерла, потом обняла его в ответ.

— Спасибо, — прошептала.

— За что?

— За то, что помнишь.

Рёга смотрел на них и улыбался. Но в его единственном глазу блестело что-то, похожее на влагу.

— Эй, — сказал он тихо. — А давайте выпьем за них. За всех, кто не дожил.

— Давайте, — кивнул Кенджи.

— Давайте, — согласилась Лора.

— Я тоже, — Рина взяла маленькую кружку.

— Ты ребёнок, — напомнил Кенджи.

— Сегодня нет.

Они чокнулись.

— За Таро, — сказал Нэй.

— За Юну, — добавила Рина.

— За всех, — закончил Рёга.

Выпили.

Где-то в темноте, за пределами площади, мелькнула тень. На секунду. И исчезла.

Нэй посмотрел туда. Никого.

— Что? — спросил Рёга.

— Показалось.

— Точно?

— Точно.

Где-то далеко: 01:15

Человек в чёрном плаще стоял на крыше и смотрел на огни фестиваля.

— Мило, — прошептал он. — Прямо как в книгах. Счастливый конец.

Он улыбнулся.