Пора назад

Цитрусовый маг - Новелла

Том 2 Глава 27 - Пора назад

Обратный путь к базе занял три часа.

Три часа, которые дались тяжелее, чем весь бой на заводе. Потому что в бою адреналин несёт, а здесь, на пустой дороге, под мерный хруст гравия под ногами, всё навалилось разом.

Гром шёл молча, прижимая перевязанную руку к груди. Лора периодически морщилась, держась за бок — её рана была неглубокой, но кровоточила при каждом резком движении. Кенджи плёлся сзади, сжимая свою трубу, и смотрел в одну точку.

Я нёс два меча. Старый, «Пламя Эльны», висел на поясе слева. Новый, трофейный, убийцы Садовника — справа. Он всё ещё был тёплым, будто живым, и иногда пульсировал в такт моему сердцу.

— Нэй, — позвала Лора. — Остановись на секунду.

Я замер. Она подошла, приложила ладонь к моему виску.

— Дай проверю. Ты слишком тихий.

— Я всегда тихий.

— Сейчас — тише обычного.

Она закрыла глаза. Я чувствовал её тепло, проникающее внутрь, ощупывающее, сканирующее.

— Странно, — прошептала она. — «Свет»... он горит. Ярче, чем до боя. А «Пепел»... он будто спит. Удовлетворённый.

— Сожрал артефакт и доволен, — усмехнулся я.

— Может быть. Но... — она открыла глаза, посмотрела на меня. — Ты в порядке. Правда в порядке. Я впервые за долгое время вижу тебя таким.

— Каким?

— Спокойным.

Я хотел ответить, но не нашёл слов. Потому что она была права.

Внутри действительно было спокойно. Не пустота, не холод, не отчаяние. Тишина. Та самая, что бывает после долгой бури, когда ветер стихает и можно наконец услышать собственное дыхание.

— Идём, — сказал я. — До базы ещё час.

База «Эха» встретила нас гулом генераторов и тревожным молчанием Элисии, которая ждала у входа, вглядываясь в темноту.

— Живы, — выдохнула она, увидев нас. — Чёрт, я уже думала...

— Думать будешь потом, — оборвал Гром. — Лору в лазарет, Кенджи — накормить, Нэя — ко мне в рубку через час. Всем отдыхать.

— А ты? — спросила Лора.

— А я буду делать вид, что у меня ничего не болит, и работать. — Он усмехнулся. — Обычное дело.

Лора закатила глаза, но спорить не стала. Утащила Кенджи в сторону камбуза, Элисия помогла Грому дойти до рубки. Я остался один у входа, глядя на рассвет, который только начинал золотить горизонт.

— Красиво, — сказал я сам себе.

Меч на поясе чуть нагрелся. Согласился.

---

Час пролетел незаметно. Я сидел в своей каюте, смотрел на два меча, разложенных перед собой, и пытался понять, что чувствую.

Садовник мёртв. Тот, кто убил мою семью, кто превратил мою жизнь в ад, кто сделал меня этим... монстром с двумя душами — он лежит там, на холодном полу завода, истекая чёрной кровью.

Должно быть легче. Должна прийти радость, облегчение, что-то такое.

Ничего не пришло.

Только тишина. И лёгкое, едва уловимое тепло в груди. «Свет». Жизнь. То, что Лора называла надеждой.

— Странно, — прошептал я. — Четыре года мечтал об этом. А теперь...

— А теперь ты понял, что месть не лечит?

Я обернулся. В дверях стоял Кенджи. С кружкой в руках, с куском хлеба, зажатым в зубах. Вид у него был помятый, но глаза уже не те, что после питомника.

— Подслушивать нехорошо.

— А стучаться? — он вошёл без приглашения, сел на пол, прислонившись к стене. — Я стучался. Ты не ответил. Значит, можно.

— Логика.

— Ага. — Он откусил хлеб, прожевал. — Слушай, Нэй. Я вот о чём думаю. Садовник мёртв. Ты сделал то, за чем шёл. А я? Я свою Юки не спас. И уже не спасу. Что мне теперь делать?

— Жить.

— Смешно.

— Я не шучу. — Я повернулся к нему. — Ты жив. Ты можешь идти дальше. Мстить, если хочешь. Или просто... найти что-то другое.

— А ты? Нашёл?

Я посмотрел на мечи. На старый, с пульсирующим рубином. На новый, гладкий, тёмный, но уже признавший меня.

— Не знаю. Но кажется, я перестал искать. И от этого стало легче.

Кенджи допил чай, поставил кружку на пол.

— Знаешь, что я понял за этот месяц? — спросил он. — Что мир — дерьмо. Но в этом дерьме иногда попадаются нормальные люди. Ты, Гром, Лора... даже этот псих в плаще. Вы не даёте мне окончательно разочароваться.

— Рад, что пригодились.

— Не ёрничай. Я серьёзно. — Он встал. — Я пойду с вами в Конклав.

— Что?

— Там твои друзья. Им нужна помощь. Я, конечно, не боец, но стрелять умею, трубой махать научился. И потом... — Он усмехнулся. — Если я сейчас останусь, буду всю жизнь жалеть. А жалеть я уже устал.

Я смотрел на него долго. Парень из пекарни, который потерял сестру, но не потерял себя.

— Ладно, — сказал я. — Идём.

— Правда?

— Правда. Но если струсишь в бою — прибью.

— Договорились.

Он вышел, а я остался с двумя мечами и странным чувством, что в этой компании прибавилось не просто бойцом, а чем-то большим. Семья? Нет, не то. Скорее... стая. Те, кто идёт вместе, даже когда дорога ведёт в ад.

В рубке Гром уже развернул карту Конклава.

— Смотрите, — он ткнул пальцем в точку. — Мы здесь. Конклав — здесь. Расстояние — полдня на базе, если гнать на полную мощность. Но в том районе сейчас, по данным Элисии, — он выделил красным, — плотное кольцо осады.

— Сколько их? — спросил я.

— Точно не знаю. Сканеры глушат. Но примерно... — он помолчал. — Тысячи две-три Пожирателей. Плюс несколько десятков Сорокоглазых. И, возможно, кто-то из высших.

— Из «Сферы»?

— Может быть. — Гром покачал головой. — Если там засел кто-то из них, будет тяжело. Очень тяжело.

— Но мы пойдём.

— Конечно, пойдём. — Он усмехнулся. — Я не для того тебя из пещеры вытаскивал, чтобы ты сдох от безделья.

Лора вошла в рубку, прижимая к боку свежую повязку.

— Я с вами.

— Ты ранена, — возразил Гром.

— Заживёт. — Она посмотрела на меня. — Нэй, твоя аура... она стабильна. Впервые за долгое время. Если мы сейчас ударим, у нас есть шанс.

— Шанс на что?

— На прорыв. На спасение твоих друзей. На то, чтобы показать «Саду», что они не всесильны.

Я кивнул.

— Когда выступаем?

— Через два часа, — ответил Гром. — Всем отдыхать, жрать, проверить снаряжение. Выступаем в полдень.

Два часа пролетели в лихорадочной подготовке.

Я сидел в своей каюте, точил мечи. Старый, «Пламя Эльны», уже был идеален, но процесс успокаивал. Новый слушался, но я ещё не привык к его весу, к его балансу.

— Как назовёшь? — спросила Лора, заглянув в дверь.

— Что?

— Меч. Новый. У старого есть имя. А этот?

Я посмотрел на клинок. Тёмный, гладкий, с едва заметными прожилками, которые пульсировали золотом, когда я касался рукояти.

— Не знаю. Может, «Тень»?

— Скучно.

— А ты предложи.

Она задумалась.

— «Пепел Садовника»? Слишком пафосно. «Клинок Возмездия»? Тоже не то. — Она улыбнулась. — Назови «Вторым». Просто. Он же у тебя второй.

— Второй, — повторил я. — Звучит как-то...

— По-братски. Старший и младший.

Я посмотрел на два меча. Один — древний, полный ярости и скорби. Второй — трофейный, убивший многих, но теперь служащий мне.

— Пусть будет Второй, — согласился я. — Коротко и ясно.

Лора кивнула и ушла, оставив меня с моими клинками.

В полдень мы собрались у выхода.

Гром — с перевязанной рукой, но с горящими глазами. Лора — бледная, но собранная. Кенджи — сжимающий свою трубу так, будто это легендарный артефакт. Элисия оставалась на базе — следить за сканерами и прикрывать отход.

Я стоял впереди, с двумя мечами за спиной.

— Ну что, — сказал Гром. — Идём выручать твоих?

— Идём.

— Тогда последний вопрос. — Он посмотрел на меня. — Ты готов? Там будет жарко.

Я закрыл глаза. Прислушался к себе. Тепло в груди — ровное, сильное. Холод в руке — спокойный, ждущий.

Вспомнил лица. Таро, который вырос из «котёнка» в бойца. Лию, которая чинит барьеры голыми руками. Хикару и Миюки, которые держат периметр. Фуюми, успокаивающую Пифию. Кейджи в коме. Сатори, не спящую ночами.

— Готов, — сказал я. — Открывай ворота.

Шлюз зашипел, выпуская нас наружу.

Впереди был Конклав. Впереди была осада. Впереди был бой, который решит всё.

— За мной, — бросил я и шагнул вперёд.

Команда двинулась следом.

Тень базы осталась позади. Впереди ждало солнце, пробивающееся сквозь тучи.

И где-то там, за горизонтом, ждали свои.